Несправедливость Чуньшань, Песня БинЦю
- Подожди, успокойся немного.
Тело между ног Шэнь ЦинЦю продвинулось еще чуть-чуть вперед.
Ло БинХэ:
- Этот ученик увидел сегодня кое-что очень интересное, боюсь, я не смогу успокоиться еще несколько дней. Что мне делать, Шисюн?
После восстановления, которое заняло больше месяца, Ло БинХэ наконец полностью вернул свое прежнее тело.(2) Шэнь ЦинЦю знал, что сегодня так просто всё не закончится, но говорил по-прежнему спокойно:
- В этом нет ничего сложного. В чем бы ни было дело, позволь своему учителю взглянуть, и мы сможем разобраться с этим вместе. Но прежде, вернись в нормальное положение и расскажи толком.
Ло БинХэ кивнул, демонстративно игнорируя последнее предложение.
- Понимаю, тогда я покажу это Шисюну.
Он неторопливо вытащил тонкую книгу. Обложка была зелёной и в цветах, на первый взгляд слишком безвкусная и отчасти знакомая. В то время как Шэнь ЦинЦю смотрел на нее с подозрением, Ло БинХэ перелистнул страницы, выпрямил спину и громко прочел вслух:
«...После наступления ночи Ло БинХэ, ворочаясь, лежал в своей кровати. Он настолько привык спать в холодном сарае, что оказавшись в настоящей кровати, никак не мог заснуть. А главным образом потому, что дорогой любимый им Шисюн лежал недалеко от него, отделённый только ширмой и слоем занавески. Забота и внимание, полученные в течение дня, возникли перед глазами БинХэ, в его груди медленно разгоралось пламя...»
Шэнь ЦинЦю: «...»
С бесстрастным лицом БинХэ продолжил: «Ло БинХэ залез на кровать, со слабым шорохом расстегнул нижнюю одежду Шэнь ЦинЦю и коснулся тела под тканью. Кожа была гладкой, мускулы гибкие и упругие. В ошеломлении, он так же разорвал пояс... »
Шэнь ЦинЦю бросил взгляд на пояс, который Ло БинХэ только что разорвал. По спине пробежали мурашки, он потерял дар речи.
Ло БинХэ закрыл книгу, поднял глаза и сказал с ничего не выражающим лицом:
- Здесь сказано о том, как этот ученик лишился девственности в ту ночь, когда покинул сарай. С пылающим огнем страсти, ведомый сильным желанием, он вошел глубокой ночью в бамбуковый дом и вытворял с Шисюном, подавленным после Демона Сна, и то, и это, глубоко запутавшись в любви до самого рассвета.
Какого черта!
Если он верно помнит, Ло БинХэ было тогда только пятнадцать!
Совершенно немыслимо!
Извращение!
Ло БинХэ прокомментировал, листая страницы:
- 'Ло БинХэ' в этой книге куда более дерзкий, чем этот ученик. Но в отличие от его смелых действий, описания его чувств к Шисюну довольно точны.
Шэнь ЦинЦю:
- Если бы тебе хватило наглости быть таким «смелым» тогда, этот учитель не гарантирует, что ты не лишился бы жизни на месте.
Ло БинХэ наклонился, чтобы поцеловать его мочку уха. Тёплое дыхание коснулось уха Шэнь ЦинЦю, БинХэ произнес голосом испорченного ребенка:
- Шисюн, разве не ты сказал, что мы не разберёмся с этим вместе? По крайней мере, посмотри еще немного.
Он бы не посмел. Если это ослепит его, то он не восстановится.
Ло БинХэ ухмыльнулся:
- Не взглянешь? Тогда этот ученик прочтет для тебя.
Понизив голос Ло БинХэ продолжил:
- Отдав свою честь 'Ло БинХэ' в ту ночь, Шисюн безжалостно наказал аморального ученика, и почти был готов изгнать его с Горы Цан Цюн, но в итоге не смог этого сделать и обращался с ним с холодным безразличием до дня Собрания Союза Бессмертных, где они в итоге разошлись разными дорогами на долгие годы. После их воссоединения, 'Шэнь ЦинЦю' был окончательно пойман 'Ло БинХэ'. Посмотри, Шисюн, это часть про водную тюрьму Дворца Хуань Хуа изумительна.
Шэнь ЦинЦю не смог его игнорировать, часть него действительна была заинтригована. Позволив себе на момент расслабиться, он взглянул краем глаза. И лишь с одного взгляда почувствовал себя обожженным.
'Несправедливость Чуньшань', Часть 37, Роман в Водной Тюрьме
«...
Шэнь ЦинЦю потряс головой, будучи не в состоянии четко говорить:
- Ло...БинХэ, ты...Отпусти меня...
Ло БинХэ сжал два округлых холма плоти, твердо надавил, и развел их в стороны, с силой открывая изнасилованную бесчисленное множество раз дырку. Хищная усмешка отразилась на его лице.
- Шисюн, сейчас ты плачешь, чтобы я тебя отпустил, но ведь ты предполагал, что когда-нибудь этот день настанет?
Шэнь ЦинЦю всхлипнул:
- Она уже распухла...Ты не можешь засунуть это внутрь...
Анус действительно распух, невыносимо было даже смотреть на него. Красный круг плоти сильно раздулся, плотно сжался, и, казалось, прорваться внутрь удастся лишь с большим трудом. Жалость начала расти в сердце Ло БинХэ, но он вспомнил, как Шэнь ЦинЦю его бросил. Ненависть заполнила БинХэ, и он безжалостно вставил. Протиснулась лишь небольшая часть члена, но и то с большим трудом. Дырка опухла, а внутри было очень горячо и тесно.
Шэнь ЦинЦю жалостно рыдал,(3) задыхаясь, боль от насильственного вторжения заставляла его желать смерти больше, чем чего-либо еще. Но руки были связаны, и как бы он ни сопротивлялся, он не мог освободиться.
»
Шэнь ЦинЦю:
«Что это, черт возьми, такое! Кто тут рыдающая красавица! Что за властный демон! Ло БинХэ был тем, кто плакал больше всех, когда они это делали!»
Он взглянул на имя автора: Лю Су Мянь Хуа.(4) Сразу можно было сказать, что там нет ничего хорошего, прямо как у Самолета Стреляющего в Небеса.(5)
Ло БинХэ закончил читать и прокомментировал:
- Если бы это был этот ученик, то я, конечно, не смог сделать ничего настолько жестокого. Стоило бы Шисюну сильно нахмуриться, как этот ученик остановился бы, как бы я смог не остановиться, видя, как ты всхлипываешь от боли? Написанное здесь довольно нереалистично.
Это не просто не реалистично...Это ООС.
Полный ООС. ООС без возврата!
Что такое эта 'Несправедливость Чуньшань'?! Всего лишь чрезвычайно ООС RPS(6) возмутительное фанатское порно, как оно может быть так популярно! Неудивительно, что он часто слышал, как девушки говорят, чем непристойнее история, тем более вероятно, что она будет популярна!
Подождите, но не это главное...
Шэнь ЦинЦю проклял автора новеллы, - пусть у него не встанет до конца вечности! Навсегда один! Не найдет жену до самой смерти и будет самоудовлетворяться в одиночестве!
Ло БинХэ спросил:
- Шисюн, почему твое лицо то бледнеет, то краснеет? Далее история становится более захватывающей, ты не сможешь не воздать ей должное. И хотя те пять лет я обращался с телом Шисюна как святой, ни разу не осмелившись совершить чего-либо не подобающего, но вот над абсурдными вещами, написанными в этой книге, мы можем вместе посмеяться, в этом нет ничего такого.
Шэнь ЦинЦю взглянул на название:
'Несправедливость Чуньшань' Часть 49: Пять Лет Насилия.
Он почти почувствовал, как сдавило его яйца.
Не может быть, не может быть, не может быть! Это название!
Даже у ворот загробного мира он не сможет сбежать! Они не могут быть настолько жестокими, правда?
Но далее было доказано, что Шэнь ЦинЦю недооценил глубину дна 'Несправедливости Чуньшань'.
«....
Мерцал свет свечей. И хотя Шэнь ЦинЦю был бесчувственным и безжизненным, его губы порозовели, брови были расслаблены, и он весь целиком излучал цвет весны. Ло БинХэ запрокинул его безвольные руки себе на шею, прежде чем наклониться за поцелуем. Это было похоже на то, словно Шэнь ЦинЦю проснулся и обнял Ло БинХэ в ответ на поцелуй. Занавеска опустилась, хотя ветра там не было. Посреди всего на полу лежала разбросанная одежда. Из-за безостановочно раскачивающейся занавески показались нижние штаны БинХэ.
...
Безжизненное тело Шэнь ЦинЦю покоилось в объятиях Ло БинХэ. Оба его соска были замучены, пока они не опухли и не стали красными, будто два маленьких фрукта. На ягодицах темнели синяки в форме ладоней. А в анусе все еще находился полутвёрдый член.
»
Шэнь ЦинЦю почти разрыдался.
Даже про это можно было написать таким образом!!!
Этот текст и вправду бросает вызов морали!!!
Он слышал, что мужская беременность действительно популярна. «Боже, прошу тебя, благослови, пусть в 'Несправедливости Чуньшань' не будет никакой мужской беременности, спасибо тебе большое!!!»
Через несколько быстро перевернутых страниц, Шэнь ЦинЦю был ослеплен еще одной вспышкой.
'Несправедливость Чуньшань', Часть 55: Злая Кровь Демона
«...
Двое были тесно прижаты друг к другу грудью. Ло БинХэ мог чувствовать гладкость и мягкость кожи человека в своих руках, что становилась еще более шёлковой от воды в источнике.
Без слов он обвил руками Шэнь ЦинЦю и наклонился для поцелуя, иногда кусая и оттягивая его губы, иногда засовывая язык внутрь, чтобы прочувствовать рот изнутри.
И, несмотря на то, что Шэнь ЦинЦю не проявлял желания, кровь демона играла у него внутри. Всё его тело было обессилено, его целовали до тех пор, пока у него не закончилось дыхание, грудь поднималась и опускалась в рваном ритме, соски терлись о мускулы Ло БинХэ и медленно отвердевали. Он и не заметил, как внезапно ему широко развели ноги, и Ло БинХэ резко вошёл внутрь.
Они занимались этим довольно часто, и Шэнь ЦинЦю привык к размеру БинХэ, но неожиданное проникновение причинило боль. Особенно учитывая, что вода из источника попала внутрь в процессе вторжения. Будучи заполненным водой, он тесно сжал ногами талию Ло БинХэ. Внутренние стенки ЦинЦю не переставали подёргиваться. БинХэ чувствовал неописуемое удовольствие от того, как его член стискивало и засасывало внутрь ЦинЦю, и как он сжимал задницу. Давая передышку Цинцю, БинХэ сменил позицию.
С тех пор как его уже брали множество раз в прошлом, Шэнь ЦинЦю к этому привык. Он быстро вернул себе самообладание и со слезами крикнул: «...проваливай!»
Ло БинХэ засмеялся: «Рот Шисюна отчитывает меня, но тело тебя не слушает».
Шэнь ЦинЦю сжал зубы: «...если бы ты не заставил меня выпить этой проклятой крови...я бы не страдал от твоих неблагодарных рук...».
Будучи под контролем крови демона, он мог только развести ноги шире и расслабить мышцы, чтобы дать БинХэ выебать себя. Нежная кожа ЦинЦю обхватила член БинХэ, слегка всасывая его внутрь.
С каждым тяжёлым вздохом Шэнь ЦинЦю всё больше приходил в беспорядок, он хотел разрыдаться, но не мог. И c каждым мощным толчком он крепко сжимал губы, позволяя себе лишь тихий стон. Ло БинХэ одной рукой удерживал тело ЦинЦю, сохраняя их близость, а другой попеременно то шлепал, то ласкал зад Шэнь ЦинЦю, ужасно его смущая.
После первого раунда, не давая передышки, Ло БинХэ поднял ЦинЦю из воды. На холодном воздухе Шэнь ЦинЦю рефлекторно сжался. Ло БинХэ расположил его на большом куске известняка рядом с горячим источником. На открытом пространстве их тела переплелись. Известняк был столь холодным, что Шэнь ЦинЦю извивался от неудобства. Его светлая кожа после горячего источника и первого захода порозовела. Подобные звездам чёрные глаза Ло БинХэ, уставшие и сонные, увлажнились, но сердце его оставалось холодным. Шэнь ЦинЦю отвернулся, не желая смотреть на своего аморального ученика.
Ло БинХэ сел между ног ЦинЦю и потянул к себе свою белую овечку, чтобы тот отдохнул у него на плечах. С влажным хлюпаньем член БинХэ начал снова и снова толкаться внутрь в неторопливом темпе. Каждый миллиметр внутри был растянут, растёрт и обнажён до предела горячим объектом. Ни одна морщинка или складочка не остались нетронутыми.
»
Шэнь ЦинЦю:
«Даб-кон,(7) нон-кон,(8) насилие, все виды игр, автор, похоже, отлично повеселился...»
Ло БинХэ:
- По правде говоря, я никогда и не подозревал, что демоническую кровь можно так использовать.
Шэнь ЦинЦю хранил молчание. Теперь познакомившись с тёмной стороной оригинального «Пути Гордого Бессмертного Демона», он не мог сказать, что никогда о чём-то таком не думал. Он просто не подозревал, что настанет день, когда он увидит, как всё это применяется на нем.
Шэнь ЦинЦю:
- ...Мы обрели новые знания.
Ло БинХэ кивнул:
- Мы обрели новые знания, - и продолжил. - Раз так, то этот ученик не может позволить всем этим новым знаниям пропасть даром или может?
Шэнь ЦинЦю предупредил:
- Ло БинХэ, даже если этот учитель дал тебе разрешение...Тебе всё еще не дозволяется делать глупости.
Ло БинХэ вздрогнул:
- О. Этот ученик понимает.
Он выглядел удручённым, но не настаивал. Теперь Шэнь ЦинЦю был единственным, кто чувствовал себя виноватым.
Ло БинХэ никогда ни о чем не просил, когда дело доходило до этого, всегда был предельно внимателен, всегда следил за тем, чтобы Шэнь ЦинЦю остался удовлетворенным. Преодолев такие страдания, он, наконец, обрёл уверенность с помощью этих справочных материалов и хотел попробовать что-то новое, но Шэнь ЦинЦю отказался.
Шэнь ЦинЦю не мог успокоить свои эмоции. Немного погодя, спрятав лицо за веером, он торжественно спросил:
- Что ты хочешь сделать?»
Ло БинХэ мгновенно оживился и расцвел, будто вернулась весна. Шэнь ЦинЦю втайне был счастлив, глядя на это. Нельзя сказать, что ему было, что терять, они в любом случае перепробовали много всего.
Он поднял 'Несправедливость Чуньшань' и быстро пролистнул страницы. Убедившись, что там не было слишком возмутительного или ненаучного, он немного успокоился. Кто ж знал, что когда он взглянет на БинХэ, тот будет торжественно держать в руках книгу потолще. Ослепительно улыбаясь, БинХэ подошел ближе.
- Шисюн, а что это ты держишь эту книгу?
Шэнь ЦинЦю в молчании смотрел на обложку книги в руках Ло БинХэ. Эта работа была достойна уровня 'Несправедливости Чуньшань' -'Песня БинЦю', автор: Три Святые Матери.
Ло БинХэ:
- В этой книге написано больше, лучше детализировано и легче исполнимо в реальной жизни. Этот ученик, следуя инструкциям в книге, подготовил кувшин с вином, посмотрим, будет ли эффект таким же, как его здесь описали.
«Как я вижу, это книга даже более низкая, чем предыдущая!»
Что бы там ни было Шэнь ЦинЦю точно знал, что вино тут было вовсе не для питья.
Подожди-ка, если он всё подготовил заранее, был ли тот жалобный взгляд до этого - игрой, чтобы его одурачить?
Ло БинХэ пристроился сзади Шэнь ЦинЦю, приподнял его бедра, задирая повыше зад. Спина Шэнь ЦинЦю плавно изогнулась. Таково было условие Шэнь ЦинЦю, прежде чем он согласился. Если Ло БинХэ хотел поиграть в описанное в книге, то должен был сделать это сзади, иначе Шэнь ЦинЦю этого бы не вынес. И хотя Ло БинХэ всегда настаивал на том, чтобы «входить в Шисюна спереди», он был сильно взбудоражен, желая испытать новые ощущения. Кроме того, БинХэ также прочитал в книге, что принимающая сторона может получить больше удовольствия, принимая сзади, так что он с радостью согласился.
Он поднял кувшин с вином, направил горлышко к тесному розоватому отверстию Шэнь ЦинЦю и медленно засунул его внутрь.
Горлышко узкое на конце, утолщалось к основанию. Проникновение было легким, но чем глубже оно входило, тем больше нужно было прилагать усилий. Внутрь потёк холодный алкоголь. В ответ на стимуляцию внутренние стенки Шэнь ЦинЦю сжались. Он вцепился в простыни под собой, нахмурил брови.
Шэнь ЦинЦю слышал, как его наполняло вино. Неприятное ощущение вздутия становилось всё более и более явным. ЦинЦю больше не мог этого выносить:
- Достаточно...
Ло БинХэ послушно остановился, но горлышко было по-прежнему внутри.
Алкоголь, изначально легко принятый, оказался с горьким послевкусием. Через короткое время внутри Шэнь ЦинЦю всё болезненно горело. Что бы он ни делал, он не мог избавиться от этой странной боли и покалывающих ощущений. Он подвигал руками и немного переместился вперёд.
Ло БинХэ не остановил его. Горлышко кувшина с хлопком вышло из тела. Шэнь ЦинЦю тут же стиснул стенки, чтобы алкоголь не вытек наружу. Но что делать после этого, он не знал.
Дать вину вытечь прямо перед Ло БинХэ, было бы слишком смущающим. Но Шэнь ЦинЦю не мог терпеть, передвигаясь на короткое расстояние. Малейшее движение заставляло его волноваться о том, что он не сдержит содержимое внутри.
Ло БинХэ прижался к нему и сжал за гладкие плечи. Одной рукой дразня соски, другой приподнял его обессиленные бедра, и, направив свой член ко входу Шэнь ЦинЦю, несколько раз потерся.
Кажется, будто он действительно многому научился из этих проклятых книжек...
Шисюна дразнили до тех пор, пока он не потерял опору, хватаясь за простыни под ним, тонкий блеск пота покрывал его тело.
Стоило ему потерять бдительность, как в его вход ворвались одним мощным толчком.
В этот момент Шэнь ЦинЦю полностью потерял контроль над нижней частью тела. Руки его тоже больше не держали. К счастью, размер Ло БинХэ полностью его заполнил, не давая вину вытечь.
Хотя они это делали уже много раз, вторжение было все ещё болезненным. Но в этой боли, казалось, что-то было иначе.
Внутри всё пекло от вина. Когда Ло БинХэ начал всерьез в него вколачиваться, алкоголь стал просачиваться из ануса, вытекая, словно мёд. Безостановочные влажные звуки между каждым движением так смущали, что Шэнь ЦинЦю покраснел. Глубоко внутри него было ощущение боли, умолявшие о яростном толчке в ту самую точку. Но Ло БинХэ лишь слегка дразнил ее головкой. В отчаянии Шэнь ЦинЦю подался бёдрами назад.
Это слабая реакция удивила Ло БинХэ. Он остановился, задыхаясь, и радостно спросил:
- Шисюн? Тебе хорошо? Я всё правильно делаю?!
БинХэ вбивался в быстром темпе. Прозрачное красное вино продолжало выливаться, медленно стекая. Шэнь ЦинЦю был опьянён, повсюду расплёскивалась жидкость. Внутри него всё смешалось от алкоголя и члена БинХэ, стимуляция была слишком сильной. Костяшки Шэнь ЦинЦю побелели, сжимая простыни изо всех сил, он страдальчески плотно зажмурил глаза.
Ло БинХэ безжалостно продолжил спрашивать:
- Тебе нравится? Тебе приятно?
Шэнь ЦинЦю что-то тихо ему ответил. Ло БинХэ не расслышав, наклонился к нему, при этом входя глубже.
Волна боли выстрелила в позвоночник, задыхаясь Шэнь ЦинЦю выговорил:
- Лицом...Лицом...
Сильное жжение от спиртного распалило всё тело Шэнь ЦинЦю. В то же время, казалось, будто он пропитался парами вина, вплоть до того, что и дыхание содержало алкогольную сладость. Ло БинХэ повернул голову ЦинЦю для поцелуя; изучая языком его рот, БинХэ обнаружил, что даже слюна ЦинЦю на вкус отдавала спиртным.
- Шисюн, - сказал Ло БинХэ, - ты хочешь видеть моё лицо?
Шэнь ЦинЦю едва незаметно кивнул.
Ло БинХэ:
- Хорошо подумай. Поза сзади была идеей Шисюна. Если ты хочешь, чтобы я сделал это спереди...боюсь, я не смогу так легко дать тебе отвернуться.
Его хриплый голос согрел слух ЦинЦю. В трансе Шэнь ЦинЦю закрутился.
Ло БинХэ вышел из него и с силой перевернул Шэнь ЦинЦю лицом к себе.
На бледных щеках ЦинЦю проступил румянец, глаза и кончик носа покраснели, слезы цеплялись за ресницы. Ло БинХэ сцеловал каждую из них, одним пальцем лаская нежную кожу вокруг краев дырки ЦинЦю. Свободной рукой он забрался под спину Шэнь ЦинЦю и, приподняв его, мягко сказал:
- Шисюн...Смотри.
Удерживая руку на его челюсти, БинХэ заставил ЦинЦю посмотреть вниз. Тот увидел, что между его бедер царил хаос из смеси алкоголя и спермы. Раскрывшийся цветок полыхал между округлых холмов плоти, набухший настолько, что внутренние стенки были готовы вот-вот вывалиться наружу, всё еще подергиваясь, и истекая белой жидкостью.
- ..., - Шэнь ЦинЦю онемел и закрыл глаза.
Ло БинХэ нежно покрыл его щёки поцелуями и снова вошел.
Шэнь ЦинЦю почувствовал новую острую боль. Ло БинХэ больше не поддерживал его под спину, так что ЦинЦю рухнул вниз, чёрные волосы разметались по подушке, пальцы бессильно хватались за твёрдые мышцы спины БинХэ.
Через раунд гона значительное количество спиртного вытекло из Шэнь ЦинЦю. После тщательной промывки спиртным, его внутренние стенки были на пике, горячие и податливые, чувствительные и нетерпеливо желающие всосать посторонний объект. С дыркой, заполненной внутри, и производящей мокрые звуки, Шэнь ЦинЦю обвил ногами талию БинХэ, внутренняя поверхность бедер тёрлась о кожу БинХэ, пальцы согнулись, лицо одурманено.
Пары алкоголя наполнили воздух. Шэнь ЦинЦю действительно был опьянён. Но прежде чем он потерял сознание, Ло БинХэ протрезвил его.
Поддерживая Шэнь ЦинЦю под спину, БинХэ поднялся с кровати.
Вес Шэнь ЦинЦю потянул вниз, и член Ло БинХэ, раздирая внутри всё на части, достиг до самой глубокой точки. Из-за этого толчка сердце ЦинЦю чуть не выпрыгнуло из груди, будто, в него вошел меч, и ЦинЦю начал сопротивляться. Однако будучи удерживаемым на весу, как бы он не боролся, это только помогало члену погружаться глубже и глубже, при этом набухая до своего максимального размера.
И что более пугающе, Ло БинХэ начал ходить.
Такая позиция позволяла БинХэ погружаться в Шэнь ЦинЦю ещё более глубоко. С каждым шагом член шевелился внутри, меняя угол проникновения, БинХэ всецело наслаждался спазмами Шэнь ЦинЦю.
Опасаясь даже больше чем быть затраханным до рвоты, Шэнь ЦинЦю боялся упасть.
Не в силах всё это выносить дальше, Шэнь ЦинЦю из последних сил выговорил:
- Подожди. Подожди...Слишком глубоко...Бин...БинХэ, опусти меня вниз...
БинХэ прижался к мочке уха и с придыханием прошептал:
- Шисюн...Недостаточно глубоко...Всё еще недостаточно...
Живот Шэнь ЦинЦю был настолько полным, что он несчастно прокричал:
- Как глубоко ты хочешь...Каких глубин ты собираешься достигнуть!
Ло БинХэ, действительно наслаждавшийся проникновением в ЦинЦю на весу, прижал его к столу. Верхняя часть тела ЦинЦю была крепко придавлена к поверхности стола, руки раскинуты крестом, ноги едва касались пола.
Зад висел на краю стола, ноги широко разведены, плотно прижатые к телу БинХэ. Стол трясся с каждым толчком.
Лицо ЦинЦю прижималось к столу. Между ног в него вбивался крепкий член. От кончиков пальцев ног до низа живота ЦинЦю весь дрожал, и едва мог стоять. Но руки БинХэ по-прежнему стискивали его ягодицы, прижимая их друг к другу так, что ЦинЦю мог прочувствовать удовольствие от сдавливания мышц как внутри, так и снаружи.
Всё, что Шэнь ЦинЦю чувствовал, так это то, что эта пытка была несравнима со всеми предыдущими мучениями. Дополнительно его задницу непрерывно ощупывали, и хотя, это не причиняло боли, это было действительно стыдно. Скоро Ло БинХэ поменял тактику. Каждый раз он лишь слегка вытаскивал член и потом яростно врывался внутрь, мускулы Шэнь ЦинЦю сжимались так сильно, что он боялся, что они могут быть изуродованы. Шэнь ЦинЦю оставался распятым на столе, внутри всё было растянуто и пекло. Это сводило его с ума, но ЦинЦю был прикован к месту, не в состоянии двигаться, и мог только принимать всего Ло БинХэ.
Неудивительно, Ло БинХэ был гением. С каким-то справочным материалом он может быть таким!
Шэнь ЦинЦю сглатывая слезы и задыхаясь, всхлипнул:
- Ты...Что еще ты читал...
Примечания:
Примечания переводчиков с китайского на английский и с английского на русский:
(1) 春山恨 дословно переводится как «Ненависть Весенней Горы», но «весенняя гора» звучит нелепо, так что был использован пиньинь, и название стало 'Несправедливость Чуньшань'. Чуньшань - это Вершина Цин Цзино
(2) 冰秋吟 дословно переводится как «Песня Ледяной Осени», но полагаю, это отсылка к именам Ло БинХэ и Шэнь ЦинЦю, так что 'Песня БинЦю'. «После восстановления, которое заняло больше месяца, Ло БинХэ наконец полностью вернул свое прежнее тело» - это отсылка к предыдущей экстра главе, в которой Ло БинХэ из-за искажения ци превратился в ребенка.
(3) «Шэнь ЦинЦю жалостно рыдал...» в китайском здесь были использованы слова 梨花帶雨, которые означают «плачущая красота; заплаканное красивое лицо».
(4) Лю Су Мянь Хуа - это, вероятно, Лю Мин Янь, «девушка, обладающая достоинством, тонким вкусом, стратегическим мышлением и чувством справедливости. Несравненная, первая в мире красавица», младшая сестра Лю Цин Гэ.
(5) Самолет Стреляющий в Небеса - никнейм автора «Путь Гордого Бессмертного Демона», подробнее в 28 главе новеллы.
(6) RPS (англ. real person slash) - описываются гомосексуальные отношения между реальными людьми, не заявлявшими открыто о своей гомосексуальной ориентации.
(7) Даб-кон (dub-con - dubious consent) - сомнительное согласие на секс.
(8) Нон-кон (non-con - non consensual) - секс по принуждению.