Глава II
-Аэлита, доченька, ты собралась?-услышала я громкий крик мамы снизу.
-Да!-ответила я, с грустью смотря на свою старую комнату, в которой я жила восемнадцать лет.
Я буду скучать по этому полу, цвета молочного шоколада, по этому мягкому ковру и стенам, цвета ванильного пломбира. По этой мягкой кровати, цвета горячо любимого мной молочного шоколада и таким же шкафам: платяному и книжному, которые сейчас одиноко стояли возле левой стены.
Мне будет не хватать этого зеркала в побелённой, ветвистой раме и этого окна, от пола до потолка, занавешенного тонкой, белой тулью.
Эх. Как же я буду скучать....
В этом переезде меня радует только то, что мы переедем в поместья моей любимой покойной бабули, царство ей небесное, ведь когда-то, когда я была совсем-совсем маленькой я так часто посещала её, мне нравились тогда ласковые объятья и прекрасная улыбка, так похожая на мою, моей горячо любимой бабушки Анны.
Она являлась матерью моей мамы и я до сих пор в мельчайших деталях помню те моменты, проведённые на её коленях в её до безумия нежных объятиях.
В те моменты она рассказывала мне самые интересные истории о магии, о прошлом и ещё раз о магии. Бывало иногда, она даже говорила, что видела прошлое своими глазами и магию тоже.
И я ей верила, даже сейчас я продолжаю верить в те истории, я верила тогда каждому её слову и до сих пор верю.
По щекам поползли кристально-чистые слёзинки, которые я не сразу заметила.
Эти моменты я храню в себе до сих пор.
Как же это прекрасно.
Помнить и знать то, о чём не догадываются другие.
-Аэлита!-возмущённый отклик моего отца снизу.
Ой, что-то я слишком задумалась... Надо бы поскорее спускаться, пока меня не "съели" родители из-за того, что я слишком медленная.
Я быстро спустилась вниз, перепрыгивая аж через две ступеньки, и оказалась в горячих объятьях отца.
Я даже, знаете, перестала дышать, ведь так редко я чувствовала руки отца на талии.
Он либо меня игнорировал, либо избегал, либо задерживался на работе очень-очень долго.
Моей единственной поддержкой была бабушка (меня очень часто отдавали на попечение ей) до недавнего момента и мама в редких случаях.
Интересно, почему?
-Нам пора, доченька.-тихо прошептал отец на ухо, улыбнувшись.
И я растаяла.
Это так приятно ощущать поддержку отца, никогда прежде ведь я не ощущала её, вообще.
-Пойдёмте.-улыбнулась мама, выталкивая нас на улицу, где уже стояли все чемоданы, в том числе, мой и запирая дверь на ключ.
Единственное, что я уловила, это её печальный взгляд в сторону нашего маленького домика, окружённого со всех сторон зелёной стеной из живой изгороди, которая к тому же ещё и, кусаясь, царапалась.
Похоже, не я одна буду скучать по этому месту.
Отец отнёс чемоданы в машину и мы сели в неё, тронувшись в путь.
***
Мы ехали уже часа два.
За окном мелькали разнообразные пейзажи, начинаясь с вида на наш прекрасный город и заканчиваясь тёмным, мрачным лесом, по которому мы сейчас как раз таки едем.
Машина тряслась, потому что земли леса небезопасны для езды и, к тому же, здесь совершенно нет дорог.
Зато какой вид!
Вот вид воистину прекрасен.
Перед глазами мелькали разнообразные деревья: сосны, ёлки, даже пихты, берёзы, а также непонятного для меня рода деревья. Неба почти не было видно, лишь ярко-лазурный кусочек неба, совершенно нетронутый ни единым облачком, напоминал нам, что есть ещё какой-то мир, кроме леса.
Лес, действительно, был своеобразным мирком для меня со своими распорядками и правила.
В округе было темно, даже солнечные лучи, которые пробирались в глубину леса от неба, не спасали нас от блуждающей в округе темноты, хотя, дорога впереди была прекрасно видна и это большой, просто огромный плюс.
Блуждающая темнота не давала мне покоя.
Перед глазами мелькали картинки, которые повествовали о тех временах, когда эти самые гигантские сейчас деревья были совсем маленькие и никакого леса здесь и в помине не было.
Пару раз перед глазами я увидела мою родную бабушку Анну.
Она бормотала что-то себе под нос, из-за чего деревья становились чуть выше.
Слов я понять, да что там понять, даже уловить никак не смогла.
А потом перед глазами вспыхнул свет, такой яркий, что аж мои глаза ослепило.
Яркий всполох света исчез также быстро, как и появился, а перед глазами возникло двенадцать искорок разных цветов, в самом центре, прямо на уровне моей переносицы, очень ярко, намного ярче, чем остальные, сверкала самая призрачная искорка из всех, а около неё, с правой стороны, ни чем не уступая искорке посередине, другая искорка, цветом чуть ярче.
Но потом картинка стала блекнуть, а через секунду вовсе пропала.
Голова закружилась и перед глазами возникла темнота.
Последнее, что я услышала это негромкий голос, незнакомый мне, который ойкнул и нараспев произнёс:
"Алмаз!"
Прежде, чем провалиться в темноту после того, как я услышала этот голос, в голове проскользнула мысль:
"Фуф, хорошо, что мама этого не заметила!"