Синяя Фемона

Nightwish - The Islander

***

1611 год, Уэксфорд

Подростковый возраст со всеми вытекающими у меня начался позднее, чем у обычных людей. По человеческим меркам, мне тогда было около ста лет.

Нет, разумеется, все это время я изучала историю, языки, географию, арифметику и другие науки - Вера приложила немало усилий, чтобы я смогла адаптироваться в любой стране. Я прочла множество книг, отрывки из некоторых знала наизусть. Мне в принципе нравилось читать.

Также Вера преподавала мне магическое искусство, историю Низшей и Верховной канцелярии. В скрытом от глаз простого обывателя мире было столько своих тонкостей и законов, что человеческий мир казался мне чрезмерно скучным и незатейливым. И хотя вокруг происходили восстания, войны за землю и веру, все это вводило меня в ступор: люди порой сами не знали, чего хотели. Литрами лилась человеческая кровь, кровь обычных простолюдинов, а высшие мира сего отсиживались в стороне. Разумеется, не все, но большинство. Я пыталась понять людей, угадать их помыслы, но пришла к выводу, что это пустая трата времени - они сами иногда себя не понимают, куда уж мне?

Большую часть своего детства я провела на заброшенном маяке, где появилась на свет. Вера наложила на наше пристанище заклятие, отгоняющее людей. Для них это было просто разрушенное и пугающее место.

Общаться с людьми мне не позволялось, поскольку это было слишком опасно. Я росла медленнее, чем человеческие дети, хотя и превосходила их по уму и силе.

Пару раз я пыталась пробраться к городу, чтобы просто пообщаться с кем-то - мне было чрезмерно одиноко. Как и любому ребёнку, мне хотелось играть и веселиться. Однако на бледную девочку с черными волосами и нависающей на ярко-синие глаза челкой смотрели с опаской или, в лучшем случае, не замечали. Местные дети с рождения старались помогать родителям, имели грубую кожу на руках и обветренные лица. Я же была похожа на дочь аристократов со своей белоснежной кожей, хоть и носила обычное платье. В итоге так вышло, что с друзьями у меня не заладилось. И хотя Вера обучала меня манерам и этикету, научить меня заводить друзей в будущем у неё так и не вышло - я слишком привыкла быть одна.

К слову, мне нравилось жить с Верой. Даже когда она узнавала про мои вылазки, она никогда не ругалась. Ей достаточно было бросить на меня полный укора взгляд, и мне становилось стыдно.

Она хорошо заботилась обо мне. Вера откуда-то доставала еду, а также материалы для моего обучения - карты, книги и многое другое. Мы жили небогато, но вполне сносно.

Я уже не пыталась завести знакомства. Со временем я научилась быть сторонним наблюдателем. Я наблюдала за тем, как мои недавние сверстники женятся и выходят замуж, заводят детей, ведут хозяйство. Смотрела за тем, как преображается город, как стареют и умирают люди, сменяются времена года.

Я, в свою очередь, оставалась молодой, и в моей голове только копились вопросы, на многие из которых Вера не могла мне ответить.

Поэтому в один прекрасный день я решила, что пора бы мне покинуть старый маяк и попутешествовать одной. Согласитесь, что почти сто лет - вполне самостоятельный возраст?

Вера долго отказывалась, говорила, что обещала моим родителям быть со мной рядом до дня Обета, но до этого времени оставалось больше четырёхсот лет.

Разумеется, для меня это казалось безумием - жить как отшельник столько лет, не имея никакого опыта выживания в реальном мире.

Спустя бесчисленное количество споров и уговоров, Вера сдалась. Было решено, что через месяц я покину наше жилище.

***

Я путешествовала около пятидесяти лет, нигде не задерживаясь дольше, чем на год. На вид мне давали не больше двадцати, поэтому часто приходилось носить мужское платье - путешествовать молодой девушке в одиночестве считалось плохим тоном. Однако мне это даже нравилось, поскольку на мужчин смотрели иначе, они были свободнее в плане своих действий.

Мой угрюмый вид, нелюдимость и появившееся пристрастие к табаку и хорошей выпивке только добавляли моему образу правдоподобности. Никто никогда не ставил под сомнение мою гендерную принадлежность.

За все время своих скитаний по странам и городам я повидала немало волшебных существ, о которых ранее только читала на страницах книг, принесённых Верой в наш старый маяк. Меня забавляло то, как они филигранно вписываются в жизнь людей, перенимают их повадки и привычки. Кажется, не так уж у нас и мало общего.

Также было интересно наблюдать за ангелами и демонами, которые чувствовали моё присутствие и не могли идентифицировать, кто я.

Каждое магическое и волшебное существо, а также представители Канцелярий, издавали своеобразные вибрации. Чем сильнее и могущественнее существо - тем чётче ощущается исходящая от него вибрация. Обычные люди это не чувствуют, поэтому для нас это способ отличить своих. Разумеется, есть способы прикрыть вибрацию или сделать её тише, но я этим пользовалась крайне редко. Мне было на руку то, что меня боялись, а потому не трогали. Моя вибрация была яркой и мощной, к тому же почти никто никогда не встречал фемонов - для магического мира я была тем, с чем лучше не сталкиваться. Чем-то чужеродным и неестественным. А в волшебном мире чужаков не любили, здесь каждый должен был знать своё место.

Важно упомянуть, что фемоны редки не потому, что связей между ангелами и демонами практически не случается. Конечно, случаются. Иначе как бы на свет появился Дивный народец - фейри? Но подобные мне получаются только в том случае, если обе стороны... влюблены.

У представителей Канцелярий с таким понятием, как любовь, не задалось с начала времён: Создатель обрёк их истинно любить только один раз за жизнь. Наверное, это жестоко, поскольку даже с людьми обошлись полегче. Однако такова цена бессмертия. Каждый верховный или низший должен ценить этот дар и помнить о своём долге - о сохранении Равновесия.

Мои родители, видимо, позабыли о каком бы то ни было долге и вообще обо всем на свете. Хотя для меня до сих пор загадка, как они полюбили друг друга - Вера мне почти ничего не рассказывала.

Как бы то ни было, но в чем-то моя раса меня даже устраивала, по крайней мере, во время путешествия.

К сожалению, всему хорошему приходит конец - мне пришло письмо от Веры. В один прекрасный день оно просто материализовалось на письменном столе. Я в тот момент находилась на территории современной Италии - Тоскане - около полугода.

В письме Вера рассказала про то, что перебралась жить в Уэльс. Также попросила меня проведать её и рассказать про свои приключения.

В Тоскане меня ничто не держало, и вскоре я двинулась в путь.