Нефритовая династия

Том 6. Глава1. Смерть демона. Часть 1.

Волны жара заполняли подземную пещеру, ярко-красная лава бурлила под платформой, издавая звуки лопающихся пузырей.

Дан Сайон вдруг ощутил, что ему стало трудно дышать. Воздух, который попадал в его легкие, буквально горел. Он словно шел по раскаленным углям. Однако, шестихвостая лисица перед ним спокойно могла находиться там, казалось, она даже наслаждается такой атмосферой.

Он замер на секунду, глядя на нее. Он немного поколебался, затем снова пошел вперед, одновременно крепко сжав рукой черную палку.

Платформа была длинной и узкой, она высоко вздымалась над озером лавы. И по мере того, как Дан Сайон приближался к краю, температура вокруг становилась жарче, никто бы не мог такого вынести.

Может быть, из-за частого сердцебиения, или по какой-то другой причине, у Дан Сайона пересохло в горле. Но он не чувствовал этого, его внимание целиком было приковано к лисице с шестью хвостами.

Он остановился в трех шагах от лисьего гнезда.

Сейчас он был ближе и мог хорошо рассмотреть оборотня. Он увидел, что эта лисица невозможно красива, чистый белый мех, особенно в этом горящем месте, казался белее снега. Нечего и говорить, что на этом чистейшем мехе не было ни единого пятнышка или подпалины.

Только лишь глаза лисицы были закрыты. Она хмурилась, словно чувствовала невыносимую боль.

Дан Сайон взглянул на лису, в его голове пронеслись бесчисленные мысли, словно молнии. Пока он шел от маленького городка до самого этого места, единственное, что он слышал о «треххвостой лисице» - она настоящее бедствие. Но лиса, лежащая прямо перед ним, очевидно, совершенно отличалась от той, с которой ему пришлось сражаться раньше.

Он смутно припомнил, что когда он был мал, Ксавьон говорил ему – мир так велик, что в нем есть все. Здесь есть множество великих гор и рек, и также множество демонов и монстров. Легенды гласят, что лисицы – самые умные звери. Многие из них становятся демонами через годы тренировок. И среди лисьего народа есть такие, которые обладают наивысшей духовной силой. Их главная особенность – чем выше становится их уровень, тем больше хвостов у них вырастает.

Сердце Дан Сайона замерло, когда он снова посмотрел на шестихвостую лису перед ним.

В эту секунду лисица перед ним вдруг проснулась от глубокого сна. Ее хвосты мягко шевельнулись.

Затем, оборотень открыл глаза.

В ее темных и глубоких зрачках отразилась фигура дрожащего Дан Сайона.

Дан Сайон вздрогнул и отступил на шаг назад, выставив перед собой черную палку. Но шестихвостая лисица просто смотрела на него, ее тело лежало на платформе, без всякого желания сражаться.

Человек и лиса смотрели друг на друга. Вокруг не было ни звука, только кипящая лава шипела под платформой, но и этот звук сейчас казался далеким.

Воздух был все таким же горячим, он плавился между человеком и лисицей.

«Паренек», низкий, мужской, немного усталый голос прозвучал из пасти лисицы, разрушив тишину. «Что ты тут делаешь?»

Дан Сайон понял, что это был лис. И тут же ощутил, что он страдает какой-то болезнью, поэтому его голос был таким слабым. Но он не убрал палку и сказал: «Вы, демоны, причиняете людям зло. Я, как ученик Пути Света, я... собираюсь прекратить ваши злостные деяния».

Шестихвостый лис взглянул на него, его глаза сверкнули, но он не был зол и даже не рассердился. Он лишь легко смотрел на него, и через секунду, отводя глаза, он тихо произнес: «Прекрасные стремления!»

Дан Сайон замер, затем нахмурился и закричал: «Покончим с этим! Поднимайся, я...»

Шестихвостый белый лис вдруг прервал его, спокойно спросив:

«Ты собираешься убить меня?»

Дан Сайон не ожидал, что он вот так прямо спросит. Он замер, затем очнулся и снова сказал: «Вы, оборотни, причиняете зло миру, из-за вас страдают люди. Я убью тебя, совершив тем самым божественный справедливый суд!» Белый лис отвернулся в сторону, и немного расстроенно сказал: «Парень, я вижу, тебе не больше двадцати, верно?»

Дан Сайон фыркнул: «И что с того, я все равно намерен избавиться от вас, демоны».

Лис опустил голову, и вдруг сказал, с некоторой иронией: «О, да! Вы, человеческие существа, в самом деле очень развиты. Когда мы, лисицы, тренируемся целую тысячу лет, человеку с хорошим потенциалом требуется лишь сотня-другая, чтобы одолеть нас. Как этому старику, Шан Гуаню...» Затем он помолчал, горько улыбнулся, посмотрел на Дан Сайона и медленно проговорил: «Паренек, ты еще так молод, откуда ты знаешь, что наша лисья раса причиняет зло миру, заставляя людей страдать?»

Дан Сайон холодно усмехнулся: «Твоя сестра, треххвостая лиса, нападает на жителей Прудового поселка все это время! Она не только крадет еду у жителей, но еще и забирает их жизни. Разве это не зло, разве это не страдания, которые вы причиняете людям?»

Шестихвостый лис секунду подумал, затем сказал: «Верно, я слышал об этом от нее. Все как ты сказал – три дня назад она наведывалась в тот поселок. Отец и сын пытались ее остановить. Мое самочувствие ухудшилось в тот день, и она была в плохом настроении... поэтому она убила двоих глупых, опрометчивых людей».

Дан Сайон гневно проговорил: «И что ты хочешь этим сказать?»

Белый лис произнес в ответ: «Ты неправильно понял. Я не спорю с тобой. И если бы я был на ее месте в тот день, я бы тоже их убил».

Дан Сайон взбесился, он указал пальцем на лису и произнес: «Ты еще смеешь говорить, что не причиняешь миру зло, и не ранишь мирных людей? Умри, демон!» Сверкнул зеленый свет черной палки, и она готова была ударить.

Белый шестихвостый лис не шелохнулся, он все еще просто лежал там. Он сказал: «Что значит тот «мир», о котором ты все время говоришь?»

Дан Сайон замер. Мысли начали путаться. Он вдруг посмотрел на лиса по-другому. Слушая его спокойный тон, он вдруг вспомнил Жень Вана.

Из глубины его сердца прозвучал легкий треск.

Зеленый свет палки сиял все ярче, однако, лис все продолжал говорить: «С твоих слов, так называемый «мир» - это место, где вы, люди – всему хозяева? И все в мире принадлежит только вам. Если же вы встречаете сопротивление, то это означает, что кто-то причиняет вам зло, вред и страдания. И так это становится непростительным, заслуживающим смерти, я прав?»

Дан Сайон взглянул на лиса. Он размышлял, но ничего не говорил. Он не знал, почему, почему же эти лисицы стали говорить с ним? И чего он совершенно не мог понять – почему эти слова, испытывающие его веру, так крепко засели у него в голове?

«Но знаешь ли ты, что при этом чувствуют остальные расы? Те звери, которых вы убиваете и съедаете, что они чувствуют? В конце концов, вы ведь сильнее, поэтому звери не могут вам противостоять. Им остается лишь умирать от ваших рук». Лис спокойно продолжал говорить. «И что же с того, что мы, лисы, стали вдруг немного сильнее людей и убили нескольких из вас? Что тут такого страшного? В этом мире выживает сильнейший. А слабому здесь не место». Лис улыбнулся, посмотрел на Дан Сайона и спросил: «Что ты скажешь на это?»

Дан Сайон смотрел на него, но его губы не шевелились.

«К тому же, неужели среди людей все иначе? Вы, ученики магических школ, до сих пор еще не достигли бессмертия, но уже сражаетесь друг с другом. Так называемые Тьма и Свет, вы ведь все поступаете одинаково. Просто победитель всегда прав, а побежденный – мертв, не более того».

Затем он снова улыбнулся, глядя на Дан Сайона, и повторил: «Ну а на это что скажешь?»

Дан Сайон закрыл глаза, поднял голову и глубоко вздохнул. Белый лис ничего не говорил, казалось, он очень устал, после того, как произнес такую речь.

Через долгое время.

Дан Сайон вдруг спросил: «Что ты хочешь от меня услышать?»

Том 6, Глава 1. Смерть демона. Часть 2.

Белый лис все еще смотрел на него, когда он открыл глаза. Яркие и задумчивые глаза Дан Сайона обратились к нему.

«Каждый раз я слышу от вас одно и то же». Холодно сказал Дан Сайон. «Словно вы говорите мне, что мой путь – не правильный, и что хаос, который вы создаете, убивая людей, и есть – добро. Что вы еще можете сделать, кроме как отравить мое сознание, вы, злобные еретики?»

Белый лис вдруг нахмурился, его глаза блеснули. «Что, так ты уже слышал раньше подобные слова?»

Дан Сайон не ответил, но черная палка засияла с новой силой, озарив его лицо. Его голос стал тише: «Ну же, демон! Прими свою смерть!»

Мистический зеленый свет перекрыл красное сияние вокруг.

Шестихвостый лис смотрел на это зеленое сияние. Казалось, он вздрогнул от небольшого холодка в этом месте, полном лавы.

В эту секунду Дан Сайон вдруг услышал свист ветра, который раздался позади, из туннеля, в который он упал.

Звук был похож на рев зверя, или на топот тысячи всадников, скачущих на огромной скорости. Дан Сайон не видел, что это было, он вздрогнул, но не отошел от шестихвостого лиса, он призвал к себе черную палку, приготовившись защищаться.

И неподалеку от него, шестихвостый лис нахмурился, глядя в туннель.

Очень скоро Дан Сайон почувствовал волну жара из туннеля. Дышать стало еще труднее, казалось, он сейчас сварится в этой пещере.

И по мере приближения шума он становился все более удивленным и озадаченным. Скорость приближения шума увеличилась, и через секунду темный туннель сверкнул пламенем прямо на глазах. Из узкого туннеля вылетел гигантский огненный дракон! После того, как он попал в пещеру, дракон заревел, поднялся к потолку, оскалив клыки и растопырив когти. С головы дракона спустилась белая фигура. Это была треххвостая лисица-оборотень.

Она приземлилась прямо перед шестихвостой лисой, на ее лице показалось волнение. Ее одежда кое-где было порвана и испачкана, казалось, она получила какие-то ранения в битве.

Дан Сайон замер, он словно врос в землю, не решаясь подойти. Его внимание было привлечено драконом в воздухе. Огненная бестия была вся из огня, даже его глазами были два огненных шара.

Скорость этого чудовища стала еще больше в этой подземной пещере. Дракон взревел и бросился вниз.

Дан Сайон удивился, он немедленно отступил назад, но дракон пролетел мимо него. И вдруг, с ужасающим ревом, он нырнул в озеро лавы, исчезнув там. Через какую-то секунду он снова вынырнул, и просто поплыл по этому кошмарному озеру, он чувствовал здесь себя как дома.

Тихий голос треххвостой лисы нарушил повисшее молчание: «Ло, ты в порядке?»

Шестихвостый лис улыбнулся и тихо сказал: «Этот юный господин из Светлых до сих пор не оказал последнюю услугу умирающей лисе!»

Дан Сайон покраснел, затем нахмурился. Со слов белого лиса выходило, что он должен был скоро умереть от болезни.

На лице треххвостой лисицы появилась печаль, она тихо произнесла: «Ло, кроме тех двоих, что пришли с этим юношей, здесь появились еще двое из Долины Тайо».

Белый лис вздрогнул, развернулся к ней и спросил: «Это старик Шан Гуань?»

Треххвостая лиса покачала головой. «Нет, это ученики младшего поколения. Но их уровень довольно высок. Я... я им не противник...»

Шестихвостый лис замер и вздохнул. «Проклятие! Конечно, у тебя всего лишь триста лет тренировок... Даже с Зеркалом Инферно, как же ты можешь выдержать битву с выдающимися учениками такой известной школы... Ну да ничего страшного».

На лице треххвостой лисы появились две дорожки слез. «Но, но... Ло, из этой Пещеры Черного Камня нет другого выхода! И дорога наверх перекрыта четырьмя людьми. Мы бы могли послать Черного Лича, чтобы отвлечь их, но у них слишком мощное оружие. Я боюсь, что они будут здесь уже совсем скоро, не успеет догореть и одна свеча. Что... что нам делать?»

Шестихвостый лис посмотрел на нее, с трудом поднял лапу, пытаясь ее обнять. Но когда он поднял лапу в воздух, тут же без сил опустил ее. Лис вздохнул. «Разве ты не видишь? Даже если они не придут, я долго не протяну».

Слезы треххвостой лисицы закапали на чистый белый мех шестихвостого лиса.

Белый лис был очень спокоен: «Три сотни лет я перемещался с места на место, и все время жил, словно тень, в страхе, что люди из Долины Тайо поймают меня. Кроме того, я страдал от ледяного яда «Лунного Жала». Но сейчас... мне некуда бежать».

Треххвостая лисица грустно проговорила: «Ло, не говори так! Я вытащу тебя отсюда. У нас ведь есть Зеркало Инферно, и с твоим уровнем мы сможем...»

Белый лис медленно покачал головой. «Все эти годы мой уровень и мое здоровье страдали от ледяного яда Лунного Жала. Сейчас мое тело почти совсем заморожено, я промерз до костей, и уже не могу держаться».

Треххвостая лисица вздрогнула, она не могла ничего сказать.

Белый лис поднял голову, секунду посомневался, затем сказал: «Я уже не могу держаться, но ты... не можешь умереть. У тебя есть Зеркало Инферно, и когда они появятся из туннеля, вызови огненного дракона и напади на них. Это их задержит, и они не смогут тебя остановить. Ты... ты сможешь...»

Он вдруг замолчал. Треххвостая лиса медленно встала перед ним, запустила руку в складки рукавов и вынула эспер с двумя красными веревочками с двух сторон. Это было Зеркало Инферно.

В этой горящей пещере лавы Зеркало сияло красным. И древний знак огня в центре тоже словно горел настоящим пламенем.

Треххвостая лиса, девушка-оборотень в глазах Дан Сайона, взглянула на Зеркало в ее руках. Тут же из ее глаз тихо скатилась слезинка, которая упала на поверхность зеркала и превратилась в белый пар, исчезнув в воздухе.

Так что же, лисы тоже могут плакать?

Так что же, демоны тоже могут любить?

Дан Сайон замер и уставился на нее.

«Триста лет, Ло». Вдруг сказала она, с печалью в голосе. «Уже триста лет. Когда я добилась первых успехов в тренировках и встретила тебя на Лисьем Холме, с тех пор... я всегда была с тобой. На краю света, в самой сухой пустыне, в темноте, в постоянном страхе быть пойманными...

Но я никогда не жалела ни о чем».

Дан Сайон медленно подошел ближе и встал рядом с ней. Странное чувство поднялось в его сердце. Когда он услышал слово «Лисий холм», его сердце дрогнуло. Это звучало очень знакомо, но он не мог вспомнить, где услышал это название.

Глаза девушки-оборотня наполнились слезами. «Но сегодня, почему... почему ты говоришь, чтобы я ушла?»

Белый лис опустил голову. Дан Сайон заметил, что его тело дрожит, может быть, от холода, или может быть, от печали.

«Ло!»

Треххвостая лисица вдруг вскрикнула. И этот крик был таким грустным и душераздирающим, что белый лис беспокойно взглянул на нее. Дан Сайон тоже вздрогнул от неожиданности.

Зеркало Инферно вдруг оказалось на груди треххвостой лисицы, загоревшись мягким светом.

Белый лис вздрогнул всем телом, и, собрав последние силы, он почти поднялся на лапы, закричав: «Нет!»

«Бах!»

Взрыв словно ударил Дан Сайона в сердце. Он стоял рядом с этой прекрасной девушкой, когда свет Зеркала Инферно пронзил ее насквозь.

Этот свет, превратившийся в горящий луч, прошел через все ее тело.

Звуки окружающего мира в ту секунду, казалось, вовсе исчезли где-то вдали.

Вся его ярость, весь его гнев вдруг куда-то исчезли.

В глазах молодого парня была лишь яркая, красная кровь, которая сочилась из тела прекрасной девушки, она капала на землю, превращаясь в ярко красные цветы, которые медленно засыхали на камне.

Земля становилась цвета крови, и она никогда больше не утратит этот цвет.

Том 6. Глава 1. Смерть демона. Часть 3.

Она бессильно упала, прямо перед белым лисом. Крик ужаса вырвался из его пасти. Дан Сайон не мог понять, почему лисица так поступила. Белый лис закричал, его тело содрогнулось, он из последних сил пополз вперед, пополз к слабой, умирающей подруге, которая лежала здесь, неподалеку от него. Но его тело было таким слабым, что он прополз совсем немного после долгих попыток.

Дан Сайон метнулся вперед.

Он подбежал к лисицам, и в ту секунду он забыл обо всем.

Он осторожно поднял серьезно раненную девушку и положил ее рядом с белым лисом. Затем он тихо отступил назад и встал рядом с ними.

И в этот момент из туннеля снова раздался свист. Вслед за громким шумом из туннеля выпало что-то сухое и черное. Дан Сайон узнал в этой штуке щупалец, который нападал на него.

Затем он снова повернулся к двум лисицам.

Белый шестихвостый лис обнял девушку, его тело сотрясалось от слез. Его прекрасный мех начал быстро пропитываться кровью.

«Сол, ты...» его голос был хриплым, словно каждое слово причиняло ему боль.

Девушка-лиса была бледной, словно лед. Ее лицо потеряло цвет, однако, она все еще была прекрасна. Казалось, ее не пугала ни смерть, ни боль в груди.

И даже сейчас она нежно смотрела на белого лиса.

«Ло, теперь... ты не сможешь прогнать меня».

Белый лис снова вздрогнул, он не мог ничего сказать.

Она подняла голову, пытаясь дотянуться до него, но на полпути замерла, ее кровь окрасила грудь белого лиса.

«Ло, мы с тобой... всегда... будем... вместе...»

Она закрыла глаза, и больше уже не открывала их.

Весь мир вокруг затих и потерял свои краски.

Том 6. Глава 2. Мы умрем вместе. Часть 1.

Зеркало Инферно на ее груди медленно погасло. Его блеск исчез, и Дан Сайон вдруг осознал, что дракона тоже не стало.

Неизвестно, сколько еще прошло времени...

Он словно прирос к земле. Тысячи мыслей в тот момент проносились в его голове. Но он все равно чувствовал, что его сердце опустело.

Шестихвостый лис все это время молчал. И вдруг он поднял голову, обращаясь к Дан Сайону. «Парень, подойди».

Дан Сайон медленно приблизился к нему. За его спиной, в туннеле, свист ветра стал громче.

Шестихвостый лис все еще обнимал бесчувственное тело, его лицо было спокойным. И даже его голос стал ровным, как вода. Он произнес: «Не мог бы ты оказать мне услугу?»

Дан Сайон секунду помолчал, затем спросил: «Что я должен сделать?»

Белый лис взглянул на девушку в его объятиях и тихо сказал: «Сбрось нас вниз, в озеро лавы!»

Дан Сайон резко поднял голову и отшатнулся назад.

Но белый лис просто посмотрел на него, ничего не сказав.

Дан Сайон открыл рот, словно хотел что-то сказать, но ничего не приходило на ум. Он почувствовал, что его глаза начало жечь, они словно горели неведомым огнем.

Он тяжело кивнул.

Лис улыбнулся, прижав девушку к себе покрепче.

Один шаг, еще один... Дан Сайон медленно нес двух лисиц к краю платформы.

Раскаленный воздух трещал даже под его ногами.

В конце концов, он подошел к краю, стоя между жизнью и смертью, он посмотрел вниз.

Белый лис выглядел очень счастливым. Он поднял голову и посмотрел на Дан Сайона.

Никто не мог больше видеть выражение его лица в тот момент.

Затем лис вдруг улыбнулся, словно все его страдания забылись, и он смотрел на Дан Сайона как старый учитель.

«Паренек, что с твоим лицом?»

Дан Сайон ничего не ответил.

Затем белый лис аккуратно взял Зеркало Инферно с груди девушки и из последних сил закинул его в рукав Дан Сайону.

«Это божественный артефакт, за который бесчисленное количество лис из нашего клана отдали свои жизни. Я дарю его тебе, в качестве напоминания!» Он улыбнулся, его тело снова дрогнуло, изо рта потекла струйка черной крови.

«Только... никто не должен его найти...»

Его голос, в итоге, тоже затих.

Дан Сайон закусил губу, глубоко вдохнул и отпустил руки.

Вдалеке, с громким взрывом, из туннеля вылетели четыре огня. Лазурия, Онар, Янна и Ли Синь из Долины Тайо, все они приземлились на платформу. Они пришли как раз тогда, когда Дан Сайон сбросил тела двух лисиц в лаву.

Дан Сайон стоял на краю платформы, ничего вокруг не замечая. Он лишь смотрел вниз, на падающие белые тени.

Ветер вдруг растрепал его волосы.

Сверкнул белый свет, нежная девушка приняла свою истинную форму – прекрасной, треххвостой лисы.

Две безжизненные, но все еще красивые лисицы, обнимая друг друга, падали вниз. С громким плеском они погрузились в лаву и исчезли.

Лазурия немного заволновалась, она вышла вперед и позвала: «Сяо Фань...»

Но молодой парень словно ничего не слышал. Он просто стоял там, на краю жизни и смерти.

***

Они вышли из темного провала, затем из Пещеры Черного Камня, вернувшись, наконец, на поверхность. Сейчас снаружи уже светало.

Все тяжело вздохнули, включая Ли Синя и Янну. Они оба тоже выглядели уставшими. Стало ясно, что они все же смогли одолеть Черного Лича, хоть это и было непросто.

Только Дан Сайон хранил молчание.

Лазурия мягко вопросительно посмотрела на него, но Дан Сайон лишь покачал головой.

Ли Синь подошел ближе и заговорил с Дан Сайоном: «Так значит брат Чжан все-таки выбрался из Пучины Покинутых Душ! Это в самом деле хорошая новость».

Дан Сайон через силу улыбнулся и кивнул в ответ. «Спасибо, брат Ли».

Янна тоже подошла ближе. Ее лицо было добрее, чем у Ли Синя, она улыбнулась. «Брат Чжан, ты обладаешь поистине необыкновенным везением. Выбраться из такой беды мог только очень удачливый человек». Затем она странно посмотрела на него и снова улыбнулась. «Между прочим, из-за того, что твои спутники не могли тебя найти в Пучине Покинутых Душ, они очень сильно расстроились. Особенно сестра Лу...»

Сердце Дан Сайона вдруг странно дрогнуло, он поднял голову и посмотрел на Янну. Но она уже смотрела на Ли Синя со странной улыбкой.

Ли Синь ощутил ее взгляд и тоже улыбнулся, что бывало очень редко. Но в его глазах блеснул странный огонек, он медленно кивнул: «Это правда, твои спутники очень беспокоились о твоей судьбе. Тебе лучше как можно быстрее вернуться и оповестить их, что ты жив!»

Дан Сайон поклонился: «Спасибо вам обоим».

Янна улыбнулась в ответ, мельком взглянув на девушку в зеленом платье рядом с Дан Сайоном. Она была красива, но в тот момент на ее лице залегла тень.

Это сразу же привлекло внимание Янны. Она несколько раз еще посмотрела на Лазурию, затем спросила Дан Сайона: «Брат Чжан, а эти твои спутники...»

Дан Сайон развернулся и сказал: «Ох, совсем забыл, это Онар, ученик Вестника Доблести из школы Света, Ваджры».

Затем он обратился к Онару: «Брат Онар, это ученики Долины Тайо, брат Ли Синь и сестра Янна».

Онар сразу же стал серьезен. В глазах учеников магических школ, Тайо были известны едва ли меньше Айне. Он подтянулся и поприветствовал Ли Синя и Янну: «Мое почтение!»

Ли Синь и Янна поклонились в ответ. Янна улыбнулась. «Уровень брата Онара очень высок!»

Онар покраснел, но поскольку он был очень прямым человеком, гордость все же отразилась на его лице. Он улыбнулся. «Вы меня переоцениваете...»

Янна улыбнулась и снова взглянула на Лазурию, спросив Дан Сайона: «А эта девушка...»

Дан Сайон не смог ничего сказать, взгляд Лазурии стал холодным.

Онар увидел, что все вокруг молчат и улыбнулся. «Это госпожа Лазурия, она наш с братом Чжаном хороший друг. Очень сильная девушка»,

Ли Синь взглянул на Лазурию, но увидев, что она не собирается их приветствовать, отвернулся. Но Янна, кажется, очень заинтересовалась Лазурией и спросила: «Ах! Так значит, госпожа Лазурия... а из какой вы школы?»

Том 6. Глава 2. Мы умрем вместе. Часть 2.

Лазурия взглянула на Дан Сайона, но он молчал и она вдруг холодно рассмеялась: «Я не принадлежу ни к какой школе. Кажется, я рождена быть одной. Однажды я помогла человеку, который меня предал!»

Дан Сайон нахмурился. Янна взглянула на нее с улыбкой.

Ли Синь вдруг кашлянул, привлекая внимание Дан Сайона. «Брат Чжан, могу я спросить кое о чем?»

Дан Сайон не отказал ему. «Брат Ли, пожалуйста, спрашивайте!»

Ли Синь внимательно посмотрел на него и медленно проговорил: «Брат Чжан, вы были первым, кто приблизился к лисицам в темной пещере. Видели ли вы эспер в виде нефритового кольца, со знаком огня в центре и красными веревочками по обеим сторонам? Может быть, он был у лисы или где-то в пещере?»

Сердце Дан Сайона подпрыгнуло. Онар воскликнул, опережая его: «Да, да! Прошлой ночью мы сражались с треххвостой лисой, и она использовала точно такой эспер!»

На лице Ли Синя появилась надежда. Но Янна была более внимательна и, подумав, обратилась к Ли Синю. «Но почему когда мы вчера спустились вниз, лисица не использовала Зеркало Инферно против нас?»

Ли Синь просто ответил: «Она призывала огненного дракона с помощью Зеркала, это значит, зеркало должно было быть у нее».

Янна задумалась и кивнула. Ли Синь снова развернулся к Дан Сайону. «Брат Чжан, это Зеркало очень важное сокровище для нашей школы. Ты его не видел?»

Все разом посмотрели на Дан Сайона. Он глубоко вздохнул, секунду помолчал, затем ответил: «Нет».

Ли Синь застыл и нахмурился.

Янна с ног до головы оглядела Дан Сайона и задумчиво спросила: «Что? Когда брат Чжан сражался с треххвостой и шестихвостой лисицами, неужели они не использовали Зеркало Инферно?»

Дан Сайон помолчал еще немного, затем сказал: «Прошлой ночью, когда я случайно попал в логово лисиц, я обнаружил, что белый лис, тот шестихвостый, о котором вы говорите, уже очень серьезно ранен, поражен какой-то болезнью. Он был практически мертв. Позже показалась треххвостая лиса, и, возможно, из-за битвы с вами четырьмя, она тоже была очень серьезно ранена. Я даже особо не... не прилагал усилий, чтобы их победить».

На лицах Янны и Ли Синя появилось разочарование. Янна повернулась к своему спутнику, он сказал: «Перед тем, как мы попали в ту подземную пещеру, я внимательно все осмотрел, вокруг не было и следа Зеркала Инферно. Я боюсь, что оно упало в озеро лавы вместе с ними».

Янна тяжело вздохнула. «В любом случае, брат Ли, лисы получили по заслугам, и нам есть, чем обрадовать старейшин Тайо».

Ли Синь кивнул. Затем развернулся, пожал руки Дан Сайону и остальным и произнес: «Что ж, если так, то я и сестра должны возвращаться в Долину Тайо для доклада. Мы вас покидаем».

Дан Сайон и Онар быстро ответили: «Брат Ли, мы прощаемся с вами».

Лицо Лазурии все еще было темным, она стояла там и не шевелилась.

Ли Синь кивнул и сказал Янне: «Сестра, отправляемся!»

Янна улыбнулась и тоже кивнула, но затем вдруг словно вспомнила о чем-то и сказала Дан Сайону: «Брат Чжан, в последнее время Малеус появляет странную активность, и клан Айне собрал многих учеников школ Света в Восточном Море, на Горе Вздымающихся Волн. Я слышала, что дом твоего Мастера тоже отправился туда, почему бы тебе не встретиться с ними там?»

Дан Сайон очень удивился, затем на его лице появилась радость. «Правда? Так они на Горе Вздымающихся Волн! Я немедленно отправлюсь туда».

Янна улыбнулась и кивнула. «Хорошо. Может быть, мы с братом Ли тоже прибудем туда, как только отчитаемся перед своим кланом. Возможно, мы еще увидимся!»

Затем она развернулась и пошла к Ли Синю. Но вдруг снова остановилась, посмотрела на Лазурию и произнесла с улыбкой: «Госпожа Лазурия, золотые колокольчики у вас на поясе просто восхитительны!»

Лазурия вздрогнула от неожиданности, ведь эти колокольчики принадлежали клану Хаккан, она нашла их в Пещере Кровавых Брызг, когда была заключена там вместе с Дан Сайоном.

И когда Янна вдруг упомянула о них, Лазурия сразу же подумала, что эта девушка из клана Тайо все про нее знает.

Но Янна просто сказала это, как комплимент. Затем она развернулась и взлетела в небо вслед за Ли Синем.

Лазурия нахмурилась, она все еще была удивлена. Затем она вдруг почувствовала, что Дан Сайон смотрит на нее.

Трое людей покинули лес, окружавший Пещеру Черного Камня. По пути они прошли мимо Лунного Колодца. Лазурия вспомнила, что лисица все время спрашивала Дан Сайона об увиденном внутри колодца, и тоже спросила его. Но Дан Сайон сначала замер, потом помотал головой и ничего не ответил.

Лазурия начала сердиться, на больше ничего не спросила у него, но любопытство стало еще больше. Поэтому она подошла к колодцу и заглянула внутрь. Глубокая, чистая вода отразила лишь ее лицо. Но здесь не было ничего необычного, поэтому она не стала больше задумываться над этим.

Они вышли из леса и вернулись в Прудовый поселок. Староста и остальные жители были очень взволнованы, и когда они вошли в ворота, люди окружили их целой толпой.

Когда Онар объявил, что демон повержен, и теперь люди могут жить спокойно, все вокруг радостно закричали и зааплодировали.

Дан Сайон стоял в стороне, глядя на кричащую толпу. Он был задумчив, перед его глазами все время появлялись две белые тени.

Когда Ли Синь спросил его о Зеркале Инферно, он знал, что этот эспер лежит у него в рукаве, но в памяти возникли слова белого лиса.

По правде говоря, он был знаком с шестихвостым лисом только с прошлой ночи, и они совсем не были друзьями. Но он никак не мог забыть душераздирающую сцену двойного самоубийства лисиц. Белый лис, сжимающий в объятиях прекрасную девушку и падающий с ней в озеро лавы, все не уходил из его головы.

И в глубине души он сочувствовал этому лису. Поэтому он ответил Ли Синю, что ничего не видел и ничего не знает.

Онар, наконец, выбрался из толпы и взглянул на него. Дан Сайон и Лазурия посмотрели за спину Онара, жители все еще улыбались ему, каждый хотел поблагодарить героя лично, они снова хотели его окружить.

Но тут Онар развернулся и сказал толпе: «Послушайте, добрые люди! Все плохое закончилось, и мне... нам нужно продолжать свой путь Света. Сегодня мы с вами попрощаемся, и, что касается денег, конечно, мы очень вам признательны, но деньги – это бессмысленный прах, так что я не приму их от вас! Прощайте!»

Том 6. Глава 2. Мы умрем вместе. Часть 3.

Затем он быстро развернулся к Дан Сайону, подтолкнул его и прошептал: «Быстрее!»

Толпа увидела, что трое людей превратились в три огня, и исчезли в воздухе. Поднялся шум восхищения, люди еще немного поговорили об этом, затем разошлись по своим делам.

Но после того, как толпа разошлась, из-за угла улицы показались двое. Они смотрели как раз туда, где исчезли трое героев. Это были предсказатель судеб Джосан и его внучка, малышка Хон.

Джосан посмотрел вокруг, убедился, что никто его не слышит, и прошептал Хон: «Не могу поверить, что эта лисица, да еще с Зеркалом Инферно в руках, была повержена ими».

Хон откусила новый леденец и ответила: «Если этот эспер такой мощный, как ты сказал, почему лисица проиграла битву? Я думаю, что это Зеркало Инферно просто бесполезная штуковина, не имеющая никакой силы».

Джосан нахмурился. «Зеркало Инферно – древний божественный артефакт. Нет никаких сомнений в его силе! Я думаю, все из-за того, что лисице не хватило умения и уровня, чтобы использовать всю силу этого эспера. И, к тому же, она бы не смогла избежать судьбы – вспомни тех двоих учеников Тайо!»

Хон взглянула на него: «Как ты думаешь, кто заполучил Зеркало Инферно?»

Джосан задумался. «Скорее всего, ученики Долины Тайо забрали его. В любом случае... проклятие! Я так надеялся проникнуть в Пещеру и найти там золото и драгоценности, но так уж вышло...»

Хон откусила леденец и спросила: «Дедушка, куда мы теперь отправимся?»

Джосан секунду поразмыслил, затем сказал: «Я слышал, что силы Света и Тьмы собираются в Восточном Море. Не знаю, для чего. И эти трое, кажется, тоже направились на восток. Может быть, нам тоже стоит пойти туда!»

Хон рассмеялась. «Хорошо, давай пойдем! Все равно, куда мы отправимся. Все будет по-старому...»

***

После того, как Дан Сайон и его спутники покинули Прудовый, там воцарился мир. В Пещере Черного Камня больше не было никаких демонов, никто не нападал на людей. Но вот что было странно – очень скоро в лесу близ Пещеры стали появляться странные существа, которых никто никогда раньше не видел.

И если кто-то из жителей случайно забредал в лес, девять из десяти не возвращались оттуда. Однако эти звери в лесу вели себя немного странно – они никогда не покидали сам лес. И после того, как жители городка поняли это, они больше не входили на территорию леса.

Со временем, это место опустело. И никто даже не помнил, что когда-то случилось в этом лесу.

Однако, после того, как Дан Сайон и остальные ушли оттуда, жители городка построили памятник к востоку от города, в честь их подвига. В центре стояла большая и сильная фигура мужчины, похожего на ваджру. По сторонам от него стояли парень и девушка. Девушка была прекрасна, а вот парень немного странным. В руке он почему-то держал палку для огня.

Сквозь века, жители следующих поколений уже забыли, что случилось тогда. Но памятник никогда не оставался забытым, всегда кто-нибудь приходил сюда на поклон. Люди уже не помнили, чему посвящен этот памятник, и просто говорили, что это земные боги-покровители Прудового городка, хоть они и не были похожи на богов.

Возможно, из-за долгих молитв, или из-за волшебной силы благовоний, которые зажигали здесь люди, но эти боги стали выполнять желания. Их известность росла, жители соседних деревень приходили сюда помолиться. Кто-то просил денег, кто-то хотел найти работу, даже беременные женщины приходили поклониться Онару, чтобы у них родился мальчик.

Если бы эти трое узнали об этом, что бы они почувствовали?

Том 6. Глава 3. Чан Хэ. Часть 1.

После того, как Дан Сайон, Онар и Лазурия покинули городок, они полетели на восток, и приземлились через некоторое время в пустынной местности.

Онар спросил Дан Сайона: «Брат Чжан, куда ты направишься теперь?»

Дан Сайон секунду подумал, затем ответил ему: «Сестра Янна из Тайо сказала, что мой Мастер отправился на Гору Вздымающихся Волн в Восточном море. Мне нужно встретиться с ним. А что на счет тебя?»

Онар тоже немного подумал. «Тогда... я тоже должен идти туда! Мастер сказал, что я должен путешествовать по миру, практиковаться и совершать добрые дела. Сейчас, когда Малеус набирает силы, я должен оказать поддержку силам Света».

«Хмф!» Вдруг прозвучала холодная усмешка. Лазурия фыркнула и холодно произнесла: «Прекрасные стремления, воины Света! Только как бы вы сами не пострадали от рук клана Малеуса, вместо того, чтобы их победить!»

Онар застыл в непонимании, он вопросительно посмотрел на Дан Сайона. Но тот покраснел, взглянул на Лазурию и тоже не смог ничего сказать.

Лазурия рассмеялась: «Что ты так смотришь на меня?»

Дан Сайон и Онар переглянулись. Дан Сайону было проще, он был знаком с Лазурией и ее характером. И, к тому же, он знал, что она принадлежит к клану Малеуса, и особо не зацикливался на этом.

Но Онар был очень прямым человеком. Лазурия поспорила с ним, но он не мог сердиться на милую молодую девушку, так что он лишь сдержал гнев в своем сердце. Его мастер говорил ему, что он должен держаться подальше от женщин, поскольку они – самые нелогичные существа во вселенной, а особенно красивые молодые девушки. И сегодня он столкнулся с такой ситуацией и понял, что его мастер очень мудрый человек.

Дан Сайон взглянул на Онара. Увидев, что тот выглядит озадаченно, Дан Сайон ощутил укол вины. Но как он мог знать, что Онар на самом деле мысленно восхищается и восхваляет мудрость своего мастера за прекрасное изречение о женщинах в мире, вместо того, чтобы сердиться на Лазурию...

Он развернулся, посмотрел на Лазурию. Увидев, что ее лицо все еще сердито, Дан Сайон вздохнул. «Куда ты собираешься пойти?»

Лазурия не удостоила его взглядом, только фыркнула в ответ. «Не твое дело!»

Дан Сайон ничего не смог ответить ей, она нагрубила ему, но он совсем не сердился. Он знал, что если отправится на Гору Вздымающихся Волн, она станет его врагом. И она сердилась абсолютно обоснованно. Онар подошел к Дан Сайону, его глаза были полны сочувствия. Он мягко похлопал Дан Сайона по плечу, всем своим видом говоря: я понимаю, что ты чувствуешь.

Дан Сайон посмотрел на него, раскрыл рот, но не смог ничего сказать по этому поводу. Ситуация была неловкая, он был немного озадачен происходящим.

В итоге Дан Сайон и Онар так и не узнали от Лазурии, куда она собирается идти. На самом деле, они просто не решались снова спрашивать. Все трое просто шли на восток, и Лазурия шла впереди всех.

По пути ее настроение так и не улучшилось, она продолжала кидаться колкими словами. Вскоре Дан Сайон и Онар даже начали ее побаиваться. И когда они, расслабившись, начинали что-то радостно обсуждать, Лазурия поворачивалась и так смотрела на них, что они тут же замолкали.

Так они шли два дня. В конце концов, трое путников, направляясь на восток, пришли к большому городу под названием «Чан Хэ».

Когда они вошли внутрь, Онар и Дан Сайон поспрашивали прохожих и выяснили, что Чан Хэ – город, расположенный ближе всех к Восточному Морю. Отсюда на восток до берега моря оставалось всего четыре сотни миль.

Когда трое вошли в город, они увидели, что одежда жителей не слишком отличается от горожан Центральной равнины. Это место было важным районом Восточного моря, через Чан Хэ проходило множество торговых путей, торговцы и путешественники часто останавливались здесь. Но сейчас в городе было очень много учеников магических школ. И пока они шли по улице, им попадались люди в одеждах различных кланов.

Может быть, все эти ученики тоже направлялись на Гору Вздымающихся Волн?

Дан Сайон и Онар посовещались и решили найти небольшой постоялый двор, чтобы провести там ночь. И на следующее утро они могли бы отправиться на Гору Вздымающихся Волн. Оба согласились с таким решением, и посмотрели на Лазурию. Пока они обсуждали этот вопрос, двое специально повысили голос, чтобы Лазурия могла расслышать их. И она наверняка все слышала, так как стояла совсем рядом.

Но Лазурия вела себя так, словно ничего не слышала. Она без всякого выражения смотрела на прохожих на улице, и не обращала внимания на Дан Сайона и Онара. Тогда Дан Сайон подошел к ней и спросил: «Госпожа Лазурия, что вы думаете об этом?»

Лазурия вздрогнула, словно удивившись. Ее взгляд все еще был обращен к улице.

Дан Сайон заметил, что она хмурится и о чем-то думает. Казалось, она не специально его игнорировала, просто что-то ее отвлекало. Он поинтересовался: «Что там такое?»

Лазурия снова посмотрела вдаль. Дан Сайон последовал за ее взглядом, но он видел только прохожих вокруг, многие из них носили странную одежду, возможно, это были ученики магических школ. Но он так и не понял, на что смотрела Лазурия.

Она еще секунду помолчала, затем все-таки развернулась и спросила: «Ты что-то спрашивал?»

Дан Сайон осторожно рассказал ей об идее провести ночь в маленькой гостинице. Увидев, что Лазурия не отвечает, Дан Сайон покосился на Онара, который стоял далеко, и, понизив голос, спросил: «Что ты... собираешься делать? Я же не могу взять тебя с собой к Мастеру! В Чан Хэ и так очень много учеников школ Света, если они узнают, что ты... это может быть очень опасно!»

Лазурия странно посмотрела на него и спросила: «Ты волнуешься о моей безопасности или о своей репутации?»

Дан Сайон замер. Он поднял глаза и посмотрел на Лазурию. Увидев свое отражение в ее ярких глазах, он почувствовал, как его сердце подпрыгнуло.

Лазурия улыбнулась и пошла прочь. Онар подошел ближе, взглянул на Лазурию и спросил Дан Сайона: «Брат Чжан, что сказала госпожа Лазурия?»

Но до того, как Дан Сайон ответил, Лазурия развернулась, слегка улыбнулась им и произнесла: «Разве вы не сказали, что хотите остановиться в какой-нибудь гостинице? Что же вы стоите?»

Дан Сайон и Онар замерли и переглянулись. На лице Онара появилось восхищение, он слегка поклонился Дан Сайону и сказал: «Брат Чжан, ты действительно очень талантлив. Всего пара слов, и наша спутница стала такой радостной!»

Дан Сайон знал, что Онар восхищается им без причины. Он собирался оправдаться, но не знал, с чего начать, он просто пошел вместе с Онаром вслед за Лазурией. Но в его голове так и засела мысль – неужели все думают, что он и Лазурия интересуются друг другом?

Согласно идее Дан Сайона и Онара, они собирались остановиться в маленькой гостинице на ночь. Но пока они шли за Лазурией, стало ясно, что она направляется прямо в таверну под названием «Морское Облако». И эта таверна была как минимум в десять раз больше, чем «маленький постоялый двор», который они собирались отыскать.

Дан Сайон и Онар обменялись взглядами. Но Лазурия уже вошла внутрь, и они не могли не последовать за ней.

Дан Сайон прошептал Онару: «Брат Онар, хватит ли нам денег? У меня осталось только четыре ляна...»

Дан Сайон вдруг запнулся, он вспомнил, что те самые четыре ляна у него выманил обманом старик Джосан.

Онар не заметил замешательства Дан Сайона, он горько произнес: «У меня есть немного больше, но не настолько, чтобы...» Он промолчал и прошептал Дан Сайону на ухо: «Посмотри на убранство этого места, да здесь нам бы потребовалось как минимум тридцать или сорок лянов...»

В этот момент Лазурия уже подошла к столу, за которым сидел управляющий гостиницей. Он поднял голову, на его лице мелькнула учтивая улыбка, он спросил: «Госпожа желает остановиться у нас?»

«Динь» - маленький золотой слиток упал на стол перед управляющим. Он стоил как минимум сто лянов серебра. Глаза управляющего расширились вместе с улыбкой, он сказал: «Госпожа, все будет сделано по высшему разряду. Мы – очень известная таверна, можете быть уверены, что ни в чем не будете нуждаться, чувствуйте себя здесь, как дома...»

Лазурия прервала его и сказала: «Мне нужна комната высшего класса, чистая и с хорошим видом из окна».

Управляющий вежливо засмеялся: «Конечно, разумеется!»

Лазурия глянула через плечо и сказала: «И найдите комнату для тех двоих».

Управляющий посмотрел на Дан Сайона и Онара, затем повернулся к Лазурии и поинтересовался: «Те господа тоже...»

Лазурия фыркнула. «Им будет достаточно и кладовой».

Управляющий озадаченно замолчал.

Дан Сайон и Онар тоже молча посмотрели друг на друга.

Том 6. Глава 3. Чан Хэ. Часть 2.

В итоге управляющий позвал слуг и приказал им обращаться с Лазурией как с принцессой. Что касается Дан Сайона и Онара, управляющий, конечно же, не стал селить их в кладовой, а просто дал им обыкновенную комнату.

Дан Сайон и Онар не особо расстроились этому. Они знали вредный характер Лазурии, а сам не любили ругаться.

После того, как трое расселились по комнатам, в таверне стало тихо. Люди шли по оживленным улицам, облака плыли по небу. И ближе к закату в ту же таверну вошли двое – старик и маленькая девочка. Старик опирался на бамбуковую палку с белым полотном, на котором было написано «Бессмертный предсказатель». Маленькая девочка держала в руках леденец.

Это, конечно же, были Джосан и его внучка Хон.

Джосан посмотрел вокруг. Хон тоже осмотрелась и, увидев роскошное убранство, ахнула и спросила Джосана: «Дедушка, ты случайно не ошибся дверью?»

На лице Джосана появилась гордыня, он ответил: «Ты думаешь, что твой дед все эти годы был бесполезен?»

Хон переспросила: «А разве не так?»

Джосан, не глядя на нее, сказал: «Просто подожди».

Затем он развернулся и увидел, что управляющий что-то считает за своим столом. Он быстро подошел к его столу.

Управляющий заметил, что кто-то встал перед ним, поднял голову и уже хотел поприветствовать гостя, как вдруг замер и удивленно расширил глаза.

Джосан улыбнулся, его величественные манеры вернулись к нему, он произнес: «Управляющий Ван, вы еще помните меня?»

Управляющий обрадовано выбежал из-за стола. Его лицо выражало уважение и радостное удивление. Хон была поражена такой реакцией. Управляющий Ван сказал: «О! Это же вы, бессмертный господин! Как вы здесь оказались? Боги! Это же... мы не виделись тридцать лет к ряду! Я очень часто вас вспоминал!»

Джосан улыбнулся, с должным величием отряхнул пыль с одежды и с улыбкой сказал: «Я ведь бессмертен, а значит, могу путешествовать, где захочу. Я побывал много где в мире, видел известные горы и волшебные земли, встретил многих божеств, впитал в себя дух неба и земли... у меня совершенно не было времени, чтобы навестить тебя».

Хон так и упала на землю.

Но управляющий Ван поверил ему без сомнений, он закивал. «Конечно, конечно... вы бессмертны, господин, разумеется, ваша жизнь совсем не такая, как у простых людей...»

Затем он пригласил Хон и Джосана сесть за чистый стол, и приказал слуге принести самый лучший чай.

Джосан огляделся и сказал: «Я вижу, с тех пор, как мы расстались здесь, твое дело процветает!»

Управляющий Ван уважительно ответил: «Да, и это все – благодаря вам, господин!»

Джосан кашлянул. «В этот раз я пришел сюда, чтобы навестить одного друга в Восточном море. Он – известный мастер Айне. Я вспомнил, что судьба столкнула нас с тобой здесь много лет назад, и пришел навестить старого друга. Сегодня я переночую у тебя!»

Управляющий Ван кивнул. «Конечно, это честь для меня! Я также хотел бы привести сюда свою семью, чтобы они познакомились с вами!»

Джосан рассмеялся, просунул руку в карман и спросил: «Так, сколько ты говоришь за одну ночь...»

Управляющий Ван тут же помотал головой. «Я и так уже безумно счастлив, что вы пришли сюда, как я могу взять с вас деньги...»

Джосан все еще держал руку в кармане, он покачал головой. «Проклятие! Управляющий Ван, я знаю, что в прошлый раз я здорово помог тебе, но ведь это твоя таверна, и я не могу нарушать правила...»

Управляющий запротестовал. «Бессмертный господин, взгляните на все то, что вы сделали для меня! Если бы не вы, если бы вы тогда не указали мне путь...» Затем он вдруг огляделся, понизил голос и продолжил: «Если бы вы не сказали мне посадить дерево богатства у «Драконьей Пещеры Восточного Моря», я бы не добился всего того, что имею сейчас! И если я возьму с вас деньги, меня накажут боги!»

Джосан улыбнулся и вытащил руку из кармана. «Ну, если так, я не стану настаивать».

Управляющий Ван кивнул и они поговорили еще немного. Затем пришел слуга и сказал, что комната высшего класса готова. Управляющий поднялся и проводил Хон и Джосана в их комнату. Внутренний двор здания был очень необычным. Гостиница была трехэтажной, в форме восьмиугольного кольца. В центре располагался большой двор, выложенный голубым камнем.

Однако, со временем между камнями выросла зеленая трава, а в само центре двора стояло серебристая береза, сухая и тонкая.

Управляющий Ван провел их в комнату на третьем этаже, еще немного поговорил с Джосаном и ушел. Когда он уходил, еще и пригласил бессмертного господина на праздник сегодня вечером.

Конечно же, «бессмертный господин» всячески отказывался, утверждая, что он уже очень давно забыл о радостях мирской жизни. Но управляющий очень искренне его упрашивал, так что в итоге бессмертный господин принял приглашение, но только ради внучки Хон.

После того, как управляющий Ван ушел, Хон закрыла дверь и они остались вдвоем. Джосан хохотнул: «Ну как тебе такое?»

Хон спросила в ответ: «Ты что, правда собирался заплатить ему? А что если он действительно попросил бы с тебя денег?»

Джосан честно сказал: «И что? Я – Джосан, божественное существо, как я могу заботиться о таких мелочах?»

Хон фыркнула. «Не притворяйся передо мной. Ты думаешь, я ничего не знаю? У тебя в кармане нет ни одного Ляна!»

Джосан удивился. «Что ты сказала?»

Хон начала загибать пальцы. «Твои деньги разделены на три части. Одна спрятана на поясе, одна в ботинке. И еще одна – в белом полотне, на котором написано «Бессмертный предсказатель». Ты думал, я не знаю об этом? У тебя в карманах нет никакого серебра».

Джосан замер, покраснел и пробормотал: «Проклятие, как ты узнала об этом...»

Хон взглянула на него и сказала: «Что ты насочинял ему тридцать лет назад?»

Джосан гневно ответил: «Чушь! Когда это я соврал ему?»

Хон снова фыркнула. «Не надо делать такое лицо. Драконья Пещера – это истоки океана, пристанище духов моря. Она должна быть глубоко на дне океана. Как она может существовать на суше в реальном мире? Ты только и делаешь, что обманываешь честных людей, таких как управляющий Ван!»

Джосан смущенно улыбнулся, но затем он вздохнул и на его лице отразилась печаль.

Хон нахмурилась: «Это что еще такое?»

Джосан секунду помолчал, затем ответил: «На самом деле, это все благодаря твоему отцу».

Хон удивленно воскликнула: «Моему отцу? Но ведь он умер несколько лет назад!»

Джосан кивнул. «Тридцать лет назад, когда твой отец был еще молодым, мы с ним вместе пришли в Чан Хэ. И хотя он был очень юным, у него уже проявлялся талант провидения, как у тебя. В то время управляющий Ван работал простым слугой в обычной гостинице, но твой отец увидел, что его лицо очень необычное. Широкое и плоское, с большими глазами и ровными бровями, это были знаки богатства и большой удачи. Так что я...», он улыбнулся, «я улучил момент и тайно сказал ему, что он должен посадить серебристую березу в Драконьей Пещере Восточного моря, и нарисовать на ней иероглиф «богатство», тогда ему в жизни очень повезет. И в итоге...»

Хон закончила за него: «В итоге он сделал так, как ты сказал, и ему действительно повезло, он стал хозяином большой таверны, и его дело начало процветать, все благодаря твоему наставлению, так?»

Джосан рассмеялся.

Хон взглянула на него и с усмешкой сказала: «Теперь мне интересно, где находится та самая Драконья Пещера, о которой ты ему наврал».

Джосан поднял брови и улыбнулся. «Подойди». Затем он подвел ее к окну и указал вниз. «Вот она и есть».

Хон удивленно посмотрела туда, куда указал Джосан. Это было полумертвое дерево, серебристая береза. Она спросила: «Прямо здесь? Но почему это дерево выглядит так ужасно?»

Джосан пожал плечами. «Глупая, если бы ты посадила дерево на голубом камне, оно бы смогло хорошо расти?»

Хон не смогла ничего ответить.

Джосан взглянул на небо и сказал: «Небо сегодня темное, наверное, будет дождь!»

***

Солнце склонилось к закату. Дождь начался внезапно, и не переставал идти, даже когда наступила полночь.

Лазурия жила на третьем этаже в комнате высшего класса, а Дан Сайон с Онаром жили на первом этаже. От дождя воздух стал немного влажным.

Дан Сайон не мог уснуть, он все время ворочался и просыпался, причина этому была очевидна.

Онар спал, но его громкий храп заглушал все остальные звуки вокруг. И если небо при этом не сотрясалось, то кровать сотрясалась точно.

Дан Сайон вздохнул, поднялся с кровати и оделся. Он немного посидел в темноте, затем открыл дверь и вышел наружу.

В ночи внутренний двор казался бесконечно темным.

Но откуда-то все же лился тусклый свет, и он различил в темноте очертания серебристой березы.

Дан Сайон поднял голову к небу.

Он глубоко вдохнул влажный воздух.

Холодный и мокрый аромат дождя проник в его грудь. И хотя он стоял в коридоре, от ветра капли дождя попадали на его лицо.

Он развернулся и закрыл дверь комнаты, затем медленно пошел по коридору вокруг внутреннего двора.

Ночь была темной, завывал ветер, падал дождь.

Капли с неба, падая на голубой камень во дворе, разлетались брызгами.

На крыше коридора собиралась вода, и дождь падал с нее, словно водопад. Это была словно прогулка по водяной пещере в горах.

И казалось, что в памяти этого молодого парня уже была такая...

Ночь!

Где-то рядом в темноте вдруг раздался тихий вздох!

Подул ветер, дождь с неба стучал по крыше.

Дан Сайон уже наполовину промок, но он не замечал этого. Он просто смотрел вперед.

Под дождем кто-то стоял, держа зонт в руках, прямо рядом с деревом.

Прекрасные глаза словно что-то заметили, словно что-то услышали, словно что-то почувствовали. И девушка развернулась к нему.

Небо стало тихим, звук дождя куда-то исчез.

Дан Сайон и молодая девушка смотрели друг на друга.

Ветер все еще завывал, дождь все еще падал...

Том 6. Глава 4. Море. Часть 1.

Ночь была темной и ветреной. Падающие листья мягко кружились в воздухе.

Под светло-зеленым зонтом ее одежды развевались на ветру, несколько прядей волос растрепались по щекам.

Дан Сайон стоял там, и в ту секунду в его голове мелькнула странная мысль. Это была странная ночь, странное место. Но дождь был таким знакомым...

Он медленно шагнул под дождь.

Впереди пара глаз следила за ним из темноты.

Он подходил все ближе, и мир вокруг словно застыл.

Ее глаза были прямо перед ним.

Такой нежный взгляд...

«Почему ты не идешь спать?» Медленно спросил Дан Сайон.

Лазурия не ответила, она просто смотрела на него, в ее глазах отражалась его фигура.

Дождь намочил его одежду, на его волосах повисли капельки дождя, которые мягко стекали по его щекам.

«А ты?» спросила она в ответ, «Почему ты не идешь спать?»

Дан Сайон секунду помолчал, затем ответил: «Онар слишком громко храпит, я... не могу уснуть».

Лазурия замерла, затем тихо рассмеялась. Свет в ее глазах, казалось, стал ярче.

Дан Сайон подумал, что она похожа на лилию, цветущую под дождем.

Она улыбнулась, протянула руку и притянула Дан Сайона к себе. Он шагнул вперед, зонт накрыл их обоих.

Под зонтом слышалось ее легкое дыхание.

Сердце Дан Сайона забилось быстрее, он не смотрел на нее, опустив голову, но нежный аромат окружил его.

«Завтра... ты отправишься на Гору Вздымающихся волн?» тихо спросила Лазурия.

Сердце Дан Сайона шевельнулось, он сказал: «Да!» Затем поднял голову и посмотрел на нее. «А куда отправишься ты?»

Лазурия улыбнулась: «Я тоже пойду с тобой!»

Дан Сайон изменился в лице, нахмурился и сказал: «Не будь ребенком. Это глупо! Там будет слишком много учеников школ Света. У моего Мастера очень тяжелый характер, и если ты отправишься туда... это будет очень опасно».

Лазурия ничего не сказала, она просто тихо смотрела на него. Дан Сайон почувствовал себя странно, но он не понял, что это было за чувство. Он знал, что ничего хорошего не будет, если он останется стоять здесь под дождем рядом с ней. «Я вернусь в комнату».

Лазурия ничего не ответила. И Дан Сайон покинул ее, возвращаясь к себе.

Но когда он уже прошел половину двора, под дождем, вдруг послышался ее голос:

«Сяо Фань!»

Дан Сайон замер. Впервые Лазурия обратилась к нему таким дружелюбным тоном.

Он медленно развернулся. Между ними был только дождь, но расстояние казалось огромным, и он нечетко видел лицо Лазурии. Только ее голос был ясным и нежным.

«Когда я стояла здесь одна, я подумала... что, если бы мы не выбрались тогда из Пещеры Кровавых Брызг, было бы совсем неплохо».

Дан Сайон вздрогнул и через силу улыбнулся. «Не говори ерунды, это ведь не шутки...»

Затем он поспешно ушел прочь.

Лазурия посмотрела ему вслед, опустила голову и сказала так, чтобы никто не слышал: «По крайней мере, я бы не жалела ни о чем».

Дан Сайон шел по коридору, отряхиваясь от дождя. Его сердце успокоилось. По какой-то причине он всегда нервничал, когда встречался с этой прекрасной девушкой из клана Малеуса. Может быть, на него давила их клановая вражда...

Он вздохнул и обернулся, увидев, что она все еще стоит под дождем. Он помотал головой и вернулся к себе в комнату.

Вскоре после того, как он ушел, рядом с Лазурией кто-то появился. Это была женщина с вуалью на лице в темных одеждах. Она медленно подошла и встала рядом с молодой девушкой.

Лазйрия развернулась и воскликнула: «Тетя Нигири!»

Женщина посмотрела в направлении, куда ушел Дан Сайон, затем тихо и бесчувственно проговорила: «Идем! Твой отец ждет тебя на Горе Вздымающихся Волн».

Лазурия медленно кивнула.

На рассвете Дан Сайон, который, наконец, уснул прошлой ночью, проснулся от голоса Онара: «Брат Чжан, вставай».

Дан Сайон открыл глаза с огромным трудом. Онар был полон сил и энергии, очевидно, он хорошо выспался.

Дан Сайон горько улыбнулся, но ничего не сказал. Он собрал себя в кучу и подошел к окну, подставляя сонное лицо солнечному свету. Онар сел на своей кровати и улыбнулся. «Брат Чжан, просто замечу... ты ведь ученик Айне и к тому же так молод, одной ночи тебе должно хватать для восстановления сил. Но, глядя на тебя... кажется, что ты вовсе не спал прошлой ночью!»

Дан Сайон про себя подумал: рядом с тобой никто не сможет уснуть спокойно... Но он не сказал этого вслух, просто улыбнулся и рассеянно кивнул.

Они умылись и затем Онар предложил Дан Сайону пойти за Лазурией. Дан Сайон не хотел идти к ней, но он не стал говорить об этом Онару. Однако, неожиданно, никто не ответил им на стук, из ее комнаты не было слышно шагов или голоса. Когда они спросили управляющего, тот сказал им, что Лазурия съехала прошлой ночью и заплатила деньги за их проживание.

Онар замер, ничего не понимая. Дан Сайон стоял рядом с ним и размышлял. Судя по словам управляющего, она покинула гостиницу сразу после того, как он ушел.

На самом деле, раньше Дан Сайон беспокоился о том, что делать, если Лазурия соберется идти с ним на Гору Вздымающихся Волн. Но сейчас, когда она ушла, ничего не сказав, он был озадачен еще больше.

Том 6. Глава 4. Море. Часть 2.

Когда Онар собирался обратиться к Дан Сайону, управляющий Ван вдруг спросил: «Простите, а кто из вас господин Онар?»

Онар замер и спросил: «Это я, а что?»

Управляющий Ван очень обрадовался и достал из ящика стола письмо. «Этим утром почтальон пришел сюда и сказал передать письмо молодому человеку по имени Онар. Должно быть, это вам».

Онар взял письмо, увидел, что там написано его имя, открыл его и быстро прочитал. Дан Сайон тоже заинтересовался и посмотрел на Онара. Пока тот читал, его брови все больше хмурились. Он вдруг воскликнул: «Мастер!»

Дан Сайон был удивлен. «Что-то от твоего мастера?»

Онар потряс головой. «Я не знаю, что случилось, но это письмо написано моим мастером. Он говорит, что я должен немедленно явиться в Храм Бога Земли на западе. Брат Чжан, кажется, нам придется расстаться здесь».

Дан Сайон кивнул. «Ничего страшного. Ты должен идти, и я тоже тороплюсь на Гору Вздымающихся Волн, чтобы увидеть своего Мастера!»

Онар улыбнулся. «Когда я встречусь с мастером, мы тоже отправимся туда. И там мы обязательно встретимся снова!»

Дан Сайон не был знаком с Онаром слишком долго, но уже считал его своим другом. Он улыбнулся: «Хорошо!»

Онар тоже улыбнулся, затем развернулся и быстро пошел к выходу.

Дан Сайон проводил его только до выхода из таверны, затем Онар исчез в толпе. Дан Сайон немного постоял на пороге, затем в одиночестве направился на восток.

Когда они уже ушли, в холл Морского Облака спустились Джосан и Хон.

Хон тихо сказала: «Мы чуть не попались, они были так близко!» Затем она взглянула на Джосана. «Это все из-за тебя, дедушка! Неважно, куда мы идем, везде встречаются люди, которых ты обманул! Я, наверное, самый несчастный человек на свете...»

Джосан закатил глаза и проигнорировал слова Хон. Управляющий Ван увидел, что бессмертный господин спустился вниз, и подошел его поприветствовать. Он также распорядился, чтобы слуги принесли чай и завтрак, затем с энтузиазмом предложил Джосану присесть. Джосан помпезно уселся за стол и стал разговаривать с управляющим.

Управляющий спросил его: «Бессмертный господин, вы знаете, прошлой ночью за стенами Чан Хэ случилось кое-что серьезное!»

Джосан застыл. «Что случилось?»

Управляющий слегка понизил голос. «Я не очень осведомлен об этом, но я слышал, что ученики школ Света, которые собрались здесь, столкнулись с Малеусом на западе от города прошлой ночью! Произошла битва, и люди западных районов рассказывают, что даже городская стена немного дрожала!»

Джосан спросил: «Они уже начали сражаться друг с другом?»

Управляющий задумался и сказал: «Новость пришла сегодня утром, я думаю, что это правда!» Затем он сказал обычным тоном. «Бессмертный господин, ученики школ Света и еретики из Малеуса не должны вымещать злость на простых людях, это нас не касается. Но ваш уровень очень высок. И если кто-нибудь попросит вас помочь расправиться со злом, вы должны быть осторожны!»

«Пфф...» Хон не удержалась и выплеснула чай прямо изо рта.

Джосан посмотрел на нее так, что ей пришлось сдержать смех. Хон, увидев, что управляющий с беспокойством посмотрел на нее, спокойно сказала: «О, управляющий Ван, со мной... все в порядке. Просто... ох, ох, я подавилась, когда пила. Просто подавилась».

Гора Вздымающихся Волн в Восточном море была самым далеким местом в мире от земли. За ней было лишь бесконечное море, и сама гора располагалась в семи тысячах миль от берега.

И такое место не подходило для проживания простым людям. Однако после того, как Дан Сайон отправился на Гору Кунсан со своими спутниками, ученики Малеуса вдруг начали активную деятельность повсюду в мире. И за несколько дней под знаменами Малеуса собрались десятки кланом Тьмы, мир начал сотрясаться от стычек Добра и Зла. Малеус набирал силы с ужасающей быстротой, впервые за последний восемьсот лет.

И со стороны Света, Айне, Скайя, Тайо и другие школы немедленно собрались вместе, чтобы обсудить эту проблему.

В это же время из Тайо пришли вести, что огромное количество учеников Малеуса собираются на отдаленной Горе Вздымающихся Волн в Восточном Море. Что же они там затевали?

Силы Света пришли в негодование, и очень скоро, во главе с тремя основными кланами, они отправили своих лучших учеников и Мастеров на Гору Вздымающихся Волн. По пути многие ученики Света присоединялись к ним, чтобы избавиться от Зла в мире.

Дан Сайон узнал все это от людей, которых встречал по пути. В его груди закипела кровь, он уверенно направлялся к Восточному морю.

Но путь к самой дальней восточной точке мира был очень долог. Возможно, Малеус выбрал это место потому, что Центральная равнина хоть и очень удобна, но там находится средоточие сил Света. И поэтому они направились именно на пустынный остров. Однако, они не предполагали, что силы Света, сторонники божественной справедливости, доберутся до них даже в таком странном месте.

На своем пути Дан Сайон очень торопился. Он все время летел с помощью своего эспера, почти не отдыхая в пути. Через два дня он, наконец, достиг моря. Вначале ему попались несколько островов, но через десять дней полета он уже видел перед собой только яркое море и чистое голубое небо.

Он без остановки летел и днем, и ночью, но вокруг по прежнему было только море, никаких признаков Горы или даже острова.

Дан Сайон завис в воздухе, холодный морской ветер ударил в лицо, его сердце было неспокойно.

Сейчас он летел над морем уже десять дней, и он не находил места для отдыха целый день и две ночи. И он не мог поверить, что заблудился в этой бесконечной синеве.

Но в прошлом, помимо сна в диких условиях и поедания дичи, он ни к чему другому и не привык. И его навыки полета значительно улучшились. Он даже не стал нервничать по этому поводу.

В эту секунду он поднял голову и посмотрел на небо, затем опустил голову и взглянул на море. Дан Сайон горько улыбнулся.

И когда у него уже не было никаких идей, куда лететь, он вдруг услышал птичий крик рядом с собой. Он повернулся и увидел белую чайку, летящую над морем.

Том 6. Глава 4. Море. Часть 3.

Тут Дан Сайон вспомнил, что когда он покинул берег моря, он видел множество чаек, но чем дальше он летел, тем меньше птиц ему попадалось. И сейчас, вдали от берега, если рядом была чайка, это означало, что где-то неподалеку земля.

Дан Сайон заволновался, когда подумал об этом. Без колебаний он полетел в сторону чайки. На горизонте лежало бесконечное море, цвет неба и волн был почти одинаковым, они были словно нарисованными.

Полет между небом и морем придавал ощущение бессмертия, словно тело соединялось с природой в одно целое.

Он летел уже полчаса, когда впереди показался маленький остров. С неба было видно, что весь остров был покрыт растительностью, вода у берегов была чистой, словно кристальный голубой нефрит.

Дан Сайон летел уже очень долго, и чувствовал усталость. Он приземлился на острове, чтобы немного отдохнуть. Когда его ноги коснулись земли, Дан Сайон огляделся и увидел, что пейзаж отличается от того, что он видел с воздуха.

Чистая вода накатывала на белый песчаный пляж, волна за волной. На берегу росли деревья, которых он никогда не видел на Центральной равнине. Высокий ствол, без ветвей, устремленный прямо в небо. И на верхушке деревьев были огромные листья, под которыми росли плоды величиной с голову.

В глубине острова, кроме высоких деревьев росли также низкие кусты. Деревья были густыми и между ними не было никаких тропинок. Казалось, никто не забредал сюда тысячу лет.

Над его головой кружились и кричали чайки. С моря дул холодный, свежий ветер. Дан Сайон глубоко вздохнул. В таком спокойном месте на него накатила усталость. Он огляделся, не обнаружил никакой опасности, лег на чистый песок и уснул.

Его сон был довольно спокойным. Остров был тихим, и кроме прилива и ветра здесь не было других звуков. Никто не беспокоил его, и Дан Сайон проспал до самых сумерек.

Когда он проснулся, то решил пройтись по песчаному пляжу. На закате остров выглядел совсем иначе, чем утром. Закат был красным, словно кровь, на горизонте облака сияли красным светом, отражаясь в море. Ветер дул с моря, Дан Сайон раскрыл руки и глубоко вдохнул.

Чувство свободы наполнило его тело. Это место казалось раем, и он чувствовал себя абсолютно расслабленно.

В эту секунду он вдруг подумал – что если он бы остался здесь навсегда, вместе с Лин Эр, и они бы каждый день смотрели на этот закат... в жизни ему бы не было, о чем сожалеть.

Сердце Дан Сайона заволновалось, когда он подумал о Хиди. С тех пор, как он покинул горы Айне, прошел уже месяц. С самого детства, когда он пришел в Айне, он никогда не расставался с сестрой Лин Эр так надолго. И сейчас на этом тихом острове, когда он подумал о ней, его сердце забилось чаще и никак не успокаивалось.

Он стоял там довольно долго, пока это чувство не покинуло его. Он вдруг услышал урчание в желудке и горько улыбнулся. С той поры, как он был заперт на горе Кунсан, он очень быстро становился голодным. Но если еда у него еще была, питьевая вода уже почти закончилась.

Дан Сайон посмотрел вокруг, его взгляд остановился на странных высоких деревьях. Он поднялся в воздух и сорвал несколько необычных фруктов с этих деревьев.

Он не ожидал, что скорлупа плодов окажется такой твердой. Когда же он все-таки разломал скорлупу об камень, оттуда потек белый сок. Дан Сайон быстро выпил его, и хотя он был немного горьким, было очень вкусно.

Так Дан Сайон немного перекусил экзотическим фруктом, и, поскольку небо уже потемнело, он собирался продолжить путешествие завтра.

На небе стали появляться звезды, ветер с моря стал холоднее. Дан Сайон нахмурился, подошел ближе к лесу, но, немного поколебавшись, не стал в него заходить. Он нашел место рядом с тропическим лесом, чтобы спрятаться от ветра и лег на землю.

Он проспал целый день, поэтому сейчас не мог уснуть. Он ворочался на земле, и в его голове снова появилась сцена разговора с Жень Ваном в тот день, в придорожной чайной.

Он снял черную палку с пояса. Зеленый свет сверкнул, отражая сияние звезд. Красные прожилки, казалось, были настоящими венами, по которым струилась свежая кровь.

Может быть это, как говорил Жень Ван, моя кровь?

Дан Сайон про себя пробормотал эти слова, мысли его спутались. Он отчетливо вспомнил, что в тот день в древней долине, когда Зловещая сфера выпила почти всю его кровь через ладонь...

Дан Сайон вздрогнул и потряс головой, он не был готов сейчас копаться в прошлом.

Но этот эспер все еще был перед ним, и даже это прохладное ощущение было таким знакомым, словно это уже была часть его самого.

В тот день, хоть он и поспорил с Жень Ваном на счет своего эспера, он до конца не был уверен в своей правоте.

В конце концов, он был учеником Пути Света. И ему было очень сложно принять тот факт, что его эспер – злобный артефакт Малеуса.

Подумав об этом, он снова взглянул на черную палку. Глядя на красные прожилки он вдруг задумался, как много жизней забрал этот страшный эспер?

В этой крови, должно быть, прячутся все убитые призраки!

Он вздрогнул.

Но тут вдруг Дан Сайон вспомнил еще кое-что. Что если Жень Ван был прав на счет древнего меча «Карающего богов», который хранится на горе Айне, на Пике Вдовы, что тогда?

И то самое Добро и Зло, о которых мастер и братья говорили ему, существуют ли они в неизменном виде?

В его голове вдруг возникла мысль, которая никогда раньше его не посещала: Кто сказал, что Путь Света – это истинное Добро?

Дан Сайон, только подумав об этом, вскочил на ноги и с силой ударил себя по лицу.

Он ударил себя и закричал: «Ублюдок, ничтожество, откуда у тебя возникла такая предательская мысль!»

Том 6. Глава 5. Разбитое сердце. Часть 1.

Ударив себя по лицу, Дан Сайон так и остался стоять, тяжело дыша. Через некоторое время его мысли успокоились, он покачал головой и горько улыбнулся. Потом сказал, обращаясь к самому себе: «Дан Сайон, Дан Сайон... что ты за никчемный ученик Айне, как ты можешь усомниться в справедливости своих предков? Ты даже собственное мнение не можешь защитить... Айне существует уже две тысячи лет, весь мир почитает наш клан, конечно же, это и есть Добро, тут и сомневаться не в чем...»

Когда он так подумал, его разум успокоился. И хотя это было просто самовнушение, оно сработало. И он снова спокойно улегся на землю, больше не задумываясь над этим.

Но как только он удобно устроился на песке, резкий свист пронзил спокойную ночь вокруг и звуки острова потерялись где-то вдали.

Дан Сайон вскочил на ноги, поднял голову и увидел, что в ночном небе, словно метеоры, летят светящиеся вспышки, прямо через все небо. Одна из вспышек была белой, за ней летели сразу несколько – красная, желтая и снова белая.

Дан Сайон понял, что это сражение в небе. Очевидно, человек впереди пытался скрыться от тех, кто его догонял.

В таком месте не должно было быть никого, кроме учеников магических школ. Наверняка это битва между Малеусом и Силами Света. Дан Сайон искал их уже десять дней. Он заволновался, когда понял, что одна из сторон – точно из школ Света, и не стал долго раздумывать. Он достал черную палку и поднялся в воздух.

Он летел с помощью черной палки, быстро перемещаясь по воздуху. Но люди в небе были явно не готовы к тому, что на острове кто-то окажется. Тот, кто убегал, решил, что это тоже за ним, а те, кто догонял, подумали, что это ловушка. Обе стороны что-то прокричали, белый свет впереди развернулся, остальные тоже притормозили, и все четверо напали на Дан Сайона.

Дан Сайон очень удивился такому повороту событий, он был окружен, эсперы были слишком быстрыми, и он не успел ничего объяснить. Он остановился в воздухе и полетел вниз.

***

Четверо людей были, очевидно, не так просты, они очень быстро поняли, что произошло. Их эсперы замедлились и последовали за Дан Сайоном, они не собирались позволить ему уйти. Но обе стороны были немного озадачены тем, что их враг тоже вдруг решил убить непрошенного гостя.

Несчастный Дан Сайон был неправильно понят, четыре эспера летели вслед за ним, и малейшая ошибка привела бы к тому, что он бы превратился в тысячу маленьких Дан Сайонов. Он понимал, что выхода нет. Он развернулся в падении, увидел, что эсперы приближаются со скоростью молнии, вскрикнул и выставил вперед черную палку. Сверкнул зеленый свет, черная палка заблокировала удар.

«Бах!» громкий взрыв пронесся по морю. Четыре огня отлетели назад, Дан Сайон вместе с черной палкой тяжело упал с неба в воду. Раздался всплеск, брызги поднялись высоко в воздух.

По поверхности воды пошла рябь, четверо людей зависли в воздухе, беглец больше не убегал, погоня больше не догоняла, они лишь остановились там, чувствуя, что что-то было не так.

Через некоторое время на поверхность воды медленно всплыло тело, руки и ноги были разведены в стороны, он был без сознания. Четверо людей в небе приблизились, одновременно косясь друг на друга, и когда они подлетели ближе, при свете звезд они смогли разглядеть лицо человека на воде.

«Сяо Фань!»

Один и тот же крик прозвучал с обеих сторон.

***

Лежа в холодной морской воде, Дан Сайон подумал, что он все еще в Бессердечном Море в Пучине Покинутых Душ, под землей. Но почему тогда в небе сияли звезды?

Он потряс головой и к нему вернулось сознание. Оказывается, он лежал на песке, а неподалеку стояли четверо людей. С одной стороны стояла девушка в зеленом платье, с другой – двое мужчин и одна девушка, и судя по их одеяниям, они были из Айне.

Дан Сайон повернулся к двум мужчинам и девушке. Мужчин он знал – это были его братья Ксавьн и Амандла. А девушка...

Его кровь вдруг закипела, когда он увидел ее, в красном платье. В голове зазвенел колокол, и он закричал: «Сестра!»

Девушка в красном услышала его и с улыбкой развернулась. Казалось, на пустынном острове краски ночи стали ярче. «Глупый братец, я знала, что ты так просто не сдашься!»

Какими словами можно было описать его радость? В голове Дан Сайона пронеслась тысяча слов, тысяча мыслей, он вспоминал все ужасы, которые ему пришлось пережить, все словно вернулось вновь. Глядя на эту прекрасную улыбающуюся девушку, он вдруг ощутил, что его сердце наполнилось слезами, соленая вода потекла из глаз.

Сестра, сестра, сестра! Его сердце без остановки повторяло это слово, много, много раз. Сейчас, когда она появилась перед ним, он не мог видеть больше ничего вокруг.

В это время рядом прозвучал гневный голос: «Дан Сайон, вот подлец, даже не посмотрел на меня!»

Дан Сайон очень удивился этому. И не только он – Хиди и его братья тоже были поражены. Он развернулся и чуть не потерял сознание снова.

Лунный свет и звезды холодно освещали песчаный пляж одинокого острова. Девушка в зеленом платье, с раздражением на лице, яркие глаза гневно смотрели на Дан Сайона. Неужели это была Лазурия?

Дан Сайон занервничал, когда увидел ее. Его язык стал заплетаться, он пробормотал: «Почему... что ты тут делаешь?»

Лазурия отвернулась от него и не ответила. Ее глаза обратились к очаровательному лицу Хиди, огонь разгорелся в ее сердце.

Той ночью Лазурия с женщиной в черном покинули Морское облако в Чан Хэ, чтобы встретиться с отцом за пределами города, и затем отправиться на Гору Вздымающихся Волн. Там к ним должны были присоединиться остальные, чтобы приготовиться к кое-какому важному событию на Горе... Но ученики школ Света отправились туда в то же время, и обе стороны сражались друг с другом уже несколько дней.

Лазурия подсчитала дни и решила, что Дан Сайон уже тоже должен был прибыть на Гору Вздымающихся Волн. После того, что они пережили вместе в Пещере Кровавых Брызг, и еще нескольких приключений в пути, Лазурия чувствовала странную привязанность к этому ученику Айне. Сегодня она не сдержалась и решила увидеться с Дан Сайоном снова. И так она сбежала от своих, обнаружила расположение учеников Айне, но так и не нашла Дан Сайона, зато ее заметили Хиди и остальные.

На самом деле Дан Сайон уже должен был прилететь на Гору Вздымающихся Волн. Но никто и подумать не мог, что он вдруг заблудится в Восточом Море и опоздает на несколько дней.

Сегодня Лазурия неожиданно нашла Дан Сайона на этом острове, она очень обрадовалась этому, и очень сожалела, что от неожиданности напала на него в воздухе.

Том 6. Глава 5. Разбитое сердце. Часть 2.

Но когда Дан Сайон очнулся, еще до того, как Лазурия успела поинтересоваться, не ранен ли он, этот нахал отвлекся на свою распрекрасную сестру, с таким видом, как будто забыл самого себя. Лазурия сердилась все сильнее, она больше не чувствовала себя виноватой, она желала лишь схватить этого подлого мальчишку и как следует его проучить!

Дан Сайон посмотрел на сердитое лицо Лазурии, затем развернулся к сестре Лин Эр и увидел, что сестра и братья озадачены происходящим, их глаза широко раскрылись.

Он лежал между ними, и очень хотел все объяснить своим братьям и сестре, но слов не находил. Он развернулся к Лазурии, увидел ее гневное лицо, хотел что-то сказать ей, но в его груди вдруг что-то больно шевельнулось и он выплюнул фонтан крови.

«Ах!» одновременно вскрикнули Лазурия и Хиди.

С Дан Сайоном не было ничего серьезного, дело в том, что он получил удар четырех эсперов, и хотя его защищали Глубокая Мудрость и Чистая Сущность, уровень Ксавьона и остальных все равно был намного выше его собственного. Даже не смотря на то, что они все-таки почуяли неладное и отозвали свои эсперы, его отбросило вниз ударной волной. К счастью, под ним было море. Если бы он упал на землю, то сильно бы пострадал.

Грудь Дан Сайона была уже почти в порядке, но из-за такой неловкой ситуации его кровь закипела и выплеснулась наружу. Это было просто остаточное явление, ничего серьезного.

Но Хиди и остальные не могли знать этого. Сестра Лин Эр была его близким другом с самого детства, конечно же, она немедленно бросилась к нему. Но как только она пошевелилась, девушка из клана Малеуса напротив тоже побежала к Дан Сайону с беспокойным лицом.

Хиди была девушкой, и она поняла, в чем тут дело, поэтому немного притормозила. Но Ксавьон и Амандла решили, что враг пытается напасть на брата Чжана, когда тот уже поранен. Ксавьон вскрикнул, его меч «Десять тигров» сверкнул и полетел к Лазурии.

Лазурия волновалась за Дан Сайона, но тот здоровяк вдруг напал на нее, и она очень разозлилась. Однако, сила его меча была очень велика, Лазурия подпрыгнула и превратилась в зеленую вспышку, через секунду она увернулась от летящего в нее меча, но как только она отлетела на один ярд, перед ней сверкнул белый свет, и к ней полетел странный эспер кубической формы...

Лазурия не могла четко разглядеть, что это было, поэтому она не стала ударять. Она застыла в воздухе, ее правая рука сделала взмах в воздухе, и между пальцами появился белый цветок. Это был ее эспер, Цветок Печали.

Цветок, следуя воле Лазурии, поднялся в воздух и заблокировал странный эспер. Лазурия, наконец, поняла, что это было, и ее чувства разделились на гнев и удивление. Это был куб с шестью гранями, на каждой грани была выгравирована цифра. Это были игральные кости! Она даже не могла представить, что в мире бывают такие странные эсперы.

Белый свет Цветка Печали отбросил эспер Амандлы на ярд назад. Уровня Амандлы недоставало, чтобы сражаться с Лазурией. И хотя он был не так силен, как Ксавьон, ума ему все же было не занимать. Он увидел, что его уровня не хватает, поэтому призвал еще две игральные кости, чтобы отвлечь Лазурию.

Три куба нападали сверху, снизу, слева и справа, и хотя они не могли преодолеть ауру Цветка Печали, Лазурия не могла от них избавиться и на несколько секунд замешкалась. Ксавьон уже летел прямо к ней.

Лазурия уже успела понять, что уровень Ксавьона довольно высок, и если бы она сражалась с ним один на один, она бы могла и проиграть. Плюс ко всему, сейчас с ним был этот надоедливый мальчишка, и еще эта «сестра Лин Эор», о которой все время говорил Дан Сайон... Лазурия поняла, что сейчас она в плачевном положении против них троих. Она взглянула на Дан Сайона и про себя подумала: «Глупый нахальный мальчишка! Это все из-за тебя...»

Ксавьон летел прямо на нее, но вдруг эта девушка отлетела назад, цветок в ее руке превратился в тысячу лепестков, они закрыли небо белым сиянием. Ксавьон удивился, и сразу же сфокусировался на защите. Но это был лишь трюк, Лазурия отвлекла его внимание, поднялась в воздух и улетела.

Ксавьон хотел, было, броситься за ней, но Амандла и Хиди прокричали: «Большой брат, оставь ее!»

Ксавьон все понял, вернул себе меч и вместе со всеми полетел к Дан Сайону.

***

Гора Вздымающихся волн находилась на огромном острове, который занимал очень большую площадь. По размерам это был самый большой остров в Восточном море. Но это место было очень далеким от берега и здесь не обитали люди. Так что эта гора была не так известна, как другие горы Восточного моря – «Гора Пэнлай» и «Остров Яма».

Но сейчас на Горе Вздымающихся Волн было очень многолюдно. В последнее время кланы Малеуса словно что-то искали на этом острове, и хотя разброс гор был очень велик, ученики школ Света и Тьмы летали с очень большой скоростью и часто наталкивались друг на друга. Обе стороны жутко ненавидели друг друга и постоянно выхватывали свои эсперы, едва различив, кто им попался, вступая в битву прямо в воздухе. Оказавшиеся неподалеку союзники с обеих сторон подключались к сватке, и это превращалось в настоящее столкновение. Бесчисленное множество светящихся эсперов все время летало в небе над Горой Вздымающихся Волн.

За несколько дней обе стороны понесли потери, были разрушены маленькие холмы и большие горы.

В ту ночь, когда Дан Сайон объединился с Хиди и остальными, они, наконец, привели его на Гору Вздымающихся Волн, и он смог увидеться с Тянь Болисом и Сурин.

Малеус набирал силу с ужасающей быстротой. Очень много старых врагов появились снова, и новых лиц тоже было немало, уровень новичков был также очень высок. Было ясно совершенно точно – Малеус планировал что-то сотворить на протяжении последних нескольких лет.

Враги было очень сильны, но силы Света не собирались сдаваться. После того, как глава Айне мастер Шен Доул посовещался с главами Тайо и Скайи, они отправили учеников Пика Головы Дракона, Восходящего Солнца, Бамбука и Большого Бамбука, во главе с мастером Васп Каелом и Тянь Болисом, при поддержке еще нескольких старейшин Айне на Гору Вздымающихся Волн, где десятки учеников Айне должны были встретиться с учениками Скайи и Тайо.

Когда Тянь Болис увидел Дан Сайона, он замер от удивления, и хотя он был очень обрадован, сдержал это в себе. Сурин, в отличие от мужа, не стала прятать эмоции, она радостно улыбнулась, обняла Дан Сайона и начал расспрашивать его обо всем.

Дан Сайон едва сдержал слезы, когда увидел Ши Ньян, и вкратце рассказал, что с ним случилось. Но он не стал ничего рассказывать о Лазурии и Пещере Кровавых Брызг, только сказал, что был заперт внутри горы несколько дней, а потом случайно нашел секретный путь наверх.

Все были просто поражены этой истории чудесного спасения от смерти. Из учеников Пика Бамбука, Ксавьон, Хэ Дажчи, Амандла и Хиди прибыли на Гору. От них Дан Сайон узнал, что восемь из девяти человек, которые были с ним в Пещере Летучих Мышей, а именно – брат Фасян и Фашань из Скайи, Ли Синь и Янна из Тайо, Исса и Коверн – были в порядке.

Единственной, кто подвергся риску, была Анан, которая упала в Пучину Покинутых Душ вместе с Дан Сайоном. Она была отравлена красноглазым монстром, и ранена призраками и деревом-оборотнем, затем ее смыло огромной волной, которую подняла Глубинная Гадюка, древний ужасный демон. Анан потеряла сознание тогда, но, благодаря защитной ауре Ориханка, она осталась жива, и Коверн вместе с остальными смогли отыскать ее в Пучине Покинутых Душ. Призраки едва не высосали из нее все силы, но ее удалось спасти.

Когда Анан пришла в себя, она все время твердила, что Дан Сайон жив и он находится в Пучине. Но после нескольких дней поиски не увенчались успехом. Анан все еще была тяжело ранена, яд не полностью покинул ее тело, но она настаивала на продолжении поисков. Через несколько дней ее тело просто отказалось двигаться. Поэтому они прекратили искать и вернули Анан на гору Айне, чтобы она не рисковала жизнью.

Сейчас, когда клан Айне направился на восток, все знакомые Дан Сайона были здесь, кроме Иссы.

Хиди хихикнула: «Если сестрица Анан узнает, что ты выжил, она, должно быть, упадет в обморок от счастья! Ты бы видел ее лицо, когда она не смогла отыскать тебя...»

Том 6. Глава 5. Разбитое сердце. Часть 3.

Дан Сайон замер, в его памяти всплыло прекрасное лицо Анан. Он помнил, что она много раз спасала его в Пучине Покинутых Душ, и был очень благодарен ей. Он рассеянно произнес: «Сестра Лу ведь тоже ученик Айне, конечно, она...» затем он запнулся, словно вспомнил что-то, и спросил Хиди: «Сестра, но ведь тебя там не было, откуда ты знаешь, что сестра Лу волновалась?»

Хиди высунула язык и состроила рожицу, затем улыбнулась: «Мне сказал брат Коверн».

Дан Сайон замер, его сердце, загоревшееся, когда он увидел ее улыбку, вдруг похолодело.

***

На следующий день между Светом и Тьмой снова вспыхнул конфликт.

Во время стычки монахи Скайи вздыхали каждый раз, когда видели, что страдают дикие животные и растения, поэтому они читали Посмертную Сутру, затем молились Амитабхе, призывали свои эсперы и снова нападали на людей Малеуса. Враги уворачивались от ударов, следовал мощный взрыв, и снова какой-нибудь маленький холм был разрушен, было уничтожено еще больше живых существ, и монахи повторяли Посмертную Сутру сначала.

«Эй, лысая башка! Когда ты уже заткнешься и будешь драться? Ты весь день бормочешь эти дурацкие заклинания, они мне до смерти надоели, так же как и ты сам!»

«Амитабха, Синистра. На твоей совести очень много грехов. Если ты не раскаешься сейчас, то навеки погрузишься в гиену огненную...»

«Чушь! Лысая башка, а лысая башка, ты до сих пор служишь своему богу? Как же ты мне надоел! Давай, бей прямо в лицо!»

«.....»

Дан Сайону этот голос показался знакомым. Он развернулся и увидел, что это был тот самый странный человек по имени Синистра, которого он встречал раньше в Пещере Летучих Мышей. В тот момент он стоял впереди всех учеников Малеуса и гневно ругал монахов Скайи на чем свет стоит. Большой Ниан, Лин Фэн, Ли Гао и та молодая женщина тоже были здесь, среди учеников Малеуса.

Дан Сайон был удивлен тем, что они все присутствовали здесь, затем кто-то проговорил рядом с ним приветствие буддистов: «Амитабха, приветствую брата Чжана!»

Дан Сайон развернулся и увидел, что это были братья Фасян и Фашань из Скайи. Среди тех, кто был с ним на горе Кунсан, эти двое всегда были самыми дружелюбными. Особенно Фасян, который вообще очень хорошо относился к Дан Сайону, как будто заботился о нем больше остальных. От Хиди Дан Сайон узнал, что хотя это именно Фасян принял решение покинуть гору Кунсан, несмотря на протесты Анан, тем не менее – печаль на его лице была неподдельной.

Дан Сайон был очень тронут, когда узнал об этом, и сейчас, когда он увидел Фасяна и Фашаня, он их поприветствовал: «Очень рад видеть братьев из Скайи!»

Фасян внимательно посмотрел на него, глубоко вздохнул и улыбнулся: «В древности люди говорили – Хороший человек благословлен небесами. Сейчас я верю в это. Брат Чжан смог спастись из такой передряги, достойно похвалы, вы очень удачливы».

Здоровяк Фашань стоял рядом с Фасяном, который был ниже ростом, он сказал своим басовитым голосом: «Брат Чжан отмечен небесами!»

Дан Сайон поблагодарил монахов: «Спасибо вам, братья».

Фасян с улыбкой кивнул, посмотрел на сцену битвы, где Синистра уже начал сражаться с монахами Скайи, затем пожал плечом и сказал: «Давайте поговорим в другой раз, в более мирной обстановке».

Дан Сайон быстро кивнул: «Хорошо».

Фасян отошел на пару шагов, затем развернулся и улыбнулся Дан Сайону. «Брат Чжан, вы должны непременно увидеться с госпожой Лу, Анан из вашей школы. Она очень беспокоилась о тебе!» С многозначительным взглядом он улыбнулся Фашаню, и они ушли прочь.

Дан Сайон замер, затем развернулся и посмотрел в сторону учеников Большого Бамбука. Мастер Шуй Юэ не прилетела со своими учениками, сейчас в качестве главы этого дома здесь была сестра Баако, и все они стояли рядом с мастерами Тянь Болисом и Васп Каелом, выслушивая приказы. Анан тоже стояла среди них.

Он не видел ее целый месяц. Казалось, Анан похудела, возможно, из-за ранений. Но Дан Сайон все еще мог почувствовать естественную красоту и величие этой девушки. Даже если она похудела, она была как холодная снежинка на цветущей лилии, одинокая, но прекрасная и элегантная.

Ученицы Пика Большого Бамбука были самыми красивыми девушками здесь, и они привлекали к себе много внимания. Кроме старых монахов Скайи, мужчины Айне и Тайо часто любовались ими, и Анан притягивала больше всех взглядов. Однако сейчас Анан была как всегда холодна, и когда ее глаза оглядели толпу и остановились на Дан Сайоне, она на секунду замерла, затем отвернулась без всяких эмоций на лице.

Дан Сайон был немного расстроен в душе, хоть ему и было, чему порадоваться – он уже начал снова побаиваться эту девушку, и когда она проигнорировала его, он расслабился. Через секунду все его внимание привлекла Хиди, которая радостно засмеялась, и он больше не смотрел ни на кого вокруг.