Глава IV. Расцвет воителя
Те редкие дни, что Млечнонрав полностью проводил в родном племени, а не отлучался в Речное, были настоящим праздником. Даже несмотря на усиливающуюся хватку Голых Деревьев, справляться с трудностью сезона было проще бок о бок с соплеменниками.
Но последняя вылазка не покидала головы Млечнонрава. Именно из-за неё он как-то и завёл со Стремительной Звездой разговор.
— Подозрительные следы на границе?
Судя по виду предводителя, он принял всерьёз опасения Млечнонрава. Но он не видел смысла поднимать переполох только лишь из-за этого.
— Вы ведь были неподалёку от мест Двуногих, так ведь? Наверняка ваше шествие привлекло внимание какого-нибудь домашнего или бродяги. Никаких следов за Речными или нашими границами нет, не стоит так переживать.
Скрепя сердце, Млечнонрав был вынужден согласиться со Стремительной Звездой. Он привык слишком зацикливаться из-за мелочей. Усилием воли кот заставил себя успокоиться. В любом случае, Млечнонрав доверял предводителю. Если это и правда был залётный домашний, он не причинит им никакого вреда. Однако червячок подозрений продолжал навязчиво грызть его душу.
«Нет, так дело не пойдёт. Барахтаньем в луже проблему не решишь».
Он должен был прочистить разум. С этой целью Млечнонрав зашагал к палатке учеников, выудив оттуда заспанного Перьелапа. Котик не ожидал такого раннего пробуждения и постоянно зевал. Заря только занималась на чуть розоватом горизонте. Лагерь скрывали густые сумерки. Но именно сейчас самое лучше время для охоты. Это дело было сложным для Перьелапа и пока давалось ему меньше всего. Таким образом, Млечнонрав решил убить двух зайцев одним ударом.
Так как оба кота были чёрными, днём на снегу они были яркой мишенью. Любая дичь разбежалась бы от них в одно мгновение. Однако ночью или ранним утром, когда тучи ловили свет луны, они полностью сливались с вездесущим мраком, двигались вровень с туманом и смотрели глазами тишины.
Млечнонрав довольно фыркнул про себя, когда нёба коснулся кроличий запах. Он скосил взгляд и увидел замершего в охотничьей стойке Перьелапа. Оруженосец напряг все мышцы так, что даже ветер не смог бы нарушить его движений. Сердце Млечнонрава наполнилось гордостью при виде него. Кот отрывистым кивком дал Перьелапу знак идти впереди по следу.
Они подкрались к мелкой фигуре, что копошилась в зарослях жимолости напротив. Инстинктивно Млечнонрав сгруппировался, но тут же напомнил себе, что это охота его ученика. Тот был наготове. Удары сердца отмеряли время к решающему броску.
Неизвестно, что заставило тень резко обернуться, но в тот момент во тьме испуганно вспыхнули глаза. Кролик в миг развернулся и ринулся бежать, заметив котов в просвете меж голых кустов. Тут же Перьелап бросился в погоню. Млечнонрав испустил досадный рык, молясь, чтобы они не упустили дичь так просто, и побежал за ними.
Впереди уже показался замёрзший ручей. Кролик подобрался и приготовился к прыжку, когда вдруг тёмная молния обрушилась сверху и прижала его к земле, оборвав жизнь коротким укусом в шею. Перьелап резко затормозил, проведя в снегу глубокие борозды. Его учащённое дыхание смешивалось с враждебным рыком. Млечнонрав остановился позади и недоумённо уставился на кролика, которого они преследовали, а теперь он болтался в пасти мелкой бурой кошки.
«Это что за дела?!»
— Куницелапка-а!
Млечнонрав навострил уши. Следом за окликом со стороны Грозовой территории послышался хруст шагов, и вскоре тень вышла из кустов и уставилась на них с искренним удивлением.
— Э, Куницелапка? Что ты там делаешь?
Ученица опустила кролика, только теперь заметив перед собой котов соседского племени. В её голове тут же пронеслось осознание. Она прижала уши и смущённо бросила соплеменнице на другой стороне ручья:
— Прости, Оса, я немного увлеклась...
Расправив плечи, Млечнонрав встал перед ними, в его груди бурлило возмущение. Их законную дичь поймали прямо на земле племени Ветра! Воитель уже собирался устроить соседям взбучку, но вдруг имя старшей кошки остановило его. Вглядевшись в светлый силуэт, Млечнонрав наконец различил Осу. Если бы на её месте был любой другой Грозовой кот, его намерения бы это нисколько не остановило. Но Оса была сестрой Цаплеспина. От этого факта градус ярости Млечнонрава сам собой снизился. По крайней мере, Оса не доставляла им проблем, более того — она помешала Иглобрюху втянуть в заговор против племени Ветра всё Грозовое племя. Она заслуживала некоторого уважения.
— Простите, — в свою очередь неловко сказала Ветряным Оса, — моя ученица мышеголовая, она не хотела причинять вам вред. Как поживает племя Ветра?
— Всё в норме, Голые Деревья никого из нас не сломили, — спокойно ответил Млечнонрав.
— Рада это слышать, — кивнула Оса. Не замечая обиженного вида Куницелапки, она с ещё более смущённым видом добавила: — В таком случае, передай от меня привет Цаплеспину. Млечнонрав. Брат рассказывал о тебе, он говорил, что тебе можно доверять.
Млечнонрав застыл на пару мгновений, не ожидая услышать это от кошки. Теперь пришла его очередь смущаться. Но он не подал вида, вместо этого лишь сдержанно кивнув.
— Куницелапка, извинись перед соседями и отдай их дичь, — обратилась Оса уже к ученице.
Бурая кошечка насупилась, плотно прижав кролика к земле.
— Но ведь это я поймала его! Это моя законная добыча.
— Ты поймала его на чужой территории, — строго напомнила Оса. — И вместе с тем нарушила границы.
— Не стоит, — вдруг вмешался Млечнонрав и отмахнулся. — Пусть забирает, племя Ветра сейчас не сильно нуждается в дичи. Этот сезон для нас благосклонен.
Перьелап оторопело уставился на наставника, не понимая, с чего бы он так резко смягчился. Разве этот кролик на самом деле не принадлежал им?
— Я погляжу, племени Ветра нравится кусать собственный хвост.
Все замерли, услышав голос, наполненный ехидными нотками. Затем за спиной Осы вырос новый силуэт. Млечнонрав почувствовал мороз под шкурой от злобы, когда узнал этого кота. Его цепкий взгляд выводил из себя за секунду. По-видимому, он только подошёл и услышал их последние слова.
«Лучше бы встреча с Грозовыми ограничилась только Осой...»
— Не притворяйся, благородство тебе не идёт, — продолжил Гребень, насмешливо растягивая слова. — Всему лесу уже давно известно, что вы рабочая сила Речного племени. Может, рыбомордым действительно удалось сломить вас настолько, что теперь вы прислуживаете им и отдаёте последние кроличьи хвосты.
— Перестань!.. — раздражённо шикнула Оса, но Гребень и не слышал её.
— Всё-таки твоя расточительность выглядит так нелепо и показно. Даже жаль отнимать у вас этого кролика.
Не успел Гребень договорить, как Млечнонрава уже распирало от ярости. Он помнил ещё с Совета этого кота, невероятно наглого и заносчивого, мнящего себя лучше других.
Но кроме этого, Млечнонрав чувствовал горечь от осознания, что все соседи уже каким-то образом прознали о связях Речного и Ветряного племён и теперь плетут за их спинами нелепые слухи. С каких это пор племя Ветра прислуживает кому-то?! Они делали это по собственной воле! То есть, нет, конечно, не прислуживали... Это просто вынужденная помощь, оба племени не желали её ни принимать, ни оказывать. Но как объяснишь это жадным до сплетен котам?
— Хм, молчишь — значит, я попал в самое яблочко, — усмехнулся вновь Гребень, сощурив глаза. — Правда в том, что приход бродяг в племя Ветра уже давно поставил крест на его существовании. Неудивительно, что скоро все вы станете послушными оруженосцами для Речных.
— Да захлопни ты уже пасть! — не выдержала Оса. Она сердито сверлила соплеменника взглядом, размахивая хвостом. — Мы не хотим стычек на границе, если ты забыл об этом.
Закатив глаза, Гребень пренебрежительно отмахнулся от кошки.
— Сейчас же я не имел в виду твоего отца-предателя. Помолчи.
Алая вспышка пронеслась перед глазами Млечнонрава.
— Ты...
Как и в тот раз на Совете по его телу словно бежали сотни молний, готовые обрушить удар. Дыхание перехватили невидимые когти. Они подбирались всё ближе и ближе, затуманивая взор. Только лишь пятно насмешливой гримасы так и кричало, умоляло превратить его в кровавую кляксу.
«Да что ты себе позволяшь».
«Сам напросился».
«Я вырву твой поганый язык и заставлю сожрать».
Голос, подобно граду, бил по голове, звучал настойчиво, призывно. Если Млечнонрав не исполнит его приказ, то сам превратится в ничто.
В мире существовали те, кто будто питался чужими эмоциями, как дичью. Им было жизненно необходимо оставить на чужой душе рваную рану, обильно поливая её ядом своих насмешек. Никто не решался прервать эту трапезу. Все предпочитали закрывать на неё глаза.
Когти обнажились, глубоко вспарывая плоть земли. Снег заструился между ними кровавым потоком.
Жалкий провокатор.
Никто так и не поставил тебя на место.
Но пришло время отвечать за слова.
— М-млечнонрав...
Тот шквалистый ветер, что нёс кота навстречу ехидно осклабившейся тени, с той же силой швырнул его оземь, стоило лишь прозвучать тихому шёпоту. Огонь ярости настиг дождь, медленно затухали всполохи. Млечнонрав пришёл в себя и обернулся.
Его опалил взгляд испуганных синих глаз сильнее любого пожара. Ведь Млечнонрав не находился в положении беспомощности, когда единственный, на кого можно положиться, тянет их обоих прямо в пучину пропасти. Перьелапу лишь оставалось со страхом наблюдать за наставником, который едва не бросился в драку с воином чужого племени. Что следовало делать ему? Атаковать следом? Но кого именно? А если Оса и Куницелапка набросятся на него вместе? Им предстоит биться насмерть? Но ради чего?..
В тот же миг старые образы заплясали перед глазами: толпа зевак на Острове Совета сгустилась вокруг оруженосца. Он стоит перед предводителем, виновато склонив голову, переполняемый желанием исчезнуть под прожигающими взглядами. Глупец нарушил Священное Перемирие, унизил собственное племя, которое взяло его под крыло.
Он не думал, когда нападал.
Он не задумывался о законах.
Им движили лишь чувства. Низменные приступы злобы, что стирали на своём пути голос разума. Словно у бродяги, не знающего чести.
В тот раз Млечнонрав поклялся, что больше никогда не поставит себя в положение, когда он подводит своим поведением близких. Он никогда не должен был совершать бездумных поступков. Наконец, перестать быть безмозглым котёнком.
И сейчас он был в крошечном шаге от того, чтобы нарушить своё обещание.
Оглушительное раскаяние вонзилось в ауру свирепости, которая свернулась вокруг Млечнонрава плотным коконом. Он широко раскрыл глаза, неотрывно глядя на Перьелапа, что замер в тихом испуге.
Идиот с дерьмом вместо мозгов!
Как он мог не подумать о Перьелапе? Какого он будет о нём мнении, если его наставник бесконтрольно набросится на соседского патрульного? Что он скажет о нём, Млечнонраве? Что он поддался на провокации Гребня и поступил, словно пустоголовый оруженосец?
Какое он имел право после этого называть себя воинским именем?!
Переборов нахлынувшую волну ярости, Млечнонрав громко фыркнул и втянул когти обратно. Он заставил себя расслабить мышцы, готовые к резкому броску. Призывный голос постепенно утихал.
— Всё в порядке, Перьелап. Мы уходим.
Атмосфера напряжения, как перед грозой, отступила. Оса и Куницелапка недоверчиво глянули на Млечнонрава, который быстро брал над собой контроль. Чёрный кот лишь метнул перед собой ледяной взгляд и развернулся.
— А что делать с кроликом?.. — всё ещё негромко и боязливо спросил Перьелап.
Не оборачиваясь, Млечнонрав бросил:
— От голода у них, похоже, сердца окончательно стали лисьими. Пускай исправляют это.
Он не видел морду Гребня в тот момент, но готов был поклясться, что тот выглядел так, словно упал в грязь на глазах у всего племени. Какое-то время за их спинами доносился разгневанный голос, а позже и он стих, сменившись хрустом снега.
За это время солнце уже успело горделиво возвыситься над кронами деревьев. Сумерки рассеялись, и две бредущие тёмные фигуры ярко виднелись на тропе. Перьелап тихо семенил рядом с наставником, в его голове кружился рой самых разных мыслей. Лапы всё ещё немного покалывало от минувшего испуга. Ситуация вот-вот должна была выйти из-под контроля, однако Млечнонрав не позволил этому случиться. Пятнистый ученик не мог не поблагодарить наставника за это. Он мечтал стать таким же собранным и мудрым, когда вырастет. А Млечнонрав продолжал сокрушаться и проклинать себя за тупость.
Внезапно Перьелап замер, остановившись перед пнём впереди. Он принюхался, осторожно подбираясь с подветренной стороны. Его удивлению не было предела, когда он понял: в старом пне скрывалось гнездо полёвок.
Перьелап указал Млечнонраву на находку, и тот одобрительно кивнул ученику, безмолвно хваля его чуткий нюх. В лагерь они вернутся с ценным уловом.
слово от автора:
опять дед с батей сцепились по пьянке на свадьбе (зачеркнуто) границе, ничего нового
