Глава 24. Разрывая паутину.
Сын Хён крутился по кабинету, в ожидании нужных бумаг.
- Ён, я добыл ордер на арест. Собирай команду и выезжайте. Я поеду домой к Шинни, что-то мне не спокойно
- Хорошо, поспеши.
Группа захвата среагировала быстро, но из-за плохой погоды движение на дорогах было во многих местах перекрыто. Ён нервно подёргивал пальцы, борясь с желанием броситься бегом к дому преступника и наказать того, за все совершенные преступления. Кадры измученных и задушенных людей мелькали перед глазами, как и смеющиеся важные мужчины, читавшие над жертвами непонятные книги. Сборище психов, потерявших нить реальности. Внутри разгорался огонь ненависти. Парня передёрнуло.
Наконец они добрались к дому подозреваемых. Обыскивая комнату за комнатой, Ён ужасался находкам и людям, оказавшимся замешанных во весь этот оккультизм. Книги, ножи, верёвки, диски с кучей записей убийств, рыдающие жертвы.
И повсюду символика погасшей свечи, символизирующей конец жизни. Ён дрожал от сдерживаемого гнева. Но в особняке главного Убийцы не было, так же, как и в доме отца У Бина.
- Проверьте его по списку вылетающих на самолётах, не забудьте и частные организации прошерстить. Поезда и метро должны осмотреть.- властно командовал Ён.
Набрав номер Сын Хёна, он сказал:
- Твоего отца нигде не могут найти. Похоже он залёг на дно.
- Это вряд ли. Выезжай с группой к моему дому, потому что отец не уходит, не причинив другим боль.
Парень достал телефон и попытался дозвониться до Шин Хё, но та не брала трубку. Тревога накрывала волнами.
Чхве Сын Хён был почти у дома, но пробки не давали возможности продвигаться быстро. Боясь за любимую и проклиная себя, он выскочил на улицу. Сопротивляясь ветру и дождю, он стремительно несся в сторону дома. Не хватало воздуха из-за сильных порывов ветра, пару раз упав, он вновь вскочил, молясь о благополучии девушки.
Вдруг телефон зазвонил. Это Шин Хё. Но сколько бы он не звал, никто не отвечал. Воображение рисовало страшные картины, ноги сами несли его к дому.
Подскочив к знакомому забору, он заметил тёмную машину, не раздумывая, Сын Хён прибавил ходу. Притормозив у крыльца, он заставил себя остановиться и прислушаться к тому, что происходит в доме.
Убийца не потрудился закрыть дверь до конца, и она тяжело болталась из стороны в сторону.
Отец замахнулся ножом. Время словно замедлило свой бег и Сын Хён, не раздумывая, бросился на мужчину, сбивая того с ног тяжестью собственного тела. Завязалась борьба, борьба любви и ненависти, страха и отчаяния, добра и зла.
Парень не думал об своей осторожности, в его мыслях была важна только безопасность Шинни, которая в шоке наблюдала за смертельным танцем отца и сына.