Глава 3.
- Какой же ты идиот, Малфой, - донесся до Драко презрительный голос. Звук слышался словно сквозь воду, или тяжелое ватное одеяло, но это совершено точно сказала Джинни. Юноша даже представил, как ее подбородок вызывающе вздернулся вверх, что происходило каждый раз, когда девушка называла его идиотом. Все ее лицо при этом будто бросало вызов: "И что ты мне сделаешь?"
Драко потянулся за звуком, стараясь преодолеть земное притяжение, что сейчас казалось особенно трудным. Мысли о Джинни часто придавали ему сил в Мэноре, когда он уже готов был сдаться во время изматывающих тренировок, которые ему устраивал отец после занятий с девушкой, когда терпел наказания отца и Лорда, когда ему нужно было вставать с кровати по утрам. И сейчас одна мысль о том, что, после всех передряг, он встретит ее, помогла подняться.
Первое, что он увидел - отблески свечи в глазах, казавшихся черными в полумраке. Это она! Значит, все закончилось. Странный лес, злые люди и чувство собственной беспомощности - все это позади! Драко улыбнулся и скосил глаза к источнику света. Не свеча - костер. Юноша прислушался к собственным ощущениям - кисти рук обдувает ветер, спина опирается на что то шершавое. Да они же все еще в лесу.
Выходит, Джинни спасла его? Или тоже угодила к этим жестоким людям? Он смотрел на костер, пытаясь справится с подступившей тревогой.
Драко чувствовал, что ему не хватает какой-то очень важной детали, чтобы весь пазл окружающих его событий собрался в единую картинку.
Побег. Лес. Одиночество. Деревня. Темнота. Джинни.
Он перебирал все события, пытаясь прийти к какому-то выводу, но мысли тянулись медленно и смазывались как стоящие на обочине деревья во время езды на машине.
Постепенно ход мыслей начал приходить в привычный ритм, картинки все быстрее возникали в его сознании. Драко чувствовал, что вот-вот подернутая мутной пеленой история сделается ясной, как вода в бегущем ручейке ясным летним днем. Вереница событий снова пронеслась перед его мысленным взором.
Юноша вспомнил ручей, из которого пил в лесу. Каменистое дно, веселое журчание воды и небольшой дрожащий туман, когда он зачерпывал воду.
Драко, пораженный своей догадкой, медленно повернулся к Джинни, которая, по-прежнему, сидела склонившись над ним. В полумраке зажглись изумрудные огоньки ее глаз и его окутала приятная темнота.
***
Малфой вынорнул из темноты и обнаружил себя в деревянном помещении, пол которого был устлан соломой. Жесткие сухие стебли больно втыкались ему в связанные за спиной руки, которые, к тому же, ужасно затекли. Голова у него, что удивительно, не болела.
Мысли Драко почти тут же вернулись к его.... сну? Но почему тогда происходящее казалось таким реальным?
Он начал воскрешать в памяти произошедшие события, но, едва юноша принимался думать о какой-либо детали, воспоминания подергивались дымкой, мысли путались и разлетались в разные стороны.
Через несколько минут, он даже не был уверен, что видел именно Джинни, что произошедшее было реальностью. Осталось лишь незыблимое, маячащее на фоне, тревожное чувство, совсем как в его сне.
Его рассуждения прервал звук открывающейся двери. Вернее, оглушительный грохот, с которым металлическая ручка на огромной скорости впечаталась в стену. Вошедшим оказался мальчишка лет тринадцати с темной взъерошеной шевелюрой, росмыпью веснушек на носу и щеках, одетый в свободную рубашку неизвестного цвета, который, вероятно, раньше был белым.
Драко замер в напряженном ожидании. Его ждет скорое освобождение или неминуемая смерть? Вероятнее второе.
Мальчишка достал из-за пояса небольшой охотничий нож, внутри у Драко все покрылось тонкой заинедевевшей корочкой страха, но зашедший быстро перерезал веревки на ногах и рывком поднял Малфоя, жестами приказав следовать за ним.
Снаружи оказалась бедная деревушка, состоящая из небольших домов и таких же сараев, как тот, в котором Драко "отдыхал". Жители поселения, человек тридцать, на вид все - простые деревенские маглы, выстроились вдоль одной из дорог. Видно, именно по ней предстояло пройти юноше.
Еле переставляя ноги, борясь с головокружением, голодом и жаждой, он пытался идти гордо - расправив плечи, делая уверенные размеренные шаги. Конечно, порядком пострадавшая, цвета дорожной пыли мантия, грязевые разводы на лице и, это вызывало особое содрогание в душе пленного, сальные растрепаные волосы, часть которых свалялась в колтуны, не позволяли выглядеть величественно, как в Мэноре, когда шкаф ломился от чистой, с иголочки, дорогой одежды. А еще была возможность принимать душ. О, как же Драко соскучился по ванне!
Отвлекаясь на мысли о собственном внешнем виде, юноша спасался от страха и мог идти вперед, сопротивляясь желанию скрутиться клубочком прямо посреди дороги и залиться слезами, смешанными с мольбами о пощаде. Стиль - вполне привычная для него область рассуждений; в качестве пленного идти, скорее всего, на верную смерть - выход из зоны комфорта, которого хотелось бы избежать.
Мальчик остановился у двери домика, ничем не отличавшегося от соседних - некрашеное дерево, небольшие мутные окна и угрожающе большая дверь с массивной металлической ручкой, которая, предположил Драко, была необходима, чтобы при входе в помещение поднимать жуткий грохот, сообщая всем о своем присутствии.
На этот раз, провожатый открыл вход аккуратно и пропустил пленника вперед. Малфой выдохнул и сделал шаг.
Комната в которую он попал, оказалась небольшой: стены все так же из необработанного дерева, возле одной из стен стоит грубая кровать, у другой - шкаф, а под окном расположился стол и два масивных стула, которые оказались заняты.
В помещении повисла давящая тишина, у Драко по шее скатилась капелька пота. Ужас. Паралич. Его главный страх свершился. Он постарался надеть на лицо невозмутимую маску, слегка поклонился и дрожащим голосом произнес:
- Здравствуте, Мой Лорд, - перевел взгляд на другой стул и кивнул, - отец.
- Драко, мой мальчик, - Волан-де-Морт говорил абсолютно спокойно, будто рассуждал о погоде, а у Драко от этого тона поползли мурашки по спине.- Ты же знаешь, что убегать из родительского гнезда непозволительно. Особенно, объединяясь с этой Уизли, - Лорд позволил себе короткую ухмылку на последнем слове. Драко готов был сию же секунду растворится, исчезнуть, расплавиться и утечь из этого ужасного помещения сквозь дыры в половицах, только бы не видеть красные змеиные глаза, не слышать этого хрипящего спокойного голоса.
"Джинни," - ее имя эхом пронеслось в голове, заставив внутренности сделать очередной кульбит. Они нашли ее! Точно! Иначе Темный Лорд не стал бы упоминать о девушке. Не стал бы.
- Я... Я готов вернуться в Мэнор и понести наказание согласно Кодексу, - Драко сказал это тихо и опустил глаза, чтобы не видеть ухмыляющегося лица волшебника.
- А как же иначе, мой мальчик.
Он предан, повержен, пойман и скоро понесет самое суровое наказание, которое только можно представить. Он даже боялся подумать, что это может быть. Но в одном не сомневался точно - темный волшебник крайне изобретателен в искусстве пытки. А еще Волан-де-Морт получит удовольствие от чужой боли. От его, Драко, боли.
***
Малфою позволили принять душ и привести себя "в подобающий вид". Видно, перед смертью, с горькой усмешкой думал юноша, снимая с себя грязные вещи.
В ванной комнате он, включив краны с водой на максмум, решил осмотреть масштаб бедствий.
В дверь постучал эльф:
- Сэр, хозяин просил поторопиться, сэр.
Драко даже не послал гонца, слишком бессмысленным это сейчас казалось. У него ведь даже злости не осталось - одни лишь усталось и безразличие. Он ведь хотя бы попытался сбежать и все же надеялся, что Джинни повезло больше.
"Пожалуйста, пусть у нее получилось сбежать," - взмолился он богу, существование которого до этой самой минуты решительно отрицал. Но, говорят ведь, что перед лицом смерти люди готовы поверить во что бы то ни было.
Итак. Зеркало.
В отражении Драко увидел голубоглазого юношу, острые скулы готорого оказались... чистыми. С волосами тоже все в полном порядке.
Но... как?
Он ведь совершенно точно должен выглядеть отвратительно, а его внешний вид ничуть не хуже, чем в былые дни в Мэноре. Малфой моргнул и тут же увидел другой портрет - светло-голубые льдинки глаз болезненно блестят на покрытом разводами лице. Шевелюра спуталась и больше напоминает свалявшуюся овечью шерсть, чем хотя бы отдаленное подобие прически.
Драко ощутил дежавю и отпрянул от зеркала.
Определенно, подобное уже случалось. Но когда?
Это ощущения были далекими, почти забытыми, словно пришедшими из прошлой жизни или неясного сна.
Сна.
Он принялся озираться по сторонам, размахивать руками и, хватая все вокруг, метаться по комнате. Включил и выключил воду. Скинул разлетевшиеся в разные пахучие пузырьки, стоящие на полке. Снова включил и выклчил воду, а затем поднял лицо к потолку и от души расхохотался. Словно безумный, юноша начал прыгать по кругу и размахивать руками.
Драко почувствовал, как голова наливается тяжестью, вокруг будто все ближе начала подступать темнота. Он схватился обеими руками за раковину и выкрикнул:
- Ну уж нет! Хорошая работа, на отлично. Но не забывай, кто твой учитель, Уизли! - и снова залился раскатистым смехом, пока темнота окончательно не поглотила его.