Коронация
Элла
Мне дали большую комнату, с личной ванной. И это мне нравилось.
"Сейчас, приму ванну, дождусь коронации, и мигом побегу к маме и папе..."
В голове всплывали картинки, как мама вся в слезах от радости, встречает меня, отец похлопывает по голове, как делал всегда. Именно так он выражает свою любовь. Улыбнувшись, я направилась в ванную. Вещи забрали экономки, они приведут их в порядок. Я же залезла в теплую ванну. Пытаясь, стереть все прошлое и забыть. Зажить новой жизнью, новыми мечтами. Наконец, мои волосы выглядели лучше прежнего, они были чисты, и красивы. Вновь, появились красивые завитушки на концах, и это мне нравилось. Я впервые за все это долгое время увидела себя в зеркале. Лицо уже было чистым, по крайней мере, не было засохшей грязи, вперемешку с кровью. Но ссадины, те же царапины, все же еще присутствовали на моем лице. Можно было понять советника, который и правда, не поверил, что я принцесса. За окном, шел сильный снег. Я к нему уже привыкла, зимой так всегда, особенно в этой. В этот раз зима по-особенному снежная. Был бы чудесный праздник Рождества, если не все то, что произошло. Но винила в случившемся, только себя. Никто кроме меня в этом не виноват. Это я прекрасно понимала.
Сидела уже на кровати, рассматривая каждую трещинку на потолке, стены оливкового цвета, тумбочки мятного оттенка, все было идеальным. Но все же, мне не хватало пару людей. Бо, Коко... даже Феликса. Хотя, он был тут, в любую секунду, я его могла обнять и увидеть, но вновь и вновь в голове всплывали картинки, как Хельга касается своими губами его.
- Брр, гадина... - отбросив мысли в сторону, я отвлеклась на стук в дверь. Сердце забилось чаще, руки начали дрожать не от холода. Ноги не слушались, я подошла к дверям, почему-то в моем подсознании я хотела, чтобы за дверьми издался его голос:
- Можно? – но нет, за дверьми оказалась молодая экономка, она смотрела серыми глазами, рассматривая мое лицо. Я, скривившись, грубо спросила:
- Вы что-то хотели?
- Да, Мария де Боссарт, просила Вам передать, что хочет, чтобы Вы надели ей корону, во время коронации, - запнулась брюнетка, когда, наконец, заметила, что я стою перед ней в одном полотенце.
- Я? – переспросила уточняя.
- Да, и зная, как Вы не любите платья, она просила передать вам несколько черных блузок, - экономка показала несколько блузок в ее руках. Я ее впустила в комнату, она зашла, и разложила пару вариантов на кровати, рядом с ними заметила свои штаны. Я глянула на экономку, и заметила на ее одежде черную ленту. Здесь повелась традиция, когда погибал кто-то из королевской семьи, приближенные к ним, носили такие маленькие ленточки, на одежде (выдуманная, достоверной информации не нашлось).
- Можете идти, я сама оденусь, спасибо... - продолжала рассматривать черные блузки.
- Простите, ещё кое-что... - экономка, все ещё стояла в центре спальни, - Вы должны одеть черную ленту, - запнулась она, - Король и королева погибли, Вы ведь их дочь – принцесса.
«Чёрт, большинство думают, что я дочь королевы и короля. Для них королева Адель, была святой. Раз считали, что она не изменяла своему мужу. Не буду, портить им впечатления о ней, тем более они оба уже мертвы» - размышляла я, смотря на ленту, в её руке.
- Да, конечно, - скорчила страдальческое лицо, и с грустью приняла её.
- Ещё раз извините Ваше Высочество...
- Незачем просить прощения. Только вот, я не считаю себя – принцессой. В этом королевстве, я не она. Поэтому, обращайтесь ко мне просто Элла, договорились?
- Что Вы, Ваше Высочество? Вы дочь короле...
- Повторю, я – Элла, так что, обращайся ко мне на ты, и точка, - грубо перебила я, - Если тебе будет проще, то считай это приказом...
У девушки округлились глаза, от удивления. Она не нашла что ответить, мне на мои указания. Для них это было чем-то странным, но меня это ни капли не смущало. Экономка, сказав, что бы я ждала приглашения на коронацию в спальне, и ушла. Я же пока выбрала одну блузку, и начала сразу застегивать пуговицы, одну за другой, пока не дошла доверху, вдруг поняла, что это была последняя, сморщившись, я растегнула три верхних, чтобы немного была видна грудь, именно так любила носить блузки. Чёрную ленту, я прицепила на ней. Натянув штаны, вновь послышался стук в дверь. Разозлившись, я, твердо ступая, резко открыла двери со всей силы. Не ожидав, за ней увидеть Феликса, мое лицо вытянулось в изумлении. Хотя я его ждала и хотела увидеть, почему-то рявкнула:
- Тебе хватает смелости, приходить ко мне? – ни один мускул на лице Феликса не дрогнул, он продолжал сверлить меня взглядом, рассматривая каждую рану, ссадину, царапину, родинку, каждый оттенок моих глаз, меня взбесило, то, что каждый, кто смотрит на меня и рассматривает, как предмет, лежащий на витрине.
- Р-р, Пришел и молчишь! Зачем тогда пришел? Проваливай, отсюда, пока я тебя не вышвырнула!
Мой поток слов прервали его губы, которые нежно, аккуратно касались моих. Он накрыл их, так быстро, что у меня перехватило дыхание, я задыхалась, но поцелуй хотелось продолжить. Я этого требовала, но Феликс, решил, отстраниться. Давая, мне время подумать, что я сейчас чувствую к нему: ненависть? Раздражение? Может, любовь? В один момент, все звуки вмиг исчезли. И остались только он и я, в этом огромном мире. Лишь мысли путались в моей голове. Поцеловать его еще раз? Выгнать прочь из этой комнаты? Высказать, все то, что я о нем думаю? Сейчас мы смотрели друг другу в глаза, в этом жесте было что-то до дрожи романтичное. Каждый погружен в свои мысли. С тех пор как мы отстранились, между нами было всего несколько сантиметров, да что там! Миллиметров. Я слышала дыхание. Тяжелое, медленное, принадлежащие кому-то из нас. Может оно уже слилось воедино? До сих пор никто из нас не отвёл взгляд. Он поправил мою выбившуюся прядь волос за ухо, и ни на секунду не отвернулся. Все же этот единственный миллиметр испарился. Не сдержавшись, слились вновь в нежном и в этот раз долгом поцелуе. Приходилось стоять на носочках, ведь он был достаточно высоким. Уже не хотелось отстраняться, ни на секунду. Я положила свои ладони, ему на лицо, придерживая его, чтобы тот не сорвался и не убежал. Но воздуха вновь не хватало. Мы держались до последнего, пока один из нас медленно не отстранился. И это оказалась я, медленно его, отпуская, устремила свой взгляд в пол.
Близился вечер, за окном темнеет. Снег все не прекращался. Из окна дует холодный ветер, заполняя всю комнату свежим воздухом. От холода, у меня появились мурашки, поэтому, не раздумывая закрыла окно. Спальню освещает блеклый свет, исходящий от красивой люстры. Я уже была собрана, и лишь ожидала начала коронации. Вдруг в дверь постучали. Я не спеша приблизилась, и, не спрашивая: «кто?», отворила её. На коридоре, стояла та самая брюнетка, которая недавно приносила мне одежду. Вновь смутившись, она попыталась придать своему голосу уверенность:
- Вас приглашают на коронацию, пройдёмте за мной, - без какого либо официоза, она медленно направилась в сторону большого тронного зала. Я, недоумевая, поплелась за ней. Когда зашла в сам зал, сразу потеряла с поля зрения экономику, я была зациклена на людях. Абсолютно каждый был одет в черное платье, или костюм, и у всех были эти ленточки. Возле тронов, стоял архиепископ, с длинной тёмной бородой, также чёрном балахоне. Каждый здесь находящийся был серьёзен и угрюм, здесь не было месту веселья. Хотя на трон скоро воссядет новая королева, но никого это пока не воодушевило. В зале довольно мало людей, в основном тут только те, кто приближен к королевской семье, и знатные дамы и мужчины, которые имеют большое влияние. Сразу видно, что коронация экстренная, и никто не ожидал, того, что уже сегодня пустой трон займёт Мария. Сейчас же она стояла возле архиепископа, ожидая всех важных гостей. Пока я стояла, и высматривала Феликса, мне вдруг всунули в руки самое ценное, что есть у принцессы – корону. Она вновь лежит на бархатной красной подушке, теперь я её держу, и недоуменно гляжу на неё. Я не заметила, кто мне её дал. Понятия не имела, что мне с ней делать. Вдруг заиграла церковная музыка, абсолютно каждый серьёзный взгляд был устремлен на Марию де Боссарт. Вокруг неё только сейчас, собралось несколько священников, с большими крестами в руках. Только я смотрела на это, насупив брови, и размышляя о том, когда ей вынести эту чёртову корону. Вдруг архиепископ совершил обряд помазания елеем (пома́зание на царство) ( в православии, католицизме и англиканстве обряд,в котором вступающий на трон монарх (император, царь, король) помазываетсямиром или елеем с целью преподания ему даров Святого Духа, нужных дляуправления страной). Все внимательно следили за этим обрядом, я же не вникла в подробности. Лишь ожидала, своего выхода:
«Крысий дьявол! Это ж надо было тебе захотеть, чтобы я вынесла корону, Мария?» - думала я, и из-за этого пропустила, то, как Мария приняла королевский скипетр, теперь же все ждали только меня. Я уставилась на неё и поняла, что нужно идти. Но с места сдвинуться я не смогла, будто приклеилась к полу. По залу прошёлся неодобрительный шёпот. Кто-то положил ладонь мне на плечо, я, не оборачиваясь, поняла – Феликс. Он нежно подтолкнул меня на дорожку. Вдохнув полной грудью, я уверенно пошла к Марии, прямо смотря в её глаза, которые выражали: строгость, серьёзность, и полную ответственность. Я, подойдя ближе, отдала подушку одному из священников, и крепко взялась за корону. И поняла, что сейчас на мне лежит обязанность возглавить новую королеву королевства Мидлтон. И вдруг поняла, что я своими руками превозношу ту, которая отреклась от меня восемнадцать лет назад. Ту, которая, поступила крайне ужасно с собственной сестрой, но мне не хотелось об этом думать. Королевству нужна она. Уверенна, Мария будет мудрой королевой. И в эту секунду я надела ей корону теперь я отошла от неё на пару шагов и народ тихо молвит:
- Боже, храни королеву... - и так множество раз, благословляя новую королеву. Каждый из них, бубнил себе это под нос, только архиепископ говорил громко и властно:
- БОЖЕ, ХРАНИ КОРОЛЕВУ!
И вот я вновь слилась в маленькой толпе, не хотелось мне стоять, там, когда моя сестра становиться королевой. Вдруг все перестали бубнить себе под нос одно и тоже, но вместо этого я мельком услышала разговор двух дам:
- Самая траурная и серьёзная коронация, которая когда, либо была... - с грустью произнесла одна пухлая дама, смотря на новую королеву.
- Да, это точно, с роду такого не помню. Боюсь, и пира не будет, - согласилась вторая дама.
- Какой пир? Траур, королева с королем погибли, забыла? Бедная девочка, обязана была стать королевой, вот так в таком состоянии. А ты про пир! Бесчувственная, - громким шёпотом обвиняла женщину, не выдержав, она, развернувшись, отправилась ближе к выходу.
«На самом деле, в этой зале ни один человек не улыбнулся, в этом я точно уверенна»
Вдруг заметила светлые волосы Феликса, приняв решение, направилась к нему. Не успев сделать и шага, в зал ворвался мужчина, в не очень красивой одежде, явно работал толи конюхом, толи в огороде, закричал:
- ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО, НА НАС НАПРАВЛЯЕТСЯ АРМИЯ!