Сидней. Ëнбок-солнышко|хенликсы
Теплый июльский вечер, гуляющий через форточку ветер, аромат цветов, каникулы, заходящее за горизонт солнце. Именно в такой атмосфере Хенджин разбирал коробки со старыми вещами.
Там были игрушки, кассеты, диски, фото, давно высохшие листики и поделки. Коробок было достаточно, как и воспоминаний в каждой вещичке.
Хен наткнулся на фото, которое раньше не видел: закат, на фоне море, а спереди силуэт ребенка, черты лица которого разглядеть невозможно из-за качества фото.
Хван поднялся с пола и, перевернув фотографию, прочитал
«Сидней 2010 год».
Австралия? Да и почерк был не его. Раздумывая, он пошел на кухню.
- мам, а это кто? – спросил он, протягивая фото матери, которая протирала полку от пыли.
- так это же Ёнбок, мальчик с веснушками, вы постоянно гуляли вместе
Тут до Хена дошло, сразу вспомнился тот миловидный светлый силуэт, невысокий парень 12 лет, по всему лицу веснушками, блондин. Больше всего в нем запомнилась ангельская внешность и добрый характер.
- а… точно, жаль он уехал – с такими словами Хенджин положил фото в карман и ушел в свою комнату.
Прежде чем положить фото на место он написал на обратной стороне рядом с подписью города слова: «Ёнбок-солнышко». Улыбка произвольно расплылась по лицу, такое солнце он полюбил гораздо больше, чем обычное, то доказывала его бледная кожа, с рождения не любил загорать.
Гармонию оборвало уведомление на телефон, Джин рефлекторно убрал фото в карман джинсов.
- Хван, дз готово?
Хенджин поджал губы и уже представил бессонную ночь.
- готово, Феликс.
- отлично.
Кинув телефон на кровать, Хен достал учебники и, мысленно проклиная гребанного задиру, начал писать.
Пока писал в голову лезли мысли то о Ёнбоке, то о Феликсе. Единственное, что их объединяло, это фамилия и цвет волос. Феликс был бледным, грубым и холодным с идеально голубыми глазами, пока Ёнбок мог похвастаться глубокими карими, почти черными глазами, которые впечатались прямо в душу.
- держи – протянул Феликсу стопку из 6 тетрадей Хенджин.
- сегодня даже вовремя – с такими словами, вместо «спасибо», вырвал он тетради, от чего Хен лишь сжал челюсти.
Когда старший собирался уже уходить, Ли холодным тоном спросил
- а где геометрия?
Хвана как холодной водой облило, а тело бросило в дрожь.
- в смысле где?..
- в прямом, где тетрадь? – повысил тон Ликс – я то думал сегодня ты постарался, но нет, оплошал – на лице появилась ледяная ухмылка, от которой хотелось лишь самому убиться.
Хенджин сделал несколько шагов назад, пока не воткнулся в стену, на что Феликс лишь усмехнулся и толкнул его на пол. Спас Хена лишь звонок на урок
- тебе повезло, ничтожество, выметайся
Хен не был жалким, ему просто ничего не оставалось делать, чтобы не получить от богатенького отца Феликса. Хенджин, не став мяться, быстро поднялся и скрылся за углом, оставив случайно после себя бумажку.
Ли присел и поднял ее, прочитав «Сидней. Ёнбок-солнышко»
- что – еще раз перечитав, выругался он, а когда перевернул буквально остолбенел, на фото был он сам, счастливо держащий в руках мороженое. – да ну нет, Хенджин не Джинни – тут же до него дошло, что это формы одного имени – да ладно…
Терпение Хвана кончилось еще на уроке, а на перемене закончилось окончательно. Он подошел к компании Феликса и выдернул его оттуда, оттаскивая за угол
- ты что творишь? – пытался зарядить локтем младший по лицу
- завались – Хенджин, неожиданно для него самого был сильнее Ли.
Отпустив его, он ударил по его лицу кулаком, а потом поднял за шею.
- знал бы ты как – он осекся – что это? – он посмотрел на смазавшееся в месте удара пятно тоналки. Свободной рукой он размазал еще больше, пока не показались веснушки.
- никогда их не любил, ты же знаешь – сказал Ликс, пытаясь вдохнуть сквозь хват Хенджина
Пазл сошелся:
Одинаковые фамилии, цвет волос, линзы, веснушки. Феликс = Ёнбок
Бледность, черные волосы, родинка под глазом, карие глаза. Хенджин = Джинни
Хенджин отпустил младшего, который тут же попытался отдышаться
- где же ты был и что с тобой случилось, счастье?..
(Ёнбок с корейского переводится как счастье)
- о, Ёнбок, как ты вырос – сказала мать, как только увидела друга сына на пороге своего дома, тот лишь улыбнулся, той яркой искренней улыбкой, а веснушки еще больше озаряли его лицо, как лучики солнца.
- ну мам – пробормотал Хен
- не мамкай, проходите
Потухшую спичку снова зажечь нельзя, она сгорает быстро и ее выкидывают. Ночник освещает даже самую холодную ночь, когда он тухнет, нужно лишь поменять батарейки и он зажжется. Но если вставлять уже севшие, то ничего не получится. Речь вовсе не про батарейки.