Семейное дело

Ашера кольнула совесть. Он видел, что Зах устал, наверняка приехал после тяжёлого дня в офисе.

С другой стороны, Ашер не просил его приезжать. И зачем вообще лезть в его дела?

- Тебе нужны деньги? - спросил Зах.

Ашер мотнул головой и уже был готов покаяться, но следующая фраза Заха вмиг заставила передумать.

- Мог бы пойти работать.

- А ты мог бы заткнуться и не лезть, - резко ответил Ашер. - Тоже мне, защитник плесневелых фолиантов. Твоя так называемая семейная реликвия никому нафиг не сдалась.

Звезда на потолке продолжала оставаться мёртвой, и Ашер победно поднял палец, показывая на неё.

- Это говорит лишь о том, что ты веришь в свои слова, - спокойно ответил Зах. - Не значит, что это правда.

- Я знаю, что это правда.

На самом деле, Ашер не просто так взял первую попавшуюся книгу, а посоветовался с Кристианом, который в алхимии разбирался лучше всех в семьи. Он сказал, книга представляет скорее историческую ценность, всё в ней давно устарело, но в их библиотеке есть экземпляры и получше.

Ашер терпеть не мог копить хлам - но оправдываться перед старшим братом не желал, поэтому просто промолчал.

- Отец попросил тебя присматривать за домом, а не распродавать его каким-то проходимцам. Надо беречь своё наследие.

- И это говоришь ты? - Ашер как можно драматичнее изогнул бровь. - Ну-ка, напомни, кто решил расширяться и небольшое семейное дело превратить в бизнес? Ты договариваешься с инвесторами! О выходе на крупный рынок! С теми самыми свечами, в которых зелья по рецепту наших предков!

- Это прогресс. Мы живём в современном мире.

Ашер хмыкнул, наклонился вперёд и ткнул пальцем в книгу:

- А это тоже бизнес.

На самом деле, Ашер ничего не имел против идей Заха. Он соглашался, что быть средневековой аптекой в двадцать первом веке как минимум глупо. Большинство продаваемых ими вещей оставались обычными безделушками, перстни и необработанные камни, которые так хорошо смотрелись со строгими водолазками. Да, пришли из времён амулетов и магии, но лишь малую их толику и правда зачаровывали.

Настоящая магия ушла в частные заказы. Почему бы не делать деньги на красивых вещах?

Пожалуй, только к свечам Ашер испытывал смешанные чувства. Они действительно успокаивали и приносили удачу - потому что зелья, которые давали аромат, это делали. Простенькие, несложные, даже формулы не то чтобы скрывались от других Старых Семей.

Настоящие тайны оберегали.

Если Зах и отец решили так со свечами и безделушками, почему Ашер не может с книгой? Нет в ней никаких великих тайн! Только старые витиеватые слова, чаще всего расплывчатые - или расплывшиеся от времени. Книга выглядела внушительно, но представляла мало ценности.

Ашер помнил, как в детстве пропадал на кухне с бабушкой. На самом деле, пусть там и готовили еду, это был настоящий рабочий кабинет: множество трав сушилось под потолком, на нескольких плитах постоянно булькали зелья, а новые рецепты бабушка записывала в толстую тетрадь, которую сама разлиновала.

Вот её Ашер никогда бы не продал. Пусть там реально уникальные зелья перемежались с рецептами пирожков, а порой и с детскими картинками цветочков - это Ашер пытался зарисовать то, что видел.

Он до сих пор неплохо разбирался в травах, хотя предпочитал не рассказывать об этом. В конце концов, не так много толку, если отличаешь вербену от вереска, тем более, Ашер достаточно рано понял, что его больше тянет к хаосу и разрушению, а никак не к целительству.

По-настоящему разочаровал Ашера тот факт, что у него не оказалось ни малейшего таланта к зельям, как у бабушки. Он был из тех людей, кого лучше вообще не подпускать к плите: подгорал даже омлет. Что говорить о зельях! Бабушка умела на глаз определять, какую щепотку и чего нужно кинуть. Ашер даже по чёткому рецепту делал что-то, годившееся только вылить в раковину.

- Не расстраивайся, - говорила бабушка. - Твой талант в другом.

Ашеру тогда было лет пять, и он ужасно переживал, что никаких талантов у него вовсе нет. Такого никогда не случалось в Старых Семьях... по крайней мере, не было принято говорить. В конце концов, даже человек может сотворить магию, если будет следовать определённым действиям. Да, выйдет безыскусно, но выйдет.

Ашер жаждал настоящего таланта.

Старший брат в тот момент подолгу пропадал с отцом, они оба занимались артефактами. Родился младший, и мать была уверена, что, как и она, Кристиан будет провидцем - Ашер только потом понял, что это было не предвиденьем, а надеждой.

Ашер любил кухню бабушки, но ничего не мог сам. А ведь истинный талант обычно проявлялся в тот момент, когда ребёнок учился говорить! Ашер не только постоянно болтал, но умел и читать, и писать.

И всё.

Ему исполнилось семь, когда отца вызвали в школу: Дэнни Вулфман сломал ногу и утверждал, что это Ашер толкнул.

- Я ничего не делал! - кипятился Ашер. - Хотя он говнюк и заслуживает.

Отец отругал за использование нехороших слов и наказал сидением дома. Ашер пыхтел от возмущения и не стал рассказывать, как Дэнни постоянно его задирал из-за того, что Ашер невысокий и тощий. Ашер мог бы ответить, но и сам считал себя каким-то «не таким». Талантов-то у него не было. А к тому моменту даже у младшего брата обнаружились способности к алхимии.

Ашер тогда прорыдал всю ночь. Из-за несправедливости мира, из-за жалости к себе, из-за проклятого Дэнни Вулфмана. Утром тихо сидел у бабушки на кухне - может, она обратила внимание из-за того, что он молчал, хотя обычно не закрывал рот, или заметила заплаканное лицо, или просто оказалась самой проницательной в семье из-за истории с Дэнни.

Она села перед Ашером и спросила:

- Ты хотел, чтобы с этим мальчиком что-то случилось?

- Я ничего не делал!

- Ты хотел?

- Да...

- Он задирал тебя?

Ашер упрямо стиснул зубы, он не хотел, чтобы его жалели или считали неправильным, но на глазах выступили слёзы, и бабушка всё поняла. Она потрепала его по голове:

- Принесёшь свои школьные тетради? Особенно с тех предметов, где вы с Дэнни.

Ашер бездумно водил ручкой и черкал не только в её книге рецептов, но и в тетрадях. Он смущался этого, но бабушка нахмурилась и пошла к родителям.

- Вы сдурели, что ли?

Впервые Ашер видел проявления бабушкиного бурного ирландского нрава. Она положила тетрадь перед родителями и ткнула в каракули. Потом в другие, ещё в одни. Ашер не понимал, что происходит, но видел, как на лицах родителей появляется изумление.

В завершение бабушка показала рисунок на последней странице и с неимоверным удовлетворением сказала:

- Странно, что мальчик вообще школу не разнёс, с таким-то талантом к ритуалам, который никто не направлял.

Ашер прослушал про «разнёс», но заинтересовался талантом.

Оказалось, он умел творить ритуалы. Не только использовать окружающий мир, но обращаться к нему. Никто не знал, когда каракули превратились в знаки, но с тех пор Ашера обучал дед, который тоже играючи творил ритуалы.

Правда, он придумывал сложные, Ашеру же порой достаточно было пары действий. Говорили, это сильный талант.

С тех пор Ашер многому научился, но всегда помнил это ощущение ненормальности. Как никто не понял, что он может. Поэтому и подростком не считал нужным жить по чьим-то правилам - что эти правила ему дали?

И после... зачем соответствовать чьим-то ожиданиям, если в любом случае не сможешь? Уж лучше получать удовольствие.

А ещё Ашер никогда не забыл, что на самом-то деле именно он, его ритуал и правда столкнул Дэнни и сломал ему ногу.

- Ладно, - вздохнул Зах. - Подбросить тебя до дома?

Ашер пожал плечами и подхватил книгу, хотя ему было приятно, что брат не стал кидать его тут. Он заметил, как Зах возвращает перчатки на руки.

- Ты знаешь, что мог бы без них - проворчал Ашер.

- Это опасно.

- Зах, только ты сам веришь, что можешь принести кому-то смерть. Такой магии не бывает!

- Не будем рисковать.

Ашер закатил глаза:

- Ну, ты же веришь, что на семью это не работает? Можешь хотя бы сейчас снять.

Зах как будто замешкался, но потом улыбнулся и вправду снял перчатки.

Они шагали по невообразимо светлым коридорам выставочного центра, словно вынырнув из цыганской кибитки, которая полнилась магией, в современный мир. Хотя Ашер считал, что книга в его руках отлично себя чувствует и так.

- Убери её, - попросил Зах.

- Боишься, рабочие отнимут? Они бизнес-выставку готовят, а не алхимическую.

- Тут может быть кто-то из Старых Семей.

Ашер считал, что брат тот ещё параноик, но книгу всё-таки убрал в рюкзак.

Они подходили к машине Заха, когда у того зазвонил телефон. Он остановился ответить, Ашер не стал подслушивать и плюхнулся на пассажирское сидение. Отец пару раз дарил машину самому Ашеру, а потом отбирал из-за его выходок. Ну, Ашер соглашался, что в последний раз сильно переборщил - в конце концов, кто-то мог пострадать, не только дерево.

Порывшись в бардачке, Ашер с удовлетворением отыскал вишнёвые леденцы. Он их обожал! У бабушки на кухне всегда стояли такие в вазочки, у матери на столе тоже. Зах оставался равнодушен к сладкому, но знал, как любит конфеты брат.

Ашеру снова стало немного стыдно, и он торопливо сунул в рот леденец. Краем глаза заметил, как на сидении рядом устроился Зах, поговоривший по телефону. Его лицо не предвещало ничего хорошего.

- Что случилось? - насторожился Ашер.

- Это из академии Кристиана.

Ашер не стал спрашивать, почему позвонили Заху, а не родителям. Скорее всего, отец на очередном совещании, а мать занята в лавке.

- И что, наш младший братец-паинька наконец-то выбил первое в жизни окно? - преувеличенно бодро спросил Ашер.

Он прекрасно понимал, что звонить просто так не будут. Кристиану девятнадцать, он учится в колледже, который именует себя Академией искусств, и вполне может сам решать свои проблемы. Если только не случилось что-то из ряда вон выходящее.

- Он же в порядке? - тихо спросил Ашер.

Он почувствовал, как его мутит.

- Да, да, всё в порядке, - кивнул Зах. - Но его нашли ночью на крыше.

Кристиан жил прямо там, домой возвращался только на выходные. Ашер помнил здания: настоящая викторианская постройка.

- Он хотел... прыгнуть?

- Говорит, что нет и просто ходил во сне.

- Что тоже странно. С каких пор у него лунатизм?

- Ну, в детстве бывало.

- Лет десять назад? С чего сейчас?

- Давай просто его заберём. Или могу завести тебя домой, там подождёшь...

- Нет уж.

Ашер решительно пристегнул ремень безопасности, всем своим видом выражая готовность ехать как можно быстрее. Только когда машина прогревалась, он позволил себе косой взгляд на Заха:

- А если он... ну, правда хотел прыгнуть? Вдруг мы чего-то не знаем? Не заметили.

- Не говори ерунду, - Зах вздохнул. - Поэтому нам и стоит забрать его домой.