Сильф

Перед Кастором предстала ужасная картина, изуродованные тела людей, повсюду кровь и остатки завтрака.

-Это сделал Я?!- Оглядев все, что поблизости, он снова удостоверился, в живых никого.

-А ты хорошо постарался, сегодня я в огромном плюсе, даже больше чем с крылатых- Среднего роста парень, обвешанный разным хламом, вышел из-за кустов.

-Ты кто?- Кастор резко поднялся с земли и приготовился защищаться.

-Воу, воу, воу, потише горячий парень...или тебя лучше назвать Отродье?- Он медленно присел на траву, сложив ноги крестиком. Вблизи его увешенное барахлом тело, казалось словно чугунный чайник.

-Отойд...как ты меня назвал?-

-Отродье, чего тут непонятного, посмотри на себя- Кастор опустил голову. Живот насквозь был пробит вилами, а из ног торчали самодельные ножи.

-Ого, даже глазом не повёл- Парень с отвращением смотрел в сторону шатающегося авантюриста.

-У них были мечты, ну знаешь, растить детей, радовать близких ну или на крайний случай жить в своё удовольствие. А ты взял и безжалостно оборвал их жизненные нити- Под барахлом оказался золотой доспех с гербом Хемильсдорфа, а за спиной раскрылись белые, как молоко, крылья.

-Властью данной мне, Рёцуки Светлому, богиней солнца, госпожой Аматерасу, приговариваю тебя, отродье, к святой казни. Приговор привести в исполнение...сейчас!- Он моментально взмыл в воздух, а в его руки появилось искрящееся копьё. Не успел Кастор моргнуть, как оказался на земле с огромной дыркой на теле.

-Никому не выжить после такого. Пусть твоя душа вечно мучается на том свете- Произнеся это, Рёцуки исчез в небе. Тело не слушалось, а разум затягивал густой туман.

-Неужели это всё, какая-то дырка в груди не остановит ме...

-Ой, ой ой, опять ты валяешься , весь в крови и с дыркой в груди. Что, ты не помнишь прошлые разы. Конечно же не помнишь, я же сам заставил тебя забыть! Дурак, Дурак Дурак! Глаза хоть открой, когда с отцом разговариваешь- Чей то палец упёрся Кастору в голову. Не в силах даже думать он перестал подавать признаки жизни, чем сильно удивил собеседника.

-Да...Он вырастил тебя ужасным хлюпиком, ещё капитаном первого отряда себя звал...ладно, раз хочешь здесь умереть, пускай, давай, ну же...я все ещё чувствую биение твоего сердца. Погоди ка, я ещё и вижу его...большое, как у матери- Монолог продалжался не долго, после нескольких злобных выкриков в сторону матери, которую Кастор ни разу не видел, и старика Жана, смеха, хлюпаний носом и удивлений, собеседник изчез, оставив после себя только вопросы. А что там с волчонком? Тот уже в начале монолога потерял сознание.
Говорят сон- лучшее лекарство...