Воспоминания
Тгк: в гостях у ведьмы~
Утро в доме на окраине деревушки всегда начиналось одинаково. Сначала звенела посуда на кухне — это бабушка Ён ставила чайник на плиту. Потом слышался стук веников, метёлок и шуршание половых тряпок - старушка любила, когда в доме всё сияло. И только потом в коридоре скрипела дверь, и Нэо, зевая и отмахиваясь от сонных мыслей, выходила к завтраку.
— Вставай, соня, уже солнце в окно стучится, — привычно проворчала бабушка, подливая чай в чашки. — Пока ты ворочалась, я уже и в сад сходила, и цветы полила.
— Бабуль, тебе нужно помедленнее, — протянула девушка, садясь за стол и взъерошивая рыжие волосы. — Ты же знаешь, врачи...
— Врачи! — махнула рукой Ён, усмехнувшись. _ Сколько себя помню, врачи всегда что-то запрещают. То сладкое, то соль, то наоборот подольше в постели полежать. А жизнь коротка, милая, чтобы всё по их правилам жить.
Нэо ухмыльнулась. Этот спор они вели почти каждое утро, и каждый раз старушка выигрывала — не словами, так делами.
После завтрака они вместе вышли в сад. Летнее солнце освещало ряды ярких цветов, которые бабушка выращивала с такой любовью, будто каждый лепесток был её ребёнком.
— Смотри, — сказала Ён, аккуратно поправляя стебель розы. — Эта скоро распустится. Помнишь, как твоя мама любила розы?
Унсури кивнула и опустила взгляд.
— Помню. Она всегда ставила букет на подоконник в моей комнате. Говорила: «Чтобы у тебя было солнце даже ночью».
Старушка на секунду замолчала. В её глазах мелькнула грусть, но она быстро её спрятала за привычной мягкой улыбкой.
— Она была особенная, твоя мама. Всегда улыбалась, даже когда самой было тяжело.
— Знаю, — тихо ответила девушка. — Но иногда мне кажется, что я помню её меньше, чем хочу. Словно она — только картинка.
Они прошли дальше по саду.
— Ты была маленькая, когда её не стало, — сказала Ён. — Но в тебе она есть. В твоём упрямстве, в том, как ты глядишь на мир.
Нэо посмотрела на бабушку и сжала её руку.
— А тебе тяжело о ней говорить?
— Тяжело, — призналась она. — Но если не говорить, будто её и не было. А я не хочу, чтобы она исчезла совсем.
Они молча постояли среди цветов. Лёгкий ветерок шевелил лепестки, словно время само напоминало: всё проходит, кроме памяти.
День прошёл в делах. Нэо помогала бабушке: носила воду, собирала овощи в саду, переставляла тяжёлые горшки. Потом вместе они отправились в магазин за продуктами. Весь посёлок знал их - и девушку, и старушку, и историю их семьи.
— О, Унсури, — окликнула продавщица, улыбаясь. — С каждой встречей только краше. Всё помогаешь бабуле?
— Конечно, — с улыбкой ответила рыжая. — Кто ещё будет?
— Молодец, — похвалила женщина. — А то нынешняя молодёжь только и думает о себе.
Нэо рассмеялась, но внутри кольнуло. Она знала: если бы люди знали, что по ночам она уходит гонять машины, их слова были бы другими.
Вечером они ужинали на веранде. В саду уже звучали сверчки, а над домом разгорался закат. Бабушка наливала чай, а девушка уставилась в небо.
— Думаешь о ней? — мягко спросила Ён.
— Да. Я иногда представляю, будто она сидит рядом. Смеётся. Рассказывает что-то.
— Знаешь, — сказала бабушка, — у неё был дар — заражать всех своей энергией. Даже когда начинались эти... гонки.
— Ты же не любила, что она гоняет.
— Я боялась, — честно ответила старушка. — Тогда я думала: ну молодая, ну азартная. Но сердце всё время было не на месте. И вот... — она осеклась, но всё было ясно без слов.
Нэо опустила глаза.
— Прости, бабуль.
— За что?
— Что я... такая же неусидчивая. Что у меня тоже это в крови.
Ён посмотрела на неё строго, но ласково.
— Ты моя внучка. Я не могу за это злиться. Но я боюсь потерять тебя. Понимаешь? Попрошу только одного: не иди по её стопам. Не участвуй в этом сумасшествии.
Девушка кивнула, чувствуя, как ком подступает к горлу.
— Я осторожная, — попыталась она оправдаться.
— Так же, как твоя мать была осторожной? — вздохнула бабушка.
Эти слова ударили больнее любого укора.
Позже, когда старушка легла спать, Нэо тихо вышла во двор и прошла дальше, заворачивая за угол. Луна светила на её машину, припаркованную у калитки чужой ограды.
Она подошла ближе, провела рукой по капоту.
— Ты меня вчера подвела, — прошептала девушка. — Но мы справимся. Я не откажусь. Никогда.
Внутри снова зазвучал голос Аккермана: «С такой машиной ты долго не протянешь».
Она сжала кулаки.
— Я докажу тебе. Я докажу всем.
В городе Леви сидел в баре, слушая, как компания парней обсуждает прошедшие «гонки».
— Видели эту рыжую? — смеялся один. — Рванула, как безумная, а потом мотор в хлам.
— Да, смешно было, — поддакнул другой. — Видать, не умеет толком ездить.
Леви молча сделал глоток и поставил стакан на стол. Внутри у него что-то кольнуло. Он знал: они не понимают. Они видели только провал, но он заметил другое. В её глазах был огонь, которого давно не встречал.
Он скривился и пробормотал:
— Тоже мне... безумная девчонка.