I-Алек
- Я знаю, что нравлюсь тебе.
Алек проснулся в холодном поту. Тяжело дыша, он прикоснулся к лицу, медленно протер глаза. Потянувшись к ночнику, зажег свет. Тот залил комнату, но перед глазами нефилима до сих пор стояло полное презрения и отчуждения лицо парабатая. То, чего он больше всего боялся. Этот кошмар приходил ему не раз, лишь с той разницей, что иногда ему являлись родители, готовые отречься от сына, или Макс, еще больше разочаровавшийся в брате. Но хуже всего был Джейс. Именно его красивое лицо, перекошенное от омерзения, разрушало Алека.
Не в силах лечь спать без видения этого ужасного сна, Лайтвуд надел темные джинсы и накинул куртку прямо поверх мятой футболки. Парень решил не пользоваться стандартным выходом, дабы не встретить по пути Черча. Всем известно, если знает Черч - знает и Ходж. Поэтому он распахнул большое окно, ведущее в сад. Набрав полные легкие ночного воздуха, Алек ступил на подоконник и бросился во тьму.
Уже очень давно они с Джейсом придумали безопасный спуск с верхних этажей Института, и тотчас Лайтвуд оказался на земле. Холодный ветер пронизывал до костей, и, нанеся на запястье руну, он быстро согрелся. Прогулка предстояла долгая - еще только середина ночи. Джейс обычно укрощал свой нрав в кабацких драках с Нежитью, Алек же просто бесцельно бродил по улицам. Вот и сейчас, обходя институтский сад, он заставлял себя успокоиться.
Мысль о том, что он как-то отличается ото всех, пришла к нему лет в тринадцать. Они с Джейсом уже тогда все делали вместе: тренировались, подшучивали над Иззи, - в целом, абсолютно все. Однажды он подсмотрел, как Джейс в одиночестве метает ножи. И всегда попадает в цель. Двигаясь с кошачьей грацией, в идеале владея своим телом, он был неподражаем. Вот тогда-то, именно в тот момент Алека захлестнуло невиданное раннее чувство. Оно напугало мальчишку. Лайтвуд не понимал, кто он и что с ним не так. Несколько недель он избегал смотреть Джейсу в глаза.
К пятнадцатилетию, к приношению парабатайской клятвы, Алек надеялся, что погреб это далеко вглубь. Та церемония, в некотором роде, принесла ему облегчение. Между парабатаями не может быть романтической связи. Но чувства никуда не делись.
Слоняясь под окнами Института, парень думал. У сумеречных охотников все быстро: они борются молодыми, женятся молодыми, умирают молодыми. Он всегда понимал, что, скорее всего, родители найдут ему выгодную невесту-нефилимку, а о его мнении никто и не спросит. Он свыкся с этим. И никогда не думал иначе, ведь его чувства к собственному парабатаю.. пугающие. Неправильные. Презренные. Этого никогда не примут, не поймут.. Нет, он возьмет в жены какую-нибудь охотницу, и никто ничего не узнает.
Задребезжал рассвет. Алек посмотрел на светлеющее небо, оглядел сад. Вдруг в солнечных лучах он поймал блеск янтарных глаз. Подумав на кошку, нечаянно ступившую на территорию Института, нефилим не придал этому особого значения. И зашагал назад.
Сумеречные охотники не бесстрашны - это лишь маска. Они лишь очень хорошо умеют прятать свои страхи.
yj