45. Последний
— Ну, вот мы и пришли, — сказал Охотник натянуто бодро. Его привычная улыбка приклеилась к лицу. Он вдохнул полной грудью. — В Город...
Тихо кряхтя, Охотник сел, снял свою заплечную сумку, достал из нее флягу с последней водой, наполнил ею свою жестяную тарелку, достал предмет, который он упорно называл одеялом, и расстелил рядом с собой.
— Иди сюда, — он похлопал по одеялу.
Медленно, очень медленно к нему приковылял Щенок. Он был грязный и держал одну лапу на весу. Ребра виднелись сквозь спутанную шкуру. Уши так никогда и не встали. Он потоптался рядом с одеялом, но все-таки ступил на него, потом еще, пока не подошел к воде. Там он лег и просто опустил морду в тарелку, пуская пузырьки.
— Устал? — добродушно поинтересовался Охотник. Его глаза уже почти не мерцали. Зато мерцало серое небо над головой. Он поглаживал жадно пьющего Щенка. — Ну ничего... ничего... мы уже пришли.
Охотник снова закопался в свою сумку. Достал запечатанную баночку белого грима. Достал новенькую сложенную льняную рубаху, положил рядом с собой и Щенком. Посмотрел в небо, улыбнулся, прислонился к надгробию, закрыл глаза.
— Мы в Городе.
Он откинулся на надгробие, с которого на него печально взирал каменный ангел. Закрыл глаза.
И наконец-то уснул.