Блэк, но не та

1 сентября 1989 года. Утро первого дня.

Камелия проснулась от того, что кто-то тряс её за плечо.

— Вставай, соня! — голос Анджелины звучал прямо над ухом. — Завтрак через полчаса! Если мы опоздаем, Перси нам устроит лекцию на час!

Камелия села на кровати и зажмурилась. Солнце лилось в окно, золотистое и тёплое. Она не помнила, когда в последний раз просыпалась от солнечного света. В доме Краучей окна её комнаты выходили на север, и утро всегда было серым.

— Иду, — пробормотала она, протирая глаза.

В ванной комнате уже шумела вода. Кэти и Алисия спорили, чья очередь умываться. Анджелина заплетала косички перед зеркалом и одновременно пыталась найти второй носок.

Камелия смотрела на эту суету и чувствовала странное тепло. В доме Краучей всё было тихо, чётко, по расписанию. Никто не бегал, не шумел, не терял носки. Здесь было... по-настоящему.

— Камелия, твоя очередь! — крикнула Кэти, вылетая из ванной.

Она улыбнулась и пошла умываться.

---

В гостиной их уже ждали.

Фред и Джордж сидели в тех же креслах у камина, что и вчера. Фред — вверх ногами, Джордж — пытался поджечь перо, и у него почти получалось.

— Доброе утро! — Фред помахал рукой, не меняя позы. — Как спалось?

— Хорошо, — удивилась Камелия. — А ты почему опять вверх ногами?

— Кровь приливает к голове. Лучше думается. Мы тут план обсуждаем.

— План чего?

— Первого розыгрыша, — таинственно прошептал Джордж.

— Уже? — Анджелина закатила глаза. — Первый день!

— Самый лучший день для розыгрышей! — возразил Фред, переворачиваясь и вставая на ноги. — Все расслаблены, никто не ждёт подвоха.

— Кроме профессоров, — заметил Ли, появляясь из-за кресла.

— Профессора не в счёт. Они всегда ждут.

Камелия слушала их болтовню и чувствовала, как напряжение уходит. Она даже забыла, что сегодня первый учебный день. Первый день, когда учителя увидят её фамилию в списках. Первый день, когда придётся сидеть в классе с другими учениками.

— Ты чего загрустила? — Фред подошёл ближе.

— Я не загрустила, — соврала Камелия.

— Врёшь, — спокойно сказал он. — У тебя на лице всё написано. Но не бойся. Мы рядом.

— Мы будем кидаться в тебя записками, если станет скучно, — добавил Джордж.

— Это должно меня успокоить?

— Должно. Потому что записки будут смешными.

Камелия улыбнулась.

— Пошли завтракать, — Фред взял её за руку. — Надо набраться сил перед уроками. Трансфигурация, говорят, самый сложный предмет.

— Кто говорит?

— Все говорят. Но мы не боимся. Мы Уизли.

— А я не Уизли, — заметила Камелия.

— Ты теперь почётный Уизли, — серьёзно сказал Джордж. — Так мама решит, когда узнает.

— Ваша мама обо мне не знает.

— Пока не знает. Узнает. И будет кормить яблочными пирогами.

Камелия засмеялась и пошла с ними в Большой зал.

---

Первый урок: трансфигурация

Трансфигурация оказалась страшнее, чем Камелия думала.

Не потому что профессор МакГонагалл была злой — она была строгой, очень строгой, но справедливой. А потому что спички решительно отказывались превращаться в иголки.

Камелия сидела за партой рядом с Анджелиной и смотрела на свою спичку так, будто пыталась прожечь в ней дыру взглядом. Спичка лежала себе спокойно и даже не думала меняться.

Профессор МакГонагалл ходила между рядами, заглядывая через плечи учеников. Её мантия тихо шелестела, очки-половинки поблёскивали в свете утреннего солнца.

— Помните, — говорила она, — трансфигурация — один из самых сложных и опасных разделов магии. Любая ошибка может привести к непредсказуемым последствиям. Поэтому — сосредоточьтесь.

Камелия сосредоточилась. Спичка даже не дёрнулась.

— Ты слишком сильно хочешь, — шепнула Анджелина. — Расслабься.

— Я не умею расслабляться, — честно призналась Камелия.

— Учись. Смотри.

Анджелина взмахнула палочкой, чётко произнесла: «Вера Верто», и её спичка через секунду стала серебряной иголкой с аккуратным ушком.

— Отлично, мисс Джонсон! — похвалила МакГонагалл. — Десять баллов Гриффиндору. Видите, как надо?

Камелия вздохнула и снова уставилась на свою спичку.

Вокруг уже вовсю раздавались крики: у кого-то спичка задымилась, у кого-то покрылась странными пятнами, а у одного мальчика с Хаффлпаффа вообще превратилась в какую-то желеобразную массу.

— Мистер Тонкс, это не иголка, — сухо заметила МакГонагалл. — Это даже не спичка. Уберите это, пока оно не расползлось по парте.

Камелия хихикнула и тут же прикусила губу.

— Не переживай, — раздался голос сзади. — У меня тоже не получается.

Она обернулась. Позади сидел Ли Джордан с точно такой же бесполезной спичкой.

— Мы безнадёжны, — трагично сказал он.

— Мы просто не гении, — поправила Камелия.

— Это одно и то же.

— Мисс Блэк! — голос МакГонагалл заставил её вздрогнуть. — Сосредоточьтесь на задании, а не на разговорах.

Камелия густо покраснела и уткнулась в парту.

— Блэк? — услышала она шёпот с соседнего ряда. — Та самая?

— Дочь того убийцы, — ответил другой голос.

Камелия сжала палочку так, что побелели костяшки.

— Эй, — Анджелина толкнула её локтем. — Не слушай.

— Я и не слушаю.

— Врёшь. У тебя уши красные.

Камелия ничего не ответила. Она снова взмахнула палочкой, произнесла заклинание, и — о чудо — спичка дёрнулась, посеребрилась на кончике и... осталась спичкой.

— Прогресс, — сухо сказала МакГонагалл, проходя мимо. — Ещё пара таких попыток, и у вас получится иголка. Пять баллов Гриффиндору за старание.

Камелия выдохнула.

Пять баллов. Она заработала пять баллов.

Впервые в жизни она что-то заработала сама.

— Молодец, — шепнула Анджелина. — Я же говорила, получится.

Камелия улыбнулась и снова взялась за палочку.

К концу урока её спичка стала наполовину серебряной. МакГонагалл, проходя мимо, чуть заметно кивнула.

— Хорошая работа, мисс Блэк. Продолжайте в том же духе.

Камелия почувствовала, как от этих слов внутри разливается тепло. Её хвалили. Не за то, что она молчала или была удобной. А за то, что у неё получилось.

Когда прозвенел звонок, она вылетела из класса на крыльях.

— Ну как? — Фред ждал её в коридоре. — Получилось?

— Наполовину, — гордо сказала Камелия.

— О, круто! У меня вообще ничего не вышло. Спичка просто задымилась и погасла.

— У меня тоже, — подошёл Джордж. — Мы, наверное, братья не только по крови, но и по бесполезности в трансфигурации.

— Зато по зельям оторвёмся, — оптимистично заметил Фред. — Билл говорил, Снейп строгий и злой.

Камелия вспомнила вчерашний взгляд Снейпа и поёжилась.

— Ты чего? — заметил Фред.

— Ничего. Просто... он странно на меня смотрел.

— На всех странно смотрит, — отмахнулся Джордж. — У него лицо такое.

— Правда?

— Правда. Пошли лучше завтракать. Я есть хочу.

---

Второй урок: зельеварение

Подземелья оказались холодными и тёмными.

Камелия зябко куталась в мантию и старалась не отставать от Анджелины. Факелы на стенах отбрасывали дрожащие тени, и каждый шаг отдавался эхом в каменных коридорах.

— Страшно? — спросила Анджелина.

— Немного.

— Я слышала, Снейп снимает баллы просто так. За плохое настроение.

— Так не бывает.

— В Хогвартсе бывает. Мне старшекурсники рассказывали.

Они вошли в класс. Там уже сидели ученики, и в воздухе висело напряжение. Камелия села за парту, положила перед собой учебник «Тысяча магических растений и грибов» и замерла.

Дверь распахнулась.

Чёрная мантия взметнулась, как крылья. Бледное лицо, чёрные волосы до плеч, холодные чёрные глаза. Профессор Снейп прошагал к кафедре, и класс затаил дыхание.

— Здесь, — сказал он тихо, но его голос разнёсся по всему помещению, — вы будете учиться варить зелья. Я не буду поить вас сладенькими настоями и пускать пыль в глаза. Я научу вас правильно обращаться с ингредиентами, если только вы не окажетесь круглыми идиотами.

Тишина. Никто не шевелился.

Снейп взял список.

— Мисс Блэк.

Камелия вздрогнула. Её назвали первой.

— Скажите-ка мне, что получится, если смешать настойку полыни с соком болиголова?

Камелия замерла. Она читала об этом. Где-то читала. В книге, которую нашла в библиотеке Краучей. Там было...

— Сонное зелье, — выпалила она. — Очень сильное. Его ещё называют Дрёма Смерти. В древних текстах упоминается как...

— Достаточно, — перебил Снейп. — Весьма... неожиданно. Кто вам это рассказал?

— Я... я читала, сэр.

— Читала. — Он помолчал, буравя её взглядом. — Пять баллов Гриффиндору. За то, что хоть кто-то здесь умеет читать.

Камелия выдохнула. Анджелина под столом сжала её руку.

Весь урок Камелия чувствовала на себе взгляд Снейпа. Он словно сканировал её, изучал, искал что-то. Но больше не вызывал.

Когда урок кончился, она вылетела из класса быстрее всех.

— Эй, ты чего? — Фред догнал её в коридоре. — Ты же круто ответила! Пять баллов!

— Он странно на меня смотрел, — выдохнула Камелия. — Весь урок. Как будто... я ему кого-то напоминаю.

Близнецы переглянулись.

— Слушай, — Фред понизил голос. — Тут такое дело... Твой отец и Снейп... они учились вместе. Вроде даже врагами были.

Камелия остановилась.

— Откуда ты знаешь?

— Билл рассказывал. Он много чего знает. Говорит, Снейп ненавидел твоего отца. А твоего отца посадили... ну, ты знаешь.

Камелия кивнула. Конечно, она знала. Ей об этом напоминали каждый день.

— Думаешь, он будет ко мне придираться?

— Не знаю, — честно сказал Фред. — Но если что — мы рядом.

— Мы будем кидаться в него бумажками, — добавил Джордж.

— Спасибо, — улыбнулась Камелия. — Это очень... обнадёживает.

---

Третий урок: история магии

История магии оказалась самым скучным предметом в мире.

Профессор Бинс был привидением. Он просто залетел в класс, просочился сквозь доску и начал читать лекцию таким монотонным голосом, что через пять минут у Камелии начали слипаться глаза.

— ...и тогда, в тысяча шестьсот тридцать седьмом году, Международная конфедерация магов приняла решение... — гудел Бинс, паря над кафедрой.

Рядом с Камелией Фред положил голову на парту и тихо посапывал. Джордж рисовал в тетради карикатуру на Снейпа. Ли писал записку и пытался перебросить её Анджелине, но промахнулся, и она упала на пол.

Камелия боролась со сном и думала о том, что в доме Краучей она хотя бы не засыпала на уроках. Потому что уроков там не было.

— ...а в результате восстания гоблинов...

— Профессор Бинс, — раздался чей-то голос. — А можно спросить?

Бинс даже не остановился.

— ...король гоблинов был низложен...

— Профессор?

— ...и на его место пришёл...

Камелия толкнула Фреда локтем.

— А? Что? — Фред подскочил.

— Ты заснул.

— Я не спал. Я медитировал.

— Ты храпел.

— Гриффиндорцы не храпят. Это клевета.

К концу урока Камелия знала об истории магии примерно столько же, сколько в начале. Ноль.

— Это был самый бесполезный час в моей жизни, — простонал Ли, когда они выходили из класса.

— А ты чего хотел? — пожал плечами Джордж. — Привидение, которое читает лекции. Это же классика.

— Классика скуки.

— Зато можно выспаться, — философски заметил Фред. — Я теперь знаю, на каком уроке буду восстанавливать силы.

---

Обед

Большой зал встретил их шумом и запахом еды.

Камелия плюхнулась на скамью рядом с Фредом и поняла, что ужасно голодна. Завтрак был давно, а от переживаний сгорело много калорий.

— Держи, — Фред пододвинул к ней тарелку. — Тебе надо есть. А то усохнешь до размера своей спички.

— Моя спичка уже почти иголка!

— Почти не считается. Вот когда будет иголка — тогда и поговорим.

— А у тебя что?

— У меня головешка, — грустно сказал Фред. — Я её сжёг.

— Я тоже, — признался Джордж. — Мы, наверное, единственные в мире, кто умудрился поджечь спичку на трансфигурации.

— Зато не скучно, — утешил его Ли.

Камелия засмеялась и откусила пирожок.

Она смотрела на друзей, на их веснушчатые лица, на то, как они спорят и смеются, и думала о том, что этот день — самый странный в её жизни. И самый счастливый.

— О чём задумалась? — спросила Анджелина.

— Ни о чём. Просто... мне хорошо.

— Это называется «быть счастливой», — улыбнулась Анджелина. — Привыкай.

Камелия улыбнулась в ответ.

Она привыкала.

---

Четвёртый урок: полёты на мётлах

После обеда у них были полёты.

Камелия никогда не летала на метле. В доме Краучей об этом не могло быть и речи. Она видела мётлы только на картинках и в магазине «Квиддич энд К» на Косой аллее, куда один раз заходила с миссис Крауч.

— Ты летала когда-нибудь? — спросил Фред, когда они шли к полю.

— Нет, — честно призналась Камелия.

— Не бойся. Это как на велике, только в воздухе.

— Я и на велике не каталась.

Фред остановился и посмотрел на неё с ужасом.

— Ты что, вообще не жила до Хогвартса?

— Можно и так сказать, — тихо ответила Камелия.

Фред помолчал, а потом вдруг взял её за руку.

— Ну ничего. Теперь будешь жить. И летать научишься. Я тебя научу.

— Ты же сам первокурсник.

— И что? У меня талант. Билл говорил, у нас в крови летать.

Поле для полётов было огромным, с трибунами по краям и ровной травой. Там уже стояли мётлы — старые, потрёпанные, с торчащими прутьями.

— Ну и барахло, — поморщился Джордж. — Дома у нас такие в сарае валяются.

— Зато бесплатно, — философски заметил Ли.

Тренер по полётам, мадам Трюк, оказалась невысокой женщиной с короткой стрижкой и свистком на шее. Она построила их в шеренгу и велела встать рядом с метлой.

— По моей команде поднимите метлу, — скомандовала она. — Быстро и чётко.

Камелия посмотрела на свою метлу. Та лежала на траве и выглядела очень неубедительно.

— РАЗ! ДВА! ТРИ! — свистнула мадам Трюк.

Камелия крикнула: «Вверх!» — и метла послушно прыгнула ей в руку.

Она даже не поверила сначала. Метла была тёплой, чуть вибрировала, будто живая.

— Молодец, мисс Блэк! — крикнула мадам Трюк. — Отлично!

Рядом Фред уже сидел на метле и нетерпеливо подпрыгивал. Джордж тоже справился. А вот у Ли метла просто лежала на земле и даже не шевелилась.

— Вверх! — кричал Ли. — ВУПЕР!

Метла не реагировала.

— Ты не так говоришь, — смеялся Джордж. — Надо ласково. Она же девочка.

— Метла — девочка?

— А ты не знал? У мётел есть пол.

Ли посмотрел на метлу с подозрением.

— Милая метёлочка, — прошептал он. — Пожалуйста, взлети.

Метла дёрнулась и подпрыгнула.

— Работает! — заорал Ли. — Она работает!

Камелия смеялась так, что чуть не выронила метлу.

---

Потом они учились взлетать.

Камелия впервые в жизни оторвалась от земли. Это было страшно и прекрасно одновременно. Ветер бил в лицо, трава внизу становилась всё меньше, и сердце колотилось где-то в горле.

— Не смотри вниз! — крикнул Фред, пролетая мимо. — Смотри вперёд!

Она посмотрела вперёд. Небо было бесконечным, синим, свободным.

Она летела.

— А теперь поворачивай! — крикнула мадам Трюк.

Камелия наклонила метлу вправо и чуть не свалилась. Метла вильнула, но она удержалась.

— Хорошо! — донёсся голос тренера. — Ещё попытка!

К концу урока Камелия уже могла пролететь по прямой и даже чуть-чуть поворачивать. Ноги дрожали, когда она слезала с метлы.

— Ты молодец, — сказал Фред, приземляясь рядом. — Для первого раза отлично.

— У тебя вообще классно получилось, — признала Камелия. — Ты летал как... как...

— Как птица?

— Как ураган.

Фред засмеялся.

— Это комплимент?

— Это наблюдение.

---

Вечер

После ужина они сидели в гостиной и делали домашнее задание.

Трансфигурация, зелья, история магии — всего было много. Камелия строчила в пергаменте, а Фред рядом рисовал карикатуры на профессоров.

— Смотри, — он показал ей рисунок. — Это Снейп, который ест лимон.

На рисунке Снейп сидел с огромным лимоном и морщился.

— Похоже, — улыбнулась Камелия.

— А это МакГонагалл, которая превращает кота в табуретку.

— Она бы не стала превращать кота.

— Ну, вдруг.

Джордж подкинул в камин летучий порошок, и огонь стал зелёным. Кто-то из старшекурсников крикнул: «Эй, первокурсники, аккуратнее!»

— Простите, — пискнул Джордж и захихикал.

Камелия отложила перо и посмотрела на друзей.

Фред рисовал, Джордж подбрасывал в огонь всякую ерунду, Ли спорил с Анджелиной о правильности написания какого-то заклинания, Кэти и Алисия читали журнал про квиддич.

В камине потрескивал огонь. За окнами темнело звёздное небо.

Камелия вдруг поняла, что не помнит, когда в последний раз чувствовала себя так спокойно. Так... дома.

— Ты чего? — Фред оторвался от рисования.

— Ничего. Просто... мне хорошо.

— Это называется «быть счастливой», — улыбнулся он, повторяя слова Анджелины. — Привыкай.

— Я привыкаю.

Фред протянул ей рисунок. На нём была изображена она — с метлой, в полёте, с растрёпанными волосами и огромной улыбкой.

— Это ты, — сказал он. — Камелия Блэк, гриффиндорка и почти профессиональная летунья.

— Я только один раз летала.

— Первый раз — уже почти профессионально.

Камелия взяла рисунок и улыбнулась.

— Спасибо, Фред.

— Не за что.

Она спрятала рисунок в учебник по трансфигурации и снова взялась за перо.

Но внутри всё пело.

---

Ночь

Поздно ночью, когда все уже легли, Камелия лежала в своей кровати и смотрела в потолок.

Рядом тихо дышали Анджелина, Кэти и Алисия. Где-то в соседней башне Фред и Джордж, наверное, тоже не спали и придумывали новые розыгрыши.

Она думала о сегодняшнем дне.

О трансфигурации, где у неё почти получилось.
О зельях, где Снейп смотрел на неё странно, но она ответила правильно.
Об истории магии, где она чуть не заснула.
О полётах, где она впервые поднялась в небо.
О Фреде, который нарисовал её.

— Камелия, — раздался шёпот Анджелины. — Ты спишь?

— Нет.

— Я тоже. Волнуешься о завтрашнем дне?

— Немного.

— Не волнуйся. Мы справимся.

— Я знаю.

Тишина.

— Анджелина?

— М?

— Спасибо.

— За что?

— За то, что ты есть.

— Ой, иди спать, — смущённо сказала Анджелина. — Завтра зелья опять.

Камелия улыбнулась в темноте.

Она закрыла глаза.

Завтра будет новый день. Новые уроки. Новые вызовы.

Но теперь у неё есть за кем идти.

И есть к кому возвращаться.

---

Дни летели

Сентябрь сменился октябрём. Октябрь — ноябрём.

Камелия привыкла к Хогвартсу. К его лестницам, которые двигались, когда им вздумается. К портретам, которые давали советы (и сплетничали). К привидениям, которые бродили по коридорам.

Она привыкла к урокам.

Трансфигурация всё ещё давалась с трудом, но её спичка наконец-то стала иголкой. МакГонагалл похвалила её и поставила пять баллов.

Зелья оставались самыми страшными. Снейп по-прежнему смотрел на неё странно, но она научилась не обращать внимания. Она варила зелья лучше всех на курсе — сказывались годы чтения книг в доме Краучей.

История магии была по-прежнему скучной. Камелия научилась спать с открытыми глазами.

Полёты стали её любимым предметом. Она летала лучше всех на курсе, кроме Фреда. Но Фред был ненормальным.

— У тебя талант, — сказала мадам Трюк после одного из уроков. — Подумай о квиддиче.

Камелия засмеялась. Она даже мяч поймать не могла.

— Подумай, — повторила мадам Трюк.

---

Она привыкла к друзьям.

К Фреду, который постоянно её смешил. К Джорджу, который всегда был рядом. К Ли, который рассказывал ужасные шутки. К Анджелине, которая стала ей почти сестрой. К Кэти и Алисии, с которыми можно было просто молчать.

Они стали её семьёй.

Татья, которой у неё никогда не было.

---

Первый снег

В середине ноября выпал первый снег.

Камелия стояла у окна в гостиной и смотрела, как белые хлопья падают на землю. В доме Краучей снег был просто грязью на улице. Здесь он был красивым.

— Нравится? — Фред подошёл сзади.

— Очень.

— А ты снеговиков когда-нибудь лепила?

— Нет.

— Тогда сегодня научишься.

После уроков они выбежали во двор. Снега намело по колено.

— Лепи! — скомандовал Фред и запустил в неё снежком.

Камелия взвизгнула и ответила.

Через полчаса они все были мокрые, красные и счастливые. А в центре двора стоял кривой снеговик с морковкой вместо носа и метлой в руке.

— Это лучший снеговик в мире, — заявил Фред.

— Он страшный, — засмеялась Камелия.

— Зато наш.

Она посмотрела на него. На его рыжие волосы, мокрые от снега. На веснушки, которые стали ещё ярче от холода. На улыбку, которая не сходила с лица.

— Спасибо, Фред, — тихо сказала она.

— За что?

— За этот день. И за все предыдущие.

Фред улыбнулся.

— Не за что, Камелия. Это только начало.

---

Конец первого семестра

Перед Рождеством Камелия получила письмо.

Обычная сова, серая и лохматая, прилетела утром и бросила конверт прямо на завтрак.

Камелия узнала почерк. Миссис Крауч.

«Ты приедешь на каникулы. Мы ждём».

Всё. Ни «пожалуйста», ни «как дела», ни «мы скучаем».

— Что там? — спросила Анджелина.

— Надо ехать, — тихо сказала Камелия.

— К тем... ну, у кого ты живёшь?

— Да.

Анджелина помолчала.

— А если не поедешь?

— Надо.

Фред отложил вилку.

— Слушай, — сказал он. — Если что — мы рядом. Даже если ты там. Мы всё равно рядом.

— Как?

— Не знаю. Но будем.

Камелия улыбнулась.

— Я знаю.

---

Она уехала на Рождество.

Дом Краучей встретил её холодом, тишиной и пустой тарелкой.

— Как учёба? — спросил мистер Крауч за ужином.

— Хорошо, — ответила Камелия.

— Не позорь нас.

— Не буду.

Она сидела в своей маленькой комнате и смотрела на чемодан с инициалами Б.К.мл.

В кармане лежал рисунок Фреда — она с метлой, в полёте, счастливая.

Она достала его и улыбнулась.

Ещё две недели.

А потом — обратно.

Домой.

---

Конец третьей главы.