глава 19
- НЕЕЕТ! - во всю силу лёгких закричал Хëнджин, в то время как короткий вскрик Ликса сменился на булькающий хрип.
Порыв ярости придал анимагу сил, он обернулся собакой и одним ударом лапы разодрал существу морду, ослепив его. Завопив, хтонь выпустила Феликса и отступила. Гриффиндорец рухнул на землю, а рядом с ним, как подстреленный, упал и сам Хёнджин - всплеск энергии окончательно отнял у него остатки сил. Их не оставалось даже на то, чтобы поддерживать облик собаки, не говоря уже о том, чтобы продолжать защищать раненного Феликса. В голове у Хвана гудело, всё плыло перед глазами, и единственное, что мог видеть слизеринец - то, как вконец озверевшая хтонь подкрадывается к истекающему кровью от глубокого укуса Ликсу.
- Ликси... - теряя сознание, прошептал Хёнджин.
Но чудо приходит, откуда не ждали: из-за деревьев выскочил огромный волк. В два прыжка он добрался до хтони и острыми зубами вцепился её в загривок. Существо завизжало, пытаясь освободиться из крепкой хватки, но волк лишь сильнее сжимал челюсти.
- Вот они! - раздался где-то совсем рядом голос Хана. - Смотри, там Феликс и Хёнджин!
Волк изловчился и, не разжимая челюстей, опрокинул хтонь на спину, оголив ее беззащитный живот. Чувствуя, что дело плохо, хтонь шумно втянула в себя воздух - кто-то стоял рядом с ними. От него пахло страхом и холодом. Леденящим душу холодом.
- Давай, Чонин, не медли!.. - уже приглушенно раздался голос Джисона.
Чонин крепче сжал в руках серебряный клинок. Его трясло не то от холода, не то от страха. Хтонь перестала дергаться.
- Нинни, - демонически захрипело существо. - Не делай этого, пожалуйста...
Чонин молчал, крепко стиснув зубы. Но не двигался.
- Мы оба так долго ждали этого, Нинни, - продолжала хтонь. - Я знал, что ты придешь освободить меня.
Краем глаза Ян посмотрел в сторону. Джисон сидел на земле рядом с Феликсом и Хёнджином и пытался привести последнего в сознание.
Похоже, хтонь почуяла его сомнения.
- Я бы никогда и ни за что тебя не тронул, Нинни, - продолжало существо. - Ты же знаешь, как сильно я люблю тебя.
Чонин поднял голову. Бледный диск полной луны выступил из-за туч.
- Ты не Ким Уджин, - только и проронил он.
Хтонь оглушительно зарычала. Ян замахнулся клинком и нанес смертельный удар. Волк разжал зубы, и существо, дергаясь в предсмертных судорогах, шмякнулось под ноги Чонина. Оно вопило, хрипело, пыталось изменить облик и вытащить клинок из груди, но с каждой попыткой серебро лишь сильнее обжигало ему лапы, и в конечном итоге существо замерло и затихло.
Ян, тяжело дыша, смотрел на мертвую хтонь. Волк сел на задние лапы и терпеливо посмотерл на парня.
- Спасибо... Спасибо, Минхо... - кое-как выдавил из себя Чонин, не сводя глаз с хтони. - Прости, что я... п... прости...
Голос у него задрожал. Глаза наполнились слезами.
- Получается, - прошептал Ян. - Если эта тварь всё это время была шейпшифтером... То Уджин... Джини, он... он и правда у... у...
Градом покатившиеся по щекам слезы не дали парню закончить болезненное заключение. Он сел на землю, закрыл лицо руками и разрыдался навзрыд. Все эмоции - страх, осознание и боль от потери, стыд и беспомощность - всё смешалось в единый поток слёз. Минхо встал, медленно подошел к Чонину и утешительно ткнулся мордой ему в плечо. Ян поднял голову, обнял волка за шею и, всхлипывая, уткнулся лицом в его шерсть.
- Лино! Чонин! - позвал Хан, поднимая с земли Феликса. - Идите скорее сюда, помогите мне!
Минхо осторожно поддел носом Чонина под ребро, призывая встать. Ян, всхлипывая и вытирая лицо рукавом, поднялся на ноги, и они вдвоём поспешили к Джисону.
- Боже, Чонин... - ахнул Хани, увидев заплаканное лицо слизеринца.
- Всё в порядке, - упрямо отмахнулся Ян. - Что с ними? Они ранены?
- У Хëнджина многочисленные ушибы и парочка переломов, ничего критичного. А вот у Феликса, сколько я не пытался, никак не останавливается кровь. Эта тварь сильно искусала его.
- Оно обладало способностью к регенерации, возможно, в его крови было какое-то вещество, - вспомнил Чонин. - Другого выбора нет, стоит попробовать.
Он вытащил серебряный клинок из груди хтони. Вернулся к Феликсу и капнул стекавшей с клинка кровью на следы укусов. Затем снял свой галстук и перевязал раны.
- Идём. Нужно как можно скорее вернуть их в замок.
***
С той страшной ночи в Запретном Лесу прошло несколько дней, но Феликс до сих пор не очнулся. Чтобы старшие волшебники смогли его вылечить, друзьям пришлось рассказать, что с ними тогда произошло, но некоторые детали, такие как вторую личность Минхо и настоящую цель Чонина, они всё же умолчали.
Как и прежде, сколько Хан не упрашивал, Лино наотрез отказался обращаться в больничное крыло и следующие сутки отслеживался в домике Хагрида, пока Джисон таскал ему лекарства и внимательно следил за состоянием любимого.
Хëнджин очнулся спустя несколько часов, и первое, о чем он спросил по пробуждении - где Феликс, и что с ним. Ему рассказали, что раны Ли магическим образом перестали кровоточить, несмотря на их глубину, но при этом Ликс абсолютно не дышит, хоть пульс и прощупывается. Хëнджин слёзно умолял Мадам Помфри пустить его к Ликсу, и после многочисленных уговоров и обещаний та сдалась.
- Но только на пару минут! - строго наказала она, пуская Хвана в комнату.
Феликс лежал на кровати, по грудь укрытый одеялом. На нём не было живого места: плечи и руки были перемотаны бинтами (хтонь вцепилась ему в правое плечо), худые щёчки были заклеены пластырями. Светлые волосы почему-то почернели, а лицо было бледное-бледное, настолько, что почти не было видно веснушек.
При виде его у Хëнджина заныло сердце. Он сел рядом с кроватью и осторожно взял Ликса за руку. Ладонь была сухая и холодная. Хван чуть сжал запястье: пульс и правда прощупывался, но грудная клетка не поднималась и не опадала - Ли не дышал.
- Ликси... - прошептал Хëнджин каким-то не своим, провалившимся вниз голосом. - Всё закончилось, Ликси, всё в порядке... Опасности больше нет... Я... Прости, что не смог... защитить тебя... - голос слизеринца дрогнул. - Прости меня, Ëнбокки... Ты только не бросай меня... Слышишь? Не смей уходить... - Хван крепче сжал руку Ли, и крупные капли слез закапали на одеяло. - Не бросай меня, Ëнбокки... Я так сильно люблю тебя... Только не бросай...