Глава III. Размытые границы
Феликс никогда не верил в мифических или сказочных существ. Его кругозор ограничивался существованием параллельных миров, которые навряд ли могли бы пересечься с нашим, хотя познания были глубокими. Потрясённый зрелищем он ещё долго пытался найти объяснение, пока блондин наконец не повернулся лицом в его сторону и заметил, что за ним наблюдают. Парень мгновенно скрылся под водой, и Феликс бросился к озеру, однако ни единого следа, что здесь кто-то плавал уже не оказалось. Ли не испугался, ему стало до дрожи под рёбрами любопытно, даже показалось, что теперь неизвестный нравится ему куда больше.
— Эй! — что есть сил крикнул Феликс, его низкий голос отозвался эхом по всей лесной поляне. — Пожалуйста, вернись! — он отчаянно вертелся вокруг собственной оси, внимательно искал глазами хоть какую-нибудь зацепку, и наткнулся на аккуратно сложенные брюки и рубашку белого цвета на другой стороне берега, расположенного примерно в восьми метрах. — Вот чёрт, — шепнул он и без колебаний вошёл в воду, не раздеваясь.
К его удивлению, на протяжении всего пересечения озерца было довольно мелко: прохладная вода едва ли доставала до талии. Феликс продолжал перебирать давление ногами и оглядываться по сторонам, а когда вышел скривил лицо от того, как шорты неприятно прилипли к бёдрам. Он взял в руки чужие вещи и пошёл к лесной глуши, сквозь заросли барбариса и репейника, ему почему-то казалось, что он найдёт причину своего недоумения именно там, словно тело само двигалось в нужную сторону. Наконец он вышел на поросшую травой тропу, что вела к морю. В зарослях облезшей ивы Феликс заметил знакомый силуэт, который даже не пытался убегать или прятаться вновь. Блондин завидя Феликса не пошевелился, лишь иссиня морозные глаза глядели прямо на Ли, поражая своей глубиной и утягивая в морскую пучину. Парень сидел на земле, прижав острые колени к груди и обхватив себя тонкими руками. Он следил за тем, как Феликс медленно приближается к нему, не нарушая зрительный контакт. Ли оказался совсем рядом, и когда между ними оказалось меньше полутора метров, он дружелюбно, но не спеша стал тянуть парню ладонь.
— Не бойся. Ты помнишь меня? — тот почти незаметно кивнул, приоткрыв пухлые серые губы. — Я не обижу тебя, пожалуйста, верь мне… — загадочный блондин смотрел на Феликса глазами, наполненными страхом и беспокойством, однако слушал внимательно; он обнимал себя за плечи, его блестящие небольшие крылья подрагивали. — Выходи же, — Ликс дегонько дёрнул вытянутыми пальцами. — Я принёс твою одежду.
Губы существа стали совсем голубоватыми, а с пепельно-золотистых волос всё ещё стекали капельки речной воды. Он неуверенно привстал, и Феликс учтиво отвернулся, протягивая парню его белые одежды. Ли чувствовал, как вспыхивают его щёки вместе с пламенем под желудком, а потом ощутил касание ледяных, как снег пальцев на коже тыльной стороны своей ладони. Незнакомец нечаянно дотронулся до него, принимая вещи, но у Ёнбока от этого ещё сильнее всё загорелось.
— Прости, что я тебя напугал, — произнёс Феликс, когда блондин резко забрал из его рук одежду. — И прости, что подсматривал, я не должен был. Мне стыдно. Но не переживай, я никому не скажу про твои… эм…
— Мои крылья? — тихо дополнил парень, он по прежнему стоял обнажённым, не торопясь одеваться.
— Д-да…
— Ты тоже меня боишься?
— Тоже? — Феликс повернул голову, изо всех сил стараясь не смотреть на чужое тело. — Что это значит?
— Они говорят, что нас боятся. Я должен прятаться.
— Кто «они»? — Ли смотрел на сложенные крылья и вблизи они казались ему ещё более прекрасными; они были тонкими, как у бабочек, и прозрачными, как у пчёл.
— Другие.
— Такие же, как и ты?
— Да, такие. Но сильней.
— А где они?
— Не знаю…
— Значит ты всё же один живёшь в этом лесу?
— Я не помню…
— Но… теперь ты не один, — Феликс снова протянул парню руку. — Меня зовут Феликс. Но ты говорил, что не помнишь как зовут тебя, да?
Блондин безответно смотрел на ладонь Феликса, прижимая к худому телу рубашку и брюки.
— Хёнджин, — он внезапно протянул руку в ответ, но не правую как Ликс, а левую. — Зови так.
— Хёнджин, — Ли не растерялся, скрестил свои пальцы с его, поражаясь насколько же блондин холоден. — Ты не замёрз?
— Ты теплее меня, поэтому для тебя это так странно.
Они смотрели друг на друга, сплетя кисти, и Феликс решил для себя, что это лучшие мгновения в его жизни. Одними губами он сказал:
— Я совсем не боюсь тебя, — он вдруг подошёл ближе, переживая, что блондин снова исчезнет, но тот стоял неподвижно. — Разве что твоей невероятной красоты, — Ли стал на носочки, чтобы дотянуться своми губами до посиневших чужих, они буквально подзывали его, и Феликс не сдержался; ему было наплевать, что он сейчас поцелует необычное создание, которого практически не знает, но это было слишко соблазнительно и маняще.
Ли едва коснулся, чуть вытянув губы вперёд, задержал их на несколько секунд, чувствуя как кровь ударяет в голову хмельным вином. Он хотел большего и в это же время желал отстраниться, ведь не ожидал, что парень, назвавший себя Хёнджином, будет таким наивным и податливым. Феликс опустился обратно на ступни, следя за реакцией блондина, но он оставался невозмутимым, словно ничего не произошло. Ему вдруг захотелось забрать его к себе и больше никогда не отпускать ни на шаг, поэтому он сильнее сжал холодную ладонь, сказав:
— Тебе нравится жить одному в лесу?
— Я не знаю, — поступил очевидный ответ.
— Ты мог бы жить у меня дома, я тебя спрячу и никто не узнает о твоём секрете.
— Я не могу, я должен быть здесь.
— Ты страж этого леса или типа того?
— Я должен идти.
— Почему? Куда?
— Мне нельзя даже говорить с тобой.
— Но никто не узнает…
— Они знают всё, — Хёнджин вытянул ладонь из руки Феликса и сделал два шага назад. — Уходи, Феликс.
Конечно, Ли понимал, что не может держать парня рядом с собой, понимал, что это настоящее безумие встретить фейри и полностью раствориться в нём, но странное чувство сковало его изнутри, продолжая бить по сжатому от досады сердцу.
— Я ещё найду тебя, — уверенно сказал Феликс. — До встречи, Хёнджин, — он развернулся и ушёл обратно, пытаясь прийти в себя.
* * *
Чхве Сан проснулся из-за громкого звука на кухне. Возможно, он бы проспал весь день, потому что со вчерашнего вечера чувствовал себя весьма плохо. Всё тело ныло, виски гудели, и преподаватель решил, что заболел. Борясь с апатией и своим состоянием, он встал с постели и надев чистую футболку, сонно побрёл к источнику шума.
Когда он поднял глаза инстинктивно распахнул их, потому что то, что он увидел не просто потрясло парня, а напугало до замирания дыхания.
На кухонном гарнитуре возле раковины восседало на полусогнутых нечеловеческих ногах жуткое серое существо с костлявыми крыльями, как у летучей мыши, и ростом с высокий шкаф. Вместо лица словно ужасающая деревянная маска с крошечным ртом, из которого стекала пурпурная слизь, а вместо рук — лианы с сухими коричневатыми листьями. Существо дёрнуло тем, что нельзя было назвать ушами, когда Сана сковал страх. Он не мог ни пошевелиться, ни вдохнуть воздухом, даже не успел допустить мысли, что он, скорее всего ещё спит. Громадный силуэт соскочил с кафельного стола, зацепив крыльями полку с кружками, и за долю секунды оказался рядом с парнем, в глазах которого стояли слёзы ужаса. Слизь изо рта чудища капнула на пол, оно дышало хрипло и напоминало заводящийся мотоцикл. Между ним и Саном было меньше метра, существо сделало шаг когтистыми лапами, и парень попятившись назад повернулся и понёсся прочь из дома. Так быстро он никогда не бегал. Рыдая от страха и тревоги, он добежал почти до лесной чащи, не в силах контролировать эмоции. Существо не погналось за ним, но вернуться домой было бы самым страшным решением для парня. Он ещё долго плакал, сидя под солнцем и пытаясь осознать что произошло. То ли к его счастью, то ли наоборот, по дорожке шла красивая женщина, в которой он узнал госпожу Чон.
— Учитель Чхве? Что случилось? Почему вы здесь сидите? — мама Уёна сразу же подошла к молодому преподавателю, взволнованная его покрасневшим лицом.
— Добрый день, — он поклонился. — Я… вышел подышать… загораю…
— Загораете? А плачете почему? Случилось что?
— А? — перед глазами Сана всё ещё стоял обезображенный силуэт. — Нет нет, всё в порядке…
— Может зайдёте к нам? Я как раз купила югва и вафли.
— Ох, — Сан знал, что отказывать в гостеприимстве крайне неуважительно, да и домой возвращаться он бы не стал. — Спасибо, почту за честь.
В доме семьи Чон было слишком уютно после тёмного минимализма дома преподователя английского. Он присел на предложенный стул в освещённой солнцем кухне, которая несмотря на свой небольшой размер была гораздо симпатичнее его собственной. От воспоминаний о ней, Сан поёжился, решая, что навряд ли зайдёт туда снова.
— Уён! — крикнула мама в коридор, и Сан отвлёкся от размышлений. — Наш сын совсем недавно приехал из Сеула. Обычно он не сидит так часто в своей комнате, но сегодня чувствовал себя плохо.
— Заболел? — сам не зная почему, учитель немного занервничал.
— Не говорит, — госпожа Чон налила чай в три кружки, и когда закончила в дверном проёме оказался Уён.
— Учитель Чхве? — парень слегка наклонил голову.
— Я пригласила его выпить чай, садись тоже, — радушно пригласила мать, ставя на стол вазы со сладостями. — Ты в порядке? — Уён кивнул и сел неуверенно, упираясь взглядом в стол.
Телефон в соседней комнате загремел трелью, мама ушла, и Уён тут же произнёс:
— Вы снились мне сегодня, — Сан поднял глаза на парня. — И это не впервые. Вы были правы.
— К чёрту эти формальности, обращайся ко мне по имени, — он обернулся к двери. — Я знаю.
— Это слишком странно, почему это происходит?
— Что тебе снилось сегодня?
Уён потянулся в карман, достал скомканный тетрадный лист и развернул его.
— Вот.
Сан нерешительно принял рисунок из рук Уёна, и тому показалось, что лицо преподавателя его друга стало совсем уж белым. Проглатив тяжёлый ком, парень вглядывался в рисунок, чувствуя как по спине пробегает тысяча мурашек. Он допустил мысль, что увиденное утром существо было сном, очень явным сном, который приснился и сидящему рядом Уёну.
— Нам снятся одинаковые сны? — пытаясь унять своё потрясение спросил учитель.
— Тебе тоже снилось оно?
Сан медленно оторвал глаза от бумаги и поднял их на паренька.
— Я не уверен, что это был сон.
— Мне так жаль, — неожиданно госпожа Чон вернулась на кухню. — Меня срочно вызвали на работу! Должна бежать!
— Но сегодня же выходной, — Уён вырвал рисунок из рук Чхве, пока мама не заметила.
— Ты же знаешь у докторов такая жизнь, — она взяла с тумбочки какие-то бумаги. — Прошу прощения, учитель, надеюсь Вы в порядке, — женщина была уверена, что утром преподаватель был точно не в себе.
— Спасибо, госпожа, — он встал со стула. — Всё хорошо, — и поклонился головой.
— Ну всё, убежала.
— Что она имела ввиду? Вам… тебе плохо?
— Та хрень, — Сан кивнул на листок, что сжимали щуплые пальцы Уёна. — Кажется я видел это… но не знаю во сне ли.
— Что?
— Я знаю насколько странно это звучит, ты не обязан мне верить, — Сан кратко вздохнул. — Мне пора, — домой идти было до одури страшно, но выбора не оставалось.
— Я верю, — Уён резко встал из-за стола и схватил учителя за предплечье, но тут же отпустил потому что получил удар статическим электричеством. — Ау!
— Что это было?
— Ничего, это случается иногда, — Уён потёр ударенную ладонь. — Наверное, у нас обоих большое скопление такого вот электричества в организме… — вдруг Сан перебил парня своим касанием и тут же отпрянул. — Что за? — Стоило его пальцам дотронуться до пальца Уёна их снова «ударило током», Чон точно заметил искру на их подушечках.
— Но не так же много, — преподаватель поднял руку на уровень лиц и повернул ладонь к Уёну, намекая на новое соприкосновение.
— Мне не нравится эта идея.
— Но это странно, не так ли?
Уён переводил взгляд с красивой ладони на красивое лицо некоторое время, пока любопытство не победило. Когда их пальцы вновь оказались рядом, парни заметили маленький поток искр с фиолетовым сиянием.
— Больно? — спросил Сан.
— Нет. Даже приятно.
Ответ учителя удивил не меньше необъяснимого явления.
— Как думаешь, Уён, что это?
— Не знаю, но уверен, что есть какое-то логическое объяснение с точки зрения физики.
— А как насчёт того, что мы снимся друг другу? — их глаза встретились, пересекая лиловые искры, но Чон молчал, смутившись.
Крошечные молнии танцевали на кончиках соприкоснувшихся пальцев, завораживая цветом цветущих фиалок. Казалось, что во всём мире не может существовать чуда прекрасней, чем это. У Уёна в голове застыли слова преподавателя, он не нашёл бы ответа даже под дулом пистолета, только предположения. Что это? Судьба или проклятие? И почему это происходит с ними двумя?
— Уён?
— А? — по инерции парень отдёрнул руку.
В дверь агрессивно постучали, заставляя Уёна невольно вздрогнуть. Он уставился на дверной проём куда-то в пустоту, пока Сан изучал его изящный профиль и очаровательный орлиный нос. Стук не прекращался, и Чон вынужденно двинулся к двери.
На пороге стоял Феликс. Выглядел он не слишком радостным и даже немного отчуждённым.
— Ты просил уйти, но… я хотел узнать как ты?
— Нормально.
Феликс вдруг заметил движение за спиной друга и изумился, узнав своего преподавателя по английскому языку.
— Это что, учитель Чхве? Не понял.
— Я уже ухожу, — Сан быстро оказался у двери и только сейчас осознал, что на нём пижамные брюки.
— Какого хрена, хён? — прошептал Феликс, проводив учителя взглядом. — Что он здесь делал?
— Так много странностей происходит в последнее время, так что это не тот вопрос, который должен тебя волновать.
— Чего? — Феликс сделал несколько шагов вперёд, буквально вталкивая Уёна в дом. — Например?
— Ты всё равно не поверишь мне, — пропуская друга внутрь ответил парень.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что я сам не верю до сих пор.
— Ты можешь сказать нормально, что случилось? — мысленно Феликс усмехнулся, потому что после встречи с прекрасным фейри готов был поверить во что угодно.
— Ладно, ладно… — Уён пошёл к своей комнате, и друг последовал за ним. — Когда мне исполнилось восемнадцать я впервые увидел его во сне…
— Кого его? — Феликс остановился у кровати. — Учителя Чхве?
— Да. До этого мы явно не встречались, но вчера, когда он меня тронул, я испытал что-то странное.
— Это называется стояк, хён, — Феликс лёг. — Конечно, он такой красавчик, а эти скулы…
— Тебе похер, да?
— Да, блин, нет, просто… я не совсем понимаю. Ладно, прости, продолжай.
— Что-то случилось, Феликс, вчера. И ещё эти огоньки… а ночью мне снился он и ещё нечто странное, не человек, это существо было уродливым и… я чувствовал на себе дыхание этого монстра, словно был там и…
— Тебе снятся кошмары, хён? — он приподнялся на локтях
— Сан сказал видел это существо в реальности, — он остановился, наблюдая за тем как выражение лица Ли стало совсем каменным, но не скептетичным. — И я ему верю. Не знаю почему просто… верю именно в это.
— Хочешь сказать Чхве видел монстра, которого ты рисовал утром?
— Да, его.
— И вы снитесь друг другу?
— М.
— Ты веришь в соулмейтов? — внезапно спросил Феликс, вспоминая рассказы своего брата.
— Соулкого?
— Это люди, которые связаны между собой. С английского это переводится как «родственная душа». Хотя это выдумки, но просто похоже…
— Не зря ты английским занимаешься.
— Я смотрю ты им тоже занимаешься, хён.
— Тебя только это интересует, да?
— Меня интересует что мой препод делал в гостях у моего лучшего друга.
— Мама пригласила его, ясно? И вообще, — Уён выключил вентилятор, расположенный в углу его спальни. — Я тебе всё рассказал, а ты говоришь: родственная душа. И что, ты это в гугле откопал?
— Ну знаешь, — он снова уложил голову на постель, глядя в потолок. — Что если я скажу, что верю вам обоим? Не знаю, конечно, что это за тварь, что за огоньки и почему тебе с восемнадцати лет снится мой препод по инглишу, но я верю. Пусть это и звучит пиздецки бредово.
— Правда веришь?
— Хочешь знать почему?
— Да.
— Не могу сказать, — прикрывая глаза Феликс снова видел тонкие сверкающие крылья. — Но я знаю, что есть вещи, которые нам не понять.
— Но ты бы хотел их понять?
— Если это безопасно.
— Ладно. Пошли.
— Куда?
— Хочу выяснить что за хрень мне снилась и что именно Сан имел ввиду.
— Мы идём к нему?
Чон не ответил. Внутри него проснулись чувства геройства и ответственности. Накопившиеся происшествия не давали ему покоя, и он знал, что всё это происходит с ними не просто так. Он быстро шёл к дому учителя, отрывисто отвечая на вопросы Феликса, что почти бежал рядом, голова была забита другим. Уён позвонил в замок на бетонном основании высоких ворот и те через секунду распахнулись. Сан сжимал пальцами сигарету, не решаясь заходить в собственный дом, именно поэтому он по прежнему был в пижаме. Страх вернуться и встретить то существо превалировал его жизненные принципы.
— Можешь показать где ты его видел? — начал Уён, следя за клубами дыма.
Феликс распахнул широко глаза, удивляясь отсутствию формального общения, а преподаватель открыл лист забора полностью, позволяя парням войти. Сан неуверенно открыл дверь и пошёл по тёмному коридору. Все окна всегда были зашторены, поэтому дом пропитался густым полумраком, пусть его хватало и без того благодаря сизому, стальному и чёрному цветам, что являлись основными в интерьере дома.
— Не хочу туда идти, — честно признался Сан, стоя прямо возле кухни.
— Не бойся, — Уён сделал два шага и оказался в комнате; он посмотрел вверх, по сторонам, на пол и заметил грязные фиолетовые капли под ногами. — Что это?
— Лучше не трогай, — остановил его учитель. — Думаю, это его слюна…
— Почему оно пришло? Что ему нужно? — спрашивал Уён скорее у себя, чем у Сана.
— Не знаю, но надеюсь оно не вернётся, — Сан даже подумал, что лучше ему уехать обратно в Намхэ. — Тебя только чудовище интересует? А как же это? — он коснулся плеча парня, электрический разряд тут же больно стукнул по пальцам и пробежался по всей руке до ключицы.
— Я не знаю…
Феликс, наблюдающий за ними, уже составил целый список необъяснимых явлений. Ему очень хотелось рассказать о парне, которого он даже умудрился поцеловать, но сдерживал обещание, да и шокировать обескураженных и так парней подобными заявлениями было бы сверхбесчеловечным.
— Я знаю кто может подсказать, — вдруг произнёс он. — Не факт, что он поможет, но поверит точно.
— Стоит позвонить ему? — Уён понял сразу о ком говорит друг, в их окружении и правда был человек, который увлекался магией и мистикой.
— О ком вы? — поинтересовался Сан.
— О моём брате, — ответил Феликс. — О Хонджуне.