Глава 19
Они не хотели это обсуждать, по крайней мере Теодор точно, но каким-то образом всё же вышли снова на эту тему. Наверное, сложно игнорировать то, что произошло у обоих под носом.
— Ты знаешь, что меня надо уметь именно взбесить, — рассказывал Тео на перемене.
— Ну вчера, кажется, удалось, — заметил Зак.
— Так это не ты был. Это он, — нахмурился Тед. Закат замолчал, но теперь уже тему возобновил Теодор:
— Что он тебе тогда наговорил?
— Совсем ничего... — помялся Зак. — Это больше... я ему наговорил, — виновато заключил он.
— Что? — Тео возмущённо поднял голову. — А, ну да. Откуда ему ещё узнать, что я не обнимаюсь. Зак... — вздохнул он раздражённо.
— Прости меня. Я не подумал тогда...
— Просто держи язык за зубами, ладно? Неважно, кто спрашивает — не надо рассказывать о моём личном. О своём — сколько угодно.
— Ладно, — Зак стыдливо уткнулся в парту. — Но я его не в первый раз видел, — как бы в оправдание добавил он, — мы встречались до этого.
— Чего? — опешил Тео.
— Случайность. Я ещё на каникулах встретил его, и у нас был короткий диалог. Я о том, что мне самому хотелось снова с ним заговорить...
— С ним тебе говорить нельзя, — отрезал Теодор. Закат замер.
— Ты запрещаешь мне с кем-то общаться? — спросил он серьёзно. Тед остался смотреть перед собой, ничего не говоря. Зак ещё минуту разглядывал его профиль, обдумывал эти слова. Теодор ему хозяин, что ли, чтобы запрещать что-то?
И хотя настроение после этого диалога было мрачное — сегодня пятница, и сегодня они договорились пойти к Заку в гости. Может, они и ехали молча в метро, может, и пустяковая обида всё ещё кусалась в обоих, но отказаться от совместного времяпрепровождения они не могли. Обида обидой, а любовь всё же сильнее.
Но глупо, конечно, получалось. Они приехали домой, молча зашли, молча разделись. Зак спросил коротко, хочет ли Тео есть — он кивнул. Они молча поели и ушли в комнату. Посидели пару минут на кровати, и Тед вздохнул, улыбнулся:
— Ну всё, давай друг на друга не обижаться, — он взял его за руки и глубоко поцеловал. Зак почувствовал, как в его животе что-то свернулось в клубок, как на секунду закружилась голова. Язык Теодора проник ещё наглее и ещё глубже, и Закат свалился на кровать. Наконец Тео отстранился и, нависая над парнем, пояснил: — Просто я не хочу, чтобы ты с ним контактировал.
— Почему? — возмутился Зак.
— Потому что ты его совершенно не знаешь. Не доверяй всецело незнакомцам. Бывает — понимаешь, что связался с психом, слишком поздно: только тогда, когда он начинает реветь перед тобой, орать на весь дом, биться башкой об стену и кататься по полу, и всё это три часа подряд. Клянусь, в этот момент ты готов будешь молиться Богу, чтобы тебе выкололи глаза.
Закат воспринял это замечание как абстрактный пример — не до размышлений было его раздражённому уму, — но где-то в глубине очнулось-таки сознание, что, кажется, ситуация совсем не случайная, и совсем не абстрактная.
— Тео, я не твоя домашняя собачка, — строго заявил Зак, схваченный по рукам и обезвреженный под телом Теодора. Тед снова приблизился, бесстыдно поцеловал его, ещё откровеннее и нахальнее, и забрался пальцами ему в волосы. Зак чувствовал, как по его голове бегают мурашки, и сам отдался поцелую, наслаждаясь мягкими губами целующего.
— Что в этом такого? — нахмурился Тео, отстранившись. — Ты что, так хочешь с ним общаться?
— А если завтра ты запретишь мне общаться с Асей и Лесей? Я тоже должен беспрекословно послушаться?
— Ну если они могут принести тебе вред... — Тед отвёл взгляд. Зак, видя этого вредного дурака, видя его строгие брови губы и карие глаза, уже сам не смог удержаться: он поднялся на локтях и слился с ним, кусая его губы, пока тот вёл ладонью по его плечу, пуская новые и новые волны мурашек.
— Тео, это идиотизм, — хмуро выпалил Зак. — Мне не пять лет, а ты не моя мама. Давай я запрещу тебе выходить из дома после шести?
— Ты обнаглеешь.
— Вот и ты наглеешь! Ах! — вдохнул он, когда Тед нежно поцеловал его в шею, заставляя выгнуться кошкой и застонать от удовольствия, от мотыльков, защекотавших тело мягкими крылышками.
— Просто пообещай, что не будешь с ним общаться, и я не буду наглеть, — пояснил Тео. Зак возмущённо усмехнулся:
— Тебе так надо меня контролировать? Тео, нет. Сколько бы добра ты мне ни желал, я взрослая личность.
Тед долго смотрел ему в глаза с неуверенностью.
— Но зачем тебе лезть в наши отношения? — нахмурился он.
— Нет, ты не понимаешь, — вздохнул Зак. Тео снова приник к нему губами и целовал так настырно, так неприлично и даже грубо, что Закат накрыл их обоих одеялом от лишних глаз. Тогда Теодор пригвоздил его к кровати своими влажными поцелуями, залез рукой под футболку, едва касаясь холодными пальцами спины, оставляя за собой круги мурашек, как водомерки оставляют круги на воде. Заку было так приятно и головокружительно, что он всё выгибался, мычал и держался за плечи Тео (ведь обнимать, чтоб его, нельзя!) — лишь бы не упасть с головой в этот жаркий омут, не утонуть в нём. — Ты не понимаешь, — горячо выдохнул Закат, рассматривая блеск глаз парня в темноте под одеялом. Здесь было жарко, как в духовке, особенно когда Тед вновь и вновь проводил ладонью по его спине. — Ты просил меня не лезть в это дело, и я не лезу. Я не говорил ни разу, что у меня есть желание пойти сейчас общаться с Ваней, но меня унижает сама мысль, что ты запрещаешь мне разговаривать с кем я хочу!
Тео сощурился:
— Так ты не будешь с ним общаться?
— Дурак, не в этом дело!
Теодор снова принялся целовать его шею, заметив, какая это чувствительная у Зака часть тела, и тот готов был проклинать парня — слишком ему было жарко, слишком легко и до дрожи приятно. Вместе с этим Тед переместил руку ему на живот, и Закату стало немного даже щекотно, отчего он тихонько хихикнул.
Зак схватил Тео за плечи, скинул одеяло и поднялся. Секунду Теодор удивлённо на него смотрел, а потом Закат его поцеловал и сказал твёрдо:
— Я не твой раб и не твоя зверушка. Ты не можешь мне чего-то запретить, только если это непосредственно не касается тебя. Ты просишь меня не обнимать тебя — хорошо, но на мою личную жизнь ты влияния оказать не можешь.
Тед опустил голову и выдохнул:
— Я понял...
Они замолкли.
— А ты, — продолжил Тео, — пожалуйста, не рассказывай кому попало о подробностях наших отношений!
— Да всё-всё, не буду! Прости! — виновато отвернулся Зак. Тед провёл рукой по его спине, и Закат как бы невзначай положил голову ему на плечо. Тео взял подушку, подложил её под себя и сел полулёжа, а Зак воспользовался шансом и лёг на его грудь, удобно устроившись и слушая сердцебиение парня.
— Ты прости, — начал Тед, — не знаю, откуда у меня такое желание всё контролировать. Я так не хочу, чтобы тебя касалась всякая фигня, понимаешь?
— Ну конечно я понимаю, — Зак опустил брови. — Всё нормально. Раз уж мы пара, то вся наша «фигня» непременно будет пересекаться.
— Нет, не хочу, — нахмурился Тео. Закат фыркнул:
— А кто хочет? Но мы же вместе, и вместе со всем справимся. Я уже вроде говорил: помогать друг другу — суть отношений. Я хочу тебе помочь.
— Ты уже помогаешь, — улыбнулся Тео.
— Пожалуйста, рассказывай мне о любой своей «фигне». Просто мне так не нравится, когда кому-то близкому плохо, — признался Зак. — Мне самому становится плохо. Это ужасно, когда кто-то, например, плачет перед тобой, а ты не можешь помочь.
— Да... — Тео задумался. — Ещё ужаснее, когда помогать не хочется.
Зак поднял голову и посмотрел в глаза Теда. Он разглядывал пустоту перед собой.
— Даже когда тебя просят о помощи, — продолжил он уже больше себе, — на коленях перед тобой стоят. Тебе весь мир отдать готовы, лишь бы ты помог.
— Хочешь, — он стоит на коленях, держит его руки и тревожно смотрит в глаза, — куплю тебе что угодно? Пошли в магазин, показывай на всё — я куплю! А хочешь, тут останемся? Будем за руки держаться. Или, если хочешь, я тебя не трону, совсем, никак, буду молча сидеть. Или нет: хочешь, я уйду прямо сейчас, только скажи. Не буду возвращаться неделю, месяц, год, ты отойдёшь, только... потом снова позовёшь, — попросил он тихо. — Что хочешь? Скажи, я всё тебе сделаю, всё!
...А тебе всё равно. Ты должен сочувствовать, должен грустить, но тебе всё равно. Чувствуешь только презрение.
— Ну, скажи! — он сжал его руки. — Чего ты хочешь? Я на всё для тебя готов! Прошу, только не молчи, не молчи!
И я, наверное, мразь, но я отвернулся.
— Постой! — вздрогнул он. — Посмотри на меня! повернись! Пожалуйста, Тедди! Слышишь? Ты слышишь меня? Я без тебя сдохну, слышишь? — он начинает плакать, рыдать, как маленький ребёнок. — Зачем ты это делаешь, ты хочешь меня убить? Зачем? Тед! Ну пожалуйста, пожалуйста, посмотри, я же на всё готов!
Мне никогда не было так наплевать. После всего во мне уже не осталось эмоций. Знаешь, я ушёл. Молча. Как чёрствая тварь. И мне даже на это всё равно.
— Ты не чёрствый, — ответил Зак. — Просто к тебе надо найти подход.
Тео какое-то время пялился в пол, а потом вдруг улыбнулся и воспрянул:
— Давай снова нарисую тебе что-нибудь? — спросил он весело. — Чего тебе? Я научился розы лучше рисовать, а? Давай?
Зак выдохнул и улыбнулся тоже:
— У меня есть идея получше.
Он встал с кровати, подошёл к столу и взял фломастеры.
— Никогда не хотел себе цветные татуировки?
Тео помедлил:
— Что ты имеешь в виду?
— Дай левую руку.
Тед протянул руку с татуировкой креста. Зак открыл красный фломастер и стал рисовать на его коже, как в раскраске. Теодор рассмеялся и смирно сел, с широкой улыбкой наблюдая за действиями Заката.
— Теперь ты цветной!
Они закончили через минут двадцать: Зак работал очень кропотливо, зато в конце концов получилось ярко и, хотя аляписто, но ровно и симпатично.
— Я и так цветной, — усмехнулся Тео. Зак не понял. — Ну, ЛГБТ, радужный флаг. Ё-моё, Зак!
— А-а-а... — протянул он. — Смешно, — и даже не улыбнулся.
— Ну тебя, — усмехнулся Тео и поцеловал его.
— Ладно, — Зак выдохнул, поправил волосы и уставился в окно, где небо почти застлала синяя дымка. Одной только рыжей полосой над домами догорал закат. — Пора тебе домой.
— Уже? — нахмурился Тед.
— Тео, мне ещё уроки делать и собаку выгуливать. Я говорил, что в этот раз без ночёвки, прости.
— А может, я всё же с тобой останусь? — он не смог скрыть улыбки и прижался к парню плечом.
— Даже не знаю... — протянул Закат. — Я буду до вечера дела свои делать, а потом в час уже свалюсь. Мы не поговорим особо.
— Ну я с тобой посплю, — клянчил он.
— А пижама?
— Возьму у тебя что-нибудь.
— Тед, — Зак посмеялся, — ну чего ты раньше не говоришь? Тебя разве отпустят теперь?
— Да я щас позвоню маме, — он встал, отыскал свой телефон и вышел за дверь. Зак выдохнул, улыбнулся и принялся его ждать.
Он толком ничего не мог расслышать из диалога Теодора с мамой, но очень удивился, когда закончился разговор на суровом «Иди в жопу».
— Пустили, — сообщил довольный Тео, когда вернулся.
— Ты уверен?.. — сомневался Зак.
— Уверен, — заулыбался он и сел рядом. Закат никак не мог прийти в себя: для него сказать что-то хоть немного грубое родителям было равно не только собственной смерти, но и смерти своей совести.
— Ну как знаешь, — хмыкнул Зак.
Конечно, весь вечер Закат был занят. Как и обещал, он делал уроки, домашние дела, выгуливал Микки, и Теодор во всём помогал ему, хотя чаще отвлекал своей назойливой нежностью.
К двенадцати ночи Зак, уже раскисший, доделывал всё запланированное, и к часу его почти насильно затащили в кровать, где он, прислонившись к Тео, забылся бы сразу — если бы только парень не гладил бы Зака по спине полночи.
— Тео, — Зак усмехнулся сонно, — ну перестань.
— Тебе не нравится?
— Я заснуть не могу.
Тед убрал руку и сжал вместо этого ладонь Зака.
— А так? — спросил он шёпотом.
— Ну можно.
Они замолчали, Закат примостился к Теодору совсем вплотную, и хотя так ему было душно, но слишком хорошо, безопасно, как в большой куче подушек.
— Я так люблю с тобой спать, — признался Зак. — Всю жизнь бы так лежал.
— Что ты мне в футболку говоришь? Ничего не слышу. Спи. Разбудил я тебя?
— Разбудил.
— Бу-бу-бу.
— Сам бу-бу-бу.
Глаза у Заката закрылись сами собой. Он сжал крепче большую ладонь Тео и упал в сон с головой.
Зак почти каждый раз просыпался в немного неестественной и забавной позе: сегодня утром он заметил, как согнулся и улёгся у Теодора на животе. Того, конечно, ничего не смущало.
— Доброе утро, — лишь сказал он, как обычно, проснувшийся первым.
— Доброе, — Зак поднялся и улыбнулся оттого, что заметил вчерашнюю раскраску у Тео на руке.
— Выспался?
— Более-менее, — Закат зевнул и потёр глаза.
— Точно? Ты же уходил утром, да?
— Да. — Зак и сейчас был в одежде. — Собаку выгуливал.
— И как у тебя хватает сил вставать в такую рань...
— А Микки, если что, растолкает, — посмеялся он. Они полежали ещё пару минут и пошли завтракать. Бабушка сидела тут же, на кухне: сама смотрела в телефон, а телевизор тихо играл рядом.
— Ты вчера не смыл макияж, — сказал Закат, когда допивал чай, подогнув к себе колени и спрятав их под растянутой футболкой.
— Размазался?
— Несильно. Я даже не заметил. Слишком привык к тебе такому, — усмехнулся Зак.
— А мне лень вечером было, — зевнул Тео и потянулся. — У меня и теней с собой нет, так что без разницы.
— Кстати, с пирсингом удобно спать?
— Ну да, не мешает. А целоваться со мной тебе нормально?
Бабушка кинула на них мимолётный взгляд, но притворилась, что не слышала. Зак покраснел.
— Да нормально, нормально... В последнее время не носишь колечки, и нормально, — он отвёл взгляд, сделал глоток чая и уставился в телефон. Тео стал рассматривать обои.
— Класс хочет вечеринку устроить, — сообщил Зак через время.
— По какому это случаю?
— Да вот, 23 февраля было, 8 марта будет... Типа сразу всё отпразднуем, — усмехнулся он.
— Ты пойдёшь?
— Планирую. Пойдём со мной?
— Зачем? — Тед нахмурился. — Вряд ли там будет интересно. Дурацкая музыка, дурацкие люди... Разве что ради пиццы идти. Давай уж лучше вдвоём встретимся.
— Да там такая история... — Зак выдохнул, собираясь с мыслями. — В прошлом году я не пошёл на выпускной и якобы «всё пропустил». Из-за меня будто бы Ася с Воробьёвым медляк танцевала, будто бы Настю кто-то обидел, и меня не было рядом, чтобы защитить, — Зак усмехнулся так, будто факт, что он может кого-то защитить — высшего рода сюр. — Да и я обещал тогда прийти — подвёл, получается. Мне в наказание макушку и выкрасили, — он положил руку себе на голову. — В итоге я обещал девочкам, что в следующий раз точно буду на подобно мероприятии.
Тео долго щурился, пытаясь осознать услышанное.
— Та-а-ак... — в итоге протянул он с сомнением. — Ясно. И многого стоит это обещание?
— Все мои обещания многого стоят, — кивнул Зак. — Слушай, я не заставляю тебя идти, но я пойду точно. Можем просто посидеть и поболтать — не нужно же тебе будет общаться с остальными.
— Какой же ты правильный, — вздохнул Тед и опустил голову на руку. — Ася с Лесей хоть раз свои обещания сдерживали?
— Тео, — Закат нахмурился. — Начну с того, что Ася свои обещания старается сдерживать всегда. А вообще — это неважно. Я не сравниваю себя с кем бы то ни было, просто у меня есть принципы.
— Ладно-ладно, — посмеялся он. Его улыбающиеся глаза встретились с глазами Зака, которые заметно посуровели. — Ну ты чего?
— Смешно? — спросил он вдруг серьёзно, и его взгляд блеснул нешуточной хмуростью. Тед немного опешил. Помолчав, он изогнул бровь.
— Забей, — выдохнул Закат и улыбнулся. — Дурака валяю. Не смейся над моими принципами, ладно? — добавил он тут же серьёзнее. — Это неприятно, если ты, конечно, всерьёз воспринимаешь мою личность... а не как все.
— Прости, прости меня, — Тео обезоружено поднял руки. — Я не над тобой смеялся, скорее над нашим различием. Извини.
— Прощён, — заявил Зак с гордостью. — Так ты пойдёшь со мной? Это по твоему желанию, если что.
— Ну пойду, думаю.
Закат улыбнулся и допил чай. Они вернулись в комнату, чтобы переодеться, а затем Тео пришлось Зака покинуть.
— У меня дела, — оправдывался Зак, — и я за тебя как-то переживаю. С родителями всё точно хорошо будет?
— Да будет, будет!
— Давай иди, а то мало ли...
— Выгоняешь меня, — вздохнул Теодор, одеваясь.
— Так, — Зак нахмурился и игриво уткнул руки в боки. — Ты уже живёшь тут у меня! Я ещё вчера тебя выгнать мог!
— Проводи меня до метро.
— Ладно.
Это самое школьное мероприятие было в среду в классе после уроков. Была пицца, газировка, приглушённый свет, беспонтовая музыка, и Зак пообещал, что они будут тут недолго: лишь бы удовлетворить Асю с Лесей. Теодор сделал себе небольшое убежище — сдвинул парты в угол, взял еды и уселся в своём гнезде, глядя в телефон. Закат над этим посмеялся, но Тед лишь манерно закатил глаза и сообщил, что так ему по-любому интереснее, чем с одноклассниками. На время они разминулись.
— Пришёл! — воскликнула Ася. — Ну, сегодня мы оторвёмся по полной!
— Я пиво принесла, — прошептала Леся.
— Леся! — Зак округлил глаза.
— Это была моя идея, — хихикнула Ася.
— Мы налили его в банку из-под колы. А? — Леся достала из-за пазухи баночку «Кока-колы» и самодовольно сделала глоток.
— Кошмар, — фыркнул Закат.
— Да ладно тебе, — отмахнулась Ася. — Зак, тут все под пивом. А Бык и Воробей, может, под чем покрепче... — протянула она, глядя в их сторону.
— Вас не смещает, что Кракен всё ещё в помещении? — уточнил Зак.
— Ты про Анастасию Семёновну? — Леся поправила чёлку. — Она что, будет нам в банки заглядывать?
— Как бы не было, как после выпускного, — улыбнулся Закат, припоминая, как в прошлый раз Анастасия Семёновна ругалась и гневалась на весь класс, ведь, по её словам, они вели себя как «сбежавшие из зоопарка». Зак всё это веселье своими глазами не видел, но рассказов ему хватило.
— Зато теперь ты точно ничего не пропустишь! — гордо улыбнулась Ася.
— Вообще-то я тут ненадолго.
— Не-е-ет! — Леся схватила его за запястье. — Я запрещаю тебе уходить! Ты обещал!
— Я обещал, что приду, но не что отсижу всё... Девчонки, мне тут скучно.
Леся цокнула:
— Честно, я рассчитывала, что на следующей дискотеке (после прошлогодней) ты наконец придёшь и встанешь в медляк с Настей. А теперь — нате! — Настя ушла. Нет, ты, конечно, можешь кое с кем ещё потанцевать, — она стрельнула взглядом в унылого Тео, — но с твоим страхом к насмешкам... Да я понимаю, не злись. Убила бы этого Воробьёва!.. не суть. Но даже если тебе не с кем танцевать — ты не уйдёшь, понял? — она пригрозила ему острым ногтем.
— Лесь... — Зак усмехнулся и убрал её руку. — Я не обещал. Уйду, когда захочу. Немножко точно с вами посижу!
Леся вздохнула и сдалась.
— Пойду шабаш организую, — бросила она и удалилась.
— Пошли жрать, — попросила Ася у Зака.
— Пошли.
Ребята немного поели пиццы, послушали диалоги остальных, конечно же посплетничали и наконец заметили «шабаш», который устроила Леся: она выдвинула одну из парт вперёд, поставила туда жёлтую круглую лампу и с таинственным видом тасовала карты таро.
— Начинается, — доедая пиццу, усмехнулась Ася. К Лесе уже подошёл клиент: это была Лиза Трубова, которую, кажется, завлекли почти насильно. Леся во всю делала из себя профессионала, красиво раскладывала карты, говорила тихо и загадочно.
— Тебе, — шептала она, — выпадет редкий шанс. Не пропусти его. В скором времени судьба преподнесёт тебе дар, и твоя задача — схватить его, воспользоваться.
— Во дура, — смеялась Ася почти вслух. — Да у неё на карте голый мужик, что она там выдумывает! Шанс! — Ася беспардонно захохотала, но Леся сохраняла невозмутимый вид.
— Твой путь будет немного сложный, но помни, что он приведёт тебя к высотам. Будь внимательна к знакам судьбы. И возьми мне колу у Бычкова, — добавила Леся. Лиза смутилась, но просьбу выполнила.
— Какая же ты идиотка! — Ася схватилась за плечо подруги, не в силах остановить смех.
— Замолчи, — тихо процедила Леся и сделала глоток той самой колы, которую принесла ей Лиза. — Бе, что это за мерзость они туда налили?
— Дай, — заинтересовалась Ася и тоже попробовала. — Фу, и правда. Водка с колой, что ли... Бр, — сморщилась она, высунула язык и вручила Лесе банку обратно. Леся посмотрела на Зака.
— А ты чего сидишь? Иди сюда, погадаю.
Зак с любопытством сел напротив неё.
— На что?
— Хочешь — на любовь, — улыбнулась Леся.
— Давай, — Закат пожал плечами. Всё равно он в это не верил.
— Я делаю расклад на три карты: что у вас сейчас в отношениях, с чем вы столкнётесь и что будет в конце. Устраивает?
— Да.
Леся собрала карты и стала мешать колоду. Когда она закончила, то дала Заку самому взять верхнюю карту и взглянуть на неё: это было колесо с разными знаками по краям.
— Колесо Фортуны, — озвучила Леся. Закат положил карту на стол. — Это то, что происходит сейчас. Сейчас у вас всё хорошо. Всё развивается, вы узнаёте новое, происходят какие-то перемены в ваших отношениях и в вас обоих, могут быть даже ссоры — но вообще карта хорошая. Сейчас всё идёт своим чередом, это никак не изменишь, стоит просто плыть по течению.
Зак достал вторую карту. На ней был изображён одинокий старик с тростью и фонарём.
— Это у нас... то, с чем вам стоит столкнуться. Отшельник. Ммм... Сложно так истолковать... — задумалась она.
— Теодор уйдёт от тебя в лес, — прыснула Ася. Леся надменно вздохнула.
— Смотри, будут сложности. Кто-то из вас намеренно захочет выбрать одиночество. То есть будет риск разойтись, но не из-за ссоры, а из-за того, что ты (например) пожелаешь больше быть одному.
— И отрастишь бороду, — добавила Ася.
— Я те щас тресну! — пригрозила Леся. — В общем, может быть какое-то отдаление друг от друга, желание уединиться, может, даже чувство, будто вы не хотите быть вместе. Сейчас узнаем, чем это закончится, — девушка подала Заку колоду и он вытянул третью карту.
На него смотрел скелет в чёрном одеянии и с длинной косой.
Леся замерла, а по коже Заката прошёлся холод.
— Да ты не пугайся, — засмеялась Леся. — Это не буквально смерть. Смотри... — она напряжённо почесала голову. — Как бы так сказать...
— Давай уж прямо, — попросил Зак.
— Не очень всё закончится... Возможно, это расставание, а может, разлука не по вашей воле... или ещё чего хуже... — добавила она совсем тихо. — Впрочем, это также перемены, и, кто знает — может, всё к лучшему, — Леся неловко улыбнулась. — В любом случае ты в это не веришь, да?
— Да... — протянул Зак смущённо.
— Эй, а мне погадаешь? — справа появился Бычков и тут же сместил Заката со стула.
— Ну Саш... — стушевалась Леся. — Я не буду тебе на любовь гадать!..
— Почему же? — спросил он, надменно улыбаясь. Зак больше не желал всего этого слышать.
— Ты чё такой грустный? — Ася толкнула его в плечо. — Только не говори, что веришь в этот бред!
— Не верю, конечно, — усмехнулся Зак. — Просто немного не по себе, что именно такую карту вытащил.
— А если бы Леся сказала, будто смерть значит, что твой Тео купит себе чёрный балахон? А?
Зак рассмеялся: — Содержательно.
— В этих картинках смысла не больше, чем в моих работах по геометрии, я тебе клянусь.
— Ну всё, успокоила.
— Чёрт, да кто за диджейской будкой, Воробьёв, что ли? Что за говно? Я пошла разбираться, — рыкнула Ася.
— Может, я пойду тогда? — попросил Зак.
— Куда-а-а? — расстроилась девушка. — А медляк?
— Ну с кем мне танцевать?
— Со мной! Мне не с кем!
— Нам? С тобой? Медляк? — Закат рассмеялся так звонко, что его смех на секунду заглушил музыку.
— Ой, всё, иди! — Ася обиженно отвернулась и утóпала к ответственному за музыку, а парень отыскал взглядом Теодора: он всё сидел в том же углу с закрытыми глазами.
— Эй, — Зак подошёл к нему. — Я всё, пошли.
Тео не отреагировал.
«В наушниках, что ли?» — хмыкнул Закат, присмотрелся — нет. Тед спал.
Зак очарованно улыбнулся и тронул парня за плечо.
— Просыпайся. Идём.
Тео дёрнулся и резко открыл глаза. Он какое-то время смотрел на Зака в упор, затем окинул взглядом помещение.
— Пошли, — повторил Закат через минуту. Тед снова уставился на него, и в его глазах блистало странное напряжение, почему-то напомнившее Заку детский страх: когда к тебе на площадке подходит странный незнакомый дядя и всё пытается узнать, во что ты играешь. — А? — Закат наклонился к нему ближе. — Что такое?
— М, ничего... Ничего... — Тео потёр глаза, приходя в себя. — Не люблю большие скопления людей... в закрытом помещении.
— Прости, не нужно было тебе идти со мной, — расстроился Зак.
— Всё нормально, — выдохнул Тео. — Щас пойдём.
Зак невольно улыбнулся.
— Какой ты милый.
— Никогда больше так не говори, — громко выпалил Тед. Зак вздрогнул и изумлённо замолчал.
Теодор поднял глаза: он посмотрел на парня с такой суровостью, которая пробрала его до дрожи. Зак готов был поклясться, что никогда ни у кого не видел взгляда, полного такой серьёзности и жёсткости.
Закат всё молчал.
— Пообещай, — отчеканил Теодор. Зак невольно отстранился. Он был в совершенном замешательстве. — Пообещай, что больше никогда не скажешь, что я милый, слабый, худой, низкий и так далее.
— Тео... — произнёс Закат тихо.
— Зак. — перебил его Тео. Они снова погрузились в молчание. И хотя музыка громко играла, вокруг них была мёртвая тишина.
— Я обещаю, что никогда не скажу это в уничижительном тоне, — кивнул Зак.
— Нет. Пообещай, что не скажешь этого.
Закат не мог. Он не понимал.
— Зак, есть вещи, которых я не хочу больше слышать, — пояснил Тед с былой суровостью.
Зак вздохнул:
— Я обещаю.
Тео тоже наконец смог выдохнуть. Кажется, он не дышал всё это время. Он поднялся, взял Заката за руку и кивнул:
— Пойдём.
Зак толком не понял, что за обещание сейчас дал и зачем он его дал. Одно он осознал, что и раньше, конечно, приходило на ум: в голове у Тео происходит что-то очень «весёлое».