23 Часть
Проснулся Феликс в постели общей спальни. Он был закутан, казалось, во все ткани что были в квартире, но озноб только усилился. За окном уже темно, в воздухе растворяется приятный запах еды.
Он даже не мог позвать Джина, горло горело а каждый шорох отдавал головной болью. Решил и остаться так лежать, сил вообще небыло.
Минут через 20, когда Ли начинал вновь провалиться в сон, сквозь опущенные рестницы он увидел как в комнату осторожно заглянуло до трепета знакомое лицо.
- Хён? - еле хрипя позвал Ликс привлекая к себе взгляд.
- Долго уже не спишь? Как ты? - подойдя ближе спросил Хенджин.
- Я готов умереть прямо сейчас.
- Ох.. - вздохнул старший и коснулся родного личика. Оно было таким горячим, ещё хуже чем утром.
- Ты холодный! - будто ожил младший прижимаясь разгоряченной щекой прохладной плоти.
Грустно улыбнувшись Хван коснулся второй ладонью, облегчая муки своего счастья.
Ликс будто котенок ласкался о большие руки жаждя облегчения.
- Нужно выпить лекарство. Но сначала лучше поесть, приготовить рис? Твоё горло сейчас не в лучшем состоянии, ты еле говоришь.
Еле кивнув Феликс попытался сесть в постели, но из за завалов одеяла у него это вышло даже не с первого раза.
- Ты куда собрался? - удивился Джин смотря как тот слазит с кровати.
- Я хочу пить. А ещё устал лежать.
- Понял, тогда сиди пока. С принесу тебе воды.
Только Хван вышел из комнаты, телефон на прикроватной тумбочку завибрировал. Это был не телефон Феликса, но интерес взял верх. Краем глаза глянув на экран он прочёл сообщение в содержании которого было то, чего он так долго ждал:
"Здравствуйте, прошу прощения за долгий ответ. Данные которые вы дали полностью совпадают с моим средним сыном, который остался в Корее. Я уверена что это он, поэтому буду очень вам благодарна если смогу увидеться с ним."
- Что там? - зайдя обратно в комнату спросил Хван увидев удивленное лицо Ликса. Протянул ему стакан воды и взял телефон в руки.
- Ты... Прочитал?
- Прости, мне было интересно. Это ведь та женщина?
- Да солнышко, но теперь это точно не "та женщина", а твоя мама - нежно улыбаясь сказал Хенджин. Присел перед юношей на корточки и потрепал по макушке.
Он видел как в глазах любимого, и без того стеклянных, скапливаются слезы. Как ни крути, 19 тебе лет, 30 или 5, мама самый родной человек даже за тысячи километров. Особенно если ты был лишёно детства не видел её много лет. Таким был Феликс.
- Я смогу увидеть маму?
- Конечно, я отвезу тебя к ним. Я ведь.... Обещал?
Кивая как балванчик и шмыгая носом юноша утонул в тёплых родных объятиях. Его сердце колотилось так сильно, из глаз хлынули слезы.
- Ну ну, ты чего? Всё же хорошо - засмеялся старший поглаживая его по спине.
- Я так счастлив - всхлипывал тот.
На это Хван лишь рассмеялся ещё сильнее. Точно милашка в его глазах, такой беззащитный и ласковый.
- Я тоже - соврал Джин ,ведь не хотел отпускать его - Но лекарство нужно пить по расписанию. Если ты отпустишь меня я принесу его.
Худые руки нехотя разомкнули объятия, отпуская Хвана.
- Он конечно неприятный, но тебе станет легче - отмеряя в крохотном стаканчик дозировка сиропа от кашля говорил старший.
- Его же не нужно пить часто?
- Три раза в день. Ну, по крайней мере так написано на упаковке.
- Только его?
- Нет, потом спрей для горла, таблетки что бы сбить температуру и чай из ромашки.
- Так много гадости - сморщился слово ребёнок Ликс.
- Я понимаю что это неприятно, но нужно. Быстрее на ноги встнешь и быстрее встретимся с твоими родителями - поднося стакан к пухлыми губам любимого причетал Джин.
Тяжело вздохнув Феликс выпил тёмный горький сироп, морщась, будто ёжик.
- Это можно запить? - продолжая корчиться от липкости и горчеи во рту спросил он.
- Да, держи.
Хван протянул ему чай, но он почему то был желто-зеленым...
- Это чай? Пахнет странно...
- Из ромашки. Он полезен.
Недоверительно сделав пару глотков младший вновь скривил моську.
- Он тоже противный...
"Как дитя, ей богу" смеялся про себя старший.
- Осталась одна маленькая таблетка - протянул белое жаропонижающее. - Она безвкусная.
- Я тебе уже не доверяю
- Это правда! - засмеялся он. - Через пол часа воспользуйся этим - Хван показал ему спрей для горла.
Нехотя взяв лекарство Феликс кивнул. Хенджин видел как он расстроен и истощён.
- Эй, грустишь? - поглажтвая по щеке Ли спросил Джин - Мне жаль что так произошло. Но! Помнишь, когда я уезжал то обещал привезти для тебя что-то?
Открыв прикроватную тумбочку, Хван вытащил из ящика белую аккуратную коробочку. Небольшой глянец от неё мерцал отражая свет в комнате.
- Снова тратишься на меня? - хмыкнул Ли, но в этот раз ему было действительно приятно такое внимание.
- И буду делать это постоянно.
Скромно улыбнувшись Феликс под внимательный взгляд Джина, осторожно открыл коробочку.
В ней лежал браслет. Тоненькая золотая цепочка с маленькими белым топазами, что очаровательно мерцали. Украшение было таким миниатюрным, но таким привлекательным и эффектным. Выглядел женским? Нет, выглядел аккуратно и не грамоздко, то что нужно.
С пухлых губ сорвалось тихое "вау", а брови невольно сдрогнули от удивления.
- Давай я помогу тебе - с улыбкой наблюдая за Ликсом предложил Хван. Осторожно взял украшение и застегнул крохотную застежку.
Именно это Хван и представлял выбирая браслет: как золото свободно ляжет на это тонкое белое запястье.
Несколько мгновений рассматривая эту прекрасную руку, Хван закрыв глаза, коснулся губами тыльной стороны ладони.
- Спасибо, он мне очень нравится - густо краснея улыбнулся Феликс, влюблённо глядя на старшего. - Но я тоже обещал тебе что-то.
Вопросительный взгляд поднялся на любимого видя перед собой до безумия мило личико. Белые ровные зубы прикусывали губу, которая в свою очередь пыталась не расплыться в улыбке.
- Ты что-то задумал. - засмеялся Хенджин.
- Закроешь глаза?
- Как скажешь.
Только веки старшего опустились, окуная его в кромешную тьму, как он почувствовал дыхание близко к себе. Стеснительное, тихое и в то же время горячее: дыхание, которое Джин узнает из тысячи. Такое же родное и свежее как и губы, какие легли на Хвановы. Поцелуй со стороны Феликса невинный, нежный, как лепестки цветов. Он осторожно касался своего хёна, до сих пор был неуверен и робок.
А вот со стороны Хенджина был требователен: сладостный и напористый, целовал будто в последний раз. Его язык проходил по родным губам, они были вкуса чая. У старшего своя манера поцелуя: жадный, страстный и близкий настролько, насколько возможно. В отличии от Ли, у которого от чмока в щеку глаза искрились.
- Обожаю целовать тебя - ухмыляется в поцелуй Хван вновь и вновь сминая пряные губы.