Глава 1
Для Елизаветы шестнадцать лет — это возраст, когда ты уже всё про себя понимаешь. Ты знаешь, как звучит мотор твоего байка, когда он прогрет. Ты знаешь, что за спиной тебя уважают, потому что ты никогда не крысишь и не лебезишь перед учителями. Лиза была скалой, об которую разбивались любые школьные интриги.
Но у каждой скалы есть трещина.
Первый учебный день после каникул встретил Лизу духотой коридоров и шумом толпы. Она шла, закинув рюкзак на одно плечо, ловя приветственные кивки от парней и улыбки от девчонок. И вдруг — она.
Ирина Игоревна стояла у окна учительской, смеясь над чем-то, что сказал коллега. Она была такой же, как год назад: теплая, живая, с этими мягкими чертами лица, которые казались Лизе самыми правильными в мире. Весь прошлый год Лиза пыталась вытравить это чувство из головы, даже начала встречаться с кем-то другим, чтобы забыться. И ей казалось, что получилось.
Но сейчас, когда Ирина Игоревна обернулась и, заметив Лизу, просто кивнула ей: «Привет, Лиза , с возвращением», — земля под ногами предательски качнулась.
«Опять», — пронеслось в голове у Лизы . Она лишь коротко кивнула в ответ и прошла мимо, сжимая лямку рюкзака до побеления костяшек.
Прошло две недели. Лиза сидела на уроках Ирины Игоревны , стараясь быть образцово-тихой. Она ловила каждое движение учительницы: как та поправляет волосы, как смешно хмурится, когда не включается проектор, как легко общается с младшеклассниками.
Ирина была на одной волне с детьми. Она не строила из себя тирана, могла обсудить новый сериал на перемене, и дети её обожали. И именно это бесило Лизу больше всего.
Она была для Ирины Игоревны «одной из». Одной из сотен талантливых, уважаемых, хороших учеников. Лиза видела, как учительница улыбается всем одинаково искренне, и это жгло изнутри.
— Лиза, ты сегодня какая-то задумчивая, — сказала Ирина Игоревна после урока, когда класс уже почти опустел. — Всё хорошо? Материал понятен?
Лиза медленно складывала тетрадь. Она посмотрела на учительницу — та стояла совсем рядом, опираясь на край стола. В её глазах было лишь вежливое, доброе участие. Ни капли того огня, который полыхал в самой Лизе.
— Всё понятно, Ирина Игоревны , — ответила Лиза своим привычным низким голосом. — Просто весна. Хочется на трассу, а не сидеть в четырех стенах.
— Ох, твой мотоцикл... — Ирина улыбнулась. — Будь осторожна, хорошо? Ты нам нужна целой.
«Нам». Опять это множественное число. Лиза кивнула и вышла, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение. Она не хотела быть «нужной школе». Она хотела, чтобы Ира посмотрела на неё хотя бы раз не как на ученицу.
Апрельский вечер пах мокрым асфальтом. Лиза выжимала из своего байка всё, что могла, летя по объездной. Только рев ветра в ушах помогал не думать о том, как Ирина Игоревна сегодня на уроке похвалила какого-то пацана , потрепав его по плечу.
Лиза притормозила у супермаркета на окраине, чтобы купить воды. И тут она увидела её.
Ирина Игоревна стояла на остановке. Было уже поздно, фонари горели через один. Она выглядела уставшей и какой-то непривычно маленькой в своем легком пальто. Рядом с ней крутилась пара подвыпивших парней, что-то громко доказывая и преграждая ей путь.
Лиза почувствовала, как по венам ударил адреналин. Это был не страх — это была ярость.
Она резко развернула мотоцикл и, взревев мотором, затормозила в метре от группы, подняв облако пыли. Парни отпрянули.
Лиза не спеша слезла с байка, не снимая шлема. Она была в своей кожаной броне, высокая, уверенная. Она просто подошла и встала между Ириной и ними.
— Проблемы? — голос Лизы из-под шлема прозвучал глухо и угрожающе.
Парни оценили ширину плеч «байкера» и тяжелые ботинки. Они что-то буркнули про «просто пошутили» и быстро скрылись в темноте дворов.
Лиза сняла шлем и встряхнула волосами. Ирина Игоревна смотрела на нее, прижав сумку к груди. Её глаза были огромными от испуга, который медленно сменялся узнаванием.
— Лиза ?.. — выдохнула она.
____________________________