✨ БОНУС-ГЛАВА ✨ Часть 1
Обычное утро в необычной семье
---
Шесть месяцев спустя. Сеул, 2026 год.
---
Солнце врывалось в маленькую квартиру на семнадцатом этаже сквозь неплотно задёрнутые шторы. Хёнджин лежал на спине, раскинув руки и ноги, занимая добрую половину кровати. Вторую половину занимал Феликс, который тихо посапывал, уткнувшись носом в плечо Хёнджина.
Будильник на телефоне противно запищал в восьмой раз.
— Заткнись, — прохрипел Хёнджин, не открывая глаз, и нашарил телефон трясущейся рукой. — Сколько можно...
— М-м-м, — Феликс прижался плотнее, обвивая его рукой. — Ещё пять минут.
— Ты вчера то же самое сказал. Мы проспали до обеда.
— И что? Мы взрослые. Можем себе позволить.
Хёнджин приоткрыл один глаз, посмотрел на растрёпанную макушку Феликса и не смог сдержать улыбку.
— Ты король или где?
— Я теперь безработный, — сонно пробормотал Феликс. — Уволился.
— Ага, ага. И кто посуду мыть будет?
— Ты.
— А кто ужин готовить?
— Ты.
— А кто зарабатывать деньги?
— Мы оба. Но сначала — пять минут.
Хёнджин вздохнул, притянул его ближе и закрыл глаза.
Пять минут превратились в час.
---
Когда они наконец выползли из спальни, на кухне их ждал сюрприз.
За маленьким столом, заставленным тарелками с едой, сидели отец Хёнджина и его мать. Оба смущённо улыбались.
— Доброе утро, — сказала мать, нервно теребя край фартука. — Мы подумали, зайдём, приготовим завтрак... Вы так поздно встаёте, а надо же нормально питаться...
Хёнджин замер в дверях, пытаясь осознать происходящее. Его мать. Которая бросила его восемнадцать лет назад. Стоит на его кухне и жарит яичницу.
— Вы... как вошли? — только и смог выдавить он.
— У нас есть ключи, — гордо заявил отец. — Ты сам дал. Забыл?
— Блядь, — выдохнул Хёнджин, растирая лицо.
Феликс, стоящий сзади, тихо хихикнул и подтолкнул его в спину.
— Не бойся, я рядом.
— Я не боюсь. Я в шоке.
— Садитесь, садитесь! — засуетилась мать. — Феликс-сси, вам с сахаром чай?
— Спасибо, — Феликс улыбнулся своей солнечной улыбкой, и мать растаяла моментально. — Без сахара, если можно.
— Какой воспитанный молодой человек! — восхитилась она. — Хёнджин, а почему ты так не умеешь?
— Потому что я урод, — буркнул Хёнджин, плюхаясь на стул. — Пап, дай кофе.
Отец налил ему кофе, пододвинул тарелку с яичницей. Хёнджин уставился на еду.
— Вы чего пришли-то?
— Соскучились, — просто сказал отец. — И мать твоя переживает, что вы голодаете.
— Мы не голодаем, — Феликс сел рядом, положил руку Хёнджину на колено под столом. — Я готовлю. Правда, не очень хорошо, но съедобно.
— Мальчик мой, — мать чуть не плакала от умиления. — Ты такой худенький! Надо откармливать!
— Эй, — обиделся Феликс. — Я нормальный.
— Он нормальный, — подтвердил Хёнджин. — И вообще, не трогайте его. Это мой.
Повисла тишина. Отец поперхнулся кофе. Мать замерла с половником в руке.
— Что? — не понял Хёнджин. — Чего вы на меня смотрите?
— Сынок, — осторожно начала мать, — мы же знаем, что вы... вместе. Мы не против. Но ты так прямо...
— А что стесняться? — Хёнджин пожал плечами. — Я его люблю. Он меня любит. Мы живём вместе. Если вам это не нравится...
— Нравится! — перебила мать. — Всё нравится! Просто... мы привыкаем.
— Привыкайте быстрее, — отрезал Хёнджин, но Феликс сжал его колено, и он чуть смягчился. — Ладно. Спасибо за завтрак. Вкусно.
Мать расплылась в улыбке.
---
После завтрака они вышли на балкон курить. Отец протянул Хёнджину сигарету, тот закурил, глядя на город.
— Нормально у вас? — спросил отец, не глядя на него.
— Нормально, — кивнул Хёнджин. — Работаем. Он музыку пишет, я танцую. Денег хватает.
— Он хороший, — отец покосился на дверь, за которой Феликс помогал матери мыть посуду. — Видно, что любит тебя.
— Знаю.
— А ты его?
— Тоже знаю.
Отец вздохнул, затянулся.
— Я дурак был, Хёнджин. Много лет. Не замечал тебя, не понимал. Думал, работа важнее. А оно вон как вышло.
— Бывает, — Хёнджин пожал плечами. — Ты сейчас рядом. И мать тоже. Я не держу зла.
— Правда?
— Правда. Я слишком долго злился на весь мир. Устал. Теперь хочу просто жить.
Отец смотрел на него долгим взглядом. Потом вдруг обнял — неловко, по-мужски, но крепко.
— Сынок... спасибо.
— Да ладно, пап, — Хёнджин похлопал его по спине. — Всё норм.
Они стояли на балконе, курили и смотрели на Сеул. Где-то внизу сигналили машины, орали дети, лаяли собаки. Обычный день. Обычная жизнь.
Но для Хёнджина это было чудом.
---
Вечером, когда родители ушли, нагруженные обещаниями приходить чаще, Хёнджин и Феликс сидели на диване, смотрели какой-то дурацкий фильм и ели рамён из пластиковых мисок.
— Твоя мать сказала, что я худенький, — обиженно сказал Феликс, жуя лапшу. — Я не худенький. Я стройный.
— Ты красивый, — Хёнджин чмокнул его в висок. — И стройный. И вообще мой.
— Согласна, — кивнул Феликс. — Только я не она.
— Кто?
— Не она. Я — он. Привыкай, Хёнджин, твоя мать будет путать окончания ещё долго.
— Похуй, — Хёнджин махнул рукой. — Главное, что старается.
— Это да.
Они замолчали, уставившись в экран. На экране кто-то кого-то убивал, но им было не очень интересно.
— Феликс?
— М?
— Я счастлив.
Феликс повернул голову, посмотрел на него. В глазах его плескалась такая нежность, что у Хёнджина перехватило дыхание.
— Я тоже, — тихо сказал Феликс. — Очень.
— Дурак, — Хёнджин чмокнул его в нос. — Люблю тебя.
— И я тебя.
Они доели рамён, досмотрели фильм, потом пошли в душ (вместе, потому что экономия воды, ага), потом долго целовались в кровати, и заснули только под утро, переплетясь ногами и руками, как два дерева, которые росли рядом всю жизнь.
---
Утром их разбудил звонок в дверь.
— Кого там несёт? — прохрипел Хёнджин, натягивая штаны.
Он открыл дверь и обомлел.
На пороге стояли Минхо, Чан, Джисон, Сынмин и Чонин.
В современных одеждах. С пакетами еды и бутылками.
— Вы? — выдохнул Хёнджин. — Как?
— Оказалось, мы тоже реинкарнировали, — ухмыльнулся Минхо. — Джисон нарыл в архивах. Пустишь?
— Блядь, — только и сказал Хёнджин и отступил, пропуская их внутрь.
Из спальни выглянул заспанный Феликс, закутанный в одеяло.
— Кто там?
Он увидел гостей и замер.
— Минхо? Чан? Вы?
— Здравствуй, ваше величество, — Чан поклонился, но тут же рассмеялся. — Хотя теперь ты не величество. Ты просто Феликс.
— Просто Феликс, — повторил тот и вдруг улыбнулся так, что у всех защемило сердце. — Заходите. Я сейчас оденусь.
Через полчаса вся компания сидела на полу в гостиной, пила пиво и ела курицу. Чонин рассказывал, как Джисон нашёл их всех через соцсети, как Минхо сначала не поверил, а потом пришёл на встречу и чуть не расплакался (Минхо яростно отрицал). Сынмин молчал и улыбался, а Чан громко спорил с Хёнджином о том, кто из них лучше готовит.
— Я тебе говорю, корейская кухня — лучшая! — орал Чан.
— А я тебе говорю, что рамён быстрого приготовления — тоже корейское изобретение, — парировал Хёнджин.
— Это не считается!
В какой-то момент Феликс поймал взгляд Минхо. Тот смотрел на него с тёплой, почти братской улыбкой.
— Ты как? — тихо спросил Минхо, когда остальные увлеклись спором.
— Хорошо, — Феликс кивнул. — Правда хорошо.
— Он тебя бережёт?
— Бережёт. Иногда слишком.
— Это правильно, — Минхо отпил пиво. — Ты заслуживаешь, чтобы тебя берегли.
— А ты? Нашёл свою Джису?
Минхо улыбнулся — той самой редкой, тёплой улыбкой, которую Феликс помнил ещё с Чосона.
— Она в старшей школе. Заканчивает в этом году. Мы встречаемся. Жду, когда исполнится восемнадцать.
— Долго ждать?
— Полгода. Я умею ждать.
— Знаю, — Феликс коснулся его руки. — Ты всегда умел.
Они сидели до поздней ночи. Вспоминали Чосон, смеялись над прошлыми глупостями, плакали над тем, что потеряли и нашли снова.
А когда гости наконец ушли, пообещав собраться снова, Хёнджин и Феликс стояли на балконе и смотрели на ночной Сеул.
— Знаешь, — сказал Хёнджин, — я всегда думал, что моя жизнь — говно. Что я никому не нужен. А теперь...
— А теперь? — Феликс прижался к его плечу.
— А теперь у меня есть ты. Есть родители. Есть друзья. Есть всё.
— И это только начало, — прошептал Феликс.
— Только начало, — согласился Хёнджин.
Они поцеловались под звёздами, которые светили одинаково для всех времён. И где-то в параллельной вселенной король Чосона и его дерзкий принц улыбались им из прошлого.