Опасность в прошлом

После завтрака Сириусу пришлось отправиться в Косой Переулок, чтобы купить кое-какие вещи. Его крестник согласился остаться с Этаном, пока тот не вернется.
Сначала они пошли в библиотеку. Гарри хотел набрать книг, которые он сможет читать, не расстраивая крестного. Мадам Пинс согласилась прислать учебники немного позже, и Гарри с Чарли спустились в холл.

Они собирались устроить небольшую прогулку по территории школы, из-за решения Этана: Гарри просто необходимо подышать свежим воздухом после столь длительного заточения в четырех стенах.
Через полчаса Этан отнес Гарри обратно в его комнаты. Он, положив мальчика на диван, ушел по своим делам, оставив Гарри одного. Гриффиндорец со вздохом открыл одну из книг, присланных недавно мадам Пинс. Рядом с ним расположились его домашние любимцы.

Прошло совсем немного времени после ухода Этана, когда прозвучал тихий стук в дверь, заставив его подскочить. Он оторвался от чтения, удивляясь, кто это может быть — Раяну и Этану не требуется стучать, они и так знают пароль.
Встряхнув головой, он подошел к двери. На пороге стояла профессор МакГонагалл. Заинтересованный внезапным визитом, мальчик распахнул дверь шире, пропуская её в комнату.

— Профессор? – удивленно произнес он, смотря на замершую предподавательницу, загипнотизировано смотрящую на Дерека, обвившего его шею. Тут же женщина вздрогнула и шагнула внутрь

— Что-то случилось?
Макгонагалл, до этого оглядывавшая гостиную, повернулась к нему и, улыбнувшись, покачала головой:
— Нет, ничего не случилось. Просто, Этан просил меня зайти, чтобы проверить, все ли с тобой в порядке.
Гарри закатил глаза на это излишнее проявление защиты и вернулся к дивану. Он захлопнул книгу, которую читал, присел и указал профессору на одно из кресел.
— Садитесь, профессор.

Женщина осторожно села, боясь разбудить Эхо, спавшую на подлокотнике того же кресла. Мельком обратив внимание на книгу, её брови поползли вверх:
— Трансфигурация, шестой курс? Я думала, Раян не хотел, чтобы Вы учились на шестом курсе.
Гарри улыбнулся.
— Да, я знаю, но мне нужно почитать что-нибудь, чтобы его не расстраивать, – заметив не высказанный вопрос в глазах женщины, он пояснил: — Мой крестный был немного обеспокоен, когда увидел, что я читаю одну из его книг о Темных Искусствах сегодня утром. Я попросил Этана отвести меня в библиотеку, чтобы взять какую-нибудь другую литературу. Думаю, учебники вполне устроят его.
— Согласна. Директор попросил меня узнать у Вас, какие предметы Вы будете изучать.
— Скорее всего, я возьму все обычные: будет лучше, если я повторю кое-что, — немного подумав, он добавил: — я могу поменять дополнительные предметы, чтобы не было совсем уж скучно?
— Конечно, не вижу причин Вам отказывать. Вам надо будет поговорить об этом с Раяном, но я не думаю, что он будет возражать. Какие именно предметы Вы имеете в виду?
— Нумерологию и Древние Руны.
— А почему вы не возьмете Маггловедение?
Лицо Гарри окаменело.
— Я вырос среди магглов.

Его голос был настолько холоден, что внушил МакГонагалл некоторые опасения. Она подумала, что он может иметь что-то против магглов. Мальчик не выглядел похожим на одного из тех, кто озабочен все этой чушью с чистотой крови, но всякое бывает...
— Гарри, я могу у Вас кое-что спросить?

Она почувствовала на себе его пронзительный взгляд, очень похожий взгляд Дамблдора и заставляющий чувствовать себя не совсем удобно.
Кажется, он тоже это заметил и отвернулся.
— Конечно, спрашивайте, профессор.
Она глубоко вздохнула и спросила:
— Вы имеете что-нибудь против магглорожденных волшебников?
Гриффиндорец сперва смотрел на неё ошарашено, а потом рассмеялся.
— Конечно, нет! Моя лучшая подруга — магглорожденная, а почему Вы спросили?

МакГонагалл вдохнула с облегчением, радуясь, что неверно предположила.
— Прошу прощения, но после того, как Вы таким тоном сказали «магглы», я думала, что Вы имеете что-то против них.
— Не магглы вообще. Хотя нет никакого секрета в том, что я терпеть не могу своих тетю с дядей. Именно поэтому я так о них сказал.
— Понятно. Могу я поинтересоваться, почему Вы их недолюбливаете?
Гарри отвернулся к окну. Казалось, он что-то вспоминает, но молчание длилось так долго, что Минерва начинала думать, что мальчик вовсе не собирается отвечать. Когда она уже хотела сменить тему, он заговорил:

— Моя мама была магглорожденной. У нее была сестра, которая относилась к ней, как к ненормальной. Не помогало и то, что их родители думали, что иметь в семье волшебницу просто здорово. Сестра моей мамы вышла замуж за человека, который ненавидел все и всех, кто был другим, ненормальным, как он говорил. У них был сын, и они были абсолютно счастливы до тех пор, пока в этой «счастливой» семейке не появился я. В сущности, они не признавали существования моей матери и не желали что-либо знать о ней в частности и нашем мире в целом. Когда мне был один год, мои родители умерли. В их завещании было указано, что если с ними что-нибудь случится, моим опекуном будет Раян. К сожалению, возникли какие-то проблемы, и мой бывший директор подумал, что самое лучшее в таком положении — если я буду жить с родственниками, нежели с крестным отцом. Он глубоко заблуждался. Они, конечно, приняли меня, но это все, что они сделали для меня. Десять долгих лет я спал чулане под лестницей. Я был не больше, чем урод, который не имеет никаких прав. Они никогда не говорили мне, что я волшебник, — Гарри вздохнул и перевел взгляд обратно на МакГонагалл, на лице которой было выражение ужаса. — До третьего курса я даже ничего не знал о Раяне. А в этом году, наконец-то, директор дал согласие на мой переезд к крестному, но потом произошло нападение... — он встряхнул головой, будто пытаясь отогнать непрошенные мысли. — Больше это не имеет ни какого значения. Я рад, что нахожусь здесь и что могу не волноваться, что вернусь к ним.
После нескольких минут молчания МакГонагалл тихо заговорила:
— Я сожалею, я не хотела заставлять вспоминать все это.
— Все нормально, я предпочитаю не думать об этом, но не возражаю иногда вспоминать, — это полезно: помогает мне понять, как мне повезло жить с Раяном, — Гарри зевнул и встал. — Если Вы не возражаете, я пойду, посплю. Не беспокойтесь обо мне: если что-нибудь случится, Эхо найдет Раяна или Этана, — не оглянувшись на профессора, Гарри скрылся в своей комнате, сопровождаемый Годриком.

Минерва осталась в гостиной, глубоко задумавшись. Раян и Этан были правы, когда говорили, что мальчик особенный. Что-то в нем ей ужасно напоминало Дамблдора, но она не могла определить, что именно. Может, это были зеленые глаза, когда он смотрел на нее. Она чувствовала себя растерянной, думая, что он смог бы узнать о ней все, если захотел бы.
Она почти подпрыгнула от неожиданности, когда услышала голос Раяна, зовущий ее. Женщина оглянулась. Молодой человек стоял в дверях, загруженный всевозможными пакетами и сумками.
— Минерва? Что-то случилось? Где Гарри?
— Не волнуйся, ничего не случилось. У Этана появились дела, и он просил меня присмотреть за Гарри; он в своей комнате, сказал, что хочет поспать, — Раян кивнул, ставя пакеты на стол. — Я думаю, что расстроила его.
Мужчина вопросительно на нее посмотрел.
— Он рассказал мне про тетю с дядей, когда я спросила, почему он не хочет взять Маггловедение.
Она заметила, как лицо Раяна потемнело, в его темно-синих глазах появилась ярость.
— Сволочи, — он стряхнул головой. Ярость исчезла так же быстро, как и появилась. — Не беспокойтесь о Гарри, он сильный.

Ничего больше не говоря, он прошел к комнате крестника и заглянул внутрь. Юноша мирно спал, он, наверное, так сильно устал, что даже не стал разуваться, а просто упал в кровать.
Сириус тихо вошел, достал из шкафа одеяло и укрыл его. Мягко поцеловав мальчика в лоб и, тем самым, заставив его немного шевельнуться, Сириус вышел из спальни, притворив за собой дверь.
Минерва задумчиво смотрела на огонь, она повернулась, когда услышала, закрывающуюся дверь.

— Он спит? – Раян, кивнув, сел. — Знаете, что странно? Иногда Гарри напоминает мне Дамблдора.
Раян напрягся.
— В каком смысле?

Минерва не заметила напряжения в его голосе, она снова погрузилась в свои мысли:
— Я не уверена, может быть, это из-за его глаз. Когда я говорила с ним, он выглядел так, будто знает все обо всех или легко узнает, если захочет.
Сириус тихо рассмеялся от облегчения: пока она не начнет думать о его силе, они в безопасности.
— Я знаю этот взгляд. Он очень обезоруживающий, но Вы привыкнете через некоторое время. Это просто необычный цвет, и всё.
Минерва покачала головой, она знала, что это не просто глаза так влияли на нее, все гораздо глубже. Это ощущение, когда он был рядом с ней... оно всегда появлялось, если рядом Дамблдор. Женщина решила оставить этот разговор, в конце концов, Раян не слишком долго знаком с Дамблдором и не сможет понять, о чем она говорит.
— Ладно, если я Вам больше не нужна, я пойду.
— Хорошо, Минерва. Спасибо, что присмотрели за Гарри.
— Не за что.

Сириус с облегчением смотрел, как МакГонагалл покидает комнату. Она была очень близка к разгадке одной из тех вещей, которые хотелось бы держать при себе. Он еще поговорит с Этаном. Будет лучше, если никто из учителей не будут находиться близко к Гарри: уровень его магии начинал подниматься к обычной отметке, и тогда учителя скоро смогут все понять без каких-либо проблем.