2. Дреа
Итак, я прибыла в Японию без каких-либо происшествий. Первым, что я сделала, как только сошла со своего рейса и получила доступ к сети, было строгое следование инструкциям. Достала телефон, поймала вай-фай аэропорта и отправила маме сообщение: «Сойка вызывает Гнездо! Сообщаю, что на место прибыла без происшествий, за исключением отвратительных закусок на борту. Обстановка спокойная, погода ясная. Направляюсь в съёмную квартиру. Ожидаю оповещения о получении рапорта. Отбой».
Мама наверняка отправит в ответ кучу гневных голосовых сообщений, когда прочтёт. Почему эта женщина так ненавидит писать и предпочитает нагружать людей своими, откровенно говоря, полными воды и абсолютно лишёнными связного повествования и отношения к сути дела, голосовыми? Вопрос достойный философских размышлений.
Между тем я обменяла всю имеющуюся валюту и нашла первый же киоск, продающий сим-карты. Выбрала подходящий мне тариф и незамедлительно установила карту на телефон. Затем снова написала маме, теперь отправляя свой новый номер. Сразу следом написала арендатору. Я предупредила, что уже выезжаю из аэропорта, и ещё раз уточнила адрес.
Благополучно поймав такси, я закинула назад рюкзак и уселась на пассажирское место. Озвучила адрес, и стоило водителю тронуться, как я прильнула к окну, восторженно разглядывая совершенно незнакомый мне город.
Стояла ясная солнечная погода, несмотря на то, что уже через неделю в страну Восходящего солнца, впрочем, как и в весь остальной мир, угрюмой, ветряной походкой придёт осень. Здесь было немногим теплее, чем в Вашингтоне в это же время, однако зимой должно быть значительно лучше, что не могло не радовать. Я плохо переносила холод и даже боялась представить, каково живётся ребятам в Миннесоте. От одной только мысли кожа покрывалась мурашками.
Водитель оказался очень болтливым мужчиной средних лет. Он всё не переставал расспрашивать меня о том, откуда я и зачем приехала в Японию.
— Собираюсь поступить в UA, — не отрываясь от пейзажа за окном, безучастно бросила я. Мне не нравилось отвечать на такое огромное количество вопросов, потому что среди них обязательно должен быть...
...этот:
— Ого! Хочешь стать героем? Но ведь, насколько я знаю, в Америке хватает престижных геройских академий, почему бы не выбрать ту, что поближе к дому? Да и разве ты не в курсе, что после учёбы тебе придётся несколько лет отработать в местном агентстве? Не лучше ли работать на благо родной страны?
— Здесь родина Всемогущего, и я хочу получить образование в академии, в которой он учился, — соврала я, но этот вариант был беспроигрышным. Большая часть нынешней молодёжи по всему миру восхищается и хочет подражать Всемогущему, так что это должно сойти за аргумент для любопытных людей вроде этого.
— О! Вот оно как, ну тогда всё понятно, — повисла небольшая тишина, после чего мужчина снова начал свои расспросы. — Ты так хорошо говоришь на японском, совсем не слышу акцента, если бы не подобрал тебя в аэропорту, решил бы, что ты выросла здесь. Всегда было интересно, как люди так легко учат иностранные языки?
— Я и не учила. Причуда выучила за меня большую часть существующих языков мира.
— Погоди, это твоя причуда? Но ты ведь на геройский курс собралась поступать или на общеобразовательный?
Я сжала челюсть до скрипа зубов. Мне вовсе не хотелось рассказывать о себе так много, и вообще лучше было соврать о том, что я усердно занималась, чтобы поступить в Японию, но, как всегда, сперва говорю, потом думаю и матерю себя мысленно, что не сделала всё в обратном порядке.
— Да, эта и ещё эта, — я сунула руку в карман и показала горстку чемоданов. — Изменение размера объектов, к которым я прикасаюсь.
Эта способность досталась мне от мамы, однако мы не можем влиять на размер объектов, которые уже изменил один из нас. Как с этими чемоданами, например. Я не могу увеличить их снова или уменьшить ещё сильнее, так что придется ждать, пока они вырастут сами собой.
Наверное, кому-то покажется глупым, что я не совершила этот хитрый трюк по экономии места сама. Вот только причина на это довольно веская. Изменённые мною предметы возвращаются в исходную форму спустя пару часов, тогда как мамины держат эффект целые сутки. Было бы не очень здорово, если уменьшенный мною багаж вдруг увеличился прямо в самолёте. Так что это было лучшим решением, ещё, конечно, можно было заплатить за место в багажном отделении, но не очень хотелось. Да и потом мне бы всё ещё пришлось тащить их до квартиры. Лучше уж в кармашке поносить без каких-либо проблем.
Мужчина за рулём восторженно ахнул, коротко бросив взгляд на мамино творение, и тут же вернул внимание на дорогу.
— Вот это повезло тебе с причудой! Ещё и не одна, а целых две! Хорошие гены у родителей, как погляжу.
— Ага, — сунув горстку обратно в карман, я снова уставилась на дорогу, пока водитель стал рассказывать невероятно «интересную» историю того, как он понял, что его причуда — полный отстой.
Я даже не старалась скрывать, что мне плевать. Наоборот, всячески это показывала, но, видимо, японский менталитет предусматривал крайнюю жизнерадостность, ведь мужчина так и не замолчал. Наоборот, даже прибавил энтузиазма в своём монологе.
Наконец машина приехала в место назначения, и я, быстро расплатившись, вылетела из салона.
Ни секунды больше бы не вынесла этой болтовни!
Арендатор уже ждал меня у входа в подъезд. Он провёл быстрый экскурс, после чего вручил ключи и поспешил удалиться по каким-то срочным делам.
Квартира была достаточно просторной. Окна располагались на солнечной стороне и оказались с видом на парк. Мебели в квартире было по минимуму, однако всё необходимое имелось. Стиральная машина, телевизор, электронная плита и микроволновка. Также приятным бонусом стал вай-фай роутер и выход в интернет у телевизора. Что ж, Netflix, я знала, что мы с тобой еще не закончили!
Разложив чемоданы на полу так, чтобы, когда они вернут свой прежний размер, не получилась непонятная куча, я проверила телефон на наличие новых сообщений от мамы. Я даже нисколько не удивилась, обнаружив, что она уже ответила, хоть и время в Вашингтоне было примерно три часа ночи.
Я напечатала ещё одно шутливое сообщение, больше похожее на рапорт, в котором оповестила о своём прибытии в квартиру и не забыла упомянуть жутко раздражавшего таксиста. Нажала на кнопку «Отправить», прихватила кошелёк, ключи и направилась в ближайший продуктовый магазин для пополнения провианта.
Когда вернулась с полными пакетами вредной еды, обложила себя ею и, как царь-батюшка, устроилась на диване, включив первый попавшийся сериал.
Ближе к вечеру чемоданы с громким хлопком вернули меня в жестокую реальность, отрывая от беспрерывного просмотра. Нужно было разложить все вещи по местам и ложиться спать пораньше. Ведь завтра очень важный день. Вступительные экзамены в академию, которые я просто обязана сдать.
***
Такси медленно подъехало к огромным железным воротам с золотыми буквами «UA» на арке по центру. В этот раз, к счастью, попался молчаливый и угрюмый дядька, который не проронил ни слова за всю дорогу, кроме цены за проезд.
Я легко толкнула дверь, захлопнув её, и обернулась на толпы абитуриентов, двигающихся прямо в здание академии. Некоторые были полны восторга и громко обсуждали все свои впечатления с приятелями, а остальные шли так, будто их на казнь ведут. Скорее всего, это было вызвано волнением. Но были и те, что вели себя крайне сдержанно и даже холодно. Они либо были слишком уверены в себе, либо были такими же, как я. Просто достаточно спокойными по своей натуре.
Я последовала за всеми в огромный зал и уселась на первое попавшееся место. На сцену вышел Сущий Мик. Я слышала о нём, даже читала несколько статей с его упоминанием, в которых этот парень участвовал в поимке очень серьёзных преступников. Также он вроде ведущим на радио работал, что вызывало во мне смешанные чувства. Я не очень хорошо относилась к героям, которые ведут параллельно активную медийную деятельность. Будто им мало популярности из-за постоянного освящения их подвигов по ТВ.
Наконец, после короткой вступительной речи, свет погас, и на экране за спиной Мика прошла небольшая анимированная презентация с его параллельными объяснениями. Звучало всё достаточно просто, я бы сказала, даже слишком просто. С моими способностями особо напрягаться не придётся. Всего-то навсего ликвидировать роботов и набирать посредством этого очки.
Нас разбили на группы и развезли по разным павильонам. Должна признать, масштабы реализации просто невероятные. Отстроены целые районы и роботы, хочу заметить, реквизиты не дешёвые.
Пока я поражённо разглядывала только вход в павильон и мысленно прикидывала количество вгроханных сюда денег, уже прозвучал сигнал о начале экзамена, и я не успела опомниться, как все тут же ринулись вперёд. Я немного отстала, но довольно быстро нагнала небольшую группу, побежавшую прямо по улице.
Остальные тратили некоторое время на уничтожение роботов, мне же достаточно было сделать весь упор на ловкость. Один, второй, третий... Мне нужно было просто касаться какой-либо части кончиками пальцев, и внушительные железные механизмы превращались в не более чем консервные банки, которые я, не напрягаясь, давила ногой. Они, как игрушечные машинки на радиоуправлении, трескались под моими кроссовками с массивной подошвой.
Я, кажется, значительно оторвалась от всех, кто был со мной, и не заметила, как ушла далеко вглубь городской арены. Роботов тут должно быть больше, раз никого нет, но вместо этого всюду валялись разбитые вдребезги железные обломки, большая часть из которых горела.
— Чёрт! — прошипела я, поняв, что не заметила, как одна из уцелевших жестянок вылетела на меня из-за угла.
Времени на уклонение у меня не было, и я постаралась смягчить удар руками, расположив их в боксёрской позе защиты. Глаза непроизвольно зажмурились, но железная клешня так и не достигла моей тушки. Вместо этого послышался оглушающий взрыв, попутно снесший меня с ног ударной волной. Пару металлических осколков больно влетели в ноги и руки, сильно царапая их. Я осмелилась открыть глаза и увидела оседающее облако густого дыма, которое заволокло всё моё поле зрения.
— Ну и какого черта, спрашивается, встала?! — послышался чей-то крик, больше похожий на рёв разъярённого зверя. — Если хочешь прогуляться и полюбоваться фасадом, не лезь под руку! Иначе в горстку пепла превращу, сдохнешь так же быстро, как эти жестянки вскрываются! — из серой пелены на меня выскочил высокий парень, его пепельные волосы торчали в разные стороны, красные глаза горели от ярости, а сбивчивое дыхание ещё больше указывало на то, что последние минуты парень точно не цветочки абитуриентам раздавал.
Я только и смогла остаться сидеть, удивленно хлопая глазами, пока голова парня вертелась из стороны в сторону, выискивая очередную жертву.
— И что это всё?! Чёрт! — прошипел он, раздосадованно пнув раскоряченный обломок, который пролетел в опасной близости от моей головы и продолжил взрывать остатки робота, поднимая ещё больший смог, полностью заволакивающий пространство.
Моё тело испуганно дёрнулось, а изо рта вылетали ругательства в полный голос, снова привлекая внимание блондина.
— Если ты не заметил, я не из металла состою, не обязательно пытаться меня прибить! — проворчала я, поднимаясь и отряхивая фиолетово-пурпурный спортивный костюм от толстого слоя пыли и сажи.
— Чего пропищала, мышь норвежская? — удивительной редкости грубиян сделал широкий шаг в мою сторону и сократил расстояние между нами, вплоть до того, что стоило мне немного поддаться вперед, и я бы спокойно уткнулась носом ему в подбородок.
Мне пришлось немного задрать голову, чтобы заглянуть этому хамлу в глаза. Они стали ещё более красными, похоже, что от накатившего приступа злости полопались капилляры, а может и просто глаза заслезились, дыму стояло — хоть вентилятор ставь. Мне достаточно было пары секунд, чтобы заметить, насколько парень был привлекательны. Как жаль, что он был абсолютным козлом, ещё и этот едкий запах, который тут же ударил в нос, как на заправке. Бензин, что ли?
— Начнём с того, что антрополог из тебя ни к черту. Я американка до мозга костей, а закончим тем, как я делаю так, — я подняла вверх кулак с выставленным средним пальцем, так чтобы он был на уровне моего собственного лица и точно попал в поле зрения парня. — И говорю: fuck you, fucking creep!
После этого я развернулась на носках в противоположную сторону и поспешила свалить подальше от этого отморозка, но меня схватили за плечо и жёстко разворачивают на сто восемьдесят. От такой резкости, кажется, все органы встряхнуло, как при турбулентности в салоне самолёта.
— Эй! Совсем охренел! — только и успела вскрикнуть я, как меня с силой припечатали к какой-то стене, которую я не видела из-за огромного количества пыли и дыма прежде. Но она оказалась достаточно близко, как теперь успела заметить моя ноющая от боли спина.
— Ну-ка повтори, что сказала, дрянная янки! И я превращу твою недоамериканскую задницу в ростбиф тщательной прожарки! — парень поднёс к моему лицу раскрытую ладонь с широко растопыренными пальцами, которая угрожающе дымилась и периодически испускала короткие вспышки небольших взрывов.
Я судорожно сглотнула, чувствуя накатывающую панику. Не знаю, чего я боялась больше: что этот ненормальный сдержит слово или что я ненароком потеряю самообладание и уменьшу его до размера клопа, это в лучшем случае.
— На твоём месте я бы отпустила меня сейчас же. Или... — предупреждающее шипение с как можно большей суровостью и угрожающим выражением лица явно не подействовали. Вместо этого я получила в точности обратный эффект.
Рука, что служила дулом приставленного к виску пистолета с взведённым курком, готовым к выстрелу, с силой ударила по стене недалеко от моей головы. Взрыв звоном отдался в левом ухе, и я зажмурилась, чтобы осколки цемента и пыли не попали в глаза.
— Я так понимаю, ты выбрала ростбиф, — прорычал блондин, обжигая моё лицо своим разгоряченным дыханием, не хуже, чем взрыв из его ладоней.
— Я так понимаю, ты тоже принял не лучшее в своей жизни решение, — с этими словами я упёрлась кистью в его грудь и с силой толкнула, применяя свою причуду.
Красноглазый не сразу понял, что произошло, и не должен был. Сперва он просто смотрел на меня немного изумлённо и гневно, но чуть погодя вдруг согнулся пополам, обхватывая голову руками. Он упал на колени, громко и часто дыша. Кажется, даже начал задыхаться от мнимой нехватки кислорода.
— Ч-что? Что происходит?! — срываясь на истерический крик, повторял он свой вопрос. Его глаза бегали из стороны в сторону, будто не знали, на что им смотреть.
— Тише-тише, — я села рядом, положив ладони ему на плечи. — Это паническая атака, просто постарайся дышать глубже и подумать о чём-то хорошем. Должно скоро отпустить.
Я смотрела на содрогающееся от приступов тело, и меня обдало ледяным чувством вины. Что я наделала? Чем я только думала, когда использовала на нём причуду?! Ещё немного, и я могла бы убить его. Это именно то, что я поклялась больше никогда в жизни не делать. Я пообещала себе, что больше ни за что не использую эту способность. Пообещала, что больше никогда не убью человека.