Несущая смерть.

***

– Дорогой, я похоже вновь беременна.– женщина устало опустилась в кресло продолжая следить глазами за своим мужем.

– Ребёнок? Но как? – мужчина замер в неверие, так и не сняв до конца с себя рубашку. – Я думал, период, когда ты можешь забеременеть уже прошёл. По крайней мере врачи сказали...

– Я знаю о чем сказали нам врачи. – огрызнулась женщина. Она сама была не рада. Какой была по счету эта беременность? Седьмая? Куда им ещё один ребёнок, они и так сводят концы с концами. А всё из-за веры мужа. "Аборт - это грех" - повторял он из раза в раз, независимо от того как трудно им было.

– Какой срок, знаешь? – мужчина невольно бросил взгляд на чуть выпирающий живот жены.

Но мимо внимания женщины это не прошло. Поэтому нахмурившись она ответила:

– Именно из за появляющегося живота я и догадалась о своей беременности. Значит срок больше пяти месяцев.

– Неужели никаких других признаков? – срок названный его супругой, заставил мало того что удивиться мужчину, но и подобраться. Пусть беременностей у его жены было много, но ни одна не проходила без каких то явных признаков, обязательно недомогание имело место быть. И он знал не по наслышке, что такое тошнота по утрам, больная спина, отёки и всё подобное, что преследует обычно беременную женщину. Проходили, как говорится. И данная ситуация настораживала.

– Нет. Совершенно. Чувствую себя как обычно. – пожала плечами хозяйка дома. – Разве только... – на секунду замерев, она тряхнула головой и встретившись глазами с мужем сказала полушепотом. – К земле тянет.

– Что? – мужчина в непонимание уставился на жену.

– К земле тянет. – более громко повторила женщина. – Хочется выйти на улицу, встать среди деревьев и вдохнуть полной грудью, или даже лечь на землю. Да. Так было бы даже лучше.

– Странно. – голос мужа был задумчив и глух.

– Не то слово.

***

Ребёнка показали родителям только спустя несколько дней после родов. Первое, что бросилось в глаза супругам, это иссиня чёрный пушок на голове девочки и такие же чёрные глаза, в которых было совершенно не различить, где радужка, а где зрачок. Они были просто чёрными. Конечно, это изначально ввело людей, в очередной раз ставших родителями, в ступор. Ведь все в их семье были русыми и с карими глазами. Все. От ближайших родственников до последнего ребёнка. Последующий вопрос медсестре: а не перепутали ли чего в детском отделение, заставили ту фыркнуть, и кинув сердитый взгляд на супругов, процедить, мол, что уж эту девочку они ни с кем не перепутают. Такие слова в адрес ребёнка удивили, но задать вопросы, вертящиеся на языке, они не успели, медсестра уже ушла.

Уже потом они поняли, о чем говорила девушка. Ребёнок не плакал. От слова совсем. Хмурился, куксился, иногда улыбался, но не плакал. Даже после приезда домой и по истечению времени.

Девочка была спокойной.
Молчаливой. Не особо улыбчивой, что удивляло всех окружающих людей. Её чёрные волосы и такие же чёрные глаза так и не поменяли цвет на иной, не посветлели ни на оттенок. Поэтому с возрастом стало ещё больше казаться, что девочка как будто чужая в этой семье. Мало того, со временем стало заметно, что и в остальном она не схожа со своими родными. Черты лица, кожа белая как снег, совершенно никак не реагирующая на солнце, худоба, даже скорее миниатюрность. Девочка была как дорогая фарфоровая кукла. Привлекала внимание своей необычной внешностью, красотой и в то же время отталкивала своим непробивным спокойствием, лицом, которое редко когда выражало какую либо эмоцию, помимо вздернутой брови или хмурого взгляда, и глазами, следящими за тобой повсюду, куда бы ты не пошёл. Казалось, что она всегда наблюдает за тобой. И это пугало.

Глава семьи, видя непохожесть седьмого ребёнка на других, всё больше поглядывал с недоверием на собственную супругу, хотя мозгами и понимал, что это ей ни к чему. Но мысли об измене всё же посещали его голову всё чаще и чаще. Дети, независимо от возраста, немного побаивались девочку. Пусть ей и было всего три года, но взгляд её доводил до не приятных мурашек даже старших братьев, что уж говорить о детях семи и девяти лет. Мать же семейства, сама не замечая, тоже сторонилась дочку, хотя та с самого своего рождения не приносила особо проблем.

Время ещё сдвинулось чуть-чуть. И напряжённые отношения в семье вылились в ругань и нездоровую атмосферу. А потом произошёл случай, который перевернул всё с ног на голову. Жили они в частном доме в одной из деревенек близ города. Как обычно бывает, детей полно. Мальчишки, сбившиеся в кучу и наводящие шухер вокруг - тоже норма для таких мест. Так вышло, что несколько ребят пристали к малышке. Казалось бы, что им нужно от ребёнка, пусть и почти четырёх лет отроду. Но её внешность и безразличное ко всему лицо, а так же несколько отстраненный от окружающих детей образ жизни не давал им покоя. Хотелось растормошить, вызвать эмоцию на столь спокойном лице. Пусть этой эмоцией будет злость или слезы, какая разница.

В тот день девочка наткнулась на чёрную кошку, бродящую вдоль небольшого пруда, находящегося всего в нескольких домах от её дома. Встретившись с ней глазами, она протянула руку к животному, намереваясь погладить это пушистое создание. И та отозвалась на предложенную ей ласку. Чем вызвала лёгкую улыбку, так редко появляющуюся на лице ребёнка.

– О, смотрите, ребят, кукла умеет улыбаться! – голос одного из мальчишек, по праву считающегося одним их близких друзей, ее девятилетнего брата, заставил девочку повернуть голову и посмотреть снизу вверх на окружающую её толпу.

– А мы то думали, ты кукла заводная, – усмехнулся другой мальчик. Рыжий и конопатый, как будто сошедший с картинки из книжки.

Малышка в непонимание посмотрела на ребят и привстав с колен, заметила брата, стоящего чуть позади и тоже усмехающегося вместе с остальными.

– Марк? – полушепотом спросила она. Удивлённо наблюдая за тем, как кривится лицо мальчика, когда она произносит его имя.

– О-о, а она ещё и разговаривать умеет, оказывается. – усмешка на лицах мальчишек и нехорошее предчувствие заставило ее нахмуриться и замереть в ожидании действий малолетних хулиганов.

И те не заставили себя долго ждать. Вот только внимание мальчишек перетекло на кошку, и взгляд горящих недобрым огоньком глаз вынудило её сделать шаг в сторону, тем самым прикрывая собой ни в чем не повинное животное.

– Защитница нашлась, – фыркнул один из ребят и, схватив девочку за руки, оттащил от кошки.

– Беги, – прошептала девочка. И кошка, как будто поняв, что от неё требуется, буквально за секунду до того, как её попытались схватить мальчишки, отпрыгнула назад и взобралась на высокое дерево, теперь сверху наблюдая за неугомонными пацанами, которые от злости даже пару раз пнули то самое дерево по стволу. 

– Скотина пушистая! – ругнулся рыжий мальчик и, подойдя к девочке, влепил ей оплеуху по голове. Да с такой силой, что та замерла на пару секунд, а потом тряхнула головой, чтобы прийти в себя.

– Отпусти, – негромко попросила девочка. – Вы не понимаете, что делаете.

– Мы играем с куклой, – хмыкнул мальчик и посильнее перехватил руки пленницы. Мало ли, вырываться начнёт.

Остальные мальчишки заржали от сего действия, а потом несколько подошли и точно так же ударили малышку по голове.

Чёрные волнистые волосы чуть ниже плеч прикрывали лицо ребёнка, как вуаль. Смех окружающий её и боль в затылке от нескольких ударов не заставил дрогнуть на лице ни единый мускул. Зато девочка заметила, как что то внутри неё леденеет. Это что то заставляло организм усиленно гонять кровь, пронося по телу чувство как будто острые иголки воткнулись в каждый нерв. Благо длилась эта внезапная боль всего секунду. Мозг не успел даже подать сигнал, как уже всё закончилось.

Не видя ни малейшей реакции со стороны девочки, мальчишки обступили её, и Грег, друг её брата, который изначально всё и начал, схватил малышку за волосы и приподнял лицо этой, как ему казалось куклы. Ох, как же хотелось увидеть на нем хоть пару слезинок. Он не верил Марку в том, что существует хоть одна девчонка, не умеющая плакать. Такого не бывает. Плачут все, а в особенности девчонки.

Но то, что он увидел, заставило поспешно отпустить волосы девочки и отскочить на добрых полметра. Судя по окружающим вздохам и ругательствам, это видел не он один.

Глаза девчонки, сейчас стоящей и никем не удерживаемой, заменили чёрные провалы. Белка просто не было. Всё заволокла чернь. Черты лица заострились, делая её похожей на одержимую из фильмов ужасов.

Она медленно прошлась взглядом по каждому из мальчиков, остановилась на Марке и заговорила жутким голосом:

– Раз, два, три, четыре, пять.
Я иду Вас всех искать.
Начинается игра.
Зря не слушали меня.

Детский голос пробирал до костей. Мальчики как будто в ступор впали. Не один из них не мог двинуться с места, как бы сильно этого не желал. Взгляд девочки не отпускал, заставляя дослушать страшную считалочку.

– Семь, шесть, три, один и два,
Не пусты мои слова.
Я пришла Вас убивать,
Скорее прячьтесь под кровать.

Три, четыре, восемь, семь,
Проскользну я, словно тень.
На везение не надейтесь.
Что же Вы, мальчишки? Смейтесь!

Губы девочки растянулись в нечто наподобие улыбки. Она сделала шаг в сторону мальчиков, моргнула, и вот перед ними вновь красивый ребёнок. Куколка с чёрными человеческими глазами, смотрящими на них с равнодушием.

– Одержимая, – прошептал один из мальчиков.

– Нечистая, – послышался голос с другой стороны.

– Ведьма! – выплюнул Грег. Он хотел было подойти к девчонке и ударить её, чтобы не смела больше так пугать. Но чёрные глаза сверкнули и он, повернувшись к Марку, стоявшему рядом с ним, прошипел:

– Эта девчонка ненормальная. Если что-нибудь случится с одним из нас, я расскажу о ней взрослым. И посмотрим, что она тогда скажет. - после чего развернулся и пошёл в сторону своего дома.

Остальные мальчишки бросили злой взгляд на маленькую девочку и тоже начали расходиться. В конце концов, Марк остался один. Он стоял в полутора метрах от своей младшей сестры и смотрел на неё глазами, полными ненависти.

– Не могла заплакать, как другие девчонки? Они бы сразу от тебя отстали, – голос его сквозил злостью, кулаки были сжаты до белых костяшек. – Если они перестанут со мной общаться из-за тебя, не будет тебе жизни в нашем доме.

Малышка подошла к брату и сказала:

- Не переживай, братик, за дружбу свою. Лучше прячься. Ведь я не шутила.

Марк смотрел в след уходящей в сторону дома маленькой девочке. В голове бились набатом последние слова сестры. Рядом что-то глухо стукнуло, заставив его вздрогнуть и повернуть голову на звук. Оказалось, это спрыгнула с дерева та чёрная кошка, которую гладила девочка до их прихода. Он оглядел её от макушки до лап, ни одного светлого пятнышка.

- Какая девчонка, такая и кошка. Нечистые. Бесовские слуги.

Кошка пару секунд сидела неподвижно, смотря на кривящего лицо мальчика, и тот уже подумал уходить, как пушистая вскочила и, ощетинившись, бросилась ему в ноги. Вцепившись в левую икру, она принялась кусать и драть штанину, заодно задевая острыми зубами и когтями саму ногу Марка. Тот с криком пытался отшвырнуть бешеное животное, и в конце концов, это у него получилось. Только вот кошка вновь встала и с шипением пошла в его сторону. Единственное что оставалось делать мальчику - только бежать, проклиная животное, которому он ничего не сделал. Бежать, даже не подозревая, что кошка - это ничто по сравнению с тем кошмаром, который ожидает его дома.

Следующие несколько дней было тихо. Только Марк продолжал зло смотреть на маленькую девочку, что не осталось незамеченным со стороны других детей в доме. Просвещение других оказалось лёгкой задачей. Вот только одно дело рассказать, а другое - чтобы тебе поверили. Тем более ничего такого больше не происходило. Но злость Марка никуда не собиралась деваться, ведь теперь при каждой встрече с друзьями он слышал злые вопросы с усмешкой по типу " как там ведьма поживает? Ещё никого не убила?".

Первое происшествие произошло спустя неделю. Двое мальчишек из той компании, которые просто молча стояли и усмехались над всем, что происходит, проснулись среди ночи от сильной боли в лице и закричали. Родители, вбежавшие в комнату на крик своих детей, включили свет и замерли в немом ужасе. Всё лицо их дорогих сыновей было расцарапано в мясо, а глаза отсутствовали. Вызвали полицию и скорую. Вся деревня стояла на ушах. Врачи сказали, что это следы от когтей кошки. Мало того, маленькое пушистое создание, скорее всего, бешеное. Поэтому всем, кто имел контакт с кровью мальчиков, нужно ехать в больницу.

В эту ночь не спали и в доме Марка. Он слышал разговор взрослых, так же, как и остальные старшие дети. Все, кроме маленькой девочки. Ей это было ни к чему, она и так знала об о всем произошедшем, ведь была эпицентром этого хаоса. Лёжа в своей кровати, малышка смотрела в потолок и счастливо улыбалась, поглаживая чёрную кошку, прижавшуюся к её левому боку.

– Как удачно получилось, правда, милая? - прошептала девочка, обращаясь к кошке. – Пока эти глупые людишки сообразят, что за инфекция попала в раны этих мальчиков, те благополучно отдадут свои жалкие душонки моей прародительнице - Вечной Невесте. Как думаешь, она будет рада таким жертвам во имя нашего рода?

"Буду дочь моя." ,- прошелестел голос Высшей из пространства. "Насыть магию свою,  вознеси жертв на алтарь своих предков.  Разбуди Замок на Костях."

– Хорошо, Госпожа. Я так и сделаю.  – шёпот ребёнка был едва слышен в комнате.

" Я дарую тебе имя, дитя моё. С этого дня и до окончания временного цикла твоего будут звать тебя Морена Антиох Певерелл. Имя твоё означает воскресшая. Несущая смерть. Возроди род мой, девочка. Соблюдай законы магии, будь сильной, помогай тем, кто нуждается в этом. Благословляю тебя на дела твои, дочь моя." После этих слов малышка почувствовала, как до её лба аккуратно дотронулись чьи-то губы. Магия внутри неё заворочилась, и девочке пришлось встряхнуть плечами, чтобы прогнать мурашки, бегающие по спине, оставшиеся после посещения её Прародительницы. Кошка, лежавшая рядом, замурчала. Пробежавшись пальчиками по чёрной шерстке, маленькая Мора аккуратно встала с кровати, подошла к окошку и взмахом руки приоткрыла его.

– Беги, пушистая. И не попадайся на глаза мальчишкам. Мы с тобой ещё не закончили.

Кошка запрыгнула на подоконник, ткнулась мордочкой в щеку девочке и выпрыгнула в окно. Морена закрыла окошко точно таким же взмахом руки и вновь легла в кровать. 

- Семь, один, четыре, девять,
Долго страх я буду сеять.
Медленно Вас всех добью,
Алтарь свой кровью окроплю.

Прошептав эти слова, малышка зевнула и, повернувшись на бок, благополучно уснула. Завтра маленький сюрприз ждёт ещё пяти мальчиков. Надеюсь, ты успел спрятаться, Грег.