38.
Ева тоже выглянула на то, что так удивило Катю. У школьного забора стоял Пятифан.. но он был не один, а рядом, в тени, виднелся второй силуэт.
Обзор у Рафеевой хуже, чем у Катерины, от этого разглядеть вторую персону не удавалось.
Смирнова прищурила глаза, выглянула чуть-чуть сильнее. Она охнула, быстро закрыла рот рукой и повернулась к подругам. Глаза девчонки явно расширились и сама она выглядела в полном потрясении, оглядывая параллельно шатенку.
– Кать, ты чего?– спрашивала шёпотом Вера.
Та в свою очередь лишь отрицательно помотала головой, всё также смотря на Еву.
Ни одна из них до конца не понимала ситуации. Каждая стояла в некой степени удивления и шока. Послышались голоса за углом и девушки сразу затихли и затаили дыхание.
– бляя, проблема.. – голос явно был мужской, но настолько негромкий, что просто невозможно было разобрать кто это говорит.
– я ей и цветы и то сё, как ты говорил!– подружки явно различили Пятифана в этом диалоге.
– ты че орешь то? Я виноват что ли? – юноша абсолютно пресекал Романа.
Глаза Екатерины увеличивались с каждой фразой. Остальные две смотрели то друг на друга, то на блондинку. Смирнова же всё молчала и удивлялась только больше. Все дышали глубоко и размеренно. Даже пёс сидел ровно и не рыпался, словно понял всю суть происходящего.
– да не виноват! Хотя.. – Рома точно выдерживал какую-то паузу в своей речи.
– че «хотя»? Я ему тут помогаю, а он ещё ебальник кривит.– парень высказался намного громче, чем говорил до этого.
Ева сразу узнала этот голос. Милого и такого добродушного юноши, но только что он стал главным предателем, хуже самого Пятифанова.
Подруги смотрели на Рафееву, не зная, что делать или говорить. Шатенка глядела в пустоту оставив всё и всех. Ушла внутрь себя и думала, чем же она так провинилась, что люди делают с ней что душе угодно. Кудрявцев. Казалось бы, единственный прилежный парень, который готов достать звезду с неба для неё. Но и он притворялся и врал девушке. Изводил её и пытался параллельно помочь Роме, прекрасно зная, как ужасно он поступил. Её чувства и прожитые эмоции не значили для него ничего. Ему было это неважно, всё это, абсолютно, было подстроено. Каждый шаг и каждое действие было обговорено с Пятифаном. Этот человек никогда и не любил Еву. Не чувствовал ничего рядом с ней. Сердце не стучало с бешеной скоростью при её виде. Все тёплые слова это небольшое одолжение. Жесты внимания дозволенные Ромой.
— «Как же это мерзко..» лишь подумала Рафеева.
Её неприязни не было предела. Этот человек, стал настолько мерзким и отвратительным, что не хотелось его знать. Он был ужаснее Романа.
Подруги рядом переживали. Шатенка всё никак не выходила со своего «транса». Они переживали, но боялись помешать девчонке.
—"какая же грязь", - обречённо думала Ева.
Неужели здесь все такие? Из-за блока сигарет издеваться над новенькой девочкой. В чем их проблема? В чем она настолько провинилась, что заслужила эту ложь? Неужели всё, что заслуживала Ева, лишь игра с чувствами, вместо любви, да хотя-бы просто симпатии?
Это было похоже на болото, в которое она попала. Она не знала, как выбраться из него, а оно её засасывало, утаскивая на дно.
Внутри одновременно была пустота и смесь эмоций, которые разрывали её. Злость, отвращение, шок, обида, презрение и разочарование.
Она даже не знала, кого ненавидит больше: Рому или Ваню. Один спокойно начал весь этот цирк, а второй поддержал. Лучше бы семья Евы никогда сюда не переезжала.
Рафеева сделала несколько шагов, чувствуя желание попасть домой. Хотелось закрыться в комнате и лежать на полу. Ей было уже плевать, заметят ли их парни. Ничего больше не имело значения. Её окружали прогнившие люди, которых она больше не хотела видеть.
Единственные, на кого это не распространялось, были Катя и Вера. Настоящие островки среди непролазной топи. Девочки обеспокоенно глазели на подругу. Они ещё никогда не видели её такой, но хотели помочь, вытащить её из этого состояния.
Смирнова рискнула первая. Блондинка подошла к Еве и осторожно приобняла её за плечи.
— давай мы тебя домой отведем, Ев? - еле слышно спросила Екатерина.
Рафеева кивнула и сжала поводок в руке. Они шли молча и медленно, потому что шатенка еле плелась, но её никто не торопил. Девочки отнеслись с пониманием и сочувствием.
Она опомнилась, когда увидела перед собой крыльцо собственного дома. Ева села на ступеньки, глядя перед собой, пока девочки шептались. Смирнова поясняла рыжей, что произошло, а та стояла с приоткрытым от шока ртом.
— какие они.. у меня злости на них не хватает! - Вера опустилась рядом с подругой и приобняла её. - Бяша такой дурак, зачем он вообще это предложил?
— мне кажется, он не думал, что это обернётся.. так, - встала на защиту одноклассника Смирнова, и она была права. - Пятифан просто придурок, решил кому-то что-то доказать.
— мне он по секрету говорил, что жалеет, что это предложил.. Я думала, что он просто это сказал, чтобы меня успокоить и я его простила.. - растерянно бросила Фирсова.
— утро вечера мудренее. Разберёмся с этим завтра. Я завтра всё ещё раз обдумаю и в понедельник всё расскажу, хорошо? - её потерянный взгляд говорил сам за себя. Она всё ещё окончательно не отошла от шока.
Обе девочки закивали, попрощались и пошли по домам, а Рафеева завела пса домой. По привычке она побрела на кухню, достала из холодильника еду и около минуты тупо смотрела на кастрюлю в своих руках. Аппетита не было и она вернула её обратно.
Она рухнула на диван в гостинной и заплакала. Не хотелось ничего. Ева просто не понимала почему всё происходит именно так. Это было слишком жестоко. Шатенка просто заснула на диване, чувствуя сильную усталость.
...
Она сонно потерла глаза. Взгляд зацепился за часы. Было 9 вечера, дома было темно, потому что свет она не включала. Голова немного болела, а мозг ничего не соображал. Раздался настойчивый дверной звонок, словно кто-то зажал кнопку. Скорее всего, это был уже не первый звонок, от чего она и проснулась. Ева поплелась к двери, обдумывая кто это мог прийти. Видеть никого не хотелось, только если это не родители. Но у них был свой ключ.
Рафеева открыла дверь и замерла. Хотелось его ударить, да посильнее.
— что ты здесь забыл? - она была настолько уставшей, что даже не было сил кричать на него. В голосе отчетливо было слышно раздражение и нескрываемое раздражение.
— мне стыдно за своё поведение и я хочу с тобой поговорить, - Рома смотрел в пол, даже её поднимая на неё глаз.
— иди отсюда, - она закатила глаза, чувствуя сильное желание закрыть дверь.
— пожалуйста, - его голос звучал не как обычно. Словно парень действительно был готов молить её о прощении.
Ева закрыла дверь, но за собой. Домой она не собиралась его пускать. Девушка сложила руки на груди, глядя на него.
— ну и что ты хочешь мне рассказать нового? - она хотела наконец поговорить и всё ему высказать. Она собиралась окончательно вычеркнуть его из своей жизни и это было сильнее отвращения.
— мне тебя не хватает... я не могу выбросить тебя из головы и.. - он не успел договорить.
— я это слышала уже тысячу и один раз. Это очередное твоё вранье. Тебе самому от себя не противно? Как же принципы твои? Честь? Или она потерялась, когда ты про свои сигареты услышал? - она вскинула брови, глядя на него.
Он выглядел растерянным, судорожно пытался подбирать слова, но это было и не нужно. Ева и так всё знала.
— мне интересно, что я тебе сделала? Я просто переехала в это проклятое место, о чем жалею каждый божий день, благодаря тебе и Бяше! К чему весь этот цирк, Рома? Желание не проспорить сигареты для тебя превыше всего? Ты в это втянул кого только можно! Семёна, еще и этого придурка Кудрявцева! А что дальше? Родителям моим что-то наговоришь? Давай я тебе деньги на этот блок сигарет дам, да хоть на два! Только уйди из моей жизни, пожалуйста!
Он выглядел так, словно девушка только что отвесила ему сильную пощёчину. Слова повисла в воздухе, но груз с её плеч не сошёл. Стало ещё хуже, словно теперь это ещё сильнее давило на неё. На глазах навернулись слезы, которые Ева сразу вытерла.