14
- Как ты думаешь, это правда? - спросил Доминик, когда дверь за ними закрылась.
- Не знаю, но звучит убедительно.
- Бартоломей сказал одно, Сулливан - другое. Как теперь понять, где правда? А вдруг наоборот: Сулливан - это албыс.
- Слушай свое сердце. Как тебе кажется, так и будет. Во всяком случае, решать только тебе, - произнес Мэтт, задумчиво разглядывая свои башмаки.
- Я хочу остаться с тобой.
- Дом. Я не хочу, чтобы ты умирал. Я не хочу, чтобы мы были вместе такой ценой. Послушай Суллимана, прошу тебя. Помнишь, я говорил тебе про интуицию. Так вот интуиция мне подсказывает, что тебе надо послушать именно Сулливана. Помнишь, ты говорил, что твой разум уже в полном тумане? Так послушай меня. Я мыслю здраво. Не совершай непоправимое.
- Мэтт?
- Да?
- Я сделаю так, как ты хочешь.
- Я хочу, чтобы и ты этого хотел. Подумай о своих родителях, какого им будет потерять ребенка. Единственного ребенка. Подумай о друзьях, а вдруг Сулливан прав, и албыс будет пожирать всех подряд? А первыми в списке будут твои родители и друзья. Дом, я понимаю, тебе сложно сделать выбор. Ты не знаешь, кто из волшебников настоящий. Но подумай о моей интуиции, все-таки это не просто вздор. Я внук волшебника. Я более тонко чувствую ложь. И я ее чувствовал. Тогда, у Бартоломея... Я чувствовал этот подвох.
- Я убью албыса. Приглашу его в дом, подсыплю снотворное, и он растворится из моей жизни раз и навсегда.
- Тогда сегодня наша последняя ночь?
Доминик посмотрел на Мэтта, его лицо было встревоженным. Глаза... О, эти глаза, в них было столько беспокойства. Он переживал за блондина. Это было видно.
- Спасибо тебе, - произнес зеленоглазый.
- За что?
- За то, что помогал мне. За то, что спасал мою жизнь. За то, что ты просто есть, пусть и в параллельном мире, но есть.
Доминик подошел вплотную к парню и обнял его. Мэттью оробел, но через некоторое время все же нерешительно обвил шею парня руками. Так они простояли очень долго. Было так уютно, тепло в объятиях любимого человека.
Наконец Доминик расслабил хватку и взглянул в глаза Мэттью. Он коснулся руками лица, его пальцы скользили по щекам, он как будто заново изучал, а может, до сих пор не мог поверить в реальность брюнета. Доминик провел большим пальцем по тонким губам и остановился, Мэтт машинально закрыла глаза и почувствовала вкус желанных губ. Блондин целовал трепетно, чуть касаясь... И так неуверенно, как будто прикасался к кому-то впервые.
Когда контакт был разорван, то Доминик медленно открыл глаза и тут же отскочил от парня.
- КАКОГО ЧЕРТА?! - вскрикнул он.
- Что с тобой? - испуганно спросил Мэтт.
- Твои волосы... Они... Они... Они КРАСНЫЕ...
Голубоглазый опустил взгляд и смущенно улыбнулся.
- Я знаю.
- Почему? - не унимался блондин.
- Это означает, что я стал мужчиной.
- Что? - удивился парень. - Уже?
- А что не так?
- Эм... У нас мужчиной становятся по другому.
- Как? - заинтересованно спросил красноволосый чудик.
- Да не важно.
- Доминик, мне же интересно.
- Ну, хорошо, - решился все-таки объяснить Доминик. - Помнишь, Бартоломей спрашивал у тебя про соитие?
- Да. - недоуменно произнес Мэтт.
- Ну, вот после соития в нашем мире парни и становятся мужчинами.
- А ты уже мужчина?
- Глупый разговор... Давай поменяем тему.
- ДОМ!
- Да, я уже мужчина. Ты же знаешь, что у меня была девушка?! А у вас вон - после поцелуя уже становятся. Таким образом, я бы в вашем мире мужчиной уже в 10 лет стал.
- Ха-ха, нет, - Мэттью разразился смехом. - Ты неправильно понял. Только искренний поцелуй, который полон любви с обеих сторон, может покрасить твои волосы в красный цвет. Ты можешь целоваться с кем захочешь, но только от настоящей любви становятся мужчинами и женщинами.
- А-а, ну это меняет дело. Слушай, а у меня волосы не покрасились?
- Нет, ты же из другого мира. На тебя, наверно, этот закон не действует.
- Фуф, ну ладно. Блин, как-то непривычно теперь на тебя смотреть.
- Мне не идет? - расстроился парень.
- Да нет. Кому-кому, а тебе-то как раз очень идет.
- Приятно слышать, - смущенно пролепетал голубоглазый.
- Мэтт?
- Да?
- Помнишь, ты рассказывал, что когда двое влюбленных людей встречают друг друга, то они это чувствуют и это навсегда? А что случается с теми, кто теряет такого человека? Что будет с тобой? Я не хочу, чтобы ты был один всю жизнь.
- Такие люди любят. Любят свои воспоминания, ведь любимого человека уже нет в их жизни. Не переживай за меня. Я найду свою дорогу. Но что касается любви... То любовь - она одна. Одна на всю жизнь. Как можно любить кого-то еще? Если любовь одна. Единственная и неповторимая.
- Мэтт я...
- Может, хватит пустых разговоров? Ты еще здесь, и я хотел бы провести остаток выделенного нам времени совсем по-другому. - Мэттью обнял блондина и прошептал на ухо, - Я так тебя люблю.
- Я тоже тебя люблю. Мне будет не хватать тебя. Смогу ли я убить подобие тебя?
- Запомни. Он - это не я!
- Твои губы, только твои могут так сладко целовать.
Их губы вновь слились воедино. Затуманивая и без того мутный разум Доминика. На этот раз поцелуй был страстным, блондин хотел выразить всю свою любовь, все, что накопилось в его душе за этот короткий промежуток времени.
Лицо. Шея. Щеки. Лоб. И снова губы. Так продолжалось еще очень долго. Пока Доминик не начал улетать. Он в последний раз взглянул в синие океаны любви и проснулся