Заступничество Ласефа
В эту ночь Дина уснула под утро, и не успело показаться солце, как ее разбудили крики доносившиеся из кухни:
-Головой ударился, Ласеф?
-Я нет, но уверен, что ты ударился!
-Как ты смеешь?
-Это ты, как смеешь губить жизнь Дине?
- Я ей устраиваю лучшую жизнь!
-Жизнь с этим человеком, не может быть лучшей и даже хорошей.
-А что с ним не так? Он из хорошей семьи!
-Хотел сказать из богатой!?
-Замолчи, не забывай он друг дяди!
-Деньги не делают жизнь и друзей хорошими.
-А что делают?
-Искренняя любовь, верная дружба!
-Пламя любви разгорается сильнее, если она рассжигается деньгами.
-Возможно, пламя дружбы разгорается сильнее, если подбрасивать в нее деньги, но любовь разгорается только от духовного богатства.
-На что ты намекаешь!?
-Я не намекаю, а утверждаю, что вы продажные и что теперь вы собираетесь и Дину продать!
После этих слов раздался грохот. Дина вскочила с кровати, выбежала в кухню и наткнулась на драку старшего брата Милеза с Ласефом. Уведя, как дерутся, её братья у неё сердце раскололось по полам. Но больше всего она испугалась за Ласефа. И в этот момент в кухню вбежали другие братья.
Суню и Кебмилез разняли их, Румит лениво зашел и встал уперевшись на стол, а мать вся бледная схватила Динару за руку и повела свою комнату. Динара не осмелилась противиться, не ничего сказать. Она замерла по середины комнаты, вслушаясь каждое слово доносящийся из кухни:
-Теперь дело и до драк дошло!?
-Кебмилез, мы же парни, как же без этого?
-Молчи, Суню!
-Я то помолчу, но не думаю, что стоит из этого единорога делать!
-Суню!
-Окей, окей.
-Вижу расспустил я тебя, только попробуй мне еще тут выделиваться, я тебе покажу, как старшему в семье брату перечить... Это вас всех касается, вы меня поняли!
-Тот, кто не уважает старшего брата...
-Кебмилез, говоришь так, потому что ты второй брат!?
-Суню, не выводи меня из себя!?
-Окей, остынь... а ты что молчишь Румит?
-...
-А я вот не согласен, с чего бы мне вас всех увожать, мне плевать младше всех ли я или нет, вы все не достойны, что бы я вас чтил, как старших братьев!
-Ах, ты...
Не успел это воскликнуть Милез, как второй брат ударом свалил Ласефа.
- Так со старшим братом разговаривать, где твои манеры!?
-А где ваша совесть!?
-Ласеф, тебе не кажется, что старших братьев лучше не злить?
-Замолчи трус!
-Эй, эй следи за словами, не забывай, хоть я младше их, но старше тебя, с тобой то я справлюсь... если вдруг разозлишь... хм.
-Усмехаешься. Для тебя это забава Суню!? Все... до одиного...как же вы мне противны, от одной мысли, что вы мои братья... что в вас течеть, кровь нашего благородного отца мне противна!
Снова начался грохот, в этот раз сильнее. Доносились крики, звон бьющейся посуды, шум от ломающихся стульев, все это проходило через ее нежное сердце. Динара не могла больше это слышать, она села на ноги, закрыла обеими руками уши и разрыдалась: " Что мне делать, бедный брат Ласеф, из-за меня его изобьют сильно, зачем я вообще родилась, за что я должна вынести это их наплевательское на мою жизнь отношение, как же мне надоело все, как же мне надоела эта омерзительная моя жизнь!?" В это мгновение она почувствовала слабость и тьма прошлась перед глазами.
Когда Дина проснулась, она лежала в своей спальне, которая была обставлена темно-коричневой мебелью. В комнате было ярко от лунного света, который попадал в комнату из-за раздвинутых черных штор, которые сочетались с черной постелью. Ей не хотелось ни встать, ни двинуться, она молча лежала, смотря на люстру, и размышляла о своей жизньи и о том какой она может стать. Так день сменила ночь и Динара нехотя встала. Она хотела пойти к Ласефу, узнать как он, но ей не хотелось снова затрагивать тему со свадьбой. Это ее сдерживало. После долгих раздумий Динара наконец-то решилась пойти узнать о его самочувствии. Не успела она выйти из спальни, как встретила его в коридоре:
-Л-ласеф...
Его лицо было опухшим,и в синяках. Динара увидев его таким почувствовала свою вину, сердце заныло от боли и не вынеся этого она опустила свой взор. Ласеф поняв её волненье сказал:
-Дина, что за озабоченное лицо?
-...
-Не уж то, чувствуешь свою вину?
-Разве не моя вина в этом!?
-Нет, не твоя! Защищать от бед, и от несчастий сестру первый долг брата. Если я просто буду стоять, как мою младшую, единственную сестру отдают в пасть тигру, то как я после этого могу себя твоим братом называть. Устроить твою счастливую жизнь моя первостепенная обязанность, и если и что-то случится в исполнении этого, то ты должна это принять как должное, а не чувствовать вину. Ты поняла!?
- Д-да
-Молодец...но... послушай Динара, ты не хуже меня знаешь, кто дядя и какой у него авторитет...и в нашей семье и... Я не могу пока представить, как... предотвратить брак с Асумом, но я...
-Ласеф, для меня уже большое счастье знать, что у меня есть родной человек, который думает о моем счастье. Как ты и сказал, я знаю, что только смерть...
- Не смей!
- Я и не смею... брат спасибо тебе, я все понимаю, понимаю, что как бы ты не хотел и не искал способ помочь мне, это не возможно, поэтому я не виню тебя. Можешь не волноваться ты и так больше сделал для меня из того, что возможно было.
- Динара... Я...
-Брат, все хорошо, я пойду... выздоравливай...
Сказав это, она повернулась и направилась в гараж.
В этот день по-обычному на улице была прекрасная погода, но Дине всё казалось мрачнее тьмы.