Пролог.
Огромная светло-голубая, почти небесного цвета карета катила по небу. Погода была безоблачной, ярко светило солнце, и его теплые лучи пробивались в окна кареты. Она летела плавно, но не сама по себе: её тянула дюжина крылатых золотых коней с развевающимися белоснежными гривами.
У окна сидела девушка. Она была красива, как роза, хотя у каждой розы есть свои шипы. Но об этом позже...
В руках у нее лежал увесистый том, на корешке которого легко читалась надпись «Прекрасный честолюбивый род Бруков». Все внимание девушки было поглощено содержимым этой книги: её взгляд скользил по страницам, не отрываясь от колдографий далёких родственников, а мысли вертелись вокруг их биографий.
Сама книга, конечно, была не просто бумажной тряпкой. Это древняя семейная реликвия, которая передаётся из поколения в поколение с самого основания рода. Наследник получает фолиант в день своего семнадцатилетия вместе с напутствием «Чти и знай свой Род». Правда, случалось и так, что наследников мужского пола не было, и тогда книга переходила старшей дочери. Девушка, поглощенная чтением, наследницей не была и одолжила ее у отца.
Перелистнув очередную страницу, девушка дошла и до своей семьи.
Во главе — Дементрий Брук. Мужчина с чёрными волосами, доходившими до лопаток, с глазами болотного цвета и тяжелым взглядом.
По правую руку от него Элис Брук, в девичестве Фоул: соломенные волосы, серо-голубые глаза, голова гордо поднята, а взгляд её холоден, хоть на губах и играет улыбка.
Ниже находилась колдография брата девушки — Эдварда Брука, который был на два года старше нашей героини. На фото он копия отца, только цвет волос и характер он унаследовал от матери.
Возле брата находился портрет и его сестры. "Катерина Брук " — гласила надпись сверху. Девушка хмурым взглядом осмотрела это фото. Хотя серо-голубые глаза хорошо сочетались с вьющимися темными волосами, она все равно считала, что на этом портрете вышла не очень: сонный взгляд, круги под глазами и помятое местами платье.
Катерина перевела взгляд на окно. Карета пролетала над Эйфелевой башней, и на лице девушки появилась еле заметная улыбка.
Брук — старинный английский род, его корни уходят глубоко в историю этой страны, по крайней мере, если смотреть по прямой ветви наследников. Но девушка всю свою жизнь провела во Франции, где пятнадцать лет назад осела семья Брук. Родители Кетрин покинули Англию во время Первой магической войны, боясь за себя и своих детей.
Кетрин, как и Эдвард, учится в Шармбатоне. И, успешно сдав экзамены за четвертый курс, она вместе с братом, закончившим шестой, предвкушала грядущие летние каникулы. Наконец-то они едут домой.
Закрыв книгу, девушка провела кончиками пальцев по чёрной коже обложки. В центре красовался герб рода: большая буква «Б» из чистого сапфира с витиеватыми узорами белого золота вокруг. По верхнему краю золотым тиснением были выполнены слова: «Чти своих породителей». Катерина знала, что они принадлежали Бенджамину Бруку — основателю рода. Снизу же было высечено: «Цени свой дар, данный тебе при рождении, а если дар не получил, цени своё происхождение!»
Каждому отпрыску рода Брук при рождении дается особый дар. Именно благодаря этому Бруки очень прославлены и известны, причем не только в Британии, но и во всех странах Европы. Наследники этого рода считаются чрезвычайно дорогим и качественным товаром, имея помимо дара блистательную красоту, интеллект и большую магическую силу. Неудивительно, что Бруки превыше всего ценят чистую кровь, ведь если породниться с полукровкой, или не дай Мерлин, с грязнокровкой, то дети — грязнокровные дети — лишатся дара, что неприемлемо. А потому тех, кто отказался от чистой крови Бруков, без сожалений исключают из рода. Предателей терпеть не следует.
Отец Кетрин, Дементрий, с самого рождения твердил своим детям, насколько презираемы маглы, а про грязнокровок было запрещено говорить вовсе. Его любимой фразой, которую он не уставал повторять, была: «Чистокровный волшебник — сильный волшебник!»
Карета начала снижаться, и это вывело девушку из задумчивого состояния. Почти дома! Кони замедляли и замедляли свой полет, и вскоре экипаж коснулся земли. Спрыгнув на брусчатку, которой был вымощен подъезд к их особняку, Кетрин не сдержала улыбки. Она переглянулась с братом, вылезшим следом, и вместе они направились домой. За ними вереницей поспешили эльфы, нагруженные множеством тяжёлых чемоданов.