Братья-близнецы

Тренировочная площадка за южным крылом дворца гудела от звона стали и тяжёлого дыхания.

Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в багрово-золотые тона, но жара всё ещё стояла плотной пеленой.

Феликс и Тэхён пришли сюда не по приказу по своей воле. С детства они обожали рыцарское ремесло: сражения на деревянных мечах в тайных уголках сада, первые настоящие клинки, подаренные матерью на двенадцатилетие, бессонные ночи за изучением старых трактатов о технике боя.

Это было их тайной отцовской гордостью и одновременно бунтом омеги, которые отказывались быть только красивыми фигурами на политической шахматной доске.

Сегодня Тэхён был особенно зол. Гнев кипел в нём с самого утра после очередного «семейного» ужина, где король с энтузиазмом обсуждал свадебные даты, приданое и «благо королевства».

Альфы сидели рядом, вежливые, но с тем самым тяжёлым, собственническим взглядом. Тэхён не выдержал. Ему хотелось кричать, бить, ломать.

Поэтому он первым схватил тренировочный меч и вышел на площадку.

Т: Эй, стража!

Крикнул он, голос звенел от ярости.

Т: Кто-нибудь посмелее?

Несколько королевских гвардейцев переглянулись. Они знали характер младшего принца: вспыльчивый, неукротимый. Один из них, крепкий бета лет тридцати, шагнул вперёд с деревянным мечом.

Бой начался резко. Тэхён атаковал первым мощный рубящий удар сверху, который страж едва успел отразить.

Дерево ударилось о дерево с глухим треском. Тэхён не давал передышки: серия быстрых колющих выпадов, поворот, низкий замах по ногам.

Гнев придавал ему силы. Каждый удар был адресован не стражу, а отцу, который продавал их будущее, альфам, которые уже метили их запахами, и этой дурацкой ситуации, в которой они оказались заперты.

Т: Слабо!

Рычал Тэхён, когда бета отступил. Пот стекал по его вискам, тёмные волосы прилипли ко лбу. Рубашка, лёгкая льняная, уже намокла и начала липнуть к телу.

Феликс стоял в стороне, скрестив руки на груди, и наблюдал. Он видел, как брат выплёскивает ярость, и не вмешивался сразу. Пусть выпустит пар.

Но когда второй страж присоединился, а Тэхён начал дышать тяжелее, Феликс шагнул ближе.

Ф: Хватит на сегодня.

Тихо сказал он, но Тэхён только мотнул головой.

Т: Ещё один бой. С тобой.

Феликс вздохнул, но улыбнулся уголком губ. Он тоже взял меч. Они встали друг напротив друга две омеги, которых никто не учил быть слабыми.

Зрители несколько стражников и, незаметно для них, группа южных альф, наблюдавших с балкона - замерли.

Клинки скрестились с чистым, звонким звуком. Это была не злость, а знакомая с детства игра. Феликс был чуть легче и быстрее, Тэхён - мощнее и яростнее.

Они кружили, обмениваясь ударами: высокий блок, контратака, финт влево, рубящий справа. Лезвия (пусть и затупленные для тренировки) свистели в воздухе.

Тэхён атаковал серией быстрых ударов, Феликс уворачивался, смеялся и контратаковал, целясь в плечо брата.

Ф: Не злись так сильно, брат.

Поддразнил Феликс, делая ловкий выпад.

Ф: Ты же знаешь, от этого только хуже.

Т: Легко тебе говорить!

Огрызнулся Тэхён, но в глазах уже мелькнула искра веселья. Он сделал широкий замах, Феликс нырнул под руку, крутанулся и легонько хлопнул брата плоской стороной меча по бедру.

Они двигались в унисон, словно танцевали. Дружеский поединок, полный привычной братской теплоты.

Тэхён наконец-то начал улыбаться сквозь пот, злость уходила, оставляя только чистый азарт. Рубашка Тэхёна во время особенно резкого поворота разошлась на груди, пуговицы не выдержали.

Ткань распахнулась, открывая гладкую кожу и чётко прорисованные кубики пресса. Омега был подтянутым, мускулистым годы тренировок не прошли даром.

Пот блестел на рельефном животе, спускаясь тонкой дорожкой ниже.
С балкона послышался тихий, почти неслышный рык. Намджун и Бан Чан стояли там вместе с остальными.

Взгляд Юнги потемнел, когда он увидел обнажившееся тело Тэхёна. Хёнджин сжал кулаки, глядя на Феликса, который в этот момент тоже слегка запыхался, и его рубашка прилипла к плечам.

М: Красиво дерутся.

Тихо пробормотал Минхо, но Намджун только кивнул, не отрывая глаз. Поединок закончился тем, что Феликс ловко выбил меч из руки брата и приставил свой к его груди не сильно, просто касаясь.

Ф: Сдаёшься?

Тэхён тяжело дышал, но рассмеялся и поднял руки.

Т: На сегодня да. Ты всё ещё быстрее, чёрт.

Они обнялись на секунду коротко, по-братски, мокрые от пота. Феликс похлопал Тэхёна по спине.

Ф: Не злись на весь мир сразу. Мы вместе. И мы не сломаемся.

Тэхён кивнул, но взгляд всё ещё был тяжёлым.

Т: Я злюсь на отца. На эту свадьбу. На них.

Он кивнул в сторону балкона. Джисон и Чимин улыбнувшись помахали им.

Т: Мы не вещи. И я не собираюсь просто лечь и принять всё.

Ф: Знаю.

Иягко ответил Феликс.

Ф: Но давай покажем им, что мы стоим друг друга. Не только как омеги, но как воины.

Они перешли к следующему этапу. Стражники принесли луки. Тэхён взял свой тяжёлый, с тугой тетивой. Злость ещё тлела внутри, и он выплёскивал её в стрельбе.

Он вспомнил вчерашний день и ухмыльнулся. Его учили стрелять из лука. Смешно.

Первая стрела ушла точно в центр дальней мишени. Вторая в яблочко. Третья тоже. Он стрелял быстро, почти яростно, каждая стрела несла в себе часть гнева на ситуацию, на давление, на запахи альф, которые теперь постоянно витали вокруг.

Феликс стоял рядом, стрелял чуть медленнее, но не менее точно. Иногда он специально промахивался на сантиметр, чтобы поддразнить брата.

Ф: Эй, не злись на мишень. Она-то в чём виновата?

Пошутил он, пуская свою стрелу точно рядом с тэхёновской.
Тэхён фыркнул, но уголки губ дрогнули в улыбке. Феликс подошёл ближе, положил руку на плечо брата, слегка массируя напряжённые мышцы.

Ф: Дыши. Мы справимся. Как всегда.

После лука настала очередь метания ножей. Здесь Тэхён был особенно хорош. Маленькие острые клинки летели из его руки один за другим с глухим стуком вонзаясь в деревянные щиты.

Каждый бросок был идеальным. Он представлял на месте мишеней лицо отца, скучающее выражение короля, когда тот говорил о «благе союза», и даже собственную беспомощность в той хижине, о которой они почти ничего не помнили.

Т: Вот так!

Выкрикнул он, когда последний нож вонзился точно в центр.Феликс метнул свои тоже точно, но с лёгкой, грациозной манерой.

Он подошёл к брату, обнял его за талию сзади на секунду, прижимаясь щекой к плечу.

Ф: Ты великолепен, когда злишься. Но не перегори. Мне нужен мой брат, а не вулкан.

Тэхён расслабился в его объятиях. Гнев уходил, оставляя усталую, но чистую решимость.

Т: Я просто... устал быть пешкой. Хочу выбирать сам. И тебя защищать.

Ф: Мы защищаем друг друга.

Ответил Феликс и поцеловал его в висок.С балкона за ними наблюдали. Чонгук стоял, скрестив руки, и в его глазах смешались восхищение, желание и уважение.

Чонин не мог отвести взгляд от Феликса от его грации, силы, заботы о брате. Запахи омег после тренировки стали ещё ярче: сладкие, с нотками пота и адреналина.

Альфы чувствовали это кожей.
Когда Феликс и Тэхён наконец собрались уходить, Чонгук спустился вниз. Он подошёл к Тэхёну, протягивая флягу с водой.

Чон: Ты невероятен. Такой огонь... я готов гореть рядом, если позволишь.

Тэхён взял флягу, сделал глоток, не отводя глаз.

Т: Не думай, что пара красивых комплиментов и умение держать меч заставят меня сдаться.

Чонгук улыбнулся медленно.

Чон: Я и не думаю. Я готов завоёвывать. По-настоящему.

Чонин в это время подошёл к Феликсу. Тихо, почти шёпотом:

Ч: Ты успокаиваешь его, как никто. И меня... тоже. Когда ты рядом, даже моя альфа-часть становится спокойнее.

Феликс посмотрел на него снизу вверх. Рубашка всё ещё была слегка распахнута, и Чонин невольно скользнул взглядом по гладкой коже омеги.

Ф: Тогда не дави. Просто будь. Мы посмотрим, чего ты стоишь, альфа.

Они ушли вместе два омеги, плечом к плечу, мокрые от тренировки, но с высоко поднятыми головами.

За ними тянулся шлейф их запахов, сводящий альф с ума. Свадьба приближалась, но теперь было ясно: эти двое не сдадутся без борьбы. И эта борьба уже начинала приносить не только гнев, но и странное, тёплое предвкушение.

Тренировка закончилась, но напряжение между четырьмя только усилилось. В воздухе витало обещание чего-то большего - не только политики, но и настоящей, глубокой связи, которую никто из них уже не мог игнорировать.

Продолжение следует...................