Глава 26
Живот увеличивался быстрее, чем я могла это предположить. Той ночью я так и не уснула, Оллин был необходим как никогда, но он не появился утром, не появился и на следующий день. Три дня я провела наедине с собой и своей новостью, которая выглядела как на 2-ом месяце обычной беременности. Изредка он давал о себе знать неожиданным толчком в левую или правую сторону живота. Я не могу сказать, что мне не было страшно, и я наслаждалась тем, что у меня будет ребенок, необычный ребенок. Я боюсь и боюсь жутко, боюсь каждого его толчка, боюсь, замечая, как увеличился мой живот, и больше всего меня пугают последствия и, как вести себя в этой ситуации я совершенно не знаю, но в одном я уверенна точно – он ни в чем не виноват.
Осторожные шаги доносились со стороны улицы, шаги Оллина.
- Оллин! – Выбежала я на улицу.
- Мия! – Осчастливлено крикнул он, и мы обняли друг друга.
- Боже, Мия, ты жива!
Голос Оллина дрожал, мне было страшно подумать, как он мог волноваться, пока дошёл до дома.
Все проблемы миновали, когда мы были вместе. Вместе мы способны на многое. Но одно оставалось недосказанным. Я знала, что Оллин заметил мои изменении в весе, да и если я сама ему об этом скажу, мне будет легче.
- Оллин, - я отстранилась от объятий и приняла серьёзный вид.
- Да? Что-то случилось? – Он был в замешательстве.
Я сглотнула слюну, преодолев ненавистное волнение.
- Той ночью Мередит не съел меня, не потому что я спряталась, а потому что я беременна, - слова прозвучали не так трагически, как я ожидала.
Оллин нахмурился и отрицательно закачал головой.
- Но...
Оллин опустил голову вниз и посмотрел на мой животик, он не был так велик, чтобы можно было с лёгкостью сказать, о нахождении ребенка внутри. Его рука потянулась к животу, но он не дотронулся, вместо этого он небрежно приподнял платья, оголив нужную часть, и приложил руку, пытаясь понять, есть ли там кто-то. Ответ последовал незамедлительно, ребенок сообразил толчок в то место, где была рука его отца.
Оллин разочарованно убрал руку и с видом полным растерянности опустил голову, накрыв её ладонью. Не зная Оллина, я бы подумала, что он плачет, но он старался ясно обдумать дальнейшие действия.
- Прошу не молчи, - по щеке потекла первая слеза.
Он опустил руку, стал ровно и, не изображая никакой эмоции, тяжело выдохнул.
- Я не знаю, Мия. Я не знал, что такое возможно. Мне никто никогда не говорил, что..., - он замолчал и громко сглотнув, продолжил, - что ребенок может быть не зависимо от моего возраста и выбранной жертвы. Глупо звучит. Но у нас разная физиология и я не знал. Мия, прости.
На протяжении всей речи он неосознанно пожимал плечами и после её окончания Оллин приобнял меня, пытаясь хоть как-то смягчить ситуацию.
- Это уже не важно, - во мне проснулся материнский инстинкт или как это называют, и потерять своего малыша я не хотела, - я думаю это неплохая новость, ведь он будет необычным. Вдруг он вообще не будет монстром, - поддержала я.
Губы Оллина растянулись в улыбке.
- Сам факт быстрого роста говорит о его крайне выраженной особенности.
- Так или иначе, мы ничего не изменим.
Оллин поцеловав меня в лоб, предложил:
- Мы можем отправиться в город, ты же теперь властна перед Мередит.
Намёк Оллина мне был неприятен.
- И что будет дальше?
- Не знаю, там ведь есть врачи и может...
- Нет! – перебила его я. – Не может, Оллин!
- Прости, но я не хочу тебя потерять.
- И не потеряешь, - уверенно заверила я.
- Мия, при родах ты можешь умереть. Так было всегда, - его слова звучали уверенней моих.
- Но у нас же всё иначе, вдруг и конец будет другой.
- Ты не исправима, - Оллин устало улыбнулся и его губы нежно накрыли мои. Чтобы у нас не произошло, поцелуй всегда оставался невинным.
День близился к закату, и мы с Оллином набрав побольше еды, взбирались на холм.
- Наверное, со временем мне будет тяжелее попасть на холм, - предположила я.
- Ничего, я буду всегда помогать тебе, - убедил Оллин.
- Будешь носить на руках?
- Не исключено, - и мы улыбнулись. Вместе мы практически всегда улыбались.
Осилив подъем холма, мы уселись в ожидании заката.
- Расскажи мне больше о том, как девушка вынашивает э..,. - я запнулась от незнания как назвать того, кто находится у меня внутри.
- Я понял, - одобрительно кивнув головой, произнёс Оллин.
- Хорошо, - выдохнула я.
Небо постепенно затягивалось красными красками.
Оллин сел ближе и начал:
- Во время беременности, как говорил отец, девушка беспощадно теряет вес, прокормить маленько монстрика тяжелее, чем человека...
- Мне это не грозит, - усмехнулась я
- И это радует. Рожает обычно ребенка после 5-ти месяцев и сразу же умирает. Первые месяцы жизни ребенок растет с впечатляющей скоростью. И к году жизни он выглядит как 4-летнии мальчик. Дальше рост замедляется, и отец обучает сына всем азам жизни. Кстати, рождается исключительно мальчик.
- А если девочка?
- Невозможно.
- Как категорично, - возмутилась я.
Я опустила голову на плечо Оллина и продолжила задавать вопросы.:
- А что насчет Мередит? Когда ты станешь им?
Он задумался:
- Если бы у нас было, как и должно было быть, тогда я был бы и сейчас им. А так не знаю. Но что-то мне подсказывает, что такое будет происходить.
- И я смогу как-то этим воспользоваться?
- Конечно, - утвердил он.
И в это время в моей голове загорелся интересный план.
***
Дни шли, и отношения с Оллином становились более напряжёнными. Появлялось много недопонимания и ссор, всё это в основном было по мелочам. Где-то не то сказала, не то сделал, просто раздражает. Я понимала, что нам обоим очень нелегко, то, что развивалось внутри меня пугало нас, но больше Оллина. Он волнуется обо мне и всеми силами старается отбросить мысли о печальном конце. А я с каждым днём всё больше люблю наше чудо. Я уверенна, что и Оллин тоже, но осознать ему это тяжелее, чем мне. Несмотря на всё это я счастлива, что Оллин рядом, счастлива, что встретила его.
С днями менялся и живот, сейчас он выглядел как на 4-том месяце беременности, если бы это была обыкновенная беременность. Ну и соответственно с каждым днём я полнела, руки, ноги – всё становилось плотнее, и аппетит стал проворней. Были и более неприятные мгновения – боли в спине, или вообще боли во всем теле. Но благодаря поддержки Оллина и его любви ко мне невзирая ни на что, я справлялась и со страхом, и с болью.
- Оллин, - начала я, - я тут подумала, что было бы неплохо навестить мою деревушку. – Высказала я недавно задуманный план.
Оллин поднялся с постели и натягивая штаны отвтеил:
- Было бы чудесно. Я уверен, Мередит отвезёт тебя.
Переваливаясь с одного бока на другой, я решила поинтересоваться:
- И что там слышно по монстру? Скоро он появится?
Оллин рассмеялся.
- Как только это произойдет, ты первая об этом узнаешь.
- Очень смешно, - я закатила глаза.
Оллин чмокнул меня в щечку и предупредил:
- Я скоро вернусь.
Я осталась одна. Мимолетно в мою голову забрела мысли о Кики и том, где она может находиться, и почему её так долго нет, но к счастью, мысль не продержалась долго. А Оллин вскоре вернулся.
- Мия Ди Аттувд, - торжественно произнёс он. Хорошо, что я стояла, иначе мне пришлось бы встать, настолько торжественно он это произнёс.
Далее Оллин встал на одно колено предо мной и преподнёс кольцо, сделанное из дерева со словами:
- Ты станешь моей женой?
Слезы счастья катились по моим щекам.
- Да.
Оллин взял мою руку и надел на безымянный палец кольцо, оно пришлось мне ровно по размеру. Затем он встал, роняя улыбку одну за другой, и старался сохранять серьёзный вид.
- Я люблю тебя!
И наши губы беззаботно и страстно слились в жарком поцелуе любви.
- Но как же твоё кольцо? – к тому времени как я задала этот вопрос, слёзы перестали течь, сменяясь счастливой улыбкой.
- Оно здесь, - и он протянул правую руку с таким же кольцом.
- Как же я люблю тебя!
И мы вновь забылись в поцелуе.
К вечеру Оллину стало плохо, он охарактеризовал это тем, что «монстр рвётся наружу».
- Если ты станешь им, мне приказывать ему отвезти меня в деревушку?
- Да, - сквозь зубы процедил он.
От боли он поджал ноги к груди и старался не двигаться. Наблюдая за тем, как мучился Оллин, мне хотелось чем-нибудь помочь ему, но чем не знал и он. Мне было больно осознавать это.
Утром я его уже не увижу, но в этом есть и плюс. Вечером я увижусь с мамой, и может не только с ней. Я хотела ещё к кое-кому зайти.
Единственный кто мог знать о том, что будет со мной дальше и мог помочь нам - это была та бабка, что провожает жертв на верную гибель, та бабка, которая предсказала мне остров. Бабка Изида.