Глава 13
Годжо отодвинул сёдзиВ традиционной японской архитектуре — это дверь, окно или разделяющая внутреннее пространство жилища перегородка. тренировочного зала. Зашёл. В помещении, где полумрак размывал предметы в комнате, было двое. Оото-сенсей и Иэйри. Их тени танцевали на стенах, повторяя движения.
Сатору закрыл за собой дверь, снял обувь и прошёл в ту часть зала, где он может наблюдать за боем. Они сосредоточены друг на друге. Оото-сенсей выглядела расслабленной, Кумико же — напряжённой. Она внимательно следила за оппонентом. Девушка устала. Видно по сбившемуся дыханию, по движениям, что давались ей с определенным трудом. Сколько они тренируются, что Иэйри на грани, чтобы свалиться на татами?
У студентов часто проходят вечерние тренировки. Дневных не хватало, но всегда можно попросить о дополнительных, индивидуальных занятий. Студенты могут и сами заниматься тренировками друг с другом, отрабатывая техники и боевые навыки. Сатору тоже мог потренироваться с кем-то, например: Гето. Но ему нужен специалист, а Оото-сенсей хоть и строгая, но всегда помогает и доводит всё до идеала.
Ещё днём случайно Годжо встретился с ней. Он так и так хотел найти Оото-сенсей и попросил о вечерних тренировках, ему подфартило встретить её раньше. Женщина согласилась сразу. Сказала, что будет дотошной и требовать идеального результата. И когда Сатору дал согласие, Оото скомандовала, во сколько ему подойти, тут же уйдя по своим делам. Поэтому Сильнейший сидит в ожидании своей тренировки.
Мысль о дополнительных занятиях подтолкнула его на задание в Хирацука. Годжо понял, что вести себя опрометчиво не стоит. Конечно, ему не пришлось проливать свою кровь. Можно сказать, что проклятье само сдалось. Но на этот раз. Сатору знает, что такой случай один на миллион, поэтому ему стоит заняться собой, развить свои умения до максимума, довести технику до совершенства.
Годжо неотрывно смотрел на Иэйри. Она умело парировала выпады учителя, но девушка не доставала до уровня Оото-сенсей. Ей не хватает опыта. Кумико давно отработала движения. Не делает лишних шагов, и только отсутствие опыта вставляет ей палки в колёса. Сатору слышал, что Кумико овладела не одним боевым искусством. Слышать — это одно, а видеть и испытать на себе — совершенно другое. Как бы ни хотела его гордыня признавать, но Иэйри обошла его в боевых искусствах.
Сатору хоть и прогуливал занятия Оото-сенсей, но это не означало, что он не знает никаких техник в боевом искусстве. Его родители в детстве постарались дать как можно больше знаний. Поэтому Годжо не интересны занятия в Техникуме. Сатору ведь всё знает. Зачем ему ходить на скучные предметы? Но тогда почему он учится в Техникуме? Сильнейшим мог бы с легкостью обойти этот этап в жизни. Родители настояли. Они убеждены: чтобы вырасти достойным шаманом, нужно пройти всё, что даёт жизнь. Годжо утверждает, что это бред и лишняя трата времени.
Звуки соприкосновения тонфа— традиционное холодное оружие ударно-раздробляющего действия жителей острова Окинава. друг о друга создают определенный ритм, привлекая внимание. В голове Сатору оседает ритм. Из-за того, что Кумико сконцентрирована на учителе, Оото-сенсей решила воспользоваться этим и делает следующий выпад в сторону Годжо. Сможет ли Иэйри вовремя остановить её?
Годжо смог бы и сам себя защитить, установив поле бесконечности, но ему самому было интересно посмотреть, успеет ли Кумико что-то предпринять.
Иэйри разворачивается, поднимает ногу, чтобы удобно стартовать в нужное направление. Ставит ногу на татами, как вторая от напряжения скользит. Кумико упала. Оото остановилась и обернулась на звук. Девушка лежала лицом в пол, руки направлены в разные стороны, а ноги сплелись. Женщина взглянула черными маленькими глазками недовольно.
— На сегодня всё, — Оото-сенсей опустила руки. — Сходи в медпункт.
— Простите, — глухо произнесла Кумико и подняла голову, улыбаясь от неловкости. Кровь медленно спускалась.
Женщина покачала головой от досады, прошла мимо Иэйри.
По неизвестной причине Годжо не был удивлён случившемуся. От Кумико можно ожидать всё, что угодно. Перед ним лежит неуклюжая, нелепая и в какой-то степени смешная девчонка.
Голубые глаза столкнулись с её. В них отражались игривые огоньки свечей, что растворялись в радужках, как карамель в шоколаде. Красиво.
— Ты долго лежать собралась? Всё татами в крови испачкаешь, — возмутилась Оото-сенсей с другого конца зала.
— Ой, извините, — на щеках Кумико появился румянец. Она засмущалась. Сатору хорошо видел, как она растерялась.
— Годжо-кун, какие техники вы знаете в боевых искусствах? — спросила Оото, убирая холодное оружие на место.
Кумико вышла из зала, прежде чем услышала его ответ. Она дотронулась до дорожки крови. В носу неприятно щипало. А Иэйри и не заметила сразу. Нагло смотрела в его глаза, как и он в её. Она ждала встретить презрительный, насмешливый взгляд голубых очей, но встретила что-то другое. И сейчас Иэйри не могла дать ответ, что конкретно она увидела в глазах человека, что её ненавидит.
Шаманка опустила голову вниз. Капля крови тут же упала на школьную обувь.
— Точно, надо остановить кровь, — Иэйри двинулась в сторону огромного главного здания на территории.
Годжо замялся, не сразу сообразил ответить, пока строгий взгляд и приподнятая бровь не намекнули, что сенсей ждёт ответ.
— Абэ-рю Кэндо— классическое японское боевое искусство (корю), основанное в XVII веке мастером Абэ Ёрито., нидэн-рю— традиционная японская школа боевых искусств, включающая тайдзюцу, кобудзюцу, иайдзюцу.. Я давно не практиковался, поэтому...
— Посмотрим на практике, — перебила Оото. Она подошла к парню. Её маленькие глаза смотрели сурово. — Мне неинтересно, сколько времени ты не тренировался и почему... Результат моих тренировок. Вот что мне нужно. Но если я увижу, что ты начнёшь филонить, то забудь об индивидуальных занятиях.
Женщина отошла от него. Годы беспощадно добавляют ей морщины, но тело ещё в хорошей форме. Осанка Оото прямая, как будто вместо позвоночника палка. Её скорость, рефлексы и пластика прекрасно сохранились.
Но Годжо не был бы собой, если не вспомнил, кто он такой. Сильнейший. Поэтому...
— Не сомневайся во мне! Я одолею тебя быстрее, чем Иэйри, — с вызовом бросил юноша.
Годжо вспомнил проигрыш. Резонанс в себе он ощутил сильный. Да, он сильный в техниках, но в боевых искусствах не худший, но и не лучший. Сатору талантлив. Природа одарила его всем, чем могла: силой, красотой, гибким мышлением. Если парень приложит капельку усилий, то легко освоит что-то новое. И Оото знает об этом. Женщина наблюдательна и проницательна. От неё мало что можно скрыть.
— Не спиши с выводами, — Оото села на пол, сложив ноги в позе лотоса. — Когда победишь Иэйри сто раз, тогда-то я с тобой сражусь.
— Почему Иэйри? — Годжо изменил позу. Откинулся на стену зала, вытянув одну ногу вперёд, а другую согнул и положил руку.
— Вы можете друг у друга многому научиться.
— Хах, да? Не вижу в ней то, чему она может меня научить. Слабая девчонка. Не понимаю, почему ты так с ней таскаешься? Неужели Иэйри и правда чего-то стоит? –Сатору никогда не следил за манерами. Что ровесник, что старик. Для него они одинаковы. Обращаться, как принято, вежливо Годжо не будет. Пусть к нему все и обращаются так, но не он.
— Я про тебя так же могу сказать, — Оото вела спокойный диалог. — Ты зряч и слеп. Красивые глазки не смогли разглядеть силу, что таится в ней? Найди в ней потенциал, — женщина указала на глаза. Намёк Сильнейший понял.
— Я вас понял. В таком случае, может, ещё что-нибудь расскажете?
— Пожалуй, на этом всё, — на слова учителя Сатору громко хмыкнул. — Знания могут убить тебя. Узнаешь — молчи.
— Меня? — юноша задрал голову, смотря свысока. — Забыла, кто я? Напомнить?
— Не стоит. Я знаю, — в полумраке Оото-сенсей выглядела более устрашающе. Многие послушались бы, но Сатору не такой. Он всё равно найдёт правду, женщина видела в нём опасное любопытство, и если Годжо узнает, то для Иэйри закончится плохо. А может и нет.
— Скажешь?
— Нет.
Годжо и Оото прожигали друг в друге дыру. Оба остаются при своём, и каждый уверен, что кто-то сдастся. Сёдзи открылись, привлекая их внимание на входящего человека.
— Как себя чувствуешь? — спрашивает женщина.
— Нормально, — Иэйри сказала в нос. Она поставила аккуратно обувь. — Ничего серьёзного. Но стоит быть осторожнее.
На слова девушки Оото мотнула головой, соглашаясь с Иэйри. Кумико подошла к своим вещам, что лежали в противоположном углу от Оото и Годжо.
— Иэйри, подойди, — позвала женщина.
Кумико замешкалась. Занятие закончилось, а Оото-сенсей ведет диалог с Годжо, возможно, договариваются о тренировках. Так зачем женщина её позвала? Иэйри напряглась, когда кинула взгляд на светловолосого. Сатору смотрел на неё снизу с насмешкой, а вальяжная поза демонстрировала его превосходство над ней. Душа Иэйри неприятно встрепенулась при воспоминаниях, когда она была с ним наедине. Девушка отвела взгляд. Присела.
— Годжо нужен оппонент. И тебе тоже, Иэйри, — Оото встретила ошеломленный взгляд, продолжила. — Не знаю, что между вами случилось. Но в этих стенах вы будете тренироваться и только. Я не заставляю вас общаться. Практикуйтесь в боевых навыках, совершенствуйтесь.
— Извините, — подняла слегка руку Иэйри, привлекая внимания к себе. — Я отказываюсь.
— Причина.
Девушка молча опустила руку. Кумико разъедали негативные чувства к Годжо. Причины есть. Только Иэйри боялась, что Оото не воспримет их всерьёз. Поэтому брюнетка молчала. К тому же нелегко говорить под таким внимательным взглядом парня.
— Что-то случилось? — Оото очень проницательная. Она не упускает ни одной детали при общении с кем-то. Как и сейчас, сенсей видела, как колеблется Иэйри. Что-то точно случилось, хоть женщина и получила отрицательный ответ, но она продолжила играть незнающую и непонимающую. — Иэйри, тебе нужен опыт. Ты привыкла тренироваться со мной, поэтому ты стоишь на месте. Хочешь вырастить сильным шаманом? Тогда пользуйся любыми возможностями, чтобы достичь этого. Будь эгоистичной. Используй его.
— Я поняла вас, — шаманка ответила не сразу. Слова Оото-сенсей весили больше, чем её неприязнь с Годжо.
— С этого дня у вас общее дело. Совместные тренировки будут проходить по понедельникам и четвергам в этом зале. Касательно времени, то в пять часов вас устроит? — они дали положительный ответ. — Хорошо, теперь увидимся в четверг. Можете идти.
Иэйри вылетела из помещения первой. Чуть ли не на ходу надевая обувь. Она огорчена. Тренировки с ним?! С Годжо Сатору?! Девушка думала, что никогда судьба их не сведёт вместе. Иэйри ошиблась. Судьба, наоборот, пытается столкнуть их. Зачем? Брюнетке не нужно этого, она хочет спокойствие. Чтобы без всяких эмоциональных качелей. А Сатору мастак, чтобы устроить всё на высшем уровне. Кумико нужен совет, и она первым делом направляется к Танаке. Она сможет придумать, как пережить тренировки с Годжо.
— Значит, Оото-сенсей поставила вас в пару? — Танака говорила медленно, задумчиво. Она вытянула руку, чтобы оценить, как накрасила ноготь. Блики на бежевом цвете ложились ровно, красиво.
За двадцать минут пребывания в комнате Кобаяси Иэйри рассказала, что произошло. Успела выпустить пар, успокоиться и снова завестись. Бедный Сатору. От того, что его вспоминают, наверное, раз десять-пятнадцать чихнул. Кумико не останавливалась, продолжала говорить о нём, о его плохих качествах. Танака, прежде чем впустить подругу в комнату, хотела покрасить ногти. А за время рассказа она с половиной работой справилась.
— Да! Я не могу поверить. Мой мир рушится! Я чувствую, как он трещит по швам, — Иэйри растянулась на кровати Танаки. Голова свисала с края. Она смотрела на подругу верх ногами. Кобаяси сидела на полу. — Оото-сенсей не шутила. — Шаманка перевернулась на живот.
— Шутки — это не её конёк, — Танака внимательно посмотрела на ноготь, приблизив руку впритык к глазам, чтобы найти изъян и исправить. — Но разве Сатору так просто согласился?
— Не знаю. Не удивлюсь, что это Годжо попросил её, — Иэйри игралась с фантиком от конфетки, что только что съела, складывая в квадратики меньшего размера. — Я в жопе.
— И не поспоришь. — Кобаяси принялась красить следующий ноготь, так и не найдя ошибки в предыдущем. — Может, это к лучшему?
Иэйри ожидала чего угодно, но никак не «Может это к лучшему». Глаза округлились, а возмущение росло. Разве Танака не понимает её? Как Иэйри может находиться рядом с тем человеком, который ненавидит? Сатору унижал, издевался, насмехался. Кумико рассказала всё, что происходило на том задании. Кобаяси — единственный человек, что знает о ней многое. Даже больше, чем нужно.
— Что к лучшему? — Вопрос из уст Кумико прозвучал глухо.
— Ваши тренировки, — Танака перевела взгляд на Иэйри, что недоуменно смотрела на неё. — Сатору не ангел, мы с тобой это понимаем. Но как говорят: друзей держи близко, а врагов ещё ближе. Тем более, в боевом искусстве ты сильнее будешь. Чего так боишься? Это не тебе стоит бояться, а ему тебя.
— Легко тебе говорить! — вспылила Кумико, но тут же резко замолчала. В какой-то степени Танака права. Боевое искусство — эта её территория, где она сможет показать себя с лучшей стороны. Иэйри один раз побеждала его, что значит для Годжо, что ему придётся сильно попотеть. — Возможно, ты права.
— Угу, — кисточка аккуратно прошлась по ногтевой пластине. Танака сконцентрировалась.
— Но я всё равно в сомнениях.
Иэйри посмотрела на фантик в своих руках. За несколько минут он оказался не в лучшем виде: помятый, с прожилками на местах, где складывался. Девушка сравнила себя с ним. Кумико чувствовала себя так же. Она хмыкнула, привлекая внимание Танаки, но девушка ничего не сказала. Слова сейчас некстати. А что Кобаяси могла ещё сказать? Иэйри так и так продолжит чувствовать себя нехорошо. В такие моменты Кумико лучше оставить со своими мыслями. Хотя есть ещё один вариант. Отвлечь.
— Как вчерашнее свидание с Ю?
— Прогулка, не свидание, — подправила Иэйри.
— Для тебя прогулка, для него — свидание, — продолжила гнуть своё Кобаяси. Она знала, что молодой человек неровно дышит к её подруге не из-за глупых догадок. Исикава сказал Танаке сам. Разговор на щепетильную тему произошёл по желанию парня. Ю настолько отчаялся, что просил совета. — Почему ты его динамишь? Хороший парень, обходительный, добрый, красивый.
— Встречайся, — выпалила Кумико.
— Что? — удивленно вскинула брови Танака.
— Почему нет? Хороший парень, обходительный и красивый, — повторила слова подруги Иэйри.
Кобаяси недовольно цокнула.
— Не смешно.
— А я разве смеюсь? По-моему у тебя есть к нему чувства, раз так печёшься о нём. — Кумико встала с кровати, прошла до урны и выкинула замученный фантик.
— Ему нравлюсь не я, а ты. Ну почему ты не хочешь ответить ему взаимностью?
— Я знаю, что ему нравлюсь. — Иэйри осведомлена об этом. Поведение, отношение к ней. Всё говорит, кричит, что Исикава влюблен. Но он не тот, кто ей нужен. Кумико хотела бы ответить положительно, только девушка не может воспринимать его как парня. — Сердцу не прикажешь. Я воспринимаю его как друга. И только.
— А если он тебе предложит встречаться? Что будешь делать?
— Откажусь. Разве не очевидно? — Иэйри пошла в сторону двери. Разговор вышел не очень приятным. Кумико ждала поддержку от подруги, но получила недельные советы и дискуссию по поводу Ю. — Я к себе. Пока.
— Пока.
Иэйри аккуратно прикрыла за собой дверь. Изначально она собиралась вернуться в комнату, но мысли её задушат. Прогуляться по территории техникума, подышать свежим воздухом куда притягательнее, чем сидеть в коробке. Кумико предпочитала любое место в техникуме своей комнате. Идя к выходу, она думала, куда податься, и пришла к решению, что можно сходить на стадион.
Время восемь часов. Кумико устало взглянула в экран телефона. Звуки со стороны поля привлекли внимание девушки. Мальчишки кричали друг другу и просили передать пас. На улице темнело, но искусственное освещение компенсировало недостаток света. Сколько они ещё тут будут — без понятия. Но, наблюдая за шаманами, что так яро подражают жизни обычных людей, Иэйри всегда задаётся вопросом: «Зачем?». Ей сложно понять рвение многих её сверстников, сверстниц. Она знала, из-за чего. Кумико выросла в другой обстановке, там, где она выживала. Хоть часто она показывает себя веселой девочкой, но на душе всё иначе. Грех Иэйри — зависть. Брюнетка хочет на самом деле жить так, как человек, а не притворяться таковой.
И только рядом с ним она принимает другой образ. Чувствует себя голой, беззащитной, слабой, неспособной восьмилетней девочкой. Годжо выбивает любые мысли о том, какой она должна быть. Поэтому при его присутствии Кумико молчит. Слова, что сорвутся с её губ, будут направлены против неё. Хотя ему не стоит что-то произносить в её сторону. Выразительные глаза прекрасно передают враждебные помыслы.
Но сегодня в глазах цвета неба, граничащих с глыбами льда, отражались совершенно невраждебные чувства. Безразличие к её персоне — вот что отображалось в них. Но и это описание не подходит. Кумико не знала, какое конкретное слово стоит подобрать, чтобы описать на сто процентов, что увидела в них.
— Какого? — раздражённо спросила у себя Иэйри и ударила себя по голове. Какого чёрта она думала о нём? Рядом сидящие девушки странно покосились на неё. Кумико заметила это, неловко улыбнулась и попросила прощения. Чтобы не пугать присутствующих, поднялась с места и покинула трибуны. — Стоит вернуться в комнату.