Глава 80. Буду писать тебе письма, разумеется!
Пытался подслушать их разговор — они говорили слишком тихо. Хотел пойти с Антоном — он приказал ждать. Все что-то пытались скрыть от меня, отчего я метался от одного человека к другому. В концов все это мне надоело, и я угрюмо сидел на ступеньках.
Все это продлилось долго. Вечерами становилось все холоднее и холоднее, и я зашел в дом. Под звуки кузнечиков я погрузился в беспокойную дрему, совсем не замечая происходящее вокруг. Соня спустилась по лестнице, оглядела меня и вышла. Она еще вернулась несколько раз, а после удалилась на кухню.
Я бы проспал так до самого утра, если бы не раздался странный грохот на заднем дворике, напоминая собой что-то отдаленно похожее на гром. Чехов тут же стаскивает меня с дивана, неторопливо ведя за собой. Умный пес качает головой, будто бы обвиняя меня в чем-то. Как только дверь на зданий двор открывается, я понимаю причины негодования пса.
— Ага, щас! Дождешься ты у меня!! — Антон кричал не своим голосом, гневно бросая взгляды на окно Лизы. Рядом с ним лежал мангал, который и создал тот грохот.
— Эй-эй, что происходит? — Я пытаюсь вклиниться в его истерику.
— Да ты не знаешь что происходит, да? — Оборачивается он ко мне. — Да у нас тут одна умирать собралась! Знаешь, что она сказала, как только проснулась? "Уходите. Вы не должны этого видеть." Понимаете ли, у нее температура подскочила и все! Конец, да?
— Антон, хватит. Успокойся и просто дыши, — все мои попытки образумить его и заставить замолчать никак не действуют.
— Черт возьми! Умирать она тут собралась! Умирать... собралась...
От усталости парень сел на землю, тяжело дыша и протирая свое лицо. Нервы были на пределе у каждого, и если мне еще удавалось как-то держаться (из-за своей беспечности), то Антон, привыкший все продумывать наперед, просто сходил с ума. Давно я не видел живых эмоций этого парня. Вспышка гнева была вполне ожидаема.
— Не позволю... Нет... Пусть и не мечтает...
— Приди в себя, — трясу я его. — Своей истерикой только хуже делаешь.
— Да-да...
Мы с минуты молчим. Я оглядываю двор и вижу брошенный мангал, пакеты с едой и бутылки с газировкой.
— Что это ты затеял? — Спрашиваю я, замечая, как Соня подзывает меня рукой к себе.
Антон ничего не отвечает. Только встает на ноги и ставит мангал.
— Она хочет поговорить с тобой. — Приглушенно зазывает меня Соня. Я устало вздыхаю и иду за ней.
Поднимаюсь по лестнице как можно медленнее, желая оттянуть эти разговоры. Мне не хочется понимать того, что время на исходе. Не хочется представлять то, что скоро ее не станет на земле, и я останусь один. Без ее смеха, объятий, широкой улыбки...
Как только открываю дверь, вижу ее, в растерянности наблюдавшей за окном. Лиза сидела на полу, подогнув колени к груди, в полнейшей задумчивости. Даже мое появление никак не повлияло на нее, но я уверен, что она почувствовала мое присутствие.
— Как думаешь, он сильно злится? — Взволновано спрашивает она.
— Он уже остыл.
— Я так виновата перед ним...
Присаживаюсь напротив нее, разглядывая рисунки, что она прикрепила кнопками на стенах. Кажется, здесь было все. Начиная от портретов людей, заканчивая пейзажами местностей.
— Не понимаю, почему он так разозлился...
У меня не находится слов, чтобы ответить ей. Она видит мою отстраненность, чувствует мое желание сбежать от этой нагнетающей реальности.
— Шесть дней, да? — Я наконец-то поднимаю на нее взгляд. — Да... Шесть дней. И тогда придет черед осени... Ты уедешь в город, чтобы закончить одиннадцатый класс, а потом, в мае...
— Что? — Отрывисто спрашиваю я. — Я не собираюсь уезжать. Даже и не думай о том, что я оставлю тебя здесь, одну.
Лиза спокойно улыбается, качает головой. И я вновь чувствую, что она намного мудрее и умнее меня.Разумеется, Лиза все уже решила задолго до этого дня, но и я без споров не могу обойтись.
— Учеба — это важно. К тому же, у тебя будут экзамены, зачеты, а после поступление в какой-нибудь институт. У тебя будет совсем мало времени, но, я уверена, что ты справишься со всем... — Спокойно возражает она, придавая своему голосу знание всей ситуации.
Я повторяю то, что никуда все равно не уеду. Учеба может отойти и на второй план.
— О нет, ты обязательно поедешь. Соня рассказала мне все... Думаю, тебе следует отправиться обратно в город за два дня до сентября. Нужно купить тетрадки, книжки, вещи, еще, пожалуй, и...
Больше я не слушал ее, только внимательно глядел на то, как она словами расписывала всю мою жизнь, в которой не будет ее самой. Она казалась мне матерью, которая строит планы, чтобы ее не особо ответственный сын ничего не забыл. "Школа — это очень важно", — повторила она несколько раз в конце.
— А ты? — Резко произношу я. Она замолчала, опуская глаза в пол. — Хорошо. Допустим, я уеду. А что ты будешь делать?
Она молчала все то время, пока я настойчиво глядел на нее. Вина захлестнула ее с головой, но девушка нашла внутренние силы, и лицо ее просияло.
— Как что? Буду писать тебе письма, разумеется! — С улыбкой отвечает она, после чего встает со своего места, говоря этим то, что спор закончен и она ни за что не изменит своего мнения.
Я ловко вскакиваю к ней, тут же собираюсь что-то возразить, как замираю, удивляясь от того, что сотворил Антон с задним двором за это короткое время. Несколько фонарей освещали лужайку, в тени, под деревом, стояла старая палатка. Огонь в мангале уже горел, чуть поодаль от него стояла низкая скамейка, укрытая пледом. Соня расставляла салатницы и тарелки на скатерти. Заметив нас, они засуетились еще больше.
— Выходите! — Вскрикнул Антон.
— Зачем это? — Обратилась ко мне Лиза.
— Как зачем? — Театрально удивляюсь я. — Ты что, не знаешь, что мы идем сегодня в поход? Собирайся, Лиза! Нам нужно успеть встретить рассвет...