Кузены Блэк

Гарри побежал по лужайке. На улице было солнечно и морозно, на противоположном берегу озера высились трибуны, те самые, что стояли в ноябре вокруг загона с драконами. Трибуны были забиты до отказа, студенты оживленно переговаривались, и невнятный гомон, отра­жаясь от воды, доносился до Гарри.
На ближнем берегу у самой воды стоял покрытый золотой парчой стол судей, и Гарри помчался туда напрямик вдоль озера.

Седрик, Флер и Крам уже стояли у судейского стола и ждали его. Гарри подбежал и с разбегу остановился у стола, за­брызгав грязью мантию Флер.
-Я... здесь...-запыхавшись, проговорил он.
- Где ты был?- важно с укором спросил кто-то.-Испытание вот-вот начнется.
Гарри увидел за судейским столом на месте мистера Крауча Перси Уизли, мистер Крауч снова не приехал.
-Ну-ну Перси,- вмешался Людо Бэгмен, облегчен­но вздохнув при появлении Гарри.- Дай ему хотя бы от­дышаться.

Дамблдор дружелюбно улыбнулся Гарри, Каркаров и мадам Максим холодно поглядели в его сторону, сразу было видно, что они его не ждали.
Гарри согнулся и уперся руками в колени, тяжело дыша. В боку кололо, словно между ребер загнали нож, а времени на отдых уже не осталось. Людо Бэгмен рас­ставил участников вдоль берега озера на расстоянии де­сяти футов друг от друга. Гарри стоял с краю, рядом с ним Крам в купальных плавках и с волшебной палочкой на­готове.

-Все в порядке, Гарри?- прошептал Бэгмен, отстав­ляя Гарри от Крама еще на несколько футов.- Знаешь, что делать?
-Ага,-ответил Гарри, потирая бок. Бэгмен нервно дернул плечом и вернулся к судей­скому столу, направил волшебную палочку на горло, как тогда, на Кубке мира, и произнес: «Сонорус!» - его голос тут же понесся через озеро к высоким трибунам.
Аааа...Мы же забыли о нашем квартете..

Так вот...Адара, укутанная в чёрный шарф с буквой B, сидела как на иголках.. и думала за что ей все это...В принципе ничего нового.
Денебола сидела вообще на другом конце, рядом с Тео, на что, конечно, Адара очень сильно негодовала.
Полумна и Джинни сидели по обе стороны от Адары, и нервничали не меньше.

-Ну, что ж, наши участники готовы ко второму ис­пытанию. Начнем по моему свистку. За час они должны найти то, что у них отобрали. Итак, на счет три: раз... два-три!
Холодный неподвижный воздух огласил пронзитель­ный свист, трибуны взорвались криками и рукоплеска­ньями. Гарри, не глядя, что делают другие участники ис­пытания, скинул ботинки, стянул носки, достал из кар­мана комок жаброслей, сунул в рот и побрел в озеро. Вода в озере была ледяная и резала ноги, как будто это была не вода, а огонь. Мантия и брюки промокли, и чем глубже Гарри заходил, тем тяжелее они становились; он зашел в воду уже по колено, даже глубже, ноги немели и скользили на плоских, заросших илом камнях. Гарри усердно жевал скользкие, как щупальца осьминога, буд­то резиновые водоросли. Зайдя в воду по пояс, он оста­новился, проглотил водоросли и стал ждать.

На трибунах засмеялись.
-Что он творит?-не поняла Полумна.
Глупо идти вот так в озеро безо всякого волшебства, глупее ничего и не придумаешь.
Гарри дрожал от холода и весь покрылся гусиной кожей, холодно стоять в ледяной воде, да еще ветер треплет за волосы.

На трибунах смеялись все громче, особенно ста­рались слизеринцы, свистели и улюлюкали, и Гарри ста­рался не глядеть туда.
Вдруг Гарри почувствовал, словно ему на лицо нало­жили невидимую подушку, зажали рот и нос, он судорож­но вздохнул, и у него закружилась голова. Легкие опусте­ли, а слева и справа на шее словно полоснули бритвой... Гарри схватился ладонями за шею и почувствовал под ушами широкие щели, которые открывались и закрыва­лись, словно хватали воздух - жабры! Без дальнейших раздумий Гарри сделал то, что только и можно было те­перь сделать - нырнул в воду.

Зрители затащили дыхание...Минут через 30, когда все уже окончательно замёрзли, вынырнул Седрик. Все аплодируют, кричат, но вы не представляете какое облегчение испытала Адара...Даже не смотря на то, что вместе с ним выплыла Чжоу. Ну не нравятся они друг другу, ну что поделаешь?
Вторым вынырнул Виктор Крам вместе с Гермионой. Девочки были больше счастливы за то, что вынырнула Гермиона, чем за то, что вынырнул Крам.
Флер и Гарри нет.
-А где эти двое?-спросила Джинни, и в этот момент вынырнула Флер, но никого рядом с ней не было.
Видимо, она выбывает.

-А где же этот полудурок?-спросила сама у себя Адара.
Да, она беспокоилась. Да, она любит трех парней сразу. Ну, как говорится "За двумя зайцами побежишь, никого не поймаешь", но их же не двое. А трое. А это все меняет.
И тут...

Вынырнул!
От чудесного, свежего прохладного воз­духа закололо мокрое лицо.
Гарри глотал воздух и на­слаждался им, словно впервые в жизни вздохнул полной грудью.
Рона и девочку он держал на плаву вместе с со­бой.

Зеленоволосые тритоны с русалками всплыли сле­дом за ним и улыбались. Трибуны радостно завопили и засвистели, все вско­чили на ноги. Должно быть, все думали, что Рон с малень­кой девочкой захлебнулись, но нет, Рон и девочка про­снулись и открыли глаза.
Девочка смутилась и испугалась, а Рон выплюнул воду, замигал от яркого света и, повер­нувшись к Гарри, сказал:
-Вот ведь сырость!-тут он увидел сестру Флер.-А эту ты чего вытащил?
-Флер так и не приплыла.Что же мне было делать? Не оставлять же ее там?-еле переводя дыхание, отве­тил Гарри.

-Дурья твоя голова! Ты что, и правда решил, что мы там останемся? Да Дамблдор никогда бы не позволил нам утонуть!
-А как же, в песне...
-Да это для того, чтобы вы там не возились и поско­рее нас нашли. Ты что, героя из себя строил? Торчал там больше, чем надо?
Гарри стало стыдно и гадко. Рону легко говорить, он-то спал, он-то не знает, как там, на дне, жутко, когда во­круг эти тритоны с копьями в руках - того и гляди про­дырявят.
- Поплыли!-сказал Гарри.-Помоги мне, придер­жи ее, вряд ли она хорошо плавает.

И они вдвоем потянули за собой сестру Флер к бере­гу, где уже ждали судьи; двадцать тритонов плыли вместе с ними, словно почетный караул, и распевали хриплы­ми голосами страшные гимны. Мадам Помфри возилась на берегу с Гермионой, Кра­мом, Седриком и Чжоу, укутывая их в толстые шерстяные одеяла. Дамблдор и Людо Бэгмен радостно заулыбались Гарри и Рону; Перси был белее простыни и казался беспомощным подростком. Он не стал дожидался, пока Рон и Гарри доплывут до берега, и сам пошлепал по воде им на встречу. Флер Делакур билась в истерике и вырывалась Из рук мадам Максим с криком:

-Габ'гиэль! Габ'гиэль! Она жива? Скажите мне! Жива?
-С ней все в порядке,-пытался крикнуть Гарри, но от усталости и говорить-то мог еле-еле, не то, что кри­чать.
Перси подхватил Рона и потащил к берегу («Да отвя­жись ты, Перси! Я и сам дойду!»); Дамблдор с Бэгменом поддерживали Гарри под руки, Флер наконец вырвалась из крепких рук своего директора и схватила сестру в охапку.
-Там г'индилоу.. они на меня напали... о моя сест'-генка, я уже думал... я думал... - и она разрыдалась.
-А ну-ка, иди сюда! - приказала мадам Помфри Гар­ри, подхватила его, подтащила к остальным, завернула в шерстяное одеяло так крепко, будто смирительную ру­башку на него натянула, и влила в рот какого-то зелья, да такого горячего, что у Гарри дым из ушей пошел.

Адара, вместе с девочками, смогла протиснуться к Гарри. Денебола с Тео тоже подошли.
-Молодец, Гарри! - воскликнула Гермиона. - Мо­лодец! Сам обо всем догадался.
-Ну...- Гарри уже собирался рассказать ей о Добби, но заметил, что Каркаров пристально на него глядит.

Из всех судей только он не радовался возвращению Гарри, Рона и маленькой сестры Флер и остался сидеть за сто­лом.
- Да, сам, - сказал громко Гарри, так, чтобы и Кар­каров его услышал.
-Герм-ивонна, у тебя водный жук на голове, - ска­зал Крам.
Гарри показалось, что Крам хочет привлечь внимание Гермионы и, может быть, напомнить, что это он только что спас ее, вызволив со дна озера, но Гермиона нетерпеливо смахнула с головы жука и сказала:
- Жаль, что ты не успел вовремя... Ты долго нас искал?
- Да нет... я вас быстро нашел...

Гарри почувствовал себя еще глупее. Здесь, на суше, стало яснее ясного, что Дамблдор ни за что не дал бы уме­реть пленникам, не доплыви до них участники. Взял бы Рона и уплыл, а не ждал там, как дурак. И вернулся бы пер­вым... Вот Седрик с Крамом русалочью песню всерьез не приняли и времени зря не теряли, не возились с осталь­ными пленниками... Дамблдор склонился у воды и беседовал с русалкой самой дикой и злобной на вид изо всего водного народа; должно быть, она была среди своих собратьев главной. Дамблдор издавал те же резкие скрипучие звуки, что и тритоны с русалками, когда они над водой, значит, Дам­блдор знал русалочий язык.
Дамблдор разогнулся, повер­нулся к остальным судьям и сказал:
- Надо бы посоветоваться перед тем, как ставить оценки.

Судьи собрались в кучку. Мадам Помфри отобрала Рона у Перси, подвела его к Гарри и остальным, дала ему одеяло и напоила бодрящим зельем, потом отправилась за Флер и ее сестрой.
Адара, обладающая, видимо, самым лучшим слухом, мельком слышала что говорил Рон Гар­ри, когда тот выплыл и собиралась прибить этого Уизли.
-Уизли, иди сюда!-сказала она, и Рон отошел от Перси.
-Ты дебил? Ну принял буквально, а ты вообще бы не додумался!-и дала ему подзатыльник.
-Не ну реально задолбал! Вы только помирились, а ты опять поссориться хочешь?!

Тут за спи­нами участников раздался громоподобный, волшебно усиленный голос Людо Бэгмена, и они вздрогнули, зри­тели на трибунах притихли.
- Дамы и господа, предводительница русалок и три­тонов поведала нам, что в точности произошло на дне озера, и вот наше решение: оценки чемпионам будут выставлены по пятидесятибальной шкале. Итак.. Мисс Флер Делакур продемонстрировала замечательное владение заклинанием головного пузыря, но на нее напали грин­дилоу, и она не сумела спасти своего пленника. Мы ре­шили поставить ей двадцать пять очков.

На трибунах захлопали.
-Я не достойна,-хриплым голосом проговорила Флер, качая своей очаровательной головкой.
-Мистер Седрик Диггори также использовал закли­нание головного пузыря и первым вернулся со своим пленником, но вернулся на минуту позже установленно­го времени,-пуффендуйцы на трибунах разразились криками и аплодисментами, Чжоу поглядела на него, и ее глаза светились от радости.
- Мистеру Диггори мы ставим сорок семь очков.

Гарри сник, если уж Седрик не успел вовремя, то сам он и подавно.
- Мистер Виктор Крам продемонстрировал непол­ное превращение, что, впрочем, не помешало ему выпол­нить задание, и он вернулся вторым. Его оценка - сорок очков.
Каркаров надулся от гордости и захлопал громче всех.

-Мистер Гарри Поттер с успехом воспользовался жаброслями,-продолжал Людо Бэгмен.-Он вернулся последним и потратил на задание гораздо больше условленного времени. Однако предводительница тритонов и русалок сообщила нам, что мистер Поттер первым на­шел пленников и задержался на дне только потому, что желал вернуть на сушу не только своего собственного, а непременно всех пленников.

Рон и Гермиона взглянули на Гарри вместе восхищен­но и жалобно.
- Почти все судьи,-тут Бэгмен неприязненно взгля­нул на Каркарова,-посчитали, что такое поведение го­ворит о высоких моральных качествах и заслуживает высшей оценки. Однако... оценка мистера Поттера -исо­рок пять очков.
У Гарри сердце заколотилось от счастья, он разделил с Седриком первое место. Рон и Гермиона от такой не­ожиданности мгновение глядели на Гарри, раскрыв рты, а потом радостно засмеялись и громко захлопали вмес­те с остальными студентами. Адара обняла Гарри и сказала:
-Ладно, Поттер, молодец.

- Ну, вот!-крикнул Рон.-Ты, оказывается, не дура­ка валял, а высокие моральные качества демонстрировал.
Флер тоже хлопала изо всех сил, а Крам приуныл, по­пытался снова заговорить с Гермионой, но та от востор­га не обращала на него внимания.
- Третье и последнее испытание состоится за закате двадцать четвертого июня,-продолжил Бэгмен. - За месяц до этого чемпионам Турнира объявят, что это бу­дет за испытание. Благодарю вас всех, что поддержали наших чемпионов.

«Все», - ошеломленно думал Гарри, идя в кучке чем­пионов и пленников вслед за мадам Помфри в замок, что­бы переодеться в сухую одежду. - «Все, прошел... теперь можно обо всем забыть до двадцать четвертого июня...»
И Гарри, поднимаясь по каменной лестнице замка, решил, что, когда в следующий раз отправится в Хогсмид, обязательно купит Добби столько пар носков, сколько дней в году.

__________/
Ребят, простите за долгое отсутствие! Попытаюсь наверстать упущенное!