Глава 3.
Первое, что почувствовала Джинни, оказавшись в своем теле - всепоглощающая боль, которая свинцовыми пулями пронзала каждую клеточку тела. Она силилась открыть глаза или пробраться сквозь звон в ушах, теряясь в водовороте боли и паники. Будто оказавшись в бушующем море, девушка никак не могла разобраться где верх, а где низ, но все равно пыталась встать, найти равновесие.
Когда она наконец смогла приоткрыть глаза, то увидела над собой бешено крутящийся мир и ее тут же замутило. Сквозь оглушающий звон она услышала далекие булькающие пугающие звуки. Джинни вновь открыла глаза и попыталась удержать внимание на одной точке. На секунду картина прояснилась и девушка с ужасом увидела над собой пару до боли знакомых теплых зеленых глаз в обрамлении черных ресниц.
Гарри. Мысли снова диким смерчем понеслись в голове рыжеволосой. Она не сомневалась, что Поттер - один из наследников, при чем не просто "один из", а приемник самого Годора Гриффиндора. Эта мысль посещала ее уже долгое время, но после свидания с Основательницей стала очевидной. А Драко... Он - прирожденный, потомственный слизеринец, идеально олицетворяющий собственный факультет, так что сомнений не оставалось никаких. И сейчас она, ощущающая себя маленькой беспомощной девчонкой, должна была повлиять на ход событий, спасти одно из юношей. От ужаса ее замутило и Джинни ощутила как ее желудок скрутило в рвотном позыве.
Девушка почувствовала, что ее подняли и понесли куда-то. Размеренные толчки, как ни странно, помогли ей прийти в себя. Джинни, следуя одному из своих главных принципов, решила отложить мысли, сводящие с ума. Нужно решать проблемы постепенно.
О, черт! это же наверняка Гарри, Рон и Гермиона нашли ее в Выручай-комнате! Рыжеволосая представила обеспокоенные лица друзей и ей стало стыдно. Наверняка ребята устали и через многое прошли, а теперь еще и она со своими выходками...
Нет, самобичевание ей точно сейчас не помогало. Для начала следует открыть глаза и заверить друзей что все в порядке. Девушка отогнала беснующиеся мысли и сосредоточилась на физических ощущениях: ее, заботливо подхватив под колени и спину, аккуратно несли на руках. Джинни втянула носом воздух и услышала такой знакомый сладкий запах дома.
- Рон,- она хотела позвать брата, но с губ сорвался лишь сдавленный хрип. Джинни постаралась шевельнуть рукой, привлекая внимание и снова произнесла,- Рон.
Уизли остановился и позвал друзей.
- Нас можешь, Джинни, ты слышать?- Рон перепутал все слова в предложении, как с ним случалось каждый раз, когда юноша нервничал.
- Да,- говорить получалось уже совсем разборчиво, однако Джинни все еще прилагала для этого очень много усилий.- Куда... мы?
- К мадам Помфри,- нашелся Гарри.- Она сделает так, что все будет хорошо.
- Нет! - страх придал девушке сил и она, неожиданно извернувшись, выскользнула из рук брата, больно ударившись локтем о каменный пол. Мадам Помфри будет задавать вопросы, а если что-то в истории покажется неправдоподобным - вызовет директора. Вот с кем, а со Снейпом Джинни точно бы не хотела увидеться. Он же наверняка знает о подмене, оборотном зелье и обо всем остальном и вот тогда - ей точно не сдобровать.
Рыжеволосая с усилием распахнула глаза и, стараясь противостоять кружащемуся миру, который норовил захватить ее в свой вихрь, встала. Рядом, как нельзя кстати, оказалась стена, на которую девушка незамедлительно облокотилась. Теперь она могла различить силуэты друзей, которые, в бешеной пляске, приближались и отдалялись, нарушая все мыслимые законы пространства и времени. Но и этого хватило, чтобы увидеть их беспокойство.
- Мне не нужно в больничное крыло. Все в порядке, правда,- она постаралась улыбнуться и с облегчением заметила, что пляска окружающего мира начала замедляться.
- У тебя кровь, Джинни!
- Давайте лучше уберемся отсюда. Все хорошо.
- Но что...
- Я все объясню,- заверила рыжеволосая и потянула брата в сторону гриффиндорской гостиной.
- Ладно. Не хватало нам встретить кого-нибудь здесь,- Гарри взлохматил волосы и Джинни усилием заставила себя перевести взгляд на подругу. Гермиона нарочито глубоко вдохнула и улыбнулась, как бы говоря: "Я все видела, дорогуша. Я все видела." Рыжеволосая зарделась и решила поскорее перевести тему разговора:
- Почему нас не должны видеть?
На нее уставились три пары изумленных глаз:
- Так ты не знаешь?!- первым нашелся Рон. Джинни смутилась. Она ведь действительно последние три месяца находилась в полной изоляции от внешнего мира.- Нас, вроде как, объявили вне закона и назначили награду за наши головы.
Теперь настала очередь Джинни удивляться.
- Но ты же знала об этом,- медленно протянул Поттер,- отвечала мне на письма,- юноше пришлось заканчивать под гневно-осуждающий взгляд Рональда, которым тот одарил его и сестру и теперь Гарри выглядел смущенным, а Джинни не представляла куда можно себя спрятать в этом длинном коридоре, разве что укрыться за картиной или прикинуться ножкой стола.
Затянувшееся молчание нарушила Гермиона, которая до этого оставалась на удивление немногословной:
- Кажется, нам нужно очень многое обсудить.
***
Как оказалось, Гарри, Рон и Гермиона нашли удивительный способ ослабить Волан-де-Морта: уничтожить все созданные им крестражи - заключенные в различные предметы с помощью черной магии осколки души волшебника. Джинни, в свою очередь, рассказала о произошедшем с ней за последние три месяца, тактично умолчав о "некоторых" вещах. Даже если в истории и чувствовались недомолвки, друзья предпочли не заострять на этом внимание.
- Гарри,- очень осторожно спросила Джинни, все еще лелея в душе слепую надежду,- ты когда-нибудь замечал в себе Наследника?
Юноша кивнул, заставив Рона и Гермиону переглянуться:
- Теперь понятно, почему временами ты вел себя так странно.
- Почему ты не рассказал нам?- возмутилась Гермиона. - Мы бы смогли...
- Нет! Ничего бы мы не смогли!- Гарри вскочил и гневно всплеснул руками, заставив рыжеволосую отпрянуть.- Вы не понимаете... - юноша принялся мерить шагами комнату.- Он говорил со мной. Он назвал мне свое имя.
- Но Джинни ведь сказала, что Хранители не могут назвать себя. Только если ... - Гермиона замолкла, пораженная внезапной догадкой.
- Для того, кто заточил Создателей в тюрьму, действуют другие правила,- угрюмо закончила Джинни.
И ведь верно. Гарри Поттер - совершенно точно Наследник Годрика Гриффиндора. Этот факт неоспорим. Но Джинни никогда не думала о том, что на самом деле именно Основатель огненного факультета - демон, созданный разрушать.
- Не важно, Гарри, кто из Основателей выбрал тебя. Ты все равно наш друг. Мы выкрутимся из этого, как делали семь лет до этого. Должен же быть способ остановить ритуал.
-Хельга Пуффендуй дала Джинни подсказку,- напомнила Гермиона и повторила стихотворение:
Ангел и демон враждой одержимы,
Их судьбы и души - одно, едино.
Лишь в смерти врага найдет тот покой,
Что выйдет из схватки не мертвым - герой.
Равны два титана по мощи и силе,
Победу одержит лишь тот с кем едины...
Ну, а дальше мы не знаем.
- Ох, Джинни, и зачем же ты проснулась?- да, девушка решила умолчать о своих новоприобретённых навыках. Она сама не знала отчего захотела утаить от друзей правду, ведь никаких причин, казалось бы, не было, но все же медитации казались рыжеволосой чем-то слишком личным. А еще это связывало ее с Драко.
Только вот... Почему Гарри не обратил на это внимания? Почему он вдруг забыл об их ночных разговорах? Может, не хочет раскрывать ложь Рону? Да и когда она рассказывала о своем похищении, юноша выглядел очень удивленным.
Ребятам однозначно следует поговорить наедине. И как можно скорее.
Заметив задумчивый взгляд подруги, Гермиона наклонилась к самому ее уху и шепнула: "Мы пойдем. Не упусти шанс, подруга. Но потом мы с тобой еще поговорим, не думай, что можешь отделаться так легко."
Джинни кивнула, чувствуя подступающий к горлу ком волнения. И как же говорить, когда даже дышать получается с трудом? Девушка не заметила, что они с Гарри остались наедине и в комнате царит сдавленное молчание. Из спальни девочек вышмыгнула первокурсница и привела ребят в чувства.
- Я думаю, нам следует уйти,- Джинни лишь кивнула в ответ, даже не взглянув на юношу.
***
Выручай-комната, ставшая родной за последние несколько часов, сейчас приняла вид небольшой уютной круглой комнаты с камином, стоящим неподалеку коричневым кожаным диваном и мягким бежевым ковром с длинным ворсом, невольно напомнила Джинни башню Нарциссы Малфой.
Гарри уселся с левого края, расслабленно облокотившись на спинку, Джинни с ногами забралась на подлокотник с другой стороны, напряженно выпрямив спину. Она видела, что юноша не может понять ее напряженности, зажатого странного поведения. Но как же объяснить все, что происходит в душе, если она и сама путалась в водовороте мыслей? И нужно ли это вообще?
- Что-то случилось?- Джинни вздрогнула, удивившись звуку его голоса. который будто слышала впервые.
- Гарри, ты помнишь, как мы разговаривали? Ну, когда вы уже искали крестражи, а я оказалась у Малфоев?
- Что?! - он задержал на ней удивленный взгляд и рыжеволосая, впервые с момента их встречи, выдержала это.
- Погоди,- она мотнула головой и заправила непослушную прядь за ухо, собирая части головоломки воедино. - Ты умеешь медитировать?
Гарри посмотрел на нее с еще большим недоумением:
- Зачем мне это маггловское занятие?
Понятно. Дальше спрашивать просто не имело смысла. Все и так оказалось предельно понятно: Дракон - это Драко.
Обида больно полоснула Джинни по сердцу. Она ведь говорила о личных вещах, о своих чувствах. Она ведь доверяла ему...
Девушка почувствовала, как в душе медленно закипает гнев. И ненависть. Как она, идиотка такая, могла подумать, что Драко Малфой, этот несчастный хорек Малфой, способен измениться?
И как она могла сомневаться в своих чувствах к Гарри? К тому, чьи зеленые глаза сейчас взирали на нее с удивлением, но под этими эмоциями девушка чувствовала его любовь. К тому, с кем она будет беззаботно счастлива всю жизнь?
- Джинни...- Поттер, видя как меняется лицо девушки, начал испытывать беспокойство за подругу, но девушка не дала ему закончить фразу.
Джинни приблизилась к нему и поцеловала. Осторожно, вспоминая ощущения от нежных прикосновений его губ. Она мягко отстранилась, заглянув в теплые знакомые глаза - ей казалось, что она может восстановить в памяти каждую из каре-серых прожилок и ни с чем не спутает этот полный чувств взор.
Голос разума твердил о проблемах, которые просто необходимо обсудить, но все ее существо хотело раствориться в чувствах.
Девушка нежно провела кончиками пальцев по его щеке, и Гарри притянул ее к себе, обвив руками талию. Оба чувствовали охватившую их страсть, желание быть как можно ближе друг к другу, раствориться в своих чувствах.
Джинни не заметила, как оказалась на коленях у юноши и куда делись ее мантия и кофта. В комнате вдруг стало необъяснимо жарко и прохладные руки Гарри, властно гуляющие по обнаженной коже спины, заставляли каждую клеточку ее тела гореть и плавиться.
Рыжеволосая стянула с него майку, ненадолго прерывая поцелуй, и встретилась с жаждущим взглядом, который буквально прожигал кожу.
В этот момент во всей Вселенной существовали лишь их разгоряченные тела и тот островок реальности, который окружал их. Гарри отстранился:
- Ты думаешь...
- Заткнись, Поттер,- нетерпеливо промычала Джинни, сокращая расстояние между ними до минимума, увлекая Гарри в новый поцелуй.
Вдруг она со всей ясностью ума, на какую только была способна, ощутила его прикосновения и собственное ... отвращение? Гнев на Драко улегся и теперь Джинни жалела о своем импульсе, о том, что поддалась ему. Девушка чувствовала, что каждое движение чуждо ей.
Джинни вскочила, прикрывая руками грудь. Снизу на нее смотрело недоуменное раскрасневшееся лицо Гарри. Девушка почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы отчаянья, пробормотала "Прости" и выбежала из Выручай-комнаты, накинув мантию на голое тело.Она чувствовала, как слезы жгут лицо, как волосы прилипают к раскрасневшемуся лицу. Джинни бежала в свою спальню сквозь толпу учеников, расталкивая тех, кто не успел посторониться и получая тычки в ответ. Но сейчас девушка была даже рада этой физической боли и пыталась сконцентрироваться на ней, игнорируя раздирающуюся на части душу.
Она не могла объяснить ни одного из своих поступков и саму себя. Она нуждалась во времени, которого не было. Она не понимала собственных чувств.
Она не могла переспать с Гарри, а потом выбирать, кто из юношей погибнет.
Она просто не могла. Это было слишком для нее.