Глава 10. Секреты семьи.
Амелия сидела на стуле, а Барти с Айзеком на диване. В комнате воцарилась тяжёлая тишина, никто не знал что сказать.
Амелия думала "что нам пора узнать о нашей семье?", каждую минуту она возвращалась к этой мысли. Ей было очень интересно, и очень страшно, что за секреты скрывали их с Барти родители.
Это её сильно напрягало.
Тишину первой нарушила Амелия, своим вопросом:
- Так ладно, хватит молчать. Ты говорил, что нам с Барти нужно что-то узнать о нашей семье, а что именно мы должны узнать?
Айзек подавился воздухом, и потом уже после раздумий начал делать как будто беседу по воспитанию.
- Ладно, давайте начнём. Как вы знаете, я младший брат вашей мамы, и я исчез по тупым обстоятельствам. Начнём с того, почему я пропал. - сказал он, - меня заставил ваш дедушка, Карпер Кристал. Ваша мама никогда вам про него, верно?
- Верно.. - сказал Барти, - но почему?
- Она не хотела вас обретать на неудачу. Наш отец с Ли, очень странный и чистокровно помешанный. Он всегда был таким. А когда он узнал про мою связь с маглорожденной, он взбесился. Начал метать в меня всякие предметы, и даже еду. Он кричал на меня, что я "тупой" и "порчу себе жизнь, тем, что я встречаюсь не с чистокровной девчушкой." Он не понимал, что я её люблю очень сильно. После этого он сказал, либо она и я ухожу навсегда, и он говорит что я умер, либо я остаюсь дома, и бросаю свою любимую девушку, - сказал он, и продолжил, - Я послал его, собрал все свои вещи и ушёл. После этого он сказал что я умер, и Ли узнала об этом. Она не верила этому, и прекрасно знала что я встречаюсь с девушкой не по масти, как говорил отец. И она поняла, что случилось, она знала где живёт Милиша, и пошла к ней. Там был я, но помогал собираться Милише, и она поняла что мы уходим. Я ей рассказал всё, что говорил мне отец, она кивнула и сказала что будет ждать меня. А я ей пообещал, что вернусь через восемь лет, она кивнула и обняла меня и Милишу на прощание, и после этого мы больше не виделись с вашей мамой.
Амелия не знала что сказать, у Барти округлились глаза - он смотрел на Айзека так, будто мир вокруг перестал существовать. Его губы дрогнули, словно он хотел что-то произнести, но слова застряли в горле. Тишина давила, и Амелия чувствовала, как сердце бьётся всё быстрее, хотя ни одного подходящего ответа так и не приходило в голову.
- Если молчите, то могу продолжить, - сказал Айзек, - Я сбежал, и не появлялся восемь лет. Думал, может к сестре приехать, так скучаю за ней, Милишка то моя умерла, и сын у меня остался. Ему кстати сейчас десять. Его Эдвард зовут.
- Эдвард? - спросила Амелия.
- Да, Алии, Эдвард Батт Кристал.
- Айз... - сказала мама Амелии и Барти.
- Ли! - сказал он потертая голову, встал и побежал к ней.
Ли подошла и обняла Айзека со всей силы. Мама Амелии очень скучала за своим братом, она заплакала на его плече.
Когда их мама отстранилась, у неё были на глазах слёзы.
- Айзек, ты всё же приехал как и обещал.. - её голос дрожал, будто каждое слово резало сердце.
- Ли, - только и смог вымолвить он, вцепившись в её руки, словно боялся, что если отпустит - она снова исчезнет из его жизни.
Амелия следила за этим моментом, у неё внутри всё переворачивалось. Она привыкла видеть маму сильной, сдержанной, почти недосягаемой - и вот сейчас эта женщина, их мама, плакала, как девочка, обняв младшего брата, которого столько лет не было рядом. Барти не отрывал взгляда от дяди: в его глазах мелькало недоумение, злость и что-то вроде зависти.
- Ты... ты должен был приехать раньше, - Ли всё-таки вырвалась из объятий, глядя на Айзека с упрёком, но и с облегчением. - Я ждала тебя. Каждый год ждала.
Айзек тяжело опустился обратно на диван, провёл рукой по лицу:
- Я хотел... Господи, как же я хотел. Но после смерти Милиши всё покатилось в бездну. Я не мог даже смотреть на себя в зеркало, не то что вернуться домой.
В комнате снова повисла гнетущая тишина. Тиканье часов на стене звучало слишком громко, будто насмехалось над их растерянностью.
- Ты сказал... сын, - нарушил молчание Барти. Его голос был осторожным, будто он боялся потревожить хрупкую правду, которая только начала раскрываться. - У тебя есть сын. Наш двоюродный брат?
- Да, - Айзек кивнул. - Эдвард. Ему десять. Он умный, спокойный, совсем не в меня. Иногда я думаю, что он слишком мудрый для своего возраста. Он напоминает мне о том, что у меня есть ради чего жить...
Амелия сжала руки в замок, не в силах справиться с ощущением, что вся её жизнь рушится и строится заново в одну секунду. Её взгляд метался между мамой и Айзеком.
- Почему ты нам ничего не рассказала? - вдруг выпалила она, глядя на Ли. Голос дрогнул, но звучал твёрдо. - Почему мы только сейчас узнаём, что у нас есть дядя и брат, о которых мы даже не подозревали?
Их мама закрыла глаза, будто удар пришёлся прямо в сердце.
- Я хотела вас уберечь, - прошептала она. - Я думала, так будет лучше.
- Лучше? - Барти поднялся с дивана, его глаза горели. - Ты скрывала от нас правду о нашей семье, а говоришь «лучше»? Мы всю жизнь жили в тени, не зная, кто мы такие на самом деле.
Айзек поднял ладонь, пытаясь остановить этот поток.
- Барти, не вини её. Это всё отец. Он сломал её, как когда-то пытался сломать и меня. Ли просто боялась, что вы пройдёте через то же, через что прошли мы.
Амелия почувствовала, как у неё по коже побежали мурашки. Слово «сломал» резануло слишком сильно. Она впервые ясно увидела маму не только как мать, но как женщину, пережившую боль, которую та прятала годами.
Айзек замолчал. В комнате стало так тихо, что было слышно, как у Амелии колотится сердце.
- Так что же он сделал? Ты не договорил тогда- выдохнула она.
Айзек долго молчал, потом всё-таки сказал:
- Он пытался нас уничтожить. Своих детей. Всех. Ради того, чтобы сохранить «чистоту крови». - сказал он, - Он пытался нас уничтожить, - повторил Айзек, и его голос зазвучал глухо, будто откуда-то из глубины. - Ради идеи. Ради того, что сам называл «чистотой».
Барти прищурился, словно не верил своим ушам.
- Собственных детей?..
Айзек горько усмехнулся.
- Да. Собственных. Маму он не трогал лишь потому, что она была послушной. Потому что она молчала и никогда ему не перечила. А я... я стал для него позором. «Позор семьи» - вот как он меня называл.
Амелия сжалась на стуле, она чувствовала, как холод пробирается под кожу. Она хотела сказать хоть что-то, но слова застряли.
Ли закрыла лицо руками, её плечи дрожали.
- Айзек, не надо... - прошептала она. - Не перед ними.
- Нет, Ли, - резко ответил он. - Они должны знать. Ты слишком долго хранила молчание.
Амелия не выдержала и встала.
- Мам, он прав. Мы должны знать всё. Мы имеем право.
Ли подняла глаза на дочь. В них было столько боли, что Амелия на секунду захотела забрать свои слова обратно. Но было поздно - правда уже начала выползать наружу.
- Наш отец, - тихо сказала Ли, - был жестоким человеком. И фанатиком. Он избивал нас, когда мы делали хоть что-то «не так». Он всегда говорил: «Семья Кристал должна быть безупречной». А Айзек... Айзек оказался смелее меня. Он не позволил отцу сломать себя.
Барти вскинулся.
- И за это он его...?
Айзек кивнул.
- Он хотел, чтобы меня не существовало. Для него я умер в тот день, когда выбрал Милишу. И для всей семьи тоже. Ли только одна знала правду.
Амелия чувствовала, как ком подступает к горлу. Она посмотрела на Барти - тот сидел неподвижно, сжав кулаки, будто пытаясь удержать внутри всё, что рвалось наружу.
- Значит, - сказала она дрожащим голосом, - всё это время... мы жили с мамой, но без правды? Мы думали, что у нас просто маленькая семья, а на самом деле...
- На самом деле, - перебил её Айзек, - у вас была целая история. И дядя. И двоюродный брат. Только вам этого никто не сказал.
Он замолчал и посмотрел прямо на Ли.
- Ты должна рассказать им всё, сестра. Всё, что скрывала.
В комнате повисло такое напряжение, что казалось - воздух стал густым.
Айзек обнял сестру, а потом посмотрел на Амелию и Барти.
- Всё, что вам нужно знать, вы уже знаете, - сказал он устало, но твёрдо. - Дальше - только вы сами.
Ли кивнула, вытирая слёзы. В комнате снова воцарилась тишина, но теперь она была другой - не давящей, а словно очищающей.
Амелия и Барти сидели рядом, не говоря ни слова. Они чувствовали: их мир изменился, но назад пути уже не было..