26 Глава
Верхушка Астрономической башни сверкала серебристым светом лунного диска, отбрасывая тени на камень и кирпич.
Прищурившись, Альбус осмотрел окружающую обстановку, понимая, что решающая игра начинается именно сейчас. Он чётко представлял, что лежит на кону, и готов был пожертвовать собой ради спасения школьников и их будущего.
Внезапно башня содрогнулась от мощного взрыва, вызванного атакой противника. Испуганный Драко Малфой пошатнулся, лихорадочно сжимая палочку в дрожащих пальцах. Воздух наполнился запахом серы и пепла.
Северус Снейп занял позицию рядом с мальчиком, выжидая удобного момента. Его взгляд был прикован к Дамблдору, готовым исполнить возложенную на него миссию.
— Я выполню свой долг, — тихо произнёс Снейп, поднимая палочку.
Луч энергии метнулся навстречу Дамблдору, сопровождаемый последним благословением великого мага:
— Желаю тебе удачи, Северус. Спасай детей.
—Авада Кедавра! — с дрожью в голосе произнёс Северус Снейп.
Старик полетел вниз, преодолевая сотни метров высоты, пока его тело не упало на землю с глухим звуком.
Звуки перекрыли нормальную жизнь Хогвартса. Учащиеся прятались в подвалах и башнях, пытаясь защититься от врагов, вторгшихся в священные пределы школы. Страх и тревога царили среди молодых сердец, большинство осознавали, что грядущие дни принесут немало страданий и смертей.
— Дамблдор погиб! — закричал один из четверокурсников, вбегая в зал.
Сообщение распространилось мгновенно, порождая хаос и панику. Одни бежали к своим наставникам, другие молились, ожидая решения судьбы.
Севелина стояла в центре большого зала, сжимая серебряную медальон-маркированку с изображением крестража. Глаза её пылали адреналином и бешеной энергией, сознание было сконцентрировано на миссии, поставленной перед ней Дамблдором.
— Мы должны победить, — прошептала она, обращаясь к ближайшему товарищу. — Иначе вся работа мастера пропадёт зря.
Рядом с ней стояла Гермиона, которая тихонько добавила:
— Надеюсь, наши действия окажутся достаточными для победы.
Девушки двинулись к выходу.
Гарри, находясь поблизости, услышал новость о смерти директора. Гнев захлестнул его, превратившись в чистую энергию, необходимую для продолжения войны. Восстав из кресла, он обратился к Рону и Джинни:
— Другого выхода нет. Мы идём вперед, следуя заветам Дамблдора.
Ранним утром Гарри, Рон, Гермиона и Джинни покинули стены Хогвартса, вооружившись необходимыми вещами и заклинаниями. Приближающаяся угроза заставляла их предпринять меры предосторожности, обеспечивающие безопасность семьи Уизли.
— Пойдёшь с нами, Севелина, — решительно объявил Гарри, обратившись к спутнице. — Необходимо удостовериться, что дом надёжно защищён.
Девушка замерла, осознавая сложность положения. В её сознании мелькали образы Фреда, который жил в этом доме и, вероятно, мог находиться там сейчас.
— Не думаю, что это хорошая идея, — неуверенно отозвалась она. — Фред может воспринять моё появление негативно.
Гарри улыбнулся уголком губ, стараясь убедить подругу:
— Фред уже смирился с разрывом, Сева. Важно обеспечить безопасность, независимо от личных чувств.
Подчинившись обстоятельствам, Севелина присоединилась к группе, осознавая значимость миссии.
В дороге компания обсуждала методы охраны территории, стратегии обороны и возможности укрепления позиций. Периодически участники группы поглядывали на фигуру Севелины, стараясь понять её внутреннее состояние.
Вскоре они прибыли в дом Уизли, где их встретил Артур Уизли, отец семейства. Озабоченность на его лице уступила место искренней радости:
— Ах, дорогие гости! Сколько времени прошло с тех пор, как мы виделись!
Фред остался незамеченным, предпочитая держаться подальше от бывшей возлюбленной. Внутри него кипели противоречивые чувства, смесь гордости и ревности, заставляющие держать дистанцию.
Встреча завершилась успешным обсуждением планов и распределением ролей. Гарри, удовлетворённый результатом, предложил команде временно обосноваться в поместье, чтобы усилить оборону.
— Готовьтесь к худшему, — предупредил он, обращаясь к каждому. — Судьба волшебного мира висит на волоске...
После возвращения в дом Уизли атмосфера значительно улучшилась. Исчезло напряжение, царившее ранее, и вновь зажгли свечи семейного очага. Гарри чувствовал себя комфортно среди близких друзей и родственников, наслаждаясь обществом каждого члена семьи Уизли.
Именно в таком настроении он представил остальным Севелину, сопровождавшую их возвращение.
Билл Уизли.— долговязый молодой человек с характерной гривой длинных рыжих волос и добрыми голубыми глазами.
— Рад познакомиться, Севелина, — сказал он, протягивая руку. — Ты очень красива и привлекательна.
Девушка скромно улыбнулась, отвечая:
— Приятно познакомиться, Билл. Ваши родители говорили мне о вас.
—Здравствуй, Севелина, я Флёр, жена Билла, очень рада знакомству с тобой.
—Спасибо, я тоже очень рада.
Гарри наблюдал за развитием знакомства, радуясь, что оно прошло успешно. Вскоре обстановка приобрела неофициальный характер.
Севелина же потеряла счёт времени, мечтая оказаться в другом месте.
Незаметно она подошла к одному из окон, созерцая уличную аллею. Солнце лениво опускалось за горизонт, окрашивая небо в оттенки оранжевого и пурпурного.
Внезапно чья-то рука коснулась её плеча. Резко обернувшись, девушка увидела знакомые черты лица — высокий рост, рыжие волосы, добродушные голубые глаза. Перед ней стоял Фред Уизли, улыбаясь той широкой, заразительной улыбкой, которой славился.
— Привет, Сева, — тихо сказал он, чувствуя неловкость момента.
Девушка вздохнула, ощущая теплую волну воспоминаний, оставшихся в прошлом:
— Привет, Фред. Ты хорошо выглядишь.
Фред кашлянул, пытаясь подобрать нужные слова:
— Мне тоже хочется верить, что ты здорова и благополучна.
Некоторое время они стояли молча, глядя друг на друга, понимая невозможность возврата к прошлым чувствам. Время и обстоятельства создали между ними огромную пропасть, заполнить которую уже невозможно.
В конце концов, Севелина отступила, поняв, что дальнейшее пребывание рядом опасно для её душевного спокойствия:
— Извини, Фред, но мне нужно идти. Ребята ждут меня .
Фред кивнул, соглашаясь с решением девушки:
— Конечно, я понимаю. Всего хорошего, Сева.
Слова повисли в воздухе, отражая глубокую тоску и несбыточность мечты. Оба осознавали, что потеряли друг друга навсегда, и лучший подарок, который они могли подарить друг другу, — позволить двигаться дальше.