11
Сказать, что агуане красивые, - это ничего не сказать. Они были прекрасны. Одна девушка была краше другой. Все они стройные, высокие, подтянутые. С длинными распущенными волосами, они все как будто светились на солнце - до того бела была их кожа. У них были длинные прозрачные платья, через которые были видны все женские прелести. Бродили они по лесу босиком. Агуане были очень медлительными, от этого их плавные движения выглядели еще нежнее и женственнее.
- Здравствуйте, милые путники. Что привило вас к нам? - спросила одна из девушек неземной красоты.
- Здравствуйте, прелестные чаровницы. Нам очень бы хотелось встретиться с прекраснейшей Шармейн. Будьте так любезны, позовите ее. Пусть явится нашему взору, сметая наши невзгоды и бедствия одной лишь своей красотой.
«Ни х*я себе»
- Ну что же, милый сударь. Вижу, знаешь ты законы этого леса. Сейчас к вам явится Шармейн. А что же друг ваш так подозрительно молчалив?
У Доминика от их разговора нервно задергался глаз.
- К сожалению, друг мой не может говорить. Он немой с рождения.
Доминик бросил на Мэтта убийственный взгляд. Тот лишь хитро улыбнулся.
- Ох, как это грустно, - вздохнула тем временем девушка. - Присаживайтесь на пенечки, сейчас к вам выйдет Шармейн.
Как только Мэтт опустился на пенек Доминик проворчал:
- С чего это я немой?
- С того, что я не хочу, чтобы ты все испортил. Ради нас же стараюсь.
- Как это я все испорчу?
- Ты не умеешь вежливо разговаривать.
- Это почему еще я не умею вежливо разговаривать?
- Заметано. Как только выйдем из леса, жду от тебя нежных слов в свой адрес.
- Это еще с чего? Нежные и вежливые слова - это немного разные вещи.
- Мэттью! О, мой любимый, верный друг! Как я рада тебя видеть, - услышали парни сладостный голос подбегающей к ним нимфы.
Эта была самая красивая агуана. Красота предыдущих просто меркла по сравнению с ней. Она была идеальна. Доминик так засмотрелся на нее, что только через минуту сообразил, что до сих пор сидит с открытым ртом.
А тем временем Мэттью просил ее о помощи:
- Милая, прекрасная Шармейн. Прости меня за подобную дерзость, но мне очень нужна твоя помощь. Дело в том, что нам незамедлительно нужно попасть к Салливану и как можно быстрее. Я прошу тебя, помоги нам.
- Что случилось, милый друг? Зачем вам понадобилась его помощь, да еще так быстро?
- Милая Шармейн. Я бы все тебе подробно рассказал, но времени ничтожно мало. Я не стал бы врать. Ты же меня знаешь.
- Я тебе верю, и, конечно же, помогу. Следуйте за мной.
Они втроем двинулись вглубь леса. Девушка как будто плыла по земле, так плавно, но, тем не менее, так быстро она передвигалась. И уже спустя какое-то время перед взором Доминика открылась поистине чудесная картина. Он увидел драконов. Они были все разные. Большие и маленькие. Черные и красные. Но всех их объединяло одно: они были УЖАСНО красивы.
- Не все драконы умеют летать, - сказала девушка. - Я думаю, для вас подойдет вот этот, - и она жестом указала на огромного, красного дракона. - Он не только умеет летать и имеет большие крылья. У него еще имеется мягкий характер, он беспрекословно подчиняется приказам своего хозяина. Думаю, у вас не должно быть с ним проблем.
- Спасибо большое, Шармейн. Ты нас очень выручила. Даже не знаю, как отблагодарить тебя.
Девушка щелкнула пальцами, и красный огнедышащий дракон подошел к ним. Доминик сразу вспотел, настолько горячо было находиться рядом с этим существом.
- Ничего не надо, - произнесла Шармейн. - Ты и так много для меня сделал тогда, в «фруктовом саду». Я рада, что тоже смогла тебе чем-то помочь. Кстати, дракона зовут Торберта, это девочка. Ну, что же вы стоите? Залезайте.
Парни быстро оседлали красную красавицу.
- Спасибо, Шармейн! Я вовек не забуду твоей доброты.
- Удачи вам, мои милые друзья. Я надеюсь, вы найдете то, что ищете.
Когда дракон уже парил высоко над землей, Доминик все-таки рискнул взглянуть вниз. Он сильно удивился, ведь ничего кроме облаков внизу себя не увидел.
- Мэтт?
- Да?
- Шармейн... Она главная среди агуане?
- Да, стала... После смерти своей матери.
- А где же мужчины?
- Мужчин агуане не бывает. Обычно агуане девушки соблазняют обычных мужчин. Если они забеременеют, то участь ребенка зависит от его пола. Девочку они оставляют себе, а мальчика подкидывают обреченным семьям, тем семьям, которые не могут иметь детей. Но говорят, что мальчики, рожденные от агуане, ослепляют всех своей красотой.
- Ты случайно не их сын?
- Что? Нет, с чего ты взял?
- Ведь ты ослепил меня своей красотой.
Лицо Мэтта тут же покраснело.
- Прекрати. У тебя, кажется, от высоты голова закружилась.
- Нет. Просто кто-то ждал от меня нежных слов в свой адрес, - расплываясь в улыбке, сказал блондин.
- Перестань. Я же пошутил.
- А я нет.
- Ну все, хватит! А то сброшу с дракона.