ПИСЬМО ОТ ДЖИСОНА
Привет, вы.
Да, я знаю, это странно — обращаться так к людям, которых я никогда не видел. Но Минхо говорит, что вы были рядом всё это время. С самого начала. Когда я ещё разливал кофе в «Уголке» и не знал, что за красивым лицом скрывается целая буря. И когда эта буря меня, в общем-то, смыла и унесла с собой. Вы видели, как я плакал. Как боялся. Как... как начал чувствовать что-то к тому, кто стал причиной всех этих слёз. Спасибо, что не осудили. Наверное, со стороны это выглядело безумно.
«Самый сладкий яд — это когда твой тюремщик становится единственным, кто знает, как унять твою дрожь».
Я до сих пор иногда просыпаюсь ночью и не сразу понимаю, где я. Потом чувствую его руку на своей талии — тяжёлую, тёплую, уверенную — и снова засыпаю. Странная штука, жизнь. Никогда не думал, что моим спасением станет тот, кто сначала был моим похитителем. Но, как говорит Сохи (о нём позже), «логика — это для математики. Люди живут по другим формулам».
Ах да, Сохи! Мой новый... ну, брат, что ли. Хотя звучит дико. Представьте себе: раньше у меня был только пьяный отец, который меня ненавидел. А теперь есть старший брат-мафиози, который учит меня, как правильно держать нож (на кухне! для готовки!), и младший брат-гений, который может решить сложное уравнение, но паникует, если надо просто заказать пиццу по телефону. Сохи — он особенный. Иногда он сидит со мной в тишине, и нам даже не нужно говорить. Мы просто... понимаем. Он подарил мне комикс о супергерое, который борется с внутренними демонами. Говорит, я напомнил ему главного героя. Я не уверен, что это комплимент, учитывая, сколько тот герой настрадался.
Минхо... Ох, Минхо. Он всё ещё тот самый человек, который может одним взглядом заставить трепетать целую комнату. Но теперь я знаю, что этот взгляд может быть и нежным. До смешного нежным. Особенно когда он думает, что я не вижу. Он до сих пор иногда смотрит на меня с таким виноватым выражением, будто спас меня от падающего самолёта, но случайно поцарапал при этом. Я всегда тогда щипаю его за бок. Говорю: «Хватит. Мы уже здесь». Он вздыхает и прижимает меня к себе так сильно, что у меня хрустят рёбра. Я не жалуюсь.
Он сделал мне однажды минет. Извините, что так прямо, но... это было важно. Не сам акт, а то, как. Это был не жест власти. Это было смирение. Обещание. Как будто он говорил: «Вот. Я отдаю тебе всё, что у меня есть, даже свою гордость». После этого я плакал. Опять. Но на этот раз — от того, что слишком много чувств не помещалось внутри. Он просто держал меня, пока я не успокоился, и шептал на ухо всякую ерунду про то, какой я неловкий и как ему придётся практиковаться ещё. Грёбаный идиот.
Шутка? Окей. Однажды Сынмин пытался объяснить Сохи теорию вероятности на примере покера. Сохи слушал минут пять, потом без выражения лица сказал: «Значит, вероятность того, что мой брат (имея в виду Дэсока) когда-нибудь поступит по-человечески, стремится к нулю?». Сынмин поправил очки и ответил: «К отрицательной бесконечности». Минхо, который всё это слышал, фыркнул своим тихим смешком, а я понял, что наша семья — это сборище самых безнадёжных в мире психов. И мне здесь хорошо.
Так что спасибо. За то, что читали эту историю. Нашу историю. Она получилась некрасивой, грязной, странной и очень-очень настоящей. Как и мы.
Берегите свои сердца. И не бойтесь странных людей в кофейнях. Иногда за их масками скрывается не монстр, а просто очень уставший человек, который ищет свой уголок солнца. Даже если он сам — гроза.
И если вдруг Минхо прочтёт это... любимый, нет, я не жалею. Ни о чём.
Ваш,
Джисон.
P.S. Если вы вдруг увидите парня, который покупает тонну бананов не в еду, а «для тренировки» — не спрашивайте. Просто улыбнитесь и идите дальше. Это наш маленький, дурацкий, совершенный секрет. 🍌