Запись 10
Декабрь 1980 года. Лондон. Поместье Гонтов. Вустершир.
Сегодняшний день, как и несколько предыдущих никак не складываются в слова, чтобы осветить их здесь. Одна мысль, что когда-то это всё же придётся рассказать, вызывает у меня дикое отвращение. Салазар, если бы я только могла вернуть всё назад... Но история не терпит сослагательных наклонений, поэтому остаётся лишь смириться. И выплеснуть эту грязь сюда.
Отец уже вовсю планирует свадьбу с человеком, которого я не знаю. И остановить это я не могу, ровно как и повлиять на обе стороны этой коварной сделки. Отец уже встретился с моим будущим мужем и, либо шантажом, либо предложением, от которого невозможно отказаться, склонил его к браку. Мне же остаётся тихо злиться в стороне, ожидая развязки и строя планы по избавлению от навязанного супруга. Что же он из себя представляет?
Корвин Флинт - обедневший аристократ чистой крови, держащийся на плаву лишь из-за упоминания в "Священных 28", написанных Кантанкерусом Ноттом. Второй наследник фамилии, двадцатипятилетний высокий юноша, (язык не поворачивается назвать его мужчиной) с пронзительными карими глазами и копной чернейших волос. Как я успела выяснить, ему мало интересно бракосочетание и наша жизнь в дальнейшем. Мальчик был бешено влюблён в науку. Мы только и говорили, что о его исследованиях и о том, как "здорово было бы отправиться в экспедицию в леса Амазонки и найти ядовитую тентакулу в своей привычной среде произрастания". Он изучает заклинания и их метаморфозы, неосвящённые возможности зелий и ещё кучу всякой всячины, от которой у меня вскипает мозг и дёргается левый глаз. Мне придётся мириться с одержимым профессором, пока какой-то из его диких экспериментов не оставит меня весёлой вдовой. Вот уж действительно, пока смерть не разлучит нас.
Как же мне хочется ещё раз оказаться на том самом пляже, где специально для меня два водяных гиганта, подобно гладиаторам, боролись насмерть воимя абстрактной цели. Где ещё нет никаких проблем, а взрослые, серьёзные мысли вытесняет детский восторг от всего происходящего. Как жаль, что тот ребёнок с невинным сердцем и ясным взглядом умер там.
Видимо, пришло время взрослеть.