4 глава
Кровь стекает с ядовитых клыков. Слизистая чешуя переливается с багровым оттенком. Глаза хищника блестят словно вода на стекле под лучами яркого солнца.
Смерть поглотила небесную пелену и небо окрасилось в алый. Гредут тучи, они безжалостно пожирают голубые облака. Может ли пойти багровый дождь?
Может. И он идёт. Потому что тучи поглотили абсолютно всё. И нет теперь здезд за дневным небом. Есть только тёмная бездна, которая безжалостна, и не знает она доброго слова.
***
Стук в дверь, заставил оторвать бледно-зеленые глаза от свитка, переводя их на большую деревянную дверь.
- Войдите.
- Вы вызывали меня профессор Слизнорт?
- Да, Корнелия Тонкс, не так ли?- девушка кивнула, с нетерпением желая продолжение разговора.
- Что ж в недавнем времени, миссис Тонкс, я заметил ваши успехи по абсолютно всем предметам- глаза бледного крыжовника слишком пристально смотрели в голубые- и признаюсь честно я не был удивлен вашим успехам..
- И почему же профессор?- девушка внимательно смотрела на седую макушку.
- Ваш потонциал, я видел с первого моего урока с вами, миссис Тонкс- руки на деревянном столе соединились в замок.
- Ваша семья имеет собственный мэнор, не так ли?
- Да профессор, это так.
Девушке было некомфортно от этого допроса. Но она хотела в этот клуб. По этому пару вопросов можно стерпеть.
- Ваш отец маггл если я не ошибаюсь?
Что-то сжалось в этот момент в сердце Корнелии.
- Да, профессор.
- Простите милочка, если я задал вам слишком личные вопросы- декан Слизарина внимательно смотрел в небесно голубые глаза.
- Ну что вы профессор, для меня нет никакого труда ответить своему любимому профессору.
Гораций удивлённо смотрит на рыжую макушку. Он даже опешил. Это была проверка, ученица прошла её на раз два.
- Что ж, тогда я бы хотел предложить вам прийти на пробный вечер в мой клуб слизней- видно было что Слизнорт хотел у себя в коллекции, видеть именно эту ученицу.
- Почту это за честь, профессор.
С губ Горация слител смешок, затем профессор напоил девушку чаем, и они завели светскую беседу. Внутри декан Слизарина возликует, потому-что получил ещё один лакомный кусочек Хогвартца.
***
Девушка буквально бежала по коридорам замка второго этажа.
Корнелия. Корнелия. Корнелия.
Некий шёпот заставил в миг остановиться девушку.
Чёрт! Кто это! Сейчас все на уроках, как ученики так и учителя. Голос не был подростковым он был взрослым. От чего хрупкое тело вновь и вновь покрывалось сотнями мурашек. Что-то тогда выключилось в девушка, будто бы она лешилась одного органа. Малозначущего без которого она сможет существовать.
Было лишь два поворота на третьем этаже, это в кабинет Герберта Бири и в женский туалет. Девушка свернула на второй поворот, который сопровождался темнотой. Она следовала только внутренним инстинктам и нечему больше.
За такое короткое время учёбы в Хогвартце, Корнелия уже знала что именно этот туалет все девочки обходили стороной. Ни кому он не был по душе. Но рыжеволосая продолжала идти по длинному коридору, следом открывая тёмную дверь. Таким образом девушке открылся полный обзор женского туалета.
Seethaaa...haassey..ssss..aayaaa...ssseyaaa... hatheeey..ssaah..
The moon turns red.
- Кто здесь?!- голос отдался эхом по всему перимитру помещения. Вот только шёпот не прекращался, и Корнелия начала обходить раковины с зеркалами которые были тесно прикреплены друг другу и создавали некий круг.
Ssseyaa..seethaaaa..ssss..shatu...ssseyaa esseytha..hasseey...
And then the blue veil will hide the darkness.
Мерлин. Это же..
Всё её тело бросило в холод. Казалось что в помещении настоящий снег. Так холодно девушке ещё не было.
Ssaah..haaa...ssseyaa..ayaeeh...hatheeey..seethaaa..ssss..aayaa...
With light, it they manage not to be covered with darkness.
Черная мантия с капюшоном полностью скрывала личность человека. Всё тело Корнелии будто положили на миллионы ледяных ножей. Девушка словно под гипнозом шла к незнакомцу, она знала что плод смерти упереться ей в зубы. Но ноги не слушали разум девушки.
Холод замораживает её сердце, оно покрывается льдом и медленно прекращает отдавать импульсы по всему телу.
Чёрный капюшон упал на широкие плечи, открывая красивое лицо юноши.
- Ты прекрасна- грубая ладонь легла на скулу рыжеволосой. Поглаживая, от чего рыжие ресницы закрыли небесные глаза.
Она напугана. Она познала все соки страха. Но она не двигается с места. Потому что не может. Не может разорвать контакт с темными глазами. Не может и не хочет делать это.
- Ты..
- Чшш..у тебя мало сил...не трать их на бессмысленные слова- голос такой томный и властный. Что хочется почувствовать его, расспробывать на вкус. Она тает как лёд на солнце. Он это всё что ей нужно, всё чего она желает.
Девушка повинуется. Она всегда повинуется ему. По-другому не может.
- Ты убьёшь меня?- голубые глаза исследуют каждый миллиметр бледного лица. Ей нравится смотреть на него, даже когда смерть положила меч на её шею. Даже когда свет гаснет в чёрной бездне.
- Я хочу этого- шёпот словно лезвие, оставляет порезы на теле девушки. А она даже не всдрагивает, продолжая стоять на месте. Истекая кровью но стоит на месте, потому-что должна. По другому не может. Она создана для него. Об этом знает она, и знает он. А значит она будет делать всё что пожелает чернота.
Руки потянулись к мантии девушки, пальцы вытянули пуговицу из петли. Черная материя медленно оголяла плечи своей хозяйки. Грубые бледные руки блуждали по тонкой шее и лицу. Пальцы коснулись галстука снимая его, затем медленно расстегивая пуговицы на белоснежной рубашке. Чёрные глаза наслаждались телом девушки. Он хотел увидеть её наготу, хотел почувствовать запах её тела. Притронуться к хрупкому стеклу. Он не порежется. Порежутся другие, если посмеют притронуться к ней.
- Но не сейчас- томный выдох слетел с алых губ девушки. И это последняя капля его здравого рассудка. Он хочет её на животном инстинкте. Хочет сжать её, рвать, разрывать на куски. Потому что он жестокий, его любовь это ножи, которые уже успели изуродовать молочную кожу. Большой палец коснулся носа, медленно следуя по дорожке веснушек. Она прикрывает веки. Это выглядило настолько сладостно. Что темнота желает поглотить небесную пелену. Пожирать её, чувствовать сладкий вкус на языке.
Теперь они оба стояли как зачарованные, оба хотели стать друг другом. Обрести частицы друг другу. Что-то в тот момент соеденило их нее души крепким узлом. Невидимая пыльца осыпала их, и они оба её вдохнули. Вдохнули максимально глубоко. Настолько глубоко что чувствует даже живот. И он рвется, рвется пополам. Оба попрощались со своей жизнью. Оба в вошли во тьму, с которой теперь им выбератся только вдвоем.
Но что если он и есть той самой ночной бездной. Что если он и есть чернота. Только вот небо уже успело стать багровым. И оно ждёт. Ждёт время, когда сможет выполнить свою миссию, чего бы оно не стоило небесной пелене..Ведь она рождена самим дьяволом для сына тьмы. Только она достойна ада. И она будет гореть в нем. Пока не сгорят кости. Пока не сгорит сердце. А её сердце будет биться только для чёрной бездны.