Лунная лилия

Моя песня была лишена мотива,
но зато ее хором не спеть.
Не диво,
что в награду мне за такие речи
своих ног никто не кладет на плечи.

𓃴

— Выручай комната? — раздался голос Полумны.

Все посмотрели на неё.

— Невилл недавно обнаружил её. Она появилась как раз кстати, — продолжила она.

— Отличная идея! — воскликнула Гермиона. — Амбридж ни за что не увидит эту комнату, даже если ей очень захочется. Там мы сможем спокойно тренироваться.

— Что это вы ещё задумали?! — раздался скрипучий голос за толпой ребят.

"Филч, твою мать!" — пронеслось у меня в голове, когда я потёрла переносицу. Всю малину испортит же!

— Мы? У нас доклад по... — начала Гермиона, но запнулась.

— Трансфигурации!

— Вот мы собрались обсудить его, — закончила Гермиона.

— И старшекурсники тоже в нём участвуют? — покосился тот на близнецов.

— Помощники, — улыбнувшись, сказала я.

— Нечего в такое время шарахаться в библиотеке.

— Мы уже уходим, мистер Филч, уходим, — сказал Гарри, поднявшись со своего места и подгоняя нас к выходу.

Выйдя из библиотеки, Гарри объявил сбор завтра вечером около неё же, и все разбрелись по коридору, идя в свои факультетские башни.

𓃴

Около дома прогремели взрывы. Громкие, безжалостные. Мужчина, только что державший годовалую девочку на руках, подлетел к окну. Они пришли. Пришли, чтобы забрать её. Его сокровище, его кровь. Тот пулей вылетел из комнаты, взяв на руки дочь, и спустился на первый этаж, где столкнулся со своей женой, глаза которой налились животным страхом.

— Эллиан, они здесь, они нашли нас! — запыхавшись шептал мужчина, хватая девушку за руку. В следующее мгновение взрыв прозвучал совсем близко, так, что стены дома содрогнулись. — Беги скорее, беги через задний двор. Прошу, убереги Селену и себя. Я задержу их. Быстрее!

Девушка с ребёнком на руках понеслась к заднему выходу, пытаясь успокоить плачущую малышку. Перебежав через маленький забор, она бросилась в глубину леса. Она слышала и чувствовала, как в неё летели заклинания, как взмах палочки резал воздух, а сокрушительные взрывы оглушали уши.

— Остолбеней! — взмахнул палочкой бежащий за ней Уилльям, сбивая с ног пожирателя. — Экспеллиармус!

Казалось, что впереди нет никакой надежды на спасения. Это конец. Конец для них троих. Этот октябрь будет для них последним. Показалось, что на секунду всё стихло, но стоило Эллиан хоть раз обернуться, то глаза её мужа кричали ей о том, чтобы та не останавливалась. Беги. Пробежав ещё сотню метров, перед ними открывался вид на обрыв. Тупик.

— Авада кедавра!

Заклинание пронзило мужчину в спину и тот, успев лишь на прощание улыбнуться оборачивающийся жене, упал замертво. С губ девушки сорвалось имя мужа, а по щеке прошлась одна маленькая слезинка. А девочка уже не плакала, лишь молча смотрела на побледневшее лицо матери, будто все понимала.

— Это конец, Эстерн, отдай девчонку! — проревел молодой Люциус Малфой.

— Пошёл к чёрту, Малфой.

Злость, боль, горечь и обида переполняли девушку. Достав палочку, она мастерски одним взмахом обезоружила его и ещё пару пожирателей.

— Сдайся уже, Эллиан, — прозвучал холодный голос.

Повернув голову на знакомый голос, она увидела его. Тот, из-за кого началась Первая Магическая война. Тот, которому они бросали 3 раза вызов. Тот, из-за кого убит её муж.

— Нет, — твёрдо ответила та.

— Ты глупо поступаешь, безумно глупо. У вас, грязнокровок, это видимо в крови. Авада кедавра! — зелёная вспышка попала прямо в малышку. Прошло пять секунд, десять... И вдруг та заплакала в ответ, а с руки её начала капать алая кровь.

Волан-де-Морт издал обрывистый истеричный смешок. Внезапно белые тени пронеслись по небу, приземляясь на землю.

— Орден...

Тёмного Лорда уже не было. Трус.

𓃴

Опять снился сон, где погибает отец. Опять в деталях. Опять как в первый раз. Я вскочила с кровати. Тяжело дыша, мои глаза метались из стороны в сторону. Правая рука прошлась по лбу, сметая холодные капли пота. Одежда была мокрой и по-противному липкой. Я снова легла на кровать, положив руку на лоб. Глубоко вздохнув, я посмотрела в окно напротив. Было полнолуние. Я сразу вспомнила Римуса.

"Интересно как там Римус? Какого быть оборотнем?" — задавала вопросы я сама себе, чтобы отвлечься от прошедшего кошмара, пока смотрела на сияющую луну.

Ближайший час я ворочилась в кровати и в конце, наконец-то, мне удалось уснуть. В этот раз обошлось без кошмаров, но самое весёлое ждало мне утром. Я впервые за месяц проспала. Проснулась за двадцать минут до начала уроков. Никогда так быстро, как сегодня, я ещё не собиралась. Вещи летали по комнате, как пергамент в воздухе. Ещё и как назло первый урок был у Амбридж. Я залетела в класс за две минуты до того, как она пришла.

— Ты где так долго ходишь? — спросила меня Гермиона.

— Я проспала! Я проснулась 20 минут назад! — голос был раздражённым.

— Я же тебя разбудила.

— Ну как видишь не разбудила, — буркнула я.

В класс зашла профессор Амбридж. Не было никакого желания слушать её, но выбора у меня особо не было. Я огляделась, посмотрев на людей, сидевших на задних партах. В их лицах так и читалась усталость, которая сопровождалась ожиданием нового теоритического изнасилования. Амбридж раздала нам листки с тестами, которые мы писали на прошлом занятии. Я была уверена в высшем балле, но когда я получила свой лист, то моему негодованию не было предела. "Чуть ли не самый низкий балл!". За что?

— Вас что-то беспокоит, мисс Эстерн? - обратилась ко мне Амбридж лелейным голоском.

— Я не понимаю почему моя работа так плохо оценена. Все задания выполнены правильно.

— Насчёт вашей работы вы можете спросить у меня после занятий. Просто если бы вы вечером сидели за повторением материала, а не организовывая какой-то отряд в библиотеке, то тогда вы бы лучше подготовились к тесту.

— Но, профессор, как это... — хотела договорить я, но Амбридж перебила меня.

— Мисс Эстерн! Зайдёте после занятий.

Я сжала листок с тестом в руках, оставляя заломы на бумаге. Меня откровенно это бесило, а кровь в жилах стыла от несправедливости. Казалось, что вот-вот, и я взорвусь от гнева, переполнявшего меня. В конце урока я вылетела из кабинета первой, а каждый мой шаг был наполнен злобой. Сжимая сумку в руках, я завернула за угол и едва-ли не сбила с ног идущего парня, попутно роняя сумку.

— Воу-воу, осторожнее, красотка, — промолвил тот, хватая меня под локоть, оберегая от падения.

— Смотри куда идёшь, — со злости выпалила я, подняв с пола сумку. Я отдёрнула локоть и встала наравне с ним, чувствуя от него запах перегара.

— Какие мы злые. А говорят, что на Гриффиндоре только благородные учатся.

— Тебе то какое дело? Я спешу, дай пройти.

— Да пожалуйста, — пожал плечи парень и отступил.

Пройдя пару метров, меня снова окликнул тот парень. Обернувшись, только сейчас я заметила на нём слизеринский галстук, а на его лице играла ухмылка, глаза сверкали игрой.

— Эй, Гриффиндорка. Ничего не забыла? — сказал тот, прокручивая в руках мой заваленный тест.

"Ну не хватало мне, чтобы это недоразумение кто-то кроме меня увидел!" — сказала я себе.

— Отдай, — попросила я, вернувшись к нему.

— А волшебное слово? — усмехнулся тот.

— ...Пожалуйста.

— Ну как-то неубедительно, — игриво сказал тот, начав рассматривать мой листок. — Заваленный тест у Амбридж... Что же ты так... Селена, — посмотрел на меня тот, прочитав мое имя на листке.

— Отдай мне мой тест, — снова сказала я.

— Эй, Нотт, ты где застрял? — выскочила из-за угла на него черноволосая девушка с каре.

— Уже иду, — крикнул тот и обернулся ко мне, — Держи свой тест, — протянул парень мне листок и щёлкнул меня по носу. — Селеночка.

Я вырвала листок у него из рук и пошла прочь. Что за день такой сегодня? То Амбридж, то этот Нотт. Сегодня все идёт не по плану и не как хотелось. Я зашла в библиотеку и со всей силы ударила стеллаж с книгами, дабы угасить свой гнев хотя бы чуть-чуть. В библиотеке было тихо и нелюдно, поэтому я могла здесь отвлечься от своих проблем. Я с трудом открыла ближайшее окно и вдохнула свежий октябрьский воздух полной грудью. Ветер сразу подул мне в лицо, будто успокаивая и давая секундную иллюзию безопасности. Волосы развеялись от порыва ветра, щекоча мне шею. Желание идти на следующие уроки отпало намертво. Умеет же Амбридж отбивать тягу к знаниям! Ещё раз ударив ладонью по подоконнику, я закрыла окно и прошла вглубь библиотеки. Старые фолианты, книги, пергамент нескладно лежали вдоль столов. Я отодвинула стул у стола со стеллажом номер двенадцать и села, подперев голову рукой. Передо мной красовались книги.

— Продвинутый курс травологии, величайшие маги всех времён, хроника магии... — перечисляла я вслух.

— Прогуливаете урок, мисс Эстерн?

Я вскочила со стула, будто сзади прозвучал не голос, а взрыв. Меньше всего мне хотелось, чтобы меня засёк с прогулом директор! Повернувшись лицом к профессору Дамблдору, я виновато улыбнулась.

— Извините.

— Не стоит. В вашем возрасте я тоже таким промышлял. Но не стоит этим увлекаться.

— Да я... Не прогуливаю, я не уследила за временем, если так можно сказать.

— За книгами у первого стеллажа вы тоже не уследили?

— Я случайно, — ответила я и потёрла бровь рукой. "Всё таки надо было убрать упавшие книги на место..."

— Вы чем-то обеспокоены? — Дамблдор подошёл чуть ближе к соседнему стеллажу, рассматривая книги, будто впервые их видит.

— Нет. То есть да. Профессор Амбридж считает, что в Колдовстворце нас ничему не учили, и я не могу знать её предмет даже средне.

— Колдовстворец прекрасная школа. Давно я там не был, — сказал Дамблдор. — Что насчёт профессора Амбридж, то она глубоко ошибается. Тебе стоит найти к ней подход.

— Я пытаюсь, но она... — хотела я её как-нибудь назвать, но вспомнила, что передо мной директор. — ...Видимо не хочет этого.

Директор на секунду замолчал, но тут снова перевёл тему.

— Знаешь, шляпа не даёт мне покоя. Всё карает себя за то, что распределила тебя на Гриффиндор. Впервые за сотню лет такое вижу, чтобы она так открыто об этом заявляла. Говорит, что твое место в Слизерине.

— Я? В Слизерин?

— Когда я впервые увидел тебя, я тоже подумал, что твой факультет Слизерин. И был достаточно удивлён, когда услышал факультет Гриффиндор.

— Разве шляпа может ошибаться?

— Может, но не часто. Как ты сама считаешь? Какой факультет тебе по душе?

Я задумалась. И Гриффиндор и Слизерин имеют свои плюсы и минусы. Меня как будто тянет и туда и туда.

— До Хогвартса я успела познакомиться с ребятами с Гриффиндора и мысленно хотела попасть к ним. Я чувствую себя как дома в гостинной Гриффиндора. Мне нравится проводить с ними время, ребята всегда открытые и весёлые. Я давно так не смеялась, как с ними. Но по темпераменту и мышлению я думаю, что больше подхожу под Слизерин... Я замечала за ними схожее поведение с моим. Словно они всегда думают, что недостаточно хороши в чём-либо. Копят обиду и злопамятные. В последнем трудно признаться, но это и про меня тоже.

— В любом случае, главный выбор – это выбор, который ты сделала сама. Шляпа увидела, что ты хочешь именно туда, куда тебя тянуло. Но помни, что она не основывается только на твоём желании. Безусловно, она видит и твои страхи, и твои таланты. Она подметила твою смелость, что очень ценится на Гриффиндоре, и твою амбициозность, что ценится на Слизерине.

— Но если шляпа карает себя за свой выбор, означает ли это, что она неправильно увидела мой внутренний мир?

— Всё возможно, — неоднозначно ответил директор и, улыбнувшись мне, направился к выходу, напевая какую-то мелодию под нос.

Оставшись наедине с мыслями о моем неправильном распределении, я пошла к другому выходу из библиотеки и поспешила на урок.

После уроков я пошла в кабинет Амбридж, морально готовясь писать её пером какое-нибудь "Я не буду больше спорить с профессором" сто раз. Почти уже дойдя до кабинета, я увидела того самого парня, в которого врезалась утром. Его отчитывала Амбридж, но он стоял расслабленно, будто её слова его совсем не волновали.

— Теодор Нотт, вы не появляетесь на моей дисциплине уже третью неделю, каковы будут ваши объяснения? — доносился голос Амбридж до меня.

— М-м-м... Мне лень. Я не считаю вашу дисциплину важной, учитывая то, что практика отстутствует.

В мыслях я даже позавидовала ему. Мне бы столько смелости перед профессорами.

— О, мисс Эстерн. Я вас ждала.

Я хмыкнула ей в ответ, переводя взгляд на парня. Он стоял в такой же позе, но теперь его взгляд был прикован ко мне.

— Пройдёмте за мной.

Мы последовали за Амбридж, заходя в кабинет. Несмотря на её маленький рост, шла она довольно быстро, и мы отбились от неё на немалое расстояние.

— И что же ты успела натворить, Селеночка?

— Называй меня нормально.

— Я не слышу волшебного слова.

— Ты смеёшься? — кинула я злобный взгляд на него.

— Я абсолютно серьёзен.

Мы уселись за первые парты. Амбридж принесла нам пергамент и те самые перья.

— Мисс Эстерн, пишите "Я не должна спорить с профессором". А вы, мистер Нотт, пишите "Я не должен прогуливать дисциплину", — сказала та с улыбкой и села за преподавательский стол.

Я начала писать это предложение одно за другим, пока тыльная сторона руки не начала жутко болеть. Чем больше я писала этим пером эти предложения, тем быстрее и больнее вырезались буквы на моём запястье. После десятка написанных предложений, вырезанные буквы начали заходить на шрам, что приносило мне боль в три раза больше. Дабы уменьшить это жгучее ощущение на руке, я кусала язык и губы до крови. Я думала это никогда не кончится. Спустя пятнадцать минут фраза была полностью перенесена на тыльную сторону руки и болела так, будто на рану соль насыпали.

— Надеюсь вы поняли свои проступки, — с улыбкой сказала Амбридж, забирая у нас пергамент с пером.

Я поспешила первой покинуть класс, ведь близилось время, когда мы должны были собраться с ребятами у библиотеки. Выйдя из кабинета, я ненадолго остановилась на лестнице, чтобы отдышаться от едкого запаха в кабинете Амбридж.

— Садистка... — прошептала я.

— Не то слово, — сказал парень за моей спиной. — Не думаю, что эта хрень быстро пройдёт.

— Это вообще разрешено? Так издеваться над учениками.

— Как видишь. Ты слишком эмоционально отреагировала на это всё. На твоём лице менялись эмоции быстрее, чем настроение Амбридж.

— Да потому что... Ладно. Ничего. Всё нормально, — ответила я и поспешила вниз.

— Потому что что? Ты не договорила, — пошёл за мной парень.

— Забудь.

— Ну нет, сказала А говори Б.

— Потому что эта хрень мне на шрам зашла, — сказала я, показав руку. — И мне было в несколько раз больнее. Теперь доволен?

— А, так это ты... Такая же как Поттер, — пренебрежительно кинул парень.

— Так, слушай, Теодор, верно? Меня зовут Селена. Не Селеночка, не Гриффиндорка, а Селена. Это во-первых. А во-вторых, мы с Поттером два разных человека. Очень рада была познакомиться, но мне пора.

С этими словами я помчалась вниз по лестнице, оставив его одного. Время уже изрядно поджимало, поэтому я пошла сразу к библиотеке, хотя планировала оставить вещи в гостинной. Идя по коридору первого этажа, я наткнулась на Гермиону.

— Наконец-то я тебя нашла!

— Прости, у Амбридж задержалась, — ответила я, показывая вырезанную надпись на руке.

— Прям на шрам зашло...

— Заживёт.

Мы направились к остальным ребятам, которые уже ждали нас. Ну точнее меня, ведь я была последней. Не было только Невилла и Полумны, они стояли дальше.

— Все в сборе? Тогда пошлите, — сказал Гарри и направился вглубь школьного коридора, где стояли Невилл и Полумна.

Стоило нам подойти к стене, как на ней начала проявляться огромная дверь с красивыми вырезами. Когда она отворилась, перед нами открылась большое и просторное помещение, которое было идеально для практики магических заклинаний.

Не знаю, сколько по времени мы провели в выручай комнате, но в гостинную мы возратились только к ночи. Гарри решил обучить нас обезоруживающим заклинанием Экспеллиармус. Его я слышала несколько раз в своих снах и когда впервые увидела мракоборцев. Многие тренировались на манекенах, а многие и друг с другом. Это заклинание получилось у меня довольно быстро, учитывая то, что мне до сих пор было неудобно колдовать палочкой, а не перстнем. Были первые тщетные попытки сделать заклинание, но спустя время оно получилось. Я даже сама не поняла этого. Тренироваться на манекене было легко, но с волшебником было гораздо труднее. Я встала против Фреда, и он несколько раз меня обезоружил, но потом я начала одерживать над ним победу. Радовалась я как ребёнок, зато искренне.

Уже ночью я упала на кровать совершенно без сил, но сон так и не шёл. Ворочалась в кровати, но так и не смогла уснуть. Я вышла в гостинную и увидела сидевшего там Фреда, который что-то писал в блокноте.

— Что пишешь? — спросила я, подходя к нему за спиной.

Он невольно дёрнулся и посмотрел на меня.

— Напугала, — ответил он.

— Извини, не хотела, — я села с ним на диван. — Так что пишешь?

— Придумываю новые вредилки. Я видел и ты попала под горячую руку Амбридж, поэтому появилась ещё одна причина ей напакостить, — кивнул он головой в сторону моей руки. — А ты почему не спишь?

— Сон никак не идёт.

— Понял.

Я решила взять конфету с кофейного столика рядом и стоило мне её открыть, как она заговорила: "Селена, время спать!". Я сразу откинула конфету под громкий смех Фреда.

— Я клянусь, я скоро с ума сойду... Придурок, — сказала я, пройдясь руками по лицу.

— А я то что? Это конфета всё, а не я, — сквозь смех сказал он.

— Верю, верю, — покачала я головой.

— Ты всё время такая серьёзная, вот я и решил развеселить тебя.

— Скажешь тоже. Я просто кажусь такой.

— Да ну?

— Поверь, в моё время Колдовстворец никогда мирно не спал, — похвасталась я. — Поэтому ваши вредилки мне ни по чём.

— По тебе и не скажешь... Попахивает враньём, — отложил блокнот тот.

— Могу поспорить.

— Вот это уже интересно. Спорим, ты не выдержишь даже неделю с нашими с Джорджем вредилками и прибежишь к нам с просьбами прекратить всё это.

— Спорим, — мы пожали руки и разбили их. — Посмотрю, на что вы способны, — рассмеялась я.

— Ты даже говорящую конфету испугалась, что уж там говорить о чём-то более масштабном?

— Просто это было неожиданно.

— Верю, верю, — ехидно сказал тот и поднялся со своего места. — Спокойной ночи, Селена.

Я кивнула ему в ответ и ещё немного посидела в гостинной у камина, представляя предстояющую неделю. Мне было интересно, что будут вытворять близнецы. С этими мыслями я ушла в комнату и наконец провалилась в сон.