Глава 37
До друзей не сразу дошла вся абсурдность этого заявления. Минуты две все молчали. Наконец Рон произнес вслух то, о чем Гарри только подумал:
- Вы оба просто сошли с ума!
- Ерунда!-упавшим голосом вымолвила Гермиона.
- Питера Петтигрю нет в живых!-сказал Гарри.
- Они убили его двенадцать лет назад.-возразила Адара.
Лицо бывшего узника исказила гримаса.
-Я действительно хотел убить-зарычал он, скаля желтые зубы.-Да малыш Питер оказался хитрее меня... Но на этот раз у него ничего не выйдет.
И Блэк кинулся на крысу. Живоглот очутился на полу, а Рон заорал не своим голосом; беглец придавил ему сломанную ногу.
-Сириус, осторожней!-Люпин метнулся вперед и оттащил Блэка от Рона.- Подожди! Так просто нельзя с этим покончить. Надо им объяснить, пусть они знают!
-Потом объясним!-похрипела Блэк, оттолкнув Сириуса от Люпина.
Скрюченные пальцы когтили воздух, стараясь дотянуться до крысы, а та извивалась и визжала не хуже поросенка, царапая Рону лицо и шею.
-У них... есть... право... знать... правду!-Люпин уже задыхался, повиснув на Блэке.- Рон считает его домашним зверьком! Во всей этой истории много такого, чего даже я не понимаю! А Гарри? Ты обязан рассказать Гарри, как все было на самом деле, Сириус!Про твою дочь и племянницу я вообще молчу!
Блэк утихомирился, но его ввалившиеся глаза неотступно следили за крысой, которая сжалась в комок под защитой искусанных, исцарапанных и окровавленных рук Рона.
-Ладно, согласен, начинай ты. Рассказывай, что хочешь. Но только побыстрее, Римус. Я хочу немедля покончить с убийцей, из–за которого столько лет провел в Азкабане.
-Вы просто психи, вы оба.-Рон очумело потряс головой и оглянулся за поддержкой к Гарри и Гермионе,и не смотря на ненависть посмотрел на Адару с Денеболой.-С меня хватит, я в вашу игру не играю.
Он попробовал подняться, опираясь на здоровую ногу, но Люпин вновь достал волшебную палочку и направил ее на Коросту.
-Тебе придется выслушать меня до конца, Рон. И пока будешь слушать, держи покрепче Питера.
- Он не Питер, он моя Короста!-завопил Рон. Он попытался сунуть крысу в карман, но не тут–то было: крыса сражалась так отчаянно, что Рон свалился бы с кровати, если бы Гарри не подхватил его.
- Многие видели, как Петтигрю погиб,-сказала Денебола, повернувшись к Люпину.-Была целая улица свидетелей...
-Да ничего они не видели! Они только думают, что видели...- снова разъярился Блэк, мрачно наблюдавший, как крыса отбивается от Рона.
- Действительно, все были уверены, что Сириус и Фиона убили Питера,- кивнул Люпин.-Я и сам так думал до этого вечера. Открыла мне глаза Карта Мародеров. Она никогда не лжет. Питер жив. Рон держит его в руках.
Гарри с Роном переглянулись и тут же пришли к молчаливому согласию: Блэк и Люпин не в своем уме,а вот насчет Фионы они не уверены,слишком тихо она себя ведет. В том, что они тут мелют, нет никакого смысла. Как это крыса может быть Питером Петтигрю? Допустим, после Азкабана Блэк рехнулся, но почему Люпин поддерживает его в этом безумии?
И тут вмешалась Гермиона, голос ее дрожал, но она говорила спокойно, взывая к благоразумию Люпина.
- Но профессор Люпин... Короста никак не может быть Петтигрю... Вы же понимаете, это совершенно невозможно...
-Почему невозможно?-мирно спросил Люпин, как будто они в классе и Гермиона столкнулась с какой–то сложностью в работе с Гриндилоу.Но за Гермиону ответила Денебола
- Потому что... если бы Питер Петтигрю был анимагом, это знали бы все. Мы занимались анимагами у профессора МакГонагалл, и я много читала о них в учебниках, когда делала домашнее задание.Министерство магии ведет учет всем колдуньям и волшебникам, которые могут превращаться в животных; есть специальный реестр, в нем сказано, в каких животных они превращаются, даны их приметы и отличия... Я нашла там профессора МакГонагалл... В этом столетии было всего семь анимагов, и имени Петтигрю в этом в списке нет...
Гарри невольно восхитился: сколько же Гермиона и Денебола знают! Не зря день и ночь сидят за книгами.
-Конечно нет!-профессор Люпин рассмеялся.-Вы опять правы! Но, видите ли, Министерству невдомек, что в замке Хогвартс некогда чудили три не зарегистрированных анимага...
- Если ты собрался рассказывать им все с сотворения мира, то поторопись, Римус,- проворчал Блэк, следя за безнадежными потугами Коросты освободиться.
-Я ждал целых двенадцать лет и дольше ждать не намерен...
- Хорошо–хорошо, Сириус, но тебе придется кое–что добавить, я ведь знаю только, как все начиналось...
Люпин прервал речь на полуслове — что–то громко скрипнуло позади него, и дверь в спальню открылась сама собой. Все пятеро уставились на нее, Люпин сделал несколько шагов и выглянул на площадку.
-Никого...
- В доме полно привидений,- заметил Рон. Но Фиона лишь махнула рукой.
-Нет тут никаких привидений.-Люпин все еще озадаченно смотрел на дверь.-Их и не было никогда в Визжащей хижине. Вой и стоны, которые когда–то слышали, местные жители, издавал Римус.
Недавно упомянувшийся Профессор отбросил с лица седеющие волосы, задумался на мгновение и заговорил:
-Здесь, собственно, всё и началось. Из–за того, что я стал оборотнем. Ничего бы не произошло, если бы не моя безрассудная тяга к риску...
У Люпина был вид вполне здравомыслящего и очень усталого человека. Рон хотел было что–то сказать, но Гермиона толкнула его: «Шшшш!» Она слушала рассказ с неослабевающим вниманием.
- Меня укусил оборотень, когда я был совсем маленький. Родители перепробовали все для моего исцеления, но в те дни таких лекарств, как сейчас, еще не было. Зелье, которое готовит профессор Снегг, — совсем недавнее открытие. Оно делает меня безопасным для окружающих. Я пью его неделю, предшествующую полнолунию, и... и после трансформации сохраняю разум. Лежу у себя в кабинете, как вполне безобидный волк, и спокойно жду, пока луна пойдет на убыль. Но до того, как волчье противоядие было изобретено, раз в месяц я становился настоящим монстром. И о Хогвартсе даже не мог мечтать. Какие бы родители согласились отдать ребенка в школу, где он будет учиться вместе с оборотнем. Но вот директором стал Дамблдор. Он отнесся ко мне с сочувствием, сказал, что я должен учиться и что он примет все меры предосторожности.
Люпин вздохнул и задержал взгляд на Гарри.
-Помнишь, я тебе говорил, что Гремучую иву посадили в тот год, когда я поступил в Хогвартс. Дело в том, что ее посадили именно потому, что я поступил в Хогвартс. Этот дом,-Люпин окинул комнату печальным взглядом,-и туннель, ведущий к нему, были построены специально для меня. Раз в месяц меня тайком отправляли сюда из замка — на время превращения. А дерево поместили у входа в туннель, чтобы никто не мог попасть ко мне в дом, пока я опасен.
Гарри понятия не имел, к чему клонит рассказчик, но все равно увлеченно слушал, и единственным звуком в комнате, кроме голоса Люпина, был испуганный писк Коросты.
-В то время мои трансформации были ужасны. Превращение в оборотня очень болезненно; кусать было некого, и я царапал и грыз самого себя. Жители деревни слышали какой–то шум, завывания и думали, что это бушуют особенно неистовые призраки... Даже теперь, когда в доме уже много лет все тихо, люди опасаются приближаться к нему. Но если не считать превращений, то, пожалуй, я был счастлив, как никогда в жизни. Впервые у меня были друзья, трое верных друзей–Сириуса Блэка, Питера Петтигрю,Фиону Пруэтт и, разумеется, твой отец — Джеймс Поттер,а так же его двоюротная сестра Джулия Поттер . Естественно, мои друзья не могли не заметить, что раз в месяц я куда–то исчезаю. Я сочинял всевозможные истории — говорил, что у меня заболела мать и надо ее навестить... Больше всего на свете боялся, что, узнав, кто я такой, они бросят меня. Но в конце концов они, как и ты, Гермиона, поняли, в чем дело. Но друзья не покинули меня. Напротив, придумали нечто такое, отчего мои трансформации стали самыми счастливыми днями моей жизни — они сами стали анимагами.
-И мой отец тоже?- изумился Гарри.
-И моя мама?-спросила Денебола
-Конечно. Три года львиную долю свободного времени они тратили на то, чтобы научиться этому. Твой отец и Сириус были одни из самых одаренных студентов, да и вообще им повезло, ведь анимагическое превращение иногда приводит к ужасным последствиям.Но больше всех повезло Джулии,она всегда была умнее и добрее всех нас,а потом помогла с превращениями Питеру и Фионе.Министерство магии еще и поэтому зорко следит за всеми, кто пытается стать анимагом. От Питера было мало толку, но он целиком положился на своих умных друзей и тоже благополучно стал анимагом. В конце концов, на пятом курсе им удалось осуществить свой замысел — отныне каждый мог по желанию трансформироваться.
-Но чем это могло помочь вам?-недоумевала Гермиона.
- Очень многим. В своем обычном виде им тоже приходилось избегать меня. Как животные — они...
-Они составляли вам компанию-додумалась Ден
-Верно,Денебола! Ведь оборотни опасны только для людей... Раз в месяц они ускользали из замка, укрывшись мантией–невидимкой Джеймса, и совершали превращение. Питер, как самый маленький, легко преодолевал ударную зону ветвей Ивы и нажимал сучок, который отключал дерево... Они спускались в туннель, и мы вместе проводили время. Под влиянием друзей я становился не таким опасным — тело было волчье, но разум сохранялся...
-Давай быстрее, Римус,- сипло поторопил его Блэк, по–прежнему не сводя с Коросты жутковато–голодных глаз.
-Успокойся,Сириус-сказала мужу Фиона
-Сейчас, Сириус, сейчас, Фиона... Теперь, когда мы все могли превращаться в животных, открылись невероятные, захватывающие возможности. Мы покидали Хижину и всю ночь бродили в окрестностях школы или по деревне. Сириус и Джеймс перевоплощались в довольно крупных зверей и вполне могли при необходимости сдержать оборотня... Вряд ли в Хогвартсе был хоть один студент, знавший территорию школы и Хогсмид лучше, чем мы. Вот так нам и пришла в голову мысль составить Карту Мародеров и подписаться прозвищами. Сириус — Бродяга, Питер — Хвост, а Джеймс — Сохатый,Фиона—Царапка,а вот Джулия отказалась,но прозвище ее было—Глазок.
-А в какое животное... -начал было Гарри, но Гермиона перебила его:
- Но ведь это же очень опасно! Гулять в деревне и вокруг замка с оборотнем... А вдруг бы друзья не смогли вас удержать и вы укусили кого–нибудь?
-Эта мысль до сих пор мучает меня,-глубоко вздохнув, сказал Люпин.-Было, было много раз — еще бы чуть–чуть и... Потом мы хохотали над этим. Мы были молоды, неразумны и в восторге от своего ума, ловкости... Конечно, иногда во мне шевелилась совесть. Ведь я обманул доверие Дамблдора... Он принял меня в Хогвартс, чего не сделал бы никакой другой директор, и, наверное, мысли не допускал, что я нарушаю правила, которые он установил для моей и чужой безопасности. Он не догадывался, что по моей милости трое однокурсников стали нелегальными анимагами... Но каждый раз, когда мы обсуждали план очередных похождений в ночь полнолуния, совесть угодливо молчала. И оказалось, что с тех пор я мало изменился.
Люпин нахмурился, и в его голосе зазвучало отвращение к самому себе:
-Весь этот год я боролся с собой, задавая один и тот же вопрос: рассказать ли Дамблдору, что Сириус Блэк анимаг? И не рассказал. Почему? Потому что я слишком малодушен. Ведь это значит признаться, что я еще в школе обманывал его, что и других заманил на путь обмана, а доверие Дамблдора для меня — все. Он дал мне возможность учиться в Хогвартсе, когда я был мальчишкой. Дал мне работу, когда я уже отчаялся найти хоть какой заработок. И я убедил себя, что Сириус проникает в школу благодаря темным искусствам, которым выучился у Волан–де–Морта, а то, что он анимаг, никакой роли не играет... Вот и выходит, что Снегг абсолютно прав насчет меня...
-Снегг?- Блэк первый раз оторвал взгляд от крысы и посмотрел на Люпина.
-А Снегг здесь причем?-резко спросил он.
-Снегг—профессор в Хогвартсе.И по совместительству опекун Адары и Денеболы-невесело ответил Люпин, взглянув на Гарри, Рона,Гермиону и Блэков-Профессор Снегг когда–то учился вместе с нами. Это он больше всех противился моему назначению на должность преподавателя защиты от темных искусств. Весь год он твердил Дамблдору, что мне нельзя доверять. И у него были основания... Видите ли, Сириус некогда сыграл с ним одну шутку, которая едва не убила его... Без меня там тоже не обошлось...
Блэк саркастически усмехнулся:
- Он это заслужил. Шнырял вокруг, вынюхивал, чем мы, четверо, занимаемся. Жаждал, чтобы нас исключили.
-Но это ведь не значит,что надо было его чуть ли не убивать!И вообще Бродяга,половина,хотя нет,большая половина того что ты делал в школе—очень жестоко.-не согласилась Фиона,она до сех пор чувствовала стыд перед Снеггом.
-Северуса очень интересовало, куда это я пропадаю каждый месяц,-продолжил Люпин.-Мы были однокурсниками, ну и... хм... слегка недолюбливали друг друга Особенно он терпеть не мог Джеймса — виновата, я думаю, зависть. Джеймс замечательно играл в квиддич... Настоящий талант. И вот однажды Снегг подсмотрел, как в канун полнолуния мадам Помфри повела меня к Гремучей иве. Сириус Снегга заметил и шутки ради сказал ему, что всех–то и дел — ткнуть длинной палкой в шишку на стволе Ивы, и тогда он отроет мою тайну. Снегг, естественно, так и сделал. И отправился вслед за мной. Представляете себе, что его ожидало в Хижине: встреча с оборотнем со всеми вытекающими последствиями. Но твой отец, Гарри, узнав, что придумал Сириус, бросился за Снеггом и, рискуя жизнью, увел его из подземного хода. Снегг все же мельком увидел меня — в самом конце туннеля. Дамблдор строго–настрого запретил ему разглашать мою тайну. Но с тех пор он знает мою особенность.
-Так вот почему Снегг вас не любит,-медленно произнес Гарри.- Он, конечно, думает, что и вы участвовали в той шутке...
-И поэтому ненавидит Гарри, и не очень любит меня и мой характер...-проговорила за ним Адара
- Совершенно верно,- раздался холодный, насмешливый голос за спиной Люпина. Это был Северус Снегг. Он сбросил с себя мантию–невидимку, его волшебная палочка была направлена прямо на Люпина.