Ошибка

Девочка лет семи бегала за мальчиком её возраста, весело смеясь, по саду. Немолодая женщина спокойно стояла на крыльце и посматривала за племянницей. Она почему-то не очень верила её другу, но ничего поделать не могла — единственный друг на всё лето, как никак.

— Полина, время обедать, давай в дом! — женщина состроила любезное лицо хотя сама этого не желала. Нужно поддерживать вид для других чтобы не возникало проблем в дальнейшем.

— Ну ещё немного! — запротестовала девочка.

— Нет. Твоему другу тоже, наверняка, пора, — на это девочка надула пухлые губки и остановилась.

— Можно, чтобы он хотя бы с нами пообедал? — племянница взмолилась к женщине в просьбе.

— Хорошо, только чтобы не мешался и не ходил никуда дальше чем кухня! — тётю уже начала раздражать мысль о том что мальчишка которого она невзлюбила будет находиться в её доме.

— Ура! Арс! Идём к нам! — девочка схватила мальчика за рукав майки и потащила его в дом вслед за тётей.

— Полин... Ну я сам могу ходить... — жаловался мальчуган, даже не стараясь освободиться из хватки девочки.

Женщина косо глянула на детей, глубоко вздохнула, пробурчала что-то про нынешнее поколение и дала легонький подзатыльник Полине, отчего она отпустила Арсения и начала идти в точности как её мать-аристократка.

Зайдя внутрь помещения мальчишка был удивлен из-за того что он видел его впервые.

— Садитесь за стол, я сейчас принесу еду — проговорила взрослая приказным тоном двоим детям что никак не могут устоять на одном месте.

— Идём, я проведу тебя! — с озорством произнесла Лыкина

Семилетка снова хватанула мальчика и снова потащила его, но на этот раз вглубь дома.

— Ого... — проговорил Арсений, оглядев столовую. Она была украшена и спроектирована в стиле барокко. Всё сверкало в золоте и хрустале.

— Ага, — кивнула девочка. — И я здесь живу, — с гордостью добавила она затем.

— Сюда, садись на это место, рядом со мной — произнесла девчушка параллельно показывая на определенное место где будет расположен названный «гость».

— Хорошо, сяду прямо тут — заключил решение юноша, одновременно отодвигая большой по сравнению с ним стул на который он должен сесть.

Девчонка не заставила себя долго ждать и в скором времени оказалась на ближайшем стуле от её друга по соседству.

Через мгновенье к их обществу присоединилась и хозяйка дома, неся в руках предполагаемый обед для них.

— Держите, чтобы всё съели — вымолвила тётя с неким нажимом намекая, что будет если они это не сделают.

— Спасибо большое! — пророкотали дети с желанием попробовать блюдо которое им предоставили.

За столом Полина постоянно пинала под ногу своего друга, а затем они оба прикусывали языки под пристальным взглядом тёти. Мальчишка вёл себя тихо и мирно, боясь лишний раз шелохнуться, однако его подругу явно это не смущало...

...Полина прервалась на полу слове и обернулась за тихий шорох с приоткрытым ртом и круглыми от страха глазами. Рыжая последовала её примеру. Из темноты на девушек смотрели два голубых огонька.

— Твою ж... Прайм! — от неожиданности вскрикнула Фрайни, но её рот тут же прикрыла русоволосая, приложив свой указательный палец к губам, призывая к тишине. — Почему ты не спишь?! — уже разозлённым шёпотом спросила у брата рыжая.

Лидер автоботов пожал плечами и сел по-турецки между девушек. Лыкина опустила взгляд в пол, заламывая себе пальцы и ссутулив плечи. Пламя в камине обдавало её руки приятным теплом, а в карих глазах плясали огоньки, но в этот раз они не распаляли душу. Было видно, что девушке было неуютно, впервые на памяти Прайма. Длительную тишину сглаживали мягкое потрескивание веток в камине и мирное сопение остальных автоботов.

— Я вам действительно помешал? — боясь нарушить эту тишину, наконец поинтересовался брюнет.

— Да, — сразу отрезала его сестра. — Полин, расслабься, — она потянулась через брата к русоволосой и сочувствующе погладила её по колену.

— Я боюсь, что мы не выберемся, — сломанным голосом призналась студентка и поджала колени к груди, уткнувшись в них носом.

— Выберемся. И не из такой... — словив осуждающий взгляд Оптимуса, Фрайни кашлянула, подавив ругательство, но затем продолжила: — Кхм. Ситуации выбирались.

— Знаю! Но это другое! — прошептала в ответ девушка, нахмурившись. — Поскорее бы мы были дома... — она лбом уткнулась в колени и глубоко вздохнула.

Фрайни выразительно глянула на лидера автботов. Её взгляд голубых глаз ясно говорил: «Сделай что-нибудь! Я на такое не гожусь!» Оптимус быстро пожал плечами. Он совершенно не понимал, что ему делать.

— Так. Ладно. Нам надо поспать, — студентка стукнула ладонями о свои ляжки и рывком поднялась, отчего у неё потемнело ненадолго в глазах. — Вам, совам, тоже советую, — Лыкина весело подмигнула брату и сестре. Прошлой тоски и уныния как и не бывало.

— Я не сова! — тихо огрызнулась Пакс. Её голубые глаза моментально вспыхнули от возмущения. — Ты переживала, поэтому я и осталась на ночь!

Русовласка усмехнулась на эти слова:

— Меня видели переживающей? То-то Ксюха посмеётся!

— Ты, вроде спать не собиралась. Дежурить до утра хотела, — саркастически напомнила автоботка, когда Полина легка на место, где совсем недавно преспокойно лежал и делал вид, что спал, Оптимус.

— Так и Прайм спать должен был. Раз проснулся, то не вижу смысла мне тут бодровствовать, — Полина лёжа пожала плечами и, зевнув, перевернулась на другой бок: — А у вас пока есть время на разговор без свидетелей.

— Полина, нет, — покачал головой лидер автоботов. — Разговора не выйдет. Будут крики и ор.

— Сейчас дам тебе и крики, и ор! — легонько стукнула по затылку брата рыжая...

...Бег. Быстрый сумасшедший бег. Вокруг мелькали деревья. Запыханное дыхание громом отдавало в ушах. Темнота и яркий луч света контрастировали между собой. Но это всё блекло, так как рядом бежал верный друг.

Внезапный выстрел оглушил и заставил упасть лицом в сырую землю. Дикий писк заполнил голову. В этот раз, повернув голову, она увидела кровь другого парня. Сейчас она больше не ребёнок, а тот паренёк уже давно...

Ярко-голубые глаза блекли. Не это ли... Нет!...

...Карие глаза налились прозрачными солоноватыми каплями. Но девушка постаралась их сразу пресечь, пальцами зажав переносицу. Глубоко вздохнув, Полина перевернулась и посмотрела в спины Фрайни и Оптимуса. Черты их глаз мелькнули прямо перед ней. Её сознание сыграло злую шутку. Глубокий вздох не заставил себя долго ждать.

— С добрым утром, — поприветствовала рыжая, обернувшись, когда услышала вздох.

— Пора уходить, — русоволосая начала подниматься.

— Уже? — страдальчески простонал Смоукскрин рядом со студенткой, которая сразу же сочувственно улыбнулась:

— Да. Подъём.