Эпилог.
Много лет спустя слава о преданном новому императору воине и его свирепом ятагане разлетелась по всему миру. Легенды о том, как Хун разгромил логово лазурного чудовища и сделал хозяина зловещих черных вод своим вечным должником, разошлись по государству, передаваясь из уст в уста. Сам Хун к тому действительно обрел нечеловеческую силу, но не спешил чинить злодеяния, а наоборот, отдавал всю свою удачу молодому императору.
Со временем советнику и другим обитателям дворца пришлось смириться с тем, кто теперь находился подле принца - не просто сверхъестественное существо. В их глазах Хун казался непомерно одержимым, но до того осторожным в своих чувствах, что даже самые ближлиженные к императору люди могли только догадываться о его истинном отношении к правителю. Верность и преданность были верхушкой айсберга тех чувств, которые каждый миг обуревали Хуна. Впрочем, не возникало и капли сомнений, что молодой император испытывал те же эмоции.
Гармония, царившая в их отношениях, отражалась и на государстве, которое процветало день ото дня. Никакой враг не смел и подумать о противостоянии сильнейшему воину, а никакие невзгоды не мешали мудрому императору служить народу.
И жили они долго и счастливо: принц и Хун, юноша из Хуанлу.