4 глава
Е Мин оставался в ванной на какое-то время, после подтверждения что Цинь Йи ушел, он медленно вернулся в свой кабинет.
[888 подозрительно сказал: "Он тебя не видел?"
[Е Мин: Нет, он на 100% определенно видел меня.]
[888: Он видел тебя, но неожиданно, он не вошел и избил тебя до смерти?]
[Е Мин: ...]
[Е Мин: Разве ты должн так со мной говорить ? Выражениеразбитогосердца.jpg]
[888: О.]
[Е Мин: Только что ты проверил значение чернения? Насколько оно высоко?]
[888: 85.]
[Е. Мин: Это не низко ах...]
Е Мин коснулся его подбородка. Он вернулся и продолжил работать. Следующие несколько дней прошли мирно. Цинь Йи не делал никаких движений, а затем, как только 888 начал сомневаться в его понимании человеческих эмоций, президент Ху вошел в кабинет Е Мина.
Выражение президента Ху, при взгляде на Е Мина, становилось более восторженным. Первоначально он думал, что подобрал талантливого сотрудника, но он никогда бы не подумал, что у него и Цинь Йи были такие отношения. Президент Ху подумал, что есть высокая вероятность того, что Фан Сяо, о котором Цинь Йи упомянул, был Фан Сяо, стоящий перед ним. Такая хорошая возможность, как он мог позволить ей пройти мимо? Даже если это один шанс на десять тысяч , он просто обязан схватится за его.
Но он вспомнил, что Цинь Йи сказал, что Фан Сяо не хочет его видеть... поэтому он не мог прямо сказать ему, чего он хочет.
Председатель Ху улыбнулся, как лиса. Он положил свои руки вокруг плеча Е Мина и громко сказал: — В последнее время все тяжело работают! Сегодня вечером я приглашаю всех на собрание. Вы можете есть все что угодно, я угощаю!
Когда аудитория услышала, что босс собирается заплатить, они сразу же взволновались и стали громко кричать о своем согласии.
Плечи Е Мина были схвчены председателем Ху, который с энтузиазмом смотрел на него, мешая отказу. Он мог только улыбнуться и сказать, что, поскольку это собрание на ужин, он бы конечно, принял участие.
Все покинули компанию счастливо, втиснувшись в несколько автомобилей. Президент Ху был впереди, указывая всем дорогу, и сразу отвел их в самый дорогой отель в городе. Все стали еще более возбужденными и говорили, что босс сегодня очень щедр!
[Е Мин: Сегодня я смогу увидеть любимого моей семьи Цинь Йи, так счастлив.]
[888: Я могу подтвердить, что он действительно ел здесь сегодня, но это для того чтобы обсудить дело с клиентом. Как вы можете быть уверены, что увидите его?]
[Е Мин: Конечно. Сегодня председатель Ху приложил много усилий, и вся причина в том, чтобы обманом устроить мне встречу с ним. O (∩_∩) O ~]
[888: .......]
Все ели счастливо, когда они ели, они фотографировались и играли в ручные игры, радость была переполнена.
В это время президент Ху поднял винный бокал и сел рядом с Е Мин. Он сказал знакомым образом: — У компании есть важный клиент, который по совпадению также ест здесь. Сяо Фан, почему бы тебе не пойти со мной, чтобы отдать им свое почтение?
Е Мин выглядел крайне ошеломленным, когда его пригласил президент Ху, чтобы пойти и выпить с клиентом. Однако, поскольку это был запрос босса, он, естественно, не отказался бы от чего то настолько тривиального, как это. Поэтому он поднял свою чашку с вином и улыбнулся, сказав: — Хорошо.
Председатель Ху был вне себя от радости и ушел, потащив Е Мина.
Декорации отеля были чрезвычайно роскошными. На полу был толстый ковер, поэтому при ходьбе почти не было звука.
Важным клиентом президента Ху был явно не обычный человек. Он отвел Е Мина на самый высокий уровень и отправился в самую эксклюзивную частную комнату отеля. Его выражение слегка нервничало, он осторожно протянул руку и постучал в дверь.
Через мгновение голос попросил их войти.
Председатель Ху отодвинул дверь и вошел внутрь. Е Мин стоял за ним. Он поднял голову и увидел человека, сидящего в отдельной комнате. Его шаги остановились, и он крепко схватил чашу с вином, заметно ошеломленный.
Цинь Инь сжал пальцы. Он спокойно сидел там, глядя на тело Е Мина с взглядом, полным темноты, но в этом поведении нет ничего удивительного.
Председатель Ху быстро помахал ошеломленному Е Мину и сказал: — Сяо Фан, почему бы тебе не подоити сюда?
Пальцы Е Мина, держащие винный бокал, были белыми. Он посмотрел на председателя Ху, а затем посмотрел на Цинь Йи. Он выглядел так, словно хотел повернуться и уйти. Его выражение было полно дилеммы. Наконец он опустил голову и медленно подошел.
Возможно ... сегодняшнее просто совпадение. Возможно, Цинь Йи давно забыл о нем и больше не волновался. Он не должен быть самоуверенным.
[Анлейт: примечание о разъяснении. Когда Е Мин действует как Фан Сяо, даже мысли его - мысли Фан Сяо. Когда он уходит и снова начинает разговаривать с 888, он возвращается к нормальной жизни. Подумайте об этом, поскольку он полностью погружен в свою роль, как актер метода (´▽')]
Его сердце было хаотичным, он ничего не заметил и просто последовал за президентом Ху и выпил вино. Поскольку он так быстро пил, он начал кашлять.
С того момента, как вошел Е Мин, глаза Цинь Йи не покидали его тела.
Человек перед ним был тоньше чем он помнил, но все еще такой же красивый. На его бледном лице был слабый румянец, его глаза были слегка росыми, это было чрезвычайно привлекательно. Он был таким же, как раньше ... как только он коснулся алкоголя, его лицо покраснело. Цинь Йи когда-то любил Е Мина таким, он ему очень нравился... но сейчас он чувствовал, что у него болят глаза.
Президент Ху заметил выражение Цинь Йи и почувствовал, что что-то не так. Он почувствовал неловкое чувство в своем сердце ... это не похоже на выражение, приветствующее старого друга, больше похоже на то , что он видит врага. Он чувствовал, что эта ситуация не очень хорошая, но по мере того, как ситуация стоит, он мог делать это только шаг за шагом.
Через мгновение Цинь Йи поднял свой бокал и подарил Е Мину улыбку. — Давно не виделись.
Е Мин лизнул губы. Он знал, что, когда что-то настигло, было бессмысленно
убегать. Поскольку он вернулся для этого человека, тогда он подготовился к тому, чтобы встать лицом перед ответственностью.
Он сделал все возможное, чтобы сохранить нейтральное выражение. Он тихо сказал: — Давно не виделись.
Казалось, Цинь Йи чувствовал, что происходящее очень забавно. Он поднял винный кувшин со стола, затем подошел, чтобы лично помочь Е Мин заполнить его бокал. У его губ была улыбка, которая была нежной и прохладной. Он сказал: — Прошло три года, чтобы отпраздновать, вы должны выпить как минимум три стакана.
Е Мин, посмотрел на бокал, его лицо было совсем белым.
Алкогольное содержание этого вина очень велико. Одна чаша уже заставила его задохнуться, если он выпъет все три чашки... Цинь Йи, очевидно, знал, что он не сможет держать свой ликер.
Цинь Йи молча смотрел на Е Мина. Он улыбнулся и сказал: — Что? Ты не хочешь дать мне какое то лицо?
Каждому было ясно, что Цинь Йи намеренно пытается смутить Е Мина. У клиентов, сидящих за соседними столами, были забавные выражения. Хотя они и не знали, кем именно являлся этот человек, он явно оскорбил президента Цинь. Даже если бы он не умер сегодня, он бы, по крайней мере, потерял слой кожи.
Спина президента Ху вспотела от волнения. Его мозг стремительно двигался. Он задумался о словах Цинь Йи, которые тот произнес при уходе ... в то время Цинь Йи, должно быть, узнал Фан Сяо! Еще в тот день, у этих двоих должно быть было какое-то недовольство, вот почему Фан Сяо спрятался и не хотел видел Цинь Йи. Вот почему Цинь Йи одолжил его руку, чтобы обмануть Фан Сяо. Сейчас он должен был принять решение. Либо он будет стоять на стороне Цинь Йи, либо на стороне Фан Сяо. Ответ на вопрос был тот, который не требовал мысли!
Президент Ху сверкнул со светом. Его выражение уже не было таким знакомым, как прежде. Он сказал без колебаний: — Сяо Фан, президент Цинь просит вас выпить.
Цинь Йи кратко взглянул на председателя Ху. Хотя он презирал таких людей, но он не мог отрицать, что этот человек хорошо смотрел на ситуацию.
Председатель Ху немедленно продемонстрировал очаровательную улыбку Цинь Йи, как собака. Хотя Фан Сяо не был другом Цинь Йи, но если бы он был его врагом, то .... он мог бы помочь сбить его!
Е Мин не мог идти вперед или отступить. Он знал, что, если он не будет пить сегодня, он, вероятно, не сможет покинуть эти двери.
Он посмотрел на холодное выражение Цинь Йи и вспомнил его старую теплоту и нежность и почувствовал себя очень горьким в своем сердце. Он поднял бокал и выпил все за один глоток. Сильное вино вошло в его тело, болезненно обжигая горло и живот. Его толерантность к алкоголю всегда была обычной, и прямо сейчас жжение приносило слезы к его глазам.
Правильно, не в этом ли была его цель? Чтобы позволить Цинь Йи ненавидеть его... поэтому он не должен чувствовать себя грустным или убитым горем. Вот что он сказал себе.
Цинь Йи не пропустил ни одного выражения на лице Е Мина. У юноши перед ним было красное лицо и слезы на глазах, как будто над ним жестоко издевались. Красивые губы были плотно сжаты не выпуская ни звука.
Если бы это было в прошлом, то старый он, вероятно, немедленно обнял его, чтобы утешить его. Но прямо сейчас…
Он только хотел, чтобы он страдал больше, больше сожалел!
Цинь Йи поднял угол губ, а затем пополнил чашу Е Мина до краев. Улыбаясь, он сказал: — Пожалуйста.
Е Мин не колебался и выпил все это снова!
После того, как в его тело вошли три бокала, тело Е Мин слегка покачивалось. Он обернулся и хотел уйти, но из-за того что недавно он выпил слишком быстро, его тело не могло этого принять, он вдруг схватился за живот и издал задыхающийся звук, рвота!
Он блевал некоторое время, только чувствуя, что его зрение было довольно темным. В это время он внезапно был втянут в горячие и широкие объятия. Смущенный, он поднял голову и увидел, что Цинь Йи достал салфетку и нежно вытирал угол его рта.
Е Мина был шокирован. Он не мог понять, что делал Цинь Йи. Только что, разве это не он его так сильно ненавидел? Почему он такой нежный сейчас? Разве он больше не ненавидел его?
Цинь Йи видел замешанное выражение Е Мина. Человек в его руках когда-то был тем, кого он любил больше всего. Искренная ненависть росла в его сердце, как виноградная лоза, обертывалась вокруг его сердца и колола свои колючки в его плоть и кровь.
Человек на руках был таким реальным. Это был не сон, он был действительно рядом с ним. Увидев его снова, он, наконец, понял, что эти вещи из прошлого, эти воспоминания о радости и боли, совсем не исчезли в его сердце. Вместо этого, с течением времени, они стал еще глубже выгравированными в его костях.
Хотя его сердце было полно ненависти, он все еще хотел видеть своего человека так сильно!
Цинь Йи схватил подбородок Е Мина и посмотрел на его нежные глаза. Он использовал большой палец, чтобы протирать его мягко расставленные губы. Его глаза раскрыли глубоко укоренившееся желание. Он мягко улыбнулся и сказал: — Оставайся здесь... сколько хочешь, ты называешь цену.
Такой человек, если бы он был заинтересован, тогда он мог просто использовать деньги, чтобы заполучить его.
Он увидел, что глаза Е Мина наполнены невероятным унижением, и его сердце было наполнено никогда не испытанным трепетом удовлетворения.
[Дин! Значение чернения Цинь Йи -5, текущее значение чернения - 80.]