***
меня всю душу вымотали! Какие еще вопросы?!
- Там были эскаэмовские вопросы, а теперь будут мои. Очень простые и конкретные. Первый: ты поэтому спрашивал, как я спала ночью? Хотел проверить, не проснулась ли я, когда ты выходил?
- Я никуда не выходил. Мне приснился... кошмар, я кричал, возможно. Вот и подумал - может, тебе спать мешал...
- Допустим, - кивнула Мила. Вместе со своей челкой. - Ты говорил, что не маг. Почему же тебя задерживает именно магическая полиция? Ты уже имел с ними дело? Тебя привлекали?
- Просто я... у меня есть некоторые способности. В СКМ их и исследовали.
- И?
- И развели руками, - Глеб сам развел руками, словно демонстрируя, как это было.
- Они приехали к тебе домой?
- Я не ходил домой. По городу болтался.
- А как тогда тебя нашли, да еще так быстро?
- Я думаю, меня в ИМФ... ну в институте, где обследовали, замаркировали. Это маячок вроде... электронного чипа. По нему можно определить мое местонахождение.
- А снять маркер...
- Может только маг. Я его даже обнаружить на себе не могу. А законопослушный маг обязан сообщить, если кто обратится к нему с такой просьбой.
- Думаешь, тебя за это привлекут? Но ведь тебя же не предупреждали о маркере! Это нарушение закона и ты вправе подать встречный иск или жалобу!
Да. Конечно. Легко!
- Остается последний и очень простой вопрос. Почему все-таки в убийстве женщины подозревают именно тебя?
Хороший вопросец. Про-остенький такой. И как он должен на него отвечать?
- Спроси у Ревы.
- Он мне не ответит.
- Я тоже.
Людмила смотрела на него вприщур: похоже, изыскивала способ добыть из него правду. Не нашла и с досадой мотнула головой.
- Нет, я теперь так и буду мучиться и строить всяческие версии?!
- Ну, на то ты и писательница. А зачем ты сказала Реве, что с трех до четырех мы... не спали?
Людмила пожала плечами.
- Давай уже и ты помучайся. Партизан.
- Так я пойду?
- Проваливай.
Глеб вышел в прихожую, поколебался и засунул голову в комнату.
- А можно, я тебе как-нибудь позвоню?
- Зачем это? - вредным голосом спросила Людмила, и он сразу стушевался.
- Да, извини, я тебе одни неприятности...
- Что ты, что ты, - тем же тоном продолжала Людмила. - Я ведь так скучно жила! А тут - и живого самоубийцу лицезрела, и симпатичный парняга у меня дома ночевал (давненько такого не случалось), да еще в первый раз в жизни столкнулась со Службой контроля над магией! Я тебя просто благодарить должна! Столько новых впечатлений!
- Извини, - пробормотал Глеб, - пока.
И - вылетел за дверь.
Ну не дурак ли?
Итак, что мы имеем для рассказа? Жил-был инженер-электронщик, симпатичный парень с серо-зелеными глазами. Не маг, но имеющий некоторые способности - видимо, довольно сильные или загадочные, раз их взялись исследовать в таком известном закрытом учреждении, как Институт магических феноменов. Исследовали, значит, исследовали, не доисследовали и руками развели: то ли не поняли, что это за способности, то ли не сообразили, куда и как их применить. Отпустили парня подобру-поздорову, впрочем, напоследок тайком прицепив к нему маячок. Для чего? Боялись, что он сбежит со своими недоизученными талантами... или что применит их не по назначению?
А потом однажды ночью убивают женщину, и полиция первым делом кидается к этому самому парню: а не ты ли, дружочек, разорвал или перерезал ей горло? Нет, что вы, как можно, отвечает парень, и его поддерживает некая излишне впечатлительная писательница. Алиби ему создает.
Мила, сложив за спиной руки, кружила по комнате. Она всегда бродит, как сомнамбула, когда выстраивает сюжет. Да и для здоровья, говорят, полезно двигаться.
Ну ладно, маг он там или не маг, нам, в принципе, все равно, пусть в этом волшебники разбираются. А вот почему его подозревают в убийстве - вопрос. Поговорить, что ли, с Ревой, на самом-то деле?
Телефонный разговор с лейтенантом магической полиции был практически безрезультатным: нет, не судим, не привлекался, информация закрытая, но советую вам все-таки держаться от Панфилова подальше.
Уже-уже... Держусь. Или он от меня держится.
Продержался недолго.
Через день Мила увидела в окошко, что он сидит на качелях у ее дома. Лениво и медленно раскачивается, глядя в землю. Сразу вскинул глаза на ее окна - опять почувствовал взгляд. Мила посмотрела-посмотрела на него сверху, подумала, оделась и вышла.
- Хочешь пригласить меня на чашечку кофе?
Глеб оттолкнулся в последний раз и спрыгнул с качелей. Взъерошил и без того взлохмаченные волосы. Кажется, или он за пару дней оброс еще больше? Такой шевелюре просто позавидуешь!
- А ты согласишься выпить со мной кофе?
- А то! Если ты угощаешь, конечно.
- Угощаю... Покажешь, где это незаконченная стройка? Я тут прошелся - в вашем районе их просто навалом.
- Что, на место преступления потянуло?
- Ну вот, - пробурчал Глеб, отворачиваясь. - Я поэтому и к Реве обращаться не хочу. Тоже так же по мне... проедется.
- Да пошли прогуляемся, подозреваемый ты наш! Тут минут десять неспешным ходом...
Они остановились перед длинным бетонным забором.
- Вот оно.
Глеб подтянулся на руках, заглядывая за забор. Мила тоже приникла глазом к щели между плитой и штырем.
- Пацаны какие-то прыгают...
- Это трейсеры. Они всегда по развалинам шарятся.
- Эй, ты куда? А я?
- Тоже полезешь через забор? - не поверил Глеб.
- Ни фига себе! Я тебя сюда привела, а самое интересное ты себе оставляешь?
- Да нет тут ничего интересного, стройка и стройка... Ну, давай руку.
Мила воровато оглянулась, мимолетно посмеявшись над собой: взрослая тетка сигает через забор в центре города! Точь-в-точь, как в детстве за яблоками. Упершись кроссовками в выступы плиты, вцепилась в протянутую руку Глеба. Статуэткой Мила не была, и потому оценила легкость, с которой парень ее поднял на забор. А ведь не скажешь, что особо мускулистый. Так же легко принял внизу, сразу отпустил. Пошел, не обращая никакого внимания на поглядывающих сверху трейсеров.
Глеб до сих пор успешно избегал прикасаться к ней - помнил, как тряхнуло его в ночь несостоявшегося самоубийства. Он даже невольно задержал дыхание, опасаясь вновь ощутить ее запах - и правильно, а то зверюга еще, чего доброго, проснется. Однако в этот раз обошлось. Наверно, просто тогда он был здорово наадреналиненный...
Мила наблюдала за головокружительными прыжками и кульбитами парней в куртках с капюшонами: будь она чьей-нибудь родительницей, тут же слегла бы с сердечным приступом... вон, кое-кто уже и с гипсом на конечностях, а все равно неймется! Попыталась представить себя на их месте и не сумела: была она в детстве малоподвижным и послушным ребенком. Ага, зато сейчас наверстывает - шастает по заброшенным стройкам с парнем, подозреваемым в убийстве!
Подозреваемый меж тем шел вдоль забора, разглядывая фундаменты, открытые пролеты зданий, вознесенные вверх колонны с обвалившимися кое-где плитами перекрытия. Да уж, тут только фильмы про пост-ядер снимать да боевики-детективы...
- И что она здесь делала ночью-то? - подумала Мила вслух.
Глеб отозвался, не оборачиваясь:
- Не здесь. Она поссорилась с сожителем и пошла к матери - следующий за стройкой дом. Рева говорит, ее утащили с тротуара за забор...
И там разделали на куски. Хорошо, что Рева не дошел до того, чтобы показать эти снимки Людмиле...
- Все равно не понимаю, - упрямо сказала та ему в спину, - почему этим делом занимаются маги, а не обычная полиция?
- На месте преступления нашли следы магии, вот и передали дело в СКМ.