Глава 1:
Человек всегда начинает свой новый день, звоном будильника.
Как только встанет соным виде и посмотрит в окно, удивится, что там уже сером виде облаков, после думай утро или вечер сейчас. Наделе это нормальное явление, лег вечером проснулся рано утром.
Восовном для меня это рутина, я привык к этому. Уже минимум прошло 15 лет до мойх самых первой проживание в Джаспер.
Я бы продолжал спокойно спать ни о чём не заботясь, если бы вдруг не вспомнил, зачем вообще поставил будильник. Обычно я не завожу его так рано— только если нужно на работу.
Меня охватила лёгкая паника, в голове раздался крик:
"Вставай срочно, придурок!"
— Чёрт! Я же в школу опаздываю! — ужаснулся я, вскочил с кровати… и сразу пожалел. Ноги подогнулись, стали ватными, а голова налилась тяжестью — правда, уже не так болела, как вчера.
Я пошатнулся назад на секунду замер пытался вспомнить.
— Стоп… какая ещё школа? Я же армию давно закончил — Поразмыслив, почесал затылок пальцами. — А, точно… я же теперь историк.
М-да… бывает, забываю о своих обязанностях как преподавателя, и расписание уроков порой тоже вылетает из головы.
Профессия — так себе. Хоть я и мог бы сменить работу, в этом мире без нужных навыков тебя попросту никуда не возьмут, даже если ты учился отлично и всё же я смог найти своё место.
Наконец решился встать спокойно. Сделал шаг вперёд — и тут с улицы донёсся крик людей. Я ещё и пары шагов к двери не успел сделать, как вновь проснулись эти утренние поэты.
Эти утренние "поэты" — мои соседи.
Старшие женатая парочка... если это вообще можно так назвать. Они не так молоды сильно. Помнится, они недавно сюда переехали, так что за эту неделю ещё не успели познакомиться с правилами и привычками жизни в этом районе.
Иногда задаюсь вопросом: это у них весеннее обострение? Или любовь так дурманит рассудок? Нет-нет-нет, стоп! Это вообще не моё дело.
Самый важный и логичный вопрос — что у них опять случилось на этот раз?!
Сегодня эта парочка выглядела бодрее, чем обычно. Похоже, они решили превзойти самих себя. Мой взгляд упал на тубочку где стояли часы.
— Пять утра, это уже перебор... — пробормотал я, посмотрев на время на будильнике.
С перекошенной от недосыпа физиономией помятый и злой после ночи с бумагами я медленно и аккуратно провёл рукой по голове — болела она невыносимо, даже началась сильнее, чем вчера.
Сколько раз это уже происходит?.. Наверное, как минимум 31 раз.
М-да... От скуки и одиночества я похоже начал считать их ссоры.
Сразу видно — «скучно живётся человеку», как говорится.
Вдруг из окна донёсся резкий звук — что-то стеклянное разбилось.
Я вздрогнул. Подумал, что кто-то мог пострадать… Но немного успокоился: муж той женщины — не из тех, кто поднимает руку. Он не позволяет себе подобного. А вот она — может.
— Надо заканчивать этот цирк, — прохрипел я устало.
Резко распахнул шторы, открыл окно. Но прежде чем крикнуть, покашлял в кулак — чтобы голос звучал чётко:
— А ну тихо там! Не забывайте, что вы тут не одни! — прикрыл окно, не до конца. — Разорались в пять утра… — пробурчал я под нос, как старый пень.
Бывает такое. Кажется, я действительно старею. Не молодею. Обычный процесс жизни — никуда не денешься.
Как и следовало ожидать, долго ждать не пришлось — на соседней улице наконец стало тихо.
Возможно, всё из-за старых слухов, что ходят по Джасперу уже лет пять. Когда любовники успели наслушаться весь этот бред?
Вы, наверное, спросите: когда жители Джаспера вообще успели напридумывать столько глупостей?
Отвечу просто: слухи — как мухи. Распространяются везде и быстро. Это я давно понял.
А теперь главный вопрос: о чём они, эти слухи?
Некоторые твердят, будто я — злое чудище. Мол, выхожу на охоту в полнолуние, пожираю плохих людей и пугаю детей. Глупость, согласен. Бред, дурная фантазия. Ложь — и точка.
Но всё это началось с моего переезда в этот город.
После приезда я занялся уборкой, малой ремонтом, разбором вещей. Вид у меня был, скажем так… не лучший: грязный, потный, волосы взъерошены, одежда в пятнах. До завершения — случайно испачкался чёрной краской. Выглядел, мягко говоря, жутко.
Именно той тёмной ночью я решил выбросить мусор. Помню отчётливо: вышел из дома к общим бакам. Навстречу шёл бывший сосед — читал что-то в телефоне в другой руке нёс мусорный пакет. Я вежливо с ним поздоровался. Он оторвался от книги на секунду, посмотрел на меня — и не успел я даже испугаться, как он, будто ошпаренный горячим маслом, бросил пакет, закричал «Чудище!», выругался, начал что-то бормотать, молиться… и убежал.
А уже на следующее утро Джаспер зашумел.
Оказалось, этот тип был один из болтливых — за пару дней успел наговорить такого, что весь город стоял на ушах. Детей начали прятать, когда я просто проходил мимо.
Меня почти изолировали от общества — пусть и ненадолго.
Тогда я решил устроиться на работу.
В местной школе — единственной в городе. Несколько часов провёл в кабинете директора. Меня приняли, как только я показал документы: военная служба, педагогический опыт, всё как полагается. И с тех пор работаю здесь.
Думаю, вы уже понимаете, что было дальше — понемногу я завоёвывал уважение и доверие жителей.
Жилось бы куда легче, если бы не тот самый человек, который когда-то сплетни нёс. Впрочем, он наконец уехал к чёрту — говорят, из-за долгов.
И слава Богу.
Сейчас у меня есть дела поважнее, чем копаться в прошлом.
За несколько минут я успел привести себя в порядок — и кровать заодно.
Теперь стою, смотрю на своё отражение в дверце шкафа с зеркалом.
Новую мебель покупать не решаюсь — да и незачем. Всё ещё вполне новое, я умею обращаться с вещами бережно. Это сразу видно, стоит только переступить порог моего дома.
На себя я редко смотрю. Желания — никакого.
Разве что иногда — чтобы убедиться: нормально ли выгляжу. Вроде бы да.
Хотя… кое-какие отличия у меня, конечно, есть.
Высокий мужчина в годах.
Чёрные, как сама ночь, волосы — с отдельными серебристыми прядями. Кто-то мог бы подумать, что это от стресса или возраста… и был бы и прав, и нет. Я таким родился.
Средней ширины брови, ровный нос, тонкие губы.
А глаза... вот они — другое дело.
Цвет странный. Аметистовый.
На свету он заметен сразу, а вот в темноте глаза кажутся чёрными.
И взгляд у них тоже... особенный.
Тело тренированное, с широкими плечами и сильными руками. Вены на предплечьях выступают так, что некоторым становится не по себе, стоит им только посмотреть.
Кожа — чуть смуглая.
Зубы — резцы как у обычного человека, но клыки... острые, заметные. И да, это не из-за моды.
А вот шрам на глазу...
Нет, зрение у меня в порядке — оба глаза видят хорошо. Другие шрамы меня не волнуют — их можно скрыть одеждой. Но вот некоторые — особенно этот — остаются на виду.
Шрам достался мне во время одного задания. Мужчина, с которым я столкнулся, сумел сбежать, как только представилась возможность.
Нет, я не ненавижу себя.
Наоборот — вполне себя уважаю.
Раньше дети в школе пугались моего шрама. Всё-таки я — их учитель.
Но теперь всё иначе.
Сейчас они спокойно себя чувствуют рядом со мной. Привыкли.
Спустившись вниз по лестнице на кухню, в голову сразу пришла одна мысль: что приготовить на завтрак?
А, ну да — утренний завтрак, как всегда. Но сначала — воды. Надо выпить немного, чтобы желудок заработал как следует.
Обычный завтрак.
Быстро накрыл на стол: ложку, вилку, стакан — всё, как полагается, прежде чем сесть за еду. Можно включить музыку… что-нибудь спокойное, например классику — для атмосферы.
Как только всё было готово, сел и начал есть. Не забываю наслаждаться тишиной и рассветом за окном. Запиваю чашку кофе.
Когда всё доел, убрал за собой.
Затем собрал необходимые вещи, тщательно уложил их в сумку, закинул на плечи. У входа надел удобную обувь, на автомате запер дверь на ключ. Общая традиция: если дом в порядке — и сам будешь спокоен.
Сегодня пойду пешком.
Машину мне недавно сломали какие-то подростки… Не спрашивайте. Долгая история.
Люблю гулять в тишине — и утром, и ночью. Да что там, я и под дождём гулять не откажусь.
Джаспер, штат Невада — ставший родным городом. Небольшой городок в США, отличающийся не только своим видом, но и местом, где был построен. Здесь можно спокойно жить. Без особых проблем, конечно, если знать, как себя вести и не находить приключений на пятую точку.
Наконец, добравшись до школы, я встретил те же взгляды учеников, что и всегда. Весёлые, доброжелательные.
А вот взрослые — люди постарше — как прежде смотрели с недоверием. Так и смотрят. Сколько бы времени ни прошло, они, похоже, меняться не собираются.
После первого урока я поднялся на третий этаж, направляясь в общий учительский кабинет — наконец выпить кофе. Проходя мимо мужского туалета, услышал голоса.
Урок давно уже начался… да, дети любят прогуливать, лишь бы не слушать лекции. Понимаю. Мне и самому когда-то это не нравилось. Но нужно — хоть какие-то знания из школы в жизни всё же пригождаются. Даже если некоторые будут не нужны.
Я бы и прошёл мимо, если бы не одно но — резкий глухой удар. Будто что-то тяжёлое с силой обрушилось на пол или стену. А следом — приглушённый крик.
Это меня насторожило. Я остановился. Потянулся к двери, приоткрыл — и тут же услышал грубый голос:
— Ты меня не понял? Мне тебе ещё раз объяснить, очкарик?..
Этот дурацкий голос я узнаю в школе везде и когда угодно. Наказания не помогают — он продолжает творить свою бурду. Понимает ли этот юнец, что такое «нет» или «нельзя»?
Сомневаюсь. Конечно, нет.
Он уже успел собрать вокруг себя банду — сначала из двух человек, возможно и больше.
Три придурка из старшей группы, стоящие в туалете, даже не обратили внимания, кто вошёл. Всё их внимание было сосредоточено на мальчике, которого я не сразу смог разглядеть из-за их широких спин.
Без малейших эмоций я подошёл ближе — и одним точным взмахом ударил каждого по затылку.
Троица даже не успела понять, что произошло.
Хватив их за шиворот, потащил прочь — в сторону кабинета директора.
Не забыл позвать и того мальчика — подозреваю, его уже успели ударить в те места, где будет не видно синяков. Классика.
Тащу их по коридору школы на второй этаж. Они дёргаются, мешаются, из-за чего я едва не споткнулся. Девчонки из других классов, увидев это зрелище, прыснули со смеху. Для них мы — просто клоуны.
Господи… и всё это происходит на перемене. Когда он только успел прозвенеть?
Немного сбившись с маршрута, я сжал крепче ворот одного из них и предупредил:
— Прекрати дёргаться.
Но главарь не унимался.
— Отпусти меня, ненормальный! — заорал он, изо всех сил пытаясь вырваться. Бесполезно.
— Да, отпусти! Ты, старый, вонючий хрыч! — поддержали его двое, тоже дёргаясь и пытаясь вывернуться. Безуспешно.
— Вы уже, доигрались. Вот скажите мне — вам что, совсем нечем заняться?
Вам ведь уже и говорили, и предупреждали, и наказывали.
Сколько можно? Вы должны были усвоить урок, но вы — как в поговорке: в одно ухо влетело, в другое вылетело!
— Чёрт... это малявка не сдержал обещание! Мы просто решили его проучить! — выкрикнул главный.
— Клюв прикрой, Винс, — рявкнул я. — Оправдываться будешь у директора. И вы тоже, — повернулся к остальным, — шестёрки.
...***...
После разговора с директором всё закончилось, как обычно: их просто отчитали — и отпустили.
Они выскочили из кабинета, как ошпаренные, стараясь держаться подальше от меня.
На что я вообще рассчитывал?
Может, зря тащил их сюда. Но, в конце концов, как говорил мне дед:
«Не ожидай от людей лучшего — решай проблемы сам.»
Эти слова крутились в голове, пока я поднимался обратно на третий этаж.
Пожалуй, он был прав.
Но размышления прервали — крик за спиной:
— Стойте там!
Я не успел разобрать, кто и что сказал.
В тот же момент поскользнулся на ступени — и с громким грохотом полетел вниз.
...***...
— Не успела ещё поесть, как тебя уже приносят с сотрясением! — возмущённо сказала медсестра, завязывая бинт на голове мужчины. — Да ещё и мальчишку в придачу, весь в синяках!
Женщина явно была раздражена. Её звали София Мировна. Медсестра и доктор школы.
Юнцу повезло — старший, несмотря на боль, всё ещё держался в сознании. Артес шёл, опираясь на него, а сам мальчик старался помочь, как мог. Именно он и кричал тогда на лестнице.
— Простите, София Мировна, — виновато начал мальчик. — Просто… меня били за непослушание, а учитель поскользнулся из-за Винса. Я видел, как он вылил масло на пол, чтобы ему отомстить…
— Винс, значит! — взорвалась женщина. — Да он своими шайками тут полшколы покалечил!
Я до сих пор удивляюсь, как его ещё не отчислили. А директору, как всегда, всё равно!
Этот недоросль уже и до тебя добрался своими "шутками"!
Историк… ты как вообще такое допустил? Тебя в армии чему учили — самосохранению или… как у вас это там называется?
Она замолчала на секунду, а потом вдруг воскликнула ещё громче:
— И вообще, ГДЕ ОН МАСЛО НАШЁЛ В ШКОЛЕ?!
София Мировна так разошлась, что, похоже, даже не замечала, что творит.
Слишком сильно натягивая бинт, женщина, кажется, даже не заметила, как мужчина едва сдерживает крик, прикусывая губы до крови.
Боль была адская. Это уже третий раз — первый был в армии, а теперь… здесь, в школьном медпункте.
— Упокойся… я не безчувственный, — прохрипел он, шипя от боли.
— Что?! Ой! Извини, потерпи немного. Сегодня меня уже все достали, да и день какой-то ужасный… — объяснилась она, нервно дергая бинт.
Артес лишь тяжело вздохнул перевёл взгляд на мальчика, сидящего на соседней кушетке. Тот тихо болтал ногами взад-вперёд, будто пытался так себя успокоить. Главное — синяки уже были обработаны, на ранах — пластыри.
Парнишка поправил очки, провёл руками по растрепанным волосам, стараясь привести себя в порядок. Красные оправы, карие глаза, чуть бледная кожа после случившегося, лёгкая одежда...
Такой юнец — и эти шакалы позволили себе измываться над ним. Артесу стало интересно, как зовут его спасителя.
— Можешь себе представить... — начал он, обращаясь к нему.
— А? — парень встрепенулся, сначала немного растерявшись, но быстро взял себя в руки.
— Меня зовут Рафаэль Эсквайвел.
Но у меня есть кличка — «Ходячая Энциклопедия». Это из-за того, что я хорошо разбираюсь в компьютерах и вообще… ботаник, как они говорят.
Думаю, вы слышали про меня? — уверенно ответил он и протянул руку для знакомства.
— Приятно познакомиться.
Артес Граймс. Думаю, ты уже знаешь меня как учителя истории.
Много слышал о тебе, Рафаэль. Спасибо за помощь — теперь я твой должник, — сказал мужчина, пожимая руку гению.
— Нет, что вы, я...
— Лучше молчи и прими. Он не принимает оправданий и отказов, — срезала его подруга София, не отрываясь от перевязки.
Артес хотел что-то возразить, но тут же поморщился — боль пронзила висок из-за её слишком грубых движений. Сквозь зубы он зашипел и едва не зарычал.
— Будешь дёргаться — будет ещё больнее, понял? Так что терпи. Ради Бога… или Христа? — строго сказала она, не глядя.
На это мужчина только злобно пробурчал что-то под нос, но сдался.
Рафаэль тихо хихикнул, немного печально, но искренне улыбаясь. Он наблюдал за этой сценой с лёгкой теплотой — несмотря на боль и усталость, в этой комнате, похоже, он почувствовал себя в безопасности.
...***...
Два дня спустя.
Мужчина сидел в 6 классе на своём уроке, заменяя другого учителя, наблюдал за детьми.
На время был перенесён тест из-за случившегося, поэтому было время ученикам выучить параграфы.
Да уж, как они все вспоминали и молились, чтобы написать сочинение на 4 или хотя бы 3. К удивлению всех — написали на 5!
Учитель истории не проявлял эмоций, лишь оценивающе смотрел на лист, черкая красной ручкой заслуженные оценки. Незаметная гордость поселилась внутри сердца — его труды дали плоды.
Он разрешил им отдохнуть, задал читать и пересказывать, что запомнили по параграфу.
Проверяя другие сочинения разных классов — именно 6 и 7, в которых преподавал его предмет — он на минуту отлучился от работы, осматривая класс.
Заметил кислые лица, усталость после сочинения.
Задумался, как их развлечь, и придумал: позвал одного из учеников к доске, чтобы тот написал, как звали их предков до нашей эры.
Это было забавно — юноша встал на одно колено и стал писать внизу про рыцарей. Артес не упустил возможности воспользоваться этим.
— Королева Англии посвящает в рыцари Мухаммеда Субмарина! — вставая с места, слегка провёл по плечам мальчика палкой для учителя, вообразив себя королём.
— Поздравляю! Твоя принцесса — доска, и ты, Муха!
Все стали смеяться, даже старший. Шутка понравилась всем, хоть и старая.
Артес смотрел на них с улыбкой и добродушием.
– Просим извинения, рыцарь нашей страны – произнёс Артес поклоняясь головой.
– Ничего страшного, я прощаю вас, ваше высочество – тоже подыграл с улыбкой на лице.
Прозвенел сильный звонок, урок приходит концу.
– Все собирайте свой вещи и идите домой, до свидания и до скорого – серьёзным тоном произнёс.
– Да, до свидания и спасибо за урок!
Хором кричали они, поднимая стулья.
Все убежали домой, кроме одного, с третьего парты, на колени, распуская свои руки путно ищет что-то, ...очки свои что ли?
– Рафаэль, что ты ищешь... очки?
Сначала старший не понимал, но осмотревшись понял в чем проблема.
– Да... вы не ушли? Они у меня случайно выпали... Ай! —Удивлёно спросил, поднимая голову резко ударившись об парту.
Мужчина спешно пошёл помочь говоря ему "аккуратнее" поднимая с пола. Придерживая за живот, пройдя глазами нашол очки возле другой парты. Отставляя Рафа, сказал стоять на месте - не делать лишних движений. Оказавшийся рядом. Дотронулся до очков, сил на одно колено надел гению, малец слегка испугался от неожиданности, фокусировался зрение, успокоился улыбнувшись поблагодарил за помощь. Положительно кивая место пожалуйста, поднимаясь погладил по голове, Рафаэль зажмурился неуклюже. Громс подошёл и забрал сумку у рабочего стола, открывая входную дверь, стоя дожидался его.
Рафаэль быстро надевал портфель, мигом оказалась рядом, ещё раз поблагодарил, выходит ожидая учителя. Артас осматривал класс в цвете заката, убедившись закрыл на ключ помещение.
После одал ключи человеку вахте.
Наконец вышел к свежему воздуху.
Громс мог свободно вдохнуть, свободный как птица в полёте.
На минуту стоя, на одном месте, смотрел верх. Прямиком на медленном преходе заката. Небо окрасилась немного оранжевых тонах, и синим значит придёт вечер, а за ним ночь.
Вздыхая воздух через лёгкие, прикрывая глаза. Наслаждался моментом, чувствуя лёгкий ветерок по всему телу. Эти моменты были редкими, столь бесценны как его существование. Направляясь левую сторону домой, сделав три шага. Как тут его окликнули зади, повернулся, к нему приблизился Раф.
- Извините, эм...
Рафаэль чешал затылок, поправлял очки, складывая ладони вместе смотрел вниз - размышлял сказать что-то.
Старший до конца повернулся к нему, терпеливо ждал причину.
Юнец поднял глаза держа руки груди. Чуть неуверенно говорит.
– Вы не против пойти со мной, прогуляться до моста...
Мужчина удивлённо мыча, смотрел спокойно, расслаблено спрашивает.
– Ты хочешь, что-то обсудить со мной? Тебе не нужно домой? - начал говорить вопросы.
– Не нужно переживать, родителей рано утром сказали, что их не будет дома поздно ночью. Самной будут присматривать старшие сёстры и братья, но я их предупредил что буду немного поздно. Я хочу потенуц историю, поэтому хочу прогуляться свами обсудить... если конечно вы не против, - полностью договорил свою речь, дожидаясь ответа, при этом смотрел дорошку.
Рафаэль может удивлять, это для мужчины очень странно его кроме Софии не кто не приглашал гулять.
Артес задумавшийся дал краткий ответ.
– Пожалуй, не откажусь от предложения, да и прогулка не помешает, - одаривая улыбку что были видны мешки на щеках показывая возраст человека.
Мальчишка на это мило улыбнулся.
Как же по вашему ему отказаться от предложения, от милого мальчика, а? Маленький гений просто душка.
Разговор по предметам был настолько долгим, что даже не заметили как уже были внизу под мостом. Должна быть вода но там её нет, она высохла оставила лишь ржавчину желез, потёки. Это не мешает им для бурной разговора по истории. К удивлению, мальчишка взял жёлтую машинку с пультом играя. Путно говорили, что-то подобное о другом теме.
Мужчина давал испытания, подсказывая труки известных гонщиков и как они это делали.
С улыбкой наблюдал, радость юнца как только у него получалось.