Глава 8.
«Неопределённость невыносима.»
Дождевые капли ползли по стеклу - медленно, совсем не спеша, и уже не так громко, как ночью. Мои отёкшие глаза бегали от одной к другой и порывались закрыться, но я прекрасно понимала, что больше поспать у меня сегодня явно не получится. Почти вся ночь ушла на разговоры - снова пытались открыть друг другу души и обсудить нахлынувшие проблемы.
Пальцы левой руки зарылись в светлые волосы Хёнджина, уснувшего головой на моей груди, а правая обнимала его спину.
"Он всё ещё тот, каким ты его знаешь." - Нет, больше не успокаивало. Я думала, что знаю его. Ошиблась. А стёкла розовых очков разбились вдребезги. Порой я действительно забываю о том, где и в каком окружении нахожусь. Кажется, пришло время спускаться с небес на землю.
- Почему не спишь? - Голос был тихим и слегка хрипловатым, когда он чуть приподнял голову и взглянул на меня сонными глазами.
- Вставать надо. - Спокойно отвечаю я, продолжая смотреть в окно, поглаживая его волосы.
Последовал тяжёлый вздох, когда Хёнджин перелёг на свою подушку и обнял меня за талию.
- Сегодня выходной, и Феликс взял на себя смену в казино. Давай просто проведём этот день вместе?
В любое другое время я бы обрадовалась. Но сейчас лишь отрицательно качаю головой.
- У Ильсона важный день. Если не пройдёт посвящение - знаешь, что будет. Поэтому ты нужен ему. А я займусь своими делами.
Ответом на мои слова стала его тишина и дождевые капли за приоткрытым окном. Прохладный ветер, гуляющий по комнате, ласкал лицо и вызывал лёгкие мурашки. Это одновременно раздражало и успокаивало - да, похоже на такие же противоречивые мысли, которые теперь занимали слишком много места в моей голове.
- Сонхи. - Интонация, с которой он сказал это, отражает уныние и чувство вины. - Пожалуйста, посмотри на меня.
Очевидно, почему я не могу сделать этого. Однако стараюсь не подавать вида - что, разумеется, очень глупо, ведь Хёнджин прекрасно различает мои эмоции. Чуть поворачиваю голову и встречаюсь с его тоскливым взглядом. Да, эта ночь знатно пошатала нервы обоих...
Правая рука парня касается моей щеки, нежно поглаживая её большим пальцем. И как бы то ни было, мне хочется прильнуть к ней и закрыть глаза, чувствуя тепло и заботу любимого человека.
- Всё хорошо, правда. - Вру, но сейчас это жизненно необходимо. - И не такое пережили. С этим тоже справимся.
Уголки моих губ лениво ползут вверх, расплываясь в лёгкой улыбке, когда Хёнджин наклоняется к моему лицу, оставляя совсем легкий поцелуй - но такой трепетный, словно первый. Открываю глаза, и мы смотрим друг на друга ещё несколько секунд, после чего я поднимаюсь с постели и иду собираться.
Хёнджин уходит в ванную, а я причесываю волосы в тот момент, когда в дверь стучится Хана. Собравшись, выхожу к ней и выгибаю бровь.
- Что-то случилось?
- Чан собирает весь средний класс в тренировочном зале. Зачем - не сказал.
Мы спускаемся по лестнице, делая небольшие паузы между нашим диалогом. Подруга часто смотрит в мою сторону, но мне приходится игнорировать эти действия, чтобы избежать обсуждения вчерашних событий.
- Неужели вашей группы ему будет мало для посвящения? - Спрашиваю я.
- Звучало бы, как оскорбление... - Хана тоже сегодня не блистает привычными ей эмоциями.
Когда мы заходим в зал, где уже собрались практически все ученики среднего класса, я замечаю Мэй и Миджуна, поэтому ухожу к ним, чтобы поговорить.
- Зачем нас позвали, вы в курсе?
- Тоже без понятия. - Парень неловко чешет затылок.
- Вот делать мне нечего... Ненавижу посвящения. - Девушка закатывает глаза, скрестив руки на груди, а потом смотрит на меня, чуть наклонив голову. - У тебя что-то случилось? Как вчерашнее мероприятие?
Только я открываю рот, чтобы ответить, как в дверном проеме появляются трое ненормальных, Чанбин и Бан Чан. Все сразу замолкают, не понимая, что происходит.
- Встать смирно. - Командует Со.
Когда мы выстроились в одну линию, Крис прошёлся по нам недовольным взглядом, а потом остановился на мне. И всё стало слишком очевидно.
- Вы обленились - мне не нравится это. Су, сюда.
Я вышла в центр, стараясь не смотреть ему в глаза. Чувство вины за то, что мы с Хёнджином натворили, никуда не исчезло.
- Возможно, вы уже знаете Ёнхана, Хёгиля и Саджуна. Они слишком яркие личности, чтобы не обратить на них внимание. Проходить посвящение, разумеется, эти трое не будут. Но и оставить их без всего мы тоже не можем. - Он скрещивает руки на груди, продолжая смотреть на остальных . - Верно? Покажите этим ребятам, на что вы способны.
Чан отходит в сторону, и это же делают другие.
- Кто хочет стать первой жертвой Сонхи? - Прекрасно знает, как плох мой рукопашный бой, поэтому издевается. Идеальное наказание.
Хёгиль делает шаг вперед, слегка улыбаясь.
- Я, господин Бан.
Его недовольный и слегка язвительный взгляд вновь прикован ко мне.
- Отлично. До первой крови.
Всё, вроде бы, не так плохо, если учесть что за год, проведённый в академии, я многому научилась. Однако сейчас передо мной стоит амбал, с которым ругаюсь с первого его появления здесь. Но главное - сосредоточиться. Забыть о навязчивых мыслях и сконцентрировать внимание на сопернике. Вспомнить всё самое плохое, что связано с ним. И разбудить свою тёмную сторону - ту, что жаждет мести и боли.
Он нападает первым, но я легко успела увернуться и нанести ему удар с ноги в спину. Очевидно, что кровь, которую так хочет Чан, окажется моей. Но это не значит, что я сдамся без боя.
- Сонхи, пригнись! - Это Ёнхан.
На такое больше не ведусь - если бы последовала совету какого-то придурка, Хёгиль сломал бы мне нос, но его удар прилетел всего лишь по колену. Больше меня пугает тишина, которая окутала тренировочный зал. Все смотрят и выжидают, не в праве вмешиваться.
Мгновение, и я оказалась на полу - моя задумчивость рано или поздно доведёт до гроба. Я быстро переворачиваюсь на спину, игнорируя боль, когда Хёгиль садится на мои ноги. Схватив за волосы, он хочет ударить меня головой об пол, вот только сделать это не получилось - я укусила его за руку и выиграла немного времени для того, чтобы ударить его локтем в висок и занять лидирующую позицию. Он валится на спину, грязно выругавшись, а его глаза начинают гореть от ярости. Не теряя попыток, парень поднимается на ноги и со всей силы толкает меня в стену. Чувствую, как ко мне подбирается понимание того, что это конец. Он заносит для удара руку, на пальцах которой разместились массивные кольца - видимо, удобно использовать их в качестве кастета - и метит прямо в моё лицо. Я успеваю впиться ногтями в его щёки раньше, чем потекла кровь из разбитой брови.
- Хватит. - Спокойно говорит Крис, и ко мне подбегают Хана и Мэй. - Жду в кабинете. - Эти слова были брошены в мой адрес. - Остальные должны быть готовы через десять минут. Младшие уже на подходе.
Прикладываю к лицу полотенце, которое принесли девочки, но кровь всё никак не может остановиться. Мы выходим на задний двор, не обращая внимания на остальных, и садимся на лавочку.
- Убери, я посмотрю. - Просит Хана.
Выполняю просьбу, но по выражению её лица становится понятно, что всё плохо.
- Швы придётся накладывать. Шрам останется.
- Плевать.
Они переглядываются друг с другом, а потом снова смотрят на меня.
- Похоже, ещё и головой нормально так приложилась... - На лице Мэй удивление.
- Я ведь не проиграла, верно? Тогда плевать. Боль - всего лишь испытание.
- Подруга, ты меня пугаешь. - Втроём мы оборачиваемся на Минджуна, уже переодевшегося в алый костюм и держащего в руках маску дракона.
- Этого стоило ожидать. Всё в порядке, правда. Вам лучше идти - газ скоро запустят. Я сама наложу шов, умею.
Спорить не стали. Обменявшись ещё парой слов, мы расходимся. Чтобы самой не нарваться на слезоточивый газ, мне приходится возвращаться в академию через чёрный вход.
***
Привести себя в более приличный вид пришлось быстро - не хватало получить ещё и за то, что заставляю ждать. Когда захожу в кабинет, Чан, сидевший за своим столом, смотрит сначала на меня, а затем на Джисона, взгляд которого до этого был направлен в монитор компьютера, где прямо сейчас камеры из коридора транслируют посвящение младшего класса. Парень поджимает губы, грустно приветствуя меня, чуть кивнув головой.
- Ты знаешь, куда идти. А ты следи за камерами. - Говорит Крис и встаёт со своего кресла.
Я смотрю на дверь, которая находится справа, потом снова на него.
- Чан...
- Не заставляй меня применять силу. Если я сказал идти, значит ты должна послушаться и сделать это. Без лишних пререканий.
Опускаю глаза в пол и стараюсь не провоцировать его, молча заходя внутрь. Снова полупустая комната с телевизором и стулом. Сажусь на него и знаю, что сейчас произойдёт. Вспоминаю, как страшный сон.
Крис закрывает за собой дверь, остановившись рядом со мной с веревкой в руках.
- Зачем это? - Я насторожилась.
- Так будет гораздо лучше.
Он подходит сзади и привязывает меня к стулу, а после включает очередное видео. Снова неимоверная жестокость над преступниками, которой он мучил меня в прошлом году, чтобы избавить от страха. Темнота вокруг и кровопролитие в телевизоре больше не пугают, так что я спокойно сижу и смотрю короткие видеоролики, которые не вызывают во мне абсолютно никаких эмоций. Пока на экране не появляется связанный человек и ещё один, прямо за ним. С кувалдой.
- Нет...
- Только попробуй отвернуться или закрыть глаза.
Чувствую, как дыхание учащается. Мгновение, и к глазам поступают слёзы, когда я замираю в немом ужасе.
- Хватит! Прекрати!
Не думаю о том, что произойдёт за неповиновение и зажмуриваю глаза, но увиденное никуда не исчезает. Мотаю головой в глупых попытках избавиться от этого, но безуспешно.
Слышу, как звук стих. В комнате включается свет, а Чан куда-то отходит. Когда я открываю глаза, он ставит стул напротив моего и садится на него, скрестив руки на груди и закинув ногу на ногу.
- Доволен? - Спрашиваю я, шмыгнув носом. Ещё и слезы вытереть не могу, потому что привязана, так что вижу Криса немного размыто.
- Да, в какой-то степени мне стало легче.
Его холодный и настойчивый взгляд немного раздражает. Я киваю и смотрю куда-то в пол.
- Сколько раз я прощал прогулы? Сколько раз закрывал глаза на нарушения правил? И за всё это просил хотя бы каплю уважения. Но даже этого не получил - моему терпению тоже приходит конец, Сонхи.
Молчу, потому что мне нечего ответить. Он действительно прав, и я не вижу смысла в оправданиях.
- Ты когда-нибудь влюблялся?
И хотя может показаться, что ему безразлично, знаю, что Чан удивился этому вопросу.
- Хочешь учить меня жизни?
- Я задала простой вопрос, на который жду простой ответ. - Поднимаю голову и смотрю на него.
- Разумеется.
- Будь ты на моём месте, если бы узнал, что твой парень убил свою девушку, как бы отреагировал?
Мужчина тяжело вздыхает, покачивая ногой.
- Я не знаю, какой девушкой был бы. Может напугался, может сам прикончил бы его. Это не оправдание убийству человека, из-за которого у всей академии теперь могут возникнуть серьёзные проблемы. Почему из-за вашей любви должны страдать остальные?
- Убийство произошло случайно. Тот первый начал домогаться до меня. Хёнджин сказал, что потом он бы перекрутил всё в свою сторону - попытка в очередной раз очернить Хвана. Сам знаешь, как к нему относятся... Уже все в курсе, что это сделали мы?
- Камер не было. Следы замели. Только наши.
- Как бы странно это сейчас не звучало, но... Ты нужен мне сейчас. Не как Бан Чан или Кристофер, директор академии или глава банды, а как Чан, к которому я всегда приходила для того, чтобы поговорить... Я знаю три версии произошедшего, но уверена, что ты знаешь настоящую. Все детские истории ребят ведь не были твоими сказками, верно?
Он не отводит взгляд, но немного смягчает его.
- Боишься?
- Я всю ночь думала... Пыталась отогнать эту мысль, но понимаю, что не получается. Ты сам говорил, что люди не меняются.
- Иногда меня берёт гордость за то, как сильно ты переросла наивную девочку. Всё верно - это неоспоримый факт.
- Но я люблю Хёнджина, правда. - К глазам снова поступают слёзы, поэтому запрокидываю голову, а голос становится тише. - Однако боюсь, что это может повториться. Нет никакой речи об измене - только о потере его самообладания.
Чан меняет позу, складывая руки в замок, и упирается ими в ноги.
- Ты знаешь, что я всегда честен. Поэтому знай, что он не способен на такое. Хёнджин хотел застрелить любовника, но ему помешали, дёрнув руку, и тот попал в Ёнми. А потом целый месяц вообще не выходил из своей комнаты. Пускал только меня. Её похоронили там же, где моего отца и Чонина. Если не веришь, могу свозить тебя туда. Я навещаю все три могилы. А говорить тебе про это он не стал, чтобы не напугать.
Опускаю голову в пол, а Крис встаёт со стула, чтобы развязать меня. И тут же обнимает, когда я прижимаюсь к нему и плачу, потому что сегодня ночью Хёнджин рассказал мне такую же версию.
- Спасибо, Чан.
- Успокаивайся давай, всё хорошо. - И всё же роль грозного тирана отходит на второй план. - Каждый здравомыслящий человек отреагировал бы точно так же. Это нормально. Но знала бы ты, как сильно Хёнджин дорожит тобой. Так что не о чем переживать - просто очередные провокации.
Я немного успокаиваюсь и отстраняюсь, вытирая лицо рукавом кофты.
- Иногда устаю от этих "провокаций"... Зачем нужно было привязывать меня?
- Такая у него репутация - с этим уже ничего не сделать. Только смириться и идти дальше... А привязал, чтобы сидела спокойнее.
Крис подходит к двери, но останавливается и через несколько секунд оборачивается.
- Уходи.
Я встаю со стула и подхожу к нему, но он перехватывает ручку.
- Нет, ты не так поняла - из академии.
Замираю от недопонимания и смотрю на Чана, не отрываясь.
- Выгоняешь?
- Пусть будет так - забудь об этом месте. Оставь все вещи и уходи.
- Ничего не понимаю... Почему? Куда я пойду? - В моём голосе появляются нотки волнения. - Чан...
- Я сниму тебе номер в хорошем отеле. Если хочешь, возьми с собой Лану - Хана может понадобиться мне здесь. Вам с Хёнджином нужен перерыв друг от друга. Так что представь, будто тебя здесь никогда не существовало - исчезни. На неделю, минимум. Отдохнёшь от всех этих мыслей, а он сможет сосредоточится на работе в казино и с Ильсоном.
- Ты же понимаешь, что Хёнджин всё равно найдёт меня? - Эти слова заставляют его усмехнуться.
- Если тебя буду прятать я - поверь, он никогда не сделает этого. Чуть позже позову Лану и проинформирую её. Готовьтесь днём, а завтра ночью уедете. Но никто не должен знать об этом, ясно?
Несколько секунд я колеблюсь, отведя взгляд. Но всё же решаюсь и отвечаю:
- Хорошо.
- Тогда ты свободна.
Крис открывает дверь, и я наконец-то покидаю это отвратительное место. Не обращая внимания на Джисона и появившегося в кабинете Сынмина, который сочувственно уставился на меня, скорее иду в свою комнату.
Через пару минут открываю дверь, и Хёнджин, сидевший за столом, подрывается со стула, направляясь ко мне. И только сейчас я вспоминаю, что произошло сегодня днём в тренировочном зале...
- Кто это сделал? - Одной рукой он обхватывает моё лицо, осматривая два маленьких шва на брови, и бегает взглядом по всему телу в поисках других гематом.
- Не важно.
- Скажи имя. - Его голос становится твёрже, поэтому я прислоняюсь спиной к двери, блокируя выход.
- Это заслуженно. Успокойся.
- Ты головой приложилась? По-твоему, это нормально!?
Схватив парня за шею, притягиваю к себе и впиваюсь в губы, напористо целуя. Чтобы не врезаться, свободной рукой он упирается в стену, но прижимается ко мне всем телом.
- Прости. - Шепчу я ему в губы. - Прости, что усомнилась.
Хёнджин тут же успокаивается, тяжело вздыхает, прислоняясь своим лбом к моему, и прикрывает глаза. Руки спускаются к крепкой груди, а его размещаются на моей талии. Несколько минут мы стоим в таком положении и не нарушаем тишину, в которой каждый из нас, глубоко в душе, сейчас кричит навзрыд и хочет прижаться друг к другу, словно в последний раз.
- Тебе не за что извиняться. - Тихо отвечает Хёнджин.
- Люблю тебя и ненавижу лето.
Парень немного отстраняется и хмурится.
- А его за что?
- Слишком много всего происходит именно в этот период... - Я слабо улыбаюсь и обнимаю Хёнджина, когда он делает тоже самое.
- С тобой точно всё в порядке?
- Да. Но лучше найди успокоительное, пожалуйста - боюсь, эта ночь снова будет тяжёлой...