13
В ту ночь я ждала Феликса, но он так и не приехал. Утром, открыв глаза, я первым делом увидела огромную корзину с гортензиями у окна. Я осторожно дотронулась до цветов — они были свежие, словно только что сорванные. Лепестки источали сладкий аромат, который наполнял комнату теплом. Внутри была записка, на которой было написано «Ты сладко спала. Не хотел тебя будить»Неужели Феликс снова был в комнате? К черту Феликса и его игры. Я соскользнула с места и приведя себя в порядок, пошла на затятия по скрипке. Миссис Лоренци внимательно слушала мою игру, скрестив руки на груди. Она была пожилой женщиной, при этом очень строгой и грациозной . Ее волосы были всегда убраны в гладкий пучок, осанка была идеально ровная, а из одежды она предпочитала черную классику. Уверена, что в молодости она была очень красивой девушкой. Когда я закончила, она кивнула, оглядев меня с ног до головы.
— Сегодня получше, Анна. Молодец.
— Благодарю. Я рада, что вам понравилось.
— Тебе кто-то помогал в репетиции?
— Нет, я сама, — ответила я родным тоном.
— Я уж подумала, что это дело рук Феликса.—Я невольно дернулась и почувствовала, как щеки слегка заливаются жаром.
— Феликса в этот раз не было рядом, — тихо сказала я, стараясь скрыть лёгкое раздражение.
— Он весьма одаренный юноша. Вы дружите?—Я скривила губы, не зная что ответить, но женщина продолжила. — Ты учишься музыке, а не драме. Не позволяй никому — даже таким нестабильным типам — отвлекать тебя от цели. —Я кивнула, ощущая, как сердце снова чуть учащённо забилось.
— Я понимаю, мисси Лоренци, — ответила я спокойно, хотя внутри всё ещё бушевала буря.Она улыбнулась уголком губ, но это была скорее наставническая улыбка, чем дружелюбная.— Он был вашим учеником? Я не знала, что он интересуется чем-то подобным.
— Был, но оставил все в прошлом. Такой талант растратил , обменяв на убийства и мафию, — мои глаза полезли на лоб, когда я услышала это. Женщина улыбнулась, заметив мое удивление. — Да, Анна. Я прекрасно осведомлена о Коза-Ностре. Знаю, что и ты часть всего этого.—Я не знала, что сказать. Словно кто-то сорвал покрывало с моих секретов и вынес всё на свет.
— Но почему вы... — начала я, — не сказали ничего раньше?
— Это меня не касается, милая.Завтра начнём разбор новых пьес. Не опаздывай, на сегодня ты свободна.
—Я кивнула, держа скрипку крепко в руках. Сердце ещё слегка трепетало от её слов, но я старалась скрыть это, словно от самой себя. Мисси Лоренци уже отвернулась, поправляя свои строгие складки на платье, и я поняла: разговор окончен.На улице день был ясный, солнце слегка отражалось в стеклах старого здания музыкальной школы. Дома было тихо. Корзина с гортензиями стояла на столе, словно напоминание о ночных тревогах и странной близости, которую я ощущала к Феликсу, несмотря на его отношение ко мне. Вечером же, мы с родителями выехали на ужин, в котором некто должен был рассмотреть меня. На удивление, во мне не было никакой паники. Будь что будет. Папа умело вел разговор с хозяином дома, обмениваясь с другими гостями лёгкими шутками, а мама сидела рядом, чуть улыбаясь, аккуратно поправляя салфетки и периодически кивая мне. Я же почти ничего не говорила, наслаждаясь тем, что могу просто наблюдать. Но моему спокойствию пришел конец, когда гостей стало больше. Фабиано, Кайн и Изабэль тоже были здесь. Но причиной моих тревог были вовсе не они. Я наоборот была рада им. Конечно же, Феликс тоже был здесь, как и черт возьми, Розалия, в сопровождении своего отца и старшего брата. Она была потрясающе красива, даже чем-то напоминала мне Изабэль, вот только ее глаза были такиии же черными, как у близнецов. Сердце забилось быстрее. Каждый жест и движение Розалии вызывало во мне раздражение, ревность и предчувствие, словно предстоящая встреча могла обернуться бурей. Розалия села рядом с Феликсом и улыбнулась ему.Я старалась не смотреть прямо на нее, чтобы не выдать себя, но взгляд Феликса случайно встретился с моим, и на мгновение между нами проскочило то, что нельзя было назвать ни дружбой, ни простым знакомством.
— Анна, ты рассеянная. всё в порядке? — тихо спросила мама, замечая моё внезапное напряжение.
— Да, мам, — ответила я ровно, стараясь успокоить дыхание. Изабэль, тут же подмигнула мне, когда я взглянула на нее и высунула язык. Никто не заметил наших с сестрой жестов, кроме Энеа, брата Розалии. Он тихо усмехнулся, когда я посмотрела на него. Я густо покраснела, но тоже не сдержала улыбку.
— Дела идут в гору, Доминик. Рад, что ты теперь часть Нью-Йоркской фамилии, — сказал друг моего отца, который и устроил ужин.
— Я тоже. Давно было пора, — пошутил папа, улыбаясь. Разговор взрослых продолжался, но я почти не слушала его. Все мое внимание было сосредоточено на тарелке с пастой — банально и так по итальянски.
— Анна, — обратился ко мне Энеа, вытянув меня из раздумий, и я тут же взглянула на него. Его глаза были такими зелеными, словно в них росла трава и я удивилась, что он знает мое имя. — передашь мне соль? — спросил он. Я кивнула, потянувшись к солонке, но Феликс, который сидел чуть вдали, опередил меня и выхватив солонку раньше, передал ее темноволосому. Этот жест не остался незамеченным всеми присутствующими . Феликс, поняв, что на него обратили внимание, чуть приподнял бровь.
— Она была ближе ко мне, — спокойно произнес он, выпрямив спину, хотя это было не так. Энеа задержал на нем взгляд. Парень сжал челюсть, его взгляд метался между мной и Феликсом, а отец, словно ничего не замечая, продолжал вести разговор с друзьями.
— Спасибо, — раздраженно поблагодарил Энеа Феликса. — но я не тебя просил.
— Соль у вас?
— Да, — ответил Энеа неуверенно, совсем не понимая, к чему был этот вопрос.
— Тогда в чем проблема? Сыпьте ее на свою изысканную еду, — бросил Феликс. Я уже была готова к словесной перепалки между ними, но отец перенял все внимание на себя.
— Джон, я забыл сигару в машине. Принеси ее, — крикнул он нашему охраннику и вилка тут же упала с моих рук со звонким ударом о кафель. Все уставились на меня, словно на чумную. Черт, черт , черт. Это было концом всего! В голове рой мыслей: вчера я сказала Феликсу, что у меня есть «возлюбленный» по имени Джон, а теперь отца угораздило упомянуть имя охранника, существование которого он вечно игнорировал. Джон, спокойный и невозмутимый, кивнул и медленно ушел. Я тут же посмотрела на Феликса, который в упор смотрел на меня. Я встала со своего места, чтобы поднять упавшую вилку, пока все, черт их возьми, продолжали наблюдать за мной. Ну что им надо?Просто кринж! Неряшливая дура! Особенно рядом с утонченной Розалией. Феликс не шевельнулся, просто продолжал смотреть на меня, а глаза Розалии черными бусинами скользили по мне . Мой пульс всё ускорялся, но я твердо держала лицо, потому что взгляд Феликса не отрывался ни на секунду, даже когда Джон аккуратно вернулся и поставил сигару на стол.
— Извините, мне нужно отойти, - сказала я, чтобы поскорее свалить от этой наколяющейся ситуации и взглядов Феликса, в который читалось: «Ты попалась, Анна», но я бы описала это так: «Ты в полной жопе, тупица Анна». Я аккуратно встала, держа тарелку и вилку, стараясь не дрогнуть и не выдать внутреннего хаоса. Каждый шаг по гостиной казался вечностью. Я улыбнулась беззубо, делая вид, что это обычная вечерняя вежливость, и направилась к двери.За спиной раздавался тихий шум разговоров, кто бы не был тем, кто хотел на мне жениться — теперь точно передумал. Сразу за мной вышла Изабэль и Фабиано.
— Анна, что с тобой? — спросила она.
— Я же просто неряха. Ты в курсе, жила со мной столько лет, пока он тебя не украл, — я кивнула на Фабиано, который улыбнулся.
—Привет, мини апельсинка,—Изабэль лишь загадочно улыбнулась, словно прочитав мои мысли, и слегка наклонила голову в сторону Фабиано.
— Убежала по дальше после своего фиаско с вилкой? — пошутил Фабиано и я рассмеялась, показав ему язык.
— А вы зачем вышли? Вроде не поняли вилки.
— Меня уже утомило слушать про молодость своего свекра и делах, — закатил глаза Фабиано и достал сигарету. Изабэль злобно посмотрела на него и он тут же убрал ее обратно.
— Прости, amore. Постоянно забываю, что ты носишь нашего малыша в кармане, — Изабэль рассмеялась, покачав головой. Что за бред он нес? Но было смешно.
— Папа сказал, что кто-то должен посмотреть на тебя. Кто он?
— Понятия не имею.
— Ты что, даже не поинтересовалась? — пискнула Изабэль, стукнув меня в плечо. Мы медленно вышли в небольшой коридор, где тёплый свет люстр мягко отражался в позолоченных рамах картин.
— Это же Энеа. — вмешался Фабиано.
— С чего бы?
— Он попросил у нее соль , хотя в его тарелки лежал один лишь огурец и сыр, — ответил Фабиано. — Вы такие недогадливые.
— А соль лежала рядом с Феликсом. Прямо за метр, —добавила Изабэль, хитро улыбнувшись. Я покраснела, прочистив горло.
— Это ничего не значит, — пробормотала я, стараясь звучать равнодушно. — Люди иногда просят соль просто потому, что хотят соли.
—Фабиано тихо усмехнулся.
— С огурцом и сыром? Очень сомневаюсь.
—Изабэль скрестила руки на груди и прищурилась, разглядывая меня так, будто я была интересным экспериментом.
— Анна, ты правда думаешь, что мы все слепые?
— Я ничего не думаю, — быстро ответила я.
— А зря, — мягко сказала она. — Потому что половина комнаты думает за тебя.—Я тяжело вздохнула и прислонилась плечом к стене.
— Отлично. И что же они думают?
Фабиано пожал плечами.
— Что Энеа присматривается к тебе и что Феликсу это не нравится. И что ты сама понятия не имеешь, что происходит.—Я открыла рот, чтобы возразить... но не нашла слов.
— Феликсу всё равно, — сказала я наконец.
Изабэль тихо фыркнула.
— Анна.
— Что?
— Он чуть не прожег Энеа взглядом, когда тот с тобой заговорил.
— А что насчет вашего охранника? — вмешался Фабиано. — он то чем не угодил ему?
— И давно ты стал нашей третьей сплетницей, Фабиано? — возмутилась я.Фабиано театрально приложил руку к груди, будто я смертельно его оскорбила.
— Сплетницей? Я? — он покачал головой. — Анна, я просто наблюдательный человек. Это профессиональный навык детектива.
— Профессиональный навык? Ты же не детектив.
— Нет, — лениво протянул он. — всего лишь глава Нью-Йоркской фамилии.
— Глава? Твой отец жив, если не ошибаюсь.
— Он давно не при делах, все это знают.
Изабэль тихо усмехнулась и покачала головой.
— Он прав. Папа Фабиано давно отдал ему всё управление. Просто некоторые старики делают вид, что ничего не изменилось.
—Фабиано пожал плечами, будто речь шла о чём-то совершенно незначительном.
— Это удобнее для всех. Старшее поколение чувствует себя важным, а я спокойно делаю свою работу.
— Скромность так и прёт, — пробормотала я.
— Спасибо, я старался, — невозмутимо ответил он.Я закатила глаза и уже собиралась что-то сказать, когда вдруг из гостиной донёсся громкий смех Розалии. Я закатила глаза.
— Она что, всегда так смеётся? — пробормотала я.Изабэль тихо усмехнулась.
— Ревнуешь?
— Нет.
— Очень убедительно, — заметил Фабиано. — самый обычный смех.
— Уже защищаешь будущую жену своего ненаглядного брата? — сказала я. Фабиано и Изабэль переглянулись . — что? Я в курсе о их возможном союзе с Феликсом. Так что ваши издевки просто глупы.
— Это ещё не значит, что Феликс согласится.
— С чего бы ему не согласиться, Фабиано? — фыркнула я. — Розалия красивая, воспитанная и не роняет вилки. В любом случае, мне все равно. Оставьте свои шуточки, — рассмеялась я.
— Интересный разговор, — раздался голос прямо позади меня. По телу тут же пробежал холод, потому что айсберг был совсем рядом.
— Ты давно стоишь здесь, Феликс?
— Достаточно.
— Тогда ты, наверное, слышал, как Анна обсуждала твою будущую свадьбу.—Феликс медленно перевёл взгляд на Фабиано.
— Правда?—Я резко повернулась к Фабиано.
— Ты издеваешься?!—шикнула я. Он лишь пожал плечами.
— Немного, — ответил он. Феликс снова посмотрел на меня.
— И что же ты решила, Анна? — спокойно спросил он. — Подходит ли мне Розалия?
— Очень, — улыбнулась я, снова включая дурочку, Как любила это делать при всех.
— А ты что думаешь, Феликс? Ей подходит Энеа? — вмешалась Изабэль, задавая провокационный вопрос. Я вздрогнула.
— Энеа? — спокойно повторил он.
— Да, — невинно кивнула Изабэль. — Он ведь явно заинтересовался Анной.—Фабиано тихо усмехнулся, сложив руки на груди.Феликс слегка наклонил голову, будто рассматривая меня заново.
— Подходит, — произнёс он наконец. — такой же придурковатый. Один солит огурец, другая роняет вилки, когда отец зовёт охранника,— Феликс выделил последнее слово, глядя прямо мне в глаза.— прекрасный союз двух глупьцов.—Я почувствовала, как внутри всё неприятно сжалось, но заставила себя улыбнуться.
— Зато у нас будет идеальная семья, — сладко произнесла я. — Он будет солить огурцы, а я — ронять вилки. Гармония. А может наоборот: я буду солить ему огурцы, а он поднимать вилки, которые я роняю.—Фабиано тихо прыснул со смеху.Изабэль толкнула его локтем, но и сама едва сдерживала улыбку.Феликс смотрел на меня несколько секунд, будто пытался понять, издеваюсь ли я или действительно собираюсь играть в эту игру до конца.
— Удивительно, — медленно произнёс он. — я всегда считал, что у тебя вкус получше.
— Да нет. Мне всегда нравятся придурковатые и эмоциональные, а не булыжники вроде тебя, — выдала я, делая намек на сдержанный характер Феликса.
— Эм, Фабиано. Мне что-то не хорошо. Вернемся к ужину? — обратилась Изабэль к Фабиано и он тут же поняв ее намек, кивнул. Я стрельнула в сестру раздраженный взгляд, потому что прекрасно знала, что она хочет оставить нас наедине.
— Конечно, amore. Тебе нельзя долго стоять,
— Анна, — добавила Изабэль почти шёпотом, проходя мимо, — не дерись.
— Очень смешно, — процедила я.Они ушли, и в коридоре стало слишком тихо.Я почувствовала на себе взгляд Феликса ещё до того, как повернулась.Он стоял, прислонившись плечом к стене, и смотрел на меня так спокойно, будто всё происходящее его только забавляло.
— Будешь солить ему огурец? — медленно повторил он.
— Ты же слышал.
— Слышал. Весьма двусмысленно.
— Тогда зачем переспрашивать? — не успела я даже понять, как Феликс схватил меня за руку и уволок в какую-то комнату. Он тут же прижал меня к стене в этой темноте и мне стало по-настоящему страшно.
— Список увеличивается. Я убью Энеа и твоего белобрысого охранника, Барби.