Глава- 2
Яркое утреннее солнце проникало в кухню через открытое окно, освещая маленький деревянный стол, на котором стояли простые, но любимые блюда: рис, мисо-суп и омлет тамагояки.
Сумико сидела на своём месте, бодро болтая ногой в воздухе и с аппетитом поедая завтрак. Она нетерпеливо поглядывала на часы на стене: стрелки всё ближе подбирались к заветному часу их встречи с друзьями.
«Скорее бы, скорее бы...» - думала она, представляя, как они будут гулять по знакомым улочкам, смеяться, покупать моти, а потом валяться в парке на траве, разглядывая облака.
- Ото-сан, я сегодня встречаюсь с ребятами после обеда! - радостно сказала она, глядя на отца.
Он, высокий мужчина с суровым лицом, но добрыми глазами, сидел напротив и медленно пил чай.
На мгновение его брови дрогнули, и он отставил чашку.
- Нет, - сказал он твёрдо.
Сумико замерла с ложкой в руках.
- Что?.. Почему?! - выпалила она.
- Ты сегодня остаёшься дома, - спокойно повторил отец. - В последнее время в Токио стало опасно. Группировки растут. Особенно в районе, где ты гуляешь.
Её сердце упало.
- Но, ото-сан, мне уже шестнадцать! - воскликнула Сумико. - Я не ребёнок! Я могу за себя постоять!
Отец посмотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом.
- Ты сильная, я знаю, - мягче сказал он. - Но даже сильные бывают бессильны перед толпой. Ты моя дочь, и я не позволю рисковать тобой.
- Это несправедливо! - воскликнула она, со звоном ставя палочки на стол.
В груди всё горело от обиды. Она уже почти чувствовала запах весеннего ветра и смех друзей - а теперь всё это ускользало сквозь пальцы.
Отец молчал. Его молчание всегда было последним словом.
Сумико резко отодвинула стул и, не сказав больше ни слова, побежала наверх, в свою комнату.
Она захлопнула за собой дверь, тяжело дыша. Скинула на пол школьный рюкзак и рухнула лицом в кровать.
«Это нечестно, нечестно...» - думала она, зарывшись в подушку.
Весь мир за окном продолжал жить, а она сидела здесь, запертая не из-за своих ошибок, а из-за страха, который не могла изменить.
Она сжала кулаки. Ей хотелось кричать, хотелось доказывать, что она не маленькая, что она справится... но кому?
Только шорох листьев за окном отвечал ей.
И где-то в телефоне, который остался в кармане рюкзака, тихо вибрировал входящий звонок - наверное, Куина или Усаги писали, чтобы узнать, когда она выйдет.
Но Сумико не хотела ни с кем говорить.
Не сейчас.
Сумико валялась на кровати, уткнувшись лицом в подушку, когда телефон завибрировал снова.
Со вздохом она дотянулась до него и открыла сообщение от Куины.
Куина:
«Мы уже почти все собрались! Ты где? Ждём тебя!»
Сердце кольнуло болью.
Собравшись с силами, она быстро напечатала в ответ:
Сумико:
«Ото-сан не пускает... Говорит, в Токио стало опасно. Я не могу выйти...»
Куина сразу прислала сердечко и грустный стикер.
И всё.
Сумико снова осталась одна в тишине своей комнаты, прислушиваясь к шуму улицы за окном.
Прошло минут двадцать. Она уже почти снова впала в дремоту, когда вдруг услышала странный шум внизу под своим окном - шорох, голоса, тихий смех.
Сумико приподнялась, отодвинула занавеску... и замерла.
Под её окном стояли они - вся их маленькая компания.
Куина махала руками, Усаги хихикала, Нираги держал что-то металлическое, а Карубэ ставил на землю старую, потертую лестницу. Арису, обняв подмышкой свои комиксы, стоял чуть в стороне, явно переживая, что за это всем влетит.
Сумико не верила своим глазам.
Карубэ, ухмыляясь, поднял взгляд вверх и крикнул: - Судзуки! Спускайся!
Мы тебя спасаем!
Нираги заржал: - Быстрее, пока твой ото-сан не вышел с бамбуковой палкой!
Она, смеясь сквозь удивление, распахнула окно.
- Вы с ума сошли?!
- Мы - твои друзья! - крикнула снизу Куина. - А дружба - это безумие!
Карубэ крепко ухватил лестницу обеими руками, подпирая её снизу.
- Я держу. Только аккуратней!
Сумико, смеясь, начала осторожно спускаться. Лестница скрипела и шаталась, но Карубэ честно удерживал её. Она уже почти добралась до земли, когда нога соскользнула по скользкой перекладине, и Сумико с коротким криком сорвалась вниз.
Короткий миг - и она оказалась в чьих-то крепких руках.
Она подняла глаза... и встретила спокойный, немного прищуренный взгляд Чишии.
Он крепко держал её за талию, будто это было совершенно естественно. На его лице не дрогнул ни один мускул.
Через пару секунд он аккуратно поставил её на ноги и лениво сказал: - Смотри под ноги, Судзуки.
Щёки Сумико предательски вспыхнули.
Она сжала кулаки, чтобы не закричать от неловкости, но внутри чувствовала странное тепло от его прикосновения.
- Спасибо, - буркнула она, поправляя волосы.
Куина, Усаги и Арису уже разрывались от смеха.
Карубэ гордо хлопнул по лестнице: - Работает! Правда, с бонусом.
- Пошли уже, пока не спалили, - сказал Нираги и закинул руку за голову.
И вот, всемером, они рассмеялись и, как самые обычные беззаботные подростки, помчались по улицам Токио - на поиски своих любимых моти, на поиски лета, свободы и беззаботности.
За спиной оставался дом, тяжёлые разговоры и страх.
Впереди было только солнце, друзья и сладкий вкус жизни.
Толпа друзей наконец добралась до уютного небольшого кафе на углу улицы.
Там пахло сладким тестом, свежезаваренным чаем и жареным кунжутом.
- Моти! Моти! - радостно подпрыгивала Куина, тянув за собой Усаги.
- Я хочу с мятой, - мечтательно сказала Усаги, заглядывая в витрину.
Нираги и Карубэ уже начали спорить, кто съест больше штук, громко перебивая друг друга.
Арису сел в уголке и тут же раскрыл свой комикс, погружаясь в картинки, хотя одним ухом продолжал слушать разговоры.
Сумико, улыбаясь, тихо стояла у кассы, глядя на меню.
Она уже знала, что выберет: нежное моти с клубникой - её любимое с детства.
Пока она раздумывала, к кассе молча подошёл Чишия.
Сумрачный, спокойный, с вечной тенью безразличия на лице.
Он мельком посмотрел на неё.
- Клубника, да? - спросил он так, будто уже знал ответ.
Сумико кивнула, чуть растерявшись.
Не говоря больше ни слова, Чишия сунул руки в карманы штанов, заплатил за два моти - одно для себя, другое для неё - и передал продавцу сдачу, даже не оборачиваясь.
- Эй, - начала было Сумико, - я могла бы сама заплатить!
Чишия лишь лениво пожал плечами: - Ты сегодня и так чудом не разбилась. Считай, страховка.
Его тон был отстранённым, но в этих словах таилась странная, теплая забота, которую он сам, казалось, даже не осознавал.
Сумико прикусила губу, стараясь спрятать лёгкую улыбку.
Когда они вернулись за столик, их уже ждали остальные.
Куина и Усаги что-то горячо обсуждали, явно делясь секретами и хихикая.
Карубэ и Нираги оживлённо строили планы на следующую вечеринку:
- Вот увидишь, я сегодня заберу самый крупный приз, - хвастался Нираги, подмигивая Карубэ.
- Только не забудь, что призы тоже могут иметь характер, - подначил Карубэ, вызывая новый взрыв смеха.
Сумико села рядом с Чишией и тихонько начала есть своё моти, украдкой поглядывая на него.
Он, не отрываясь, читал книгу по анатомии, держа моти в одной руке.
Тишина между ними была лёгкой, естественной. Словно им не нужны были лишние слова.
И в этой лёгкости было что-то такое настоящее, что сердце Сумико дрогнуло.
Она поймала себя на мысли: рядом с Чишией даже молчание было уютным.
И, может быть... даже слишком уютным.